WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 ||

Теперь мы начинаем задавать вопросы о том, что происходит с объектами, которые построили в кредит, но они никогда не окупаются Или, мягко говоря, там не всё построили, потому что когда нужно «отбивать» деньги, то цемент забывают положить, то одного корпуса нет, то другого. И здесь вспоминается опыт периода двух чеченских войн, где разрушенные объекты якобы восстанавливали, а когда нужно было списать деньги, там все вновь «разрушали» в ходе новых боевых действий. И мы начинаем думать о том, что будет с такими туристическими объектами потом, после того, как деньги придут и будут освоены И ответ наводит на мысль о том, что корни конфликта могут иметь, мягко говоря, конкретные бизнес-интересы. И тогда сценарий конфликта может быть гораздо более губителен, чем просто отток населения из зоны строительства туристических объектов. Отток, конечно, тоже будет, но, возможно, это и благо для этого населения.

Поэтому подобная логика «туризма не для туристов», на мой взгляд, также имеет право на существование.

3. Молодежь: формирование жизненных стратегий ирина Стародубровская. Я бы хотела прокомментировать один из результатов нашего опроса студентов двух крупнейших вузов Дагестана и Кабардино-Балкарии: ДГУ и КБГУ. При устройстве на работу подавляющее большинство опрошенных студентов собираются использовать родственные связи и взятки. Причем, если по другим параметрам разница между Махачкалой и Нальчиком достаточно велика и вообще создается ощущение, что это два разных мира, то по этому параметру цифры совпадают почти один в один. И мы пониСеверный Кавказ: проблемы и решения маем, что в общем это не два разных мира, это один мир. Это мир, где действуют подобные механизмы продвижения, где мы тем самым имеем перекрытость вертикальных лифтов для людей, которые не имеют либо связей, либо денег. И получаем реакцию общества на эти вещи в виде экстремизма, в виде радикализма и т. д. И вот, собственно, я задалась мыслью: почему так Разрушение прежней системы шло везде. Но, тем не менее, в других регионах эти факторы действуют, но не настолько жестко, не настолько массово, не приводят к таким серьезным последствиям.

Почему Мне кажется принципиально важным то, что в северокавказских республиках практически оказались разрушенными все или подавляющее большинство видов экономической деятельности, в рамках которых существует потребность в квалифицированной рабочей силе. Потому что когда недостаточная квалификация человека приводит к серьезным экономическим потерям, я думаю, что вы три, а то и пять раз подумаете, взять родственника, который в этом смысле не обладает достаточной квалификацией, или взять человека, имеющего соответствующее образование, соответствующий опыт работы.

Когда я была в Кабардино-Балкарии, у меня был очень интересный разговор с теми людьми, которые организуют там сейчас крупные инвестиционные проекты, о том, что же у них происходит с точки зрения персонала. На самом деле там требуется не очень много персонала — на каждый проект от 60 до 200 человек. Но значительная часть этого персонала должна иметь очень высокую квалификацию, многие производства автоматизированы или как минимум предполагают использование современных технологий. И, собственно, на некоторых производствах до 40% персонала с высшим образованием. Совершенно очевидно, что в этих случаях начинают действовать совершенно другие механизмы. Какие-то из этих производств уже ставят вопрос, чтобы создавать кафедру в университете, потому что им нужно вести отбор начиная со студенческой скамьи и обучать ребят под свои потребности, кто-то создает собственные учебные центры;

с распространением подобных проектов подход к отбору персонала неизбежно будет меняться.

И вот у нас на эту тему возникает спор с коллегами из КабардиноБалкарии. Да, эти инвестиционные проекты создавались с нарушением интересов местного населения. Они создавались во многом на основе административного ресурса, и очевидно, что о какой-либо справедливости здесь говорить не приходится. Но в перспективе, если развитие этого направления будет продолжаться, если оно станет массовым, оно реально способно переломить ситуацию с точки зрения фактора, который мне представляется абсолютно принципиальным — механизмов жизненного продвижения молодежи. Потому что вы можете взять любую работу по проблемам экстремизма, радикализма, терроризма, и вы увидите, что основная движущая сила здесь — это выпускники и преподаватели провинциальных университетов.

170 Северный Кавказ: проблемы и решения Возьмите любую работу в Латинской Америке. Ребята, первое поколение, получающее высшее образование, они рассчитывают на вертикальные лифты, на открытие карьер, а у них все перекрыто.

И этим, собственно, обусловлены очень многие проблемы. Я не идеализирую ситуацию в Кабардино-Балкарии, я прекрасно понимаю, что, во-первых, процесс только начинается, во-вторых, он строится на очень нестабильной базе. Потому что, когда вопросы прав собственности не решены и когда в основе заложен конфликт, это в любой момент может очень сильно и негативно повлиять на бизнес. Не столько рост ВВП или бюджетные доходы, которые приносит это производство, мне кажутся принципиально важными.

