WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 |
Региональная политика Северный КавКаз:

проблемы и решения 2. Туристический кластер ан Радвани (директор Франко-российского ценЖтра гуманитарных наук, Москва). Сейчас идет подготовка большого проекта развития туристических кластеров во многих республиках Северного Кавказа, и уже делаются конкретные шаги. В этот проект включены и французы. Этот проект у меня вызывает и вопрос, и опасение. Опасение, потому что совершенно неясно, как можно развивать крупный туристический проект в таком районе, как Северный Кавказ сейчас. Вообще, туризм — это, конечно, очень большой рычаг развития Кавказа, я в этом уверен. Но в ситуации, которая складывается и в Дагестане, и в Кабардино-Балкарии, и в других местах, это очень сомнительная позиция. Другое опасение: я не уверен, что те, кто развивают этот проект, хотят учитывать местное сообщество, и даже наоборот, они просто используют этот проект, чтобы вытеснить это местное сообщество с земли. У нас подобный опыт есть в Альпах, создание разных структур как вместе с местными сообществами, так и против них. И мы знаем результат — он может быть совершенно разным.

В ситуации на Кавказе я очень сомневаюсь, что можно развивать такие проекты вопреки местным Окончание. Начало см. в № 3, 2012. сообществам. И отсюда вопрос:

O I K O N O M I A • P O L I T I K A µ • Plt 164 Северный Кавказ: проблемы и решения каково ваше мнение по поводу этого проекта В каких условиях можно развивать этот проект, который идет на пользу модернизации, чтобы он действительно состоялся денис Соколов. Жан, насколько я понимаю, у «Курортов Северного Кавказа» (КСК) есть такое объяснение ситуации. Они действительно стараются не строить, не планировать свои объекты на территории существующей горнолыжной инфраструктуры, объясняя это тем, что таким образом они пытаются уйти от перекрестных прав собственности на землю, они не хотят связываться с местными сообществами. При этом дальше начинается новая игра, потому что на тех территориях, на которых запланировано строительство курортов в Кабардино-Балкарии, в Дагестане, по крайней мере такие перекрестные права собственности на землю существуют, там есть конфликты вокруг земли, которые сложились между местными сообществами и представителями местных элит. Потому что там уже есть несправедливость, уже есть нелегитимное использование земли одними владельцами в ущерб другим, и в этой ситуации, конечно, территориальный конфликт неразрешим. Но все равно эту историю придется как-то разрешать.

Позитивный вариант — если бы программа развития курортов Северного Кавказа начиналась с межевания, ликвидации перекрестных прав собственности на землю, то есть с реализации земельной реформы хотя бы на той территории, где предполагается развитие кластера. Иначе получится, что людям, которые живут на территории предполагаемых курортов, будет не на что и некуда уезжать, когда начнется это большое строительство. Они попадут в ту же самую историю, что русские в Восточном Ставрополье. Если их не наделить землей как базовым ресурсом для дальнейшей торговли за свои права, это будет конфликт, который в принципе купирует возможность развития горнолыжного кластера. Далеко ходить не надо. Теракты и КТО в прошлом году в Приэльбрусье привели к общему падению туристического потока на Северный Кавказ.

ибрагим Яганов. В Черкесске прошел общественный совет при СКФО, и на повестке стоял вопрос по поводу туристического кластера. Были сделаны доклады двумя очень перспективными менеджерами из Москвы, которые реализуют этот проект, но которые, по большому счету, далеки от всего этого. Они здесь не живут. И в воздухе пахло тем, о чем сказал Жан.

Все эти проекты будут направлены на то, чтобы оттеснить местное население и выдавить их с этой территории. Во-первых, полное отсутствие какой-либо квалифицированной рабочей силы, которая может все это реализовать; во-вторых, полное отсутствие рабочей силы, которая будет это обслуживать. Мне трудно представить дагестанца или чеченца в качестве обслуживающего персонала. В-третьих, что касается сельского хозяйства. Нам сказали, что фермеры и местное население будут задействованы, что эти курорты будут потреблять Северный Кавказ: проблемы и решения молоко, которое будет производиться фермерским хозяйством. Я могу вам точно сказать, я сам фермер, молоко там будет из Белоруссии или Китая в виде порошка, и вся эта инфраструктура будет направлена в совершенно другую сторону.