Принципиально важно, что возникает спрос на высококвалифицированную рабочую силу и это может базово поменять механизмы, по которым будет происходить продвижение. В тех регионах, где деньги не вкладываются в экономику, а растворяются без остатка, идут на престижное потребление, там, к сожалению, таких перспектив нет, там эта проблема более хроническая и более глубокая.

А вот здесь у меня ощущение, я бы сказала, света в конце туннеля.

Ибрагим меня поправил — «свечки в конце туннеля». Но хотя бы свечка в этой ситуации все-таки возникает.

альберт Кетов (адвокат, г. Нальчик, КБР). Наш ресурс, главный ресурс — наша молодежь, которую все здесь ругают. Нет у нас другой молодежи. Улучшать ситуацию надо. Как Жизненная стратегия молодежи сейчас на Северном Кавказе (даже принимая во внимание разную ментальность, допустим, в Дагестане и в Чечне, и на всей территории Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии, и на черноморском побережье) все равно сходится к одному лекалу — к отсутствию лифтов. Но это беда общероссийская. Просто здесь она усугубляется теми проблемами, о которых все знают. И еще повышенной амбициозностью и пассионарностью.

Вот вы говорили, что появились какие-то объекты, значит — там виден свет в конце туннеля. Кто-то говорит, это свечка. Я считаю, что это поезд на нас идет оттуда. Почему Таких объектов по Кабарде немного, понадобится максимум 500 мест, а население, со всеми приезжими, вьетнамцами, инопланетянами, у нас под миллион. И эти объекты отберут работу и перспективу у многих тысяч людей. Эти перекосы изначально будут приводить к конфликту, уже привели к нему.

Нужен какой-то консенсус, до консенсуса надо дорасти, а дорастаем мы с трудом. Молодежь от этого всего страдает.

Мы страдаем от всего: от коррупции, от невежества, от отсутствия образования, а самое главное — от того, что сложилась здесь такая ситуация, что нет запроса на квалификацию. Вот вы говорите, появилось.

Слава Богу, что появилось хоть что-то. Одна сотая процента. Теперь эту тенденцию надо развивать. Спорить, обсуждать, но развивать. Хорошо, что появилось. Я считаю, что это действительно положительная тенденция. И самый главный наш ресурс — это молодежь.

Северный Кавказ: проблемы и решения назир БУдаев (Кабардино-балкарское региональное отделение общероссийского общественного движения «Россия», г. Нальчик, КБР).

Проблема в том, что у нас само образование поставлено на поточную линию. Это значит — дети богатых людей, они платят деньги. Те, которые реально учатся, получают знания, после окончания института остаются за воротами. И они уезжают из республики. Менять надо систему образования, саму систему Мы немного запустили это дело.

ирина Стародубровская. Думаю, что практически невозможно формировать предложение без спроса. И если у нас не будет внутреннего спроса на высокую квалификацию работника, то абсолютно бесполезно пытаться менять образование. Образование в северокавказских республиках дает тот продукт, на который есть спрос. Спрос есть на диплом о высшем образовании. Этот продукт дается. Если будет реальный спрос на квалификацию, образование будет подстраиваться под этот спрос и давать квалификацию.

Магомед МагоМедоМаРов (генеральный директор компаний «Тролль», «Face Control», Махачкала, Республика Дагестан).

Я предприниматель в сфере подбора персонала, занимаюсь рекрутингом по Дагестану более 6 лет. Неправда, что вузы дают то, что запрашивает рынок труда. Рынок труда вообще не запрашивает дипломы. У меня за последние 6 лет, с первого дня, что я занимаюсь подбором персонала для своих клиентов, работодателей, ни один не сказал, что критерий, по которому я возьму или не возьму человека на работу, — это наличие диплома или его отсутствие.

Что касается ситуации подготовки специалистов. Я приведу конкретный факт. Допустим, ко мне приходит студент, заполняет анкету о трудоустройстве, или я сам иногда к ним прихожу. Факультет мировой экономики. И сидят, кулаком себя в грудь бьют студенты, говорят: «Мы хотим по специальности работать, а здесь по нашей специальности работы в Дагестане нет». Я говорю: «Во-первых, кто виноват Когда вы шли, поступали на этот факультет, наверное, вы о чем-то думали». Здесь, естественно, ответа вразумительного нет.

Дальше. Если вы говорите, что вы такие специалисты, а в Дагестане такой работы нет, где же такая работа есть И если она есть и вы собираетесь туда ехать, докажите тогда свою состоятельность и докажите, что вас туда возьмут. Вас учили мировой экономике Да. Когда вы поступили Называют, как правило, 2007—2008 год. Ага. Это же начало ипотечного кризиса в США, который длится до сих пор. Так Так. Сколько у вас было курсов по изучению финансового кризиса Квадратные глаза. Сколько у вас лекций было Аналогично. Я говорю:

«Вы хоть что-нибудь по финансовому кризису изучали» — «У нас была одна конференция». Я говорю: «Это должен был быть основной предмет, вы должны были ночами сидеть, корпеть. Лекция за лекцией.