На самом деле, если в той ситуации, которая сейчас существует, влить туда эти огромные средства, это приведет к глобальной катастрофе. В мире существуют некоторые неписанные законы, особенно в бизнесе, в частности: туда, где стреляют и сложилась нестабильная ситуация, финансы не идут. Ситуация и в Дагестане, и в КабардиноБалкарии далека от стабильности, но тем не менее А. Хлопонин подписал договор с французами на финансирование этих проектов.

То, что кроется за этим, нас очень сильно пугает по той причине, что эти деньги довольно быстро и серьезно осваиваются, и осваиваются не так, как бы хотелось. Например, дорога, которую тянут от Кисловодска до Приэльбрусья, еще не завершена, но уже нуждается в ремонте. И может получиться так, что эти московские перспективные менеджеры похоронят всю нашу природу вместе с нами: у нас не будет лыжного кластера и не останется сельского хозяйства, благодаря которому местное население еще кое-как держится.

При этом в 50 км от города Нальчика, который является одним из центров туризма и курортов, строят завод чистых полимеров. Я не сомневаюсь, что эти полимеры чистые, но само производство очень грязное. И мы с этим ничего не можем сделать по той причине, что мнение живущего там населения — это то мнение, которым интересуются в последнюю очередь. А этот завод к нам перенесли из Ставропольского края, потому что там учли мнение местного населения. У нас этого нет, к сожалению.

алексей КРыловСКий (управляющий партнер инвестиционноконсалтинговой компании AV, Пятигорск). Почему мы говорим, что Северный Кавказ не готов принимать гостей Ведь гостеприимство — фактически бренд Кавказа. Почему мы говорим, что Дагестан не будет обслуживать туристов В Дагестане просто великолепная обстановка, тебя здесь буквально на руках будут носить, потому что ты гость. Это с одной стороны.

С другой стороны, про финансовую инъекцию. На Бали был жесточайший конфликт, и если бы такой инъекции не произошло, если бы не произошло изменения приоритетов, то сегодня нельзя было бы говорить о туристической Мекке Юго-Восточной Азии. Часть элиты того времени просто приняла для себя это решение, хотя она и была частью военного конфликта. Победители приняли для себя решение, что туризм — способ дальнейшего существования этого места.

Почему мы говорим о том, что мы не сможем пережить этот процесс Ведь в Альпах тоже были конфликты, правильно Там было очень непросто. Австрия чувствовала себя изгоем Европы до тех пор, пока системно не занялась туризмом. Поэтому сегодня мне кажется, что перспективы в этом направлении есть.

166 Северный Кавказ: проблемы и решения Узеир КУРданов (глава сельского поселения «Эльбрус», КБР).

Я в принципе согласен, что в Альпах местное население вначале протестовало, но потом курорты все же построили. В самом старом курорте Шамони после того, как его освоили, от местного населения осталось всего 2%. Остальные все уехали, продали землю. Им работу не дали, земли у них нет. Тех средств, которые они выручили за землю, хватило на 2—3 года, деньги закончились, и жители уехали — на равнину. Если нас в принципе это устраивает, возможно и у нас проделать подобную работу.

денис Соколов. У меня короткий ответ Ибрагиму по поводу того, что в Северный Кавказ средства не вкладывают, потому что там стреляют. В Северный Кавказ не вкладывают, потому что оттуда сложно вернуть деньги. Обычно туда, где стреляют, в принципе можно вкладывать, если можно вернуть деньги. В горнолыжный кластер средства не пойдут, как и любые другие инвестиции, пока не будет гарантий возврата инвестиций. А это, извините за банальность, независимый суд, которым — ни в шариатском формате, ни в каком другом — там просто не пахнет.

ирина Стародубровская. У нас выявились две совершенно разные логики обсуждения проблемы туристического кластера. Одна логика состоит в следующем: смотрите, все хорошо, есть прекрасные природные богатства, строим к ним инфраструктуру, здесь люди гостеприимные, что вообще еще надо Эта логика исходит из ресурсного подхода.

Вторая логика институциональная: общество устроено так и работает по таким правилам игры — или по отсутствию правил игры, — что подобные вложения могут привести к очень тяжелым последствиям.

Мне близка вторая логика. Я думаю, что вся тяжелая и не до конца понятная история с Приэльбрусьем это очень хорошо показывает.