Вы только это должны изучать, если вы говорите о мировой экономике». Потому что мировая экономика — это контекст сегодняшних событий, реалий экономики. Несколько некорректное сравнение, но 172 Северный Кавказ: проблемы и решения это как медвежатник, у которого есть набор отмычек, но ему не показали нужную дверь. И я когда прихожу к студентам, я говорю так:

«Давайте на секунду забудем, на кого вы учились, и просто подумаем теперь, как вы будете зарабатывать». А позиция: «Что я зря что ли учился на того же юриста, например, последние пять лет» — это вообще бредовая позиция, зря или не зря, это ты спрашивай у своих родителей, которые тебя устроили сюда ради престижа.

На самом деле не рынок труда запрашивает дипломы, а стереотипы, ментальность нашего общества их запрашивает. Диплом для девушки — это как бонус к ее приданному. Диплом для молодого человека — это как бонус для поступления за взятки в те же правоохранительные органы. Когда молодой человек ко мне приходит, заполняет анкету и говорит: «Это я временно себе работу ищу, а потом меня дядя, или там папа, к себе устроит в прокуратуру или в ФСБ».

ирина Стародубровская. Во-первых, я не говорила про рынок труда. Я сказала: спрос. Это совершенно другое дело. Спрос на диплом как престиж — это тоже спрос. Он не различает: из-за престижа или из-за объективной необходимости.

Во-вторых. На самом деле вы проговорили ровно ту ситуацию перекрытости вертикальных лифтов в условиях порожденных высшим образованием амбиций и надежд, которая, насколько я понимаю, очень серьезно характеризует ситуацию на Северном Кавказе. Ребята поступили, они представляли себе, что найдут себя в этой жизни и смогут продвигаться по специальности, а реально таких возможностей нет.

Полученные знания далеко не соответствуют этим амбициям.

Когда я ехала в гостиницу в Нальчике, меня вез молодой парень, который подробно расспрашивал, чем мы занимаемся. А потом начал рассказывать, как в Нальчике невозможно никуда устроиться, кроме как за взятки или при наличии связей. И какая на самом деле ситуация тяжелая и насколько она мешает жить. То есть это действительно на слуху, это действительно проговаривается даже незнакомым людям.

наталья КиСелева (заведующая научно-исследовательским центром социально-экономических и политико-правовых исследований, СевероКавказский институт, Пятигорск). Сегодня правительство проводит политику стимулирования трудовой миграции, в том числе молодежи. На мой взгляд, такая политика, если сказать мягко, не может быть применима к Северному Кавказу, а если говорить более жестко, является катастрофой для Северного Кавказа. Если мы говорим о стимулировании трудовой миграции в мегаполисы, то мы говорим об оттоке человеческого капитала за пределы Северного Кавказа.

Тем самым мы обедняем ресурсы. Это в том случае, если уезжает талантливая молодежь. При этом случае, если молодежь не находит себе применения в мегаполисах, она возвращается обратно. В лучшем случае находит работу здесь, в худшем — проявляются те социальные явления, о которых мы сегодня говорили, связанные с экстремизмом, Северный Кавказ: проблемы и решения терроризмом и т. д. И наконец, еще один вариант развития событий в случае миграции — когда молодежь, не нашедшая себе применения в мегаполисе, остается в этом самом мегаполисе, но уже в статусе возмутителей общественного спокойствия. Это тоже проблема. Таким образом, в чистом виде политику стимулирования трудовой миграции в мегаполисы проводить, наверное, сегодня нецелесообразно.

Здесь сразу возникнет вопрос о том, какова альтернатива. Альтернатива в том, чтобы поставить вопрос несколько иначе. Сегодня говорили о необходимости создания перерабатывающих предприятий — небольших. Не нужно мегапроектов. У нас на Кавказе стало модно — если проект, то мегапроект с огромными финансовыми потоками. Понятно, что по пути эти потоки несколько скудеют. Когда проект небольшой, убавить эти финансовые потоки становится сложнее: отщипнуть от этого небольшого пирога кусок уже трудно. Если мы будем реализовывать небольшие проекты по созданию небольших сельскохозяйственных предприятий в аграрных регионах, переработка будет объединять соседние сельскохозяйственные районные территории. Отсюда будет двойной эффект: с одной стороны, рабочие места на вновь созданных предприятиях, с другой стороны, сельхозпроизводитель будет видеть, что формируется реальный спрос на его продукцию без посреднического звена, которое тоже кусок пирога забирает.

В этом случае мы будем стимулировать и нашу молодежь оставаться в регионе, быть востребованной, и тогда уже можно строить далеко идущие планы.

Pages:     | 1 ||



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.