Да, к туризму возник интерес, туризм поднялся в цене, ясно, что это то место, куда пойдут инвестиции. Не секрет, что земля скупалась во время КТО по дешевке. Очевидно, что в сложившихся условиях крупные вложения всегда будут провоцировать насилие — в этой конкретной институциональной ситуации, при этих великолепных природных ресурсах, при этих гостеприимных людях крупные вложения будут провоцировать насилие.

И второй момент. Меня Узеир немного удивил, когда начал говорить про Францию. Я ждала, что его следующая фраза будет: у нас-то люди хотели заниматься туризмом и занимались — там не хотели, у нас хотели. У нас что, пустыня была На Марсе строим курорты Курорты строим там, где есть два исторически сложившихся центра туристической деятельности, есть Домбай и есть Приэльбрусье, они развивались, являлись реальными центрами экономического роста. Очень серьезные барьеры были для их дальнейшего развития. Давайте снимать барьеры развития там, где люди хотят работать, могут, доказали это, есть бренды. Нет, почему-то начинаем с чистого листа, начинаем в тех местах, где ни людей, не брендов, ни желания, ни предпринимаСеверный Кавказ: проблемы и решения телей, которые уже доказали, что они на это способны. Очевидно, что даже если проект будет успешным, на этих уже сложившихся центрах можно будет поставить крест. Не хватит на всех туристов. Поэтому мне кажется, что проблема есть, и она очень серьезная.

Михаил ЧеРнышов (заместитель председателя экономического совета при Президенте РД, Дагестан). Было приятно увидеть два логических подхода к развитию событий в сфере туризма. Хотел бы сказать и о третьем подходе. Начну с небольшой притчи. Я в течение 10 лет проработал в Дагестанском государственном университете, в том числе в 1990-е годы. И вот однажды из ДГУ увольнялся главный бухгалтер, и когда его спросили о причине ухода, то он выдал такую интересную житейскую мудрость. Он сказал: «Знаешь, и раньше воровали, но раньше это хотя бы прятали. А сейчас воруют и не прячут. Я так работать не могу». И вот эта мысль старого мудрого еврея, на мой взгляд, полностью определяет логику событий, связанных с туризмом.

Первый вопрос заключается в том, какова емкость рынка и сколько нужно горнолыжников, чтобы окупить проект «КСК» Грубая оценка дает 10—15 млн в год. В России горными лыжами занимается, по разным оценкам, от 30 до 120 тыс. человек. Где существуют оставшиеся горнолыжники, прилетят ли они с Марса или с другой планеты, непонятно. Ответ на вопрос о емкости рынка сразу ставит под сомнение перспективы КСК.

Теперь о туризме в Дагестане. Попробуем оценить, сколько нужно туристов, чтобы туризм давал долю валового продукта такую же, как, например, в Испании Для этого в Дагестан нужно ежегодно ввозить более 6 млн туристов. Возможно ли это В советское время, в пик туристической активности 1990 года, было 350 тысяч туристов, то есть мы видим, что разница между фактическим и желаемым колоссальная. Если вы загоните на узкую полосу побережья Каспия несколько миллионов человек в сезон, то оттуда, мягко говоря, сбегут и те, кто там уже проживают. Они там просто не поместятся.

Не буду говорить о КСК, я просто не видел их бизнес-плана. А в качестве иллюстрации этого подхода расскажу об одном интересном проекте, который года три назад был в Дагестане и даже получил премию на одном Всероссийском конкурсе субъектов туристического рынка как лучший инвестиционный проект. Не каждый день дагестанский проект получает «бриллиантовую звезду», и меня заинтересовали детали. Долго искал составляющие, нашел: пятитизвездочная гостиница, 1100 мест, многомиллиардные вложения, более 330 млн долл., стоимость на 1 туристическое место около 300 тыс. долл. Это в 3—5 раз выше, чем на аналогичную пятитизвездочную гостиницу в других странах. В Турции стоимость 1 турместа пятизвездочного отеля обходится в 30—40 тыс. долл., в Египте — от 34 до 100 тыс., в Испании — 45—55 тыс., в Болгарии — около 20 тыс. долл. То есть в Болгарии, Турции, Испании можно построить в несколько раз дешевле, чем в Дагестане.

168 Северный Кавказ: проблемы и решения Исходя из параметров окупаемости пробую рассчитать, сколько стоит отдых в этом замечательном отеле. Получается, что, при самой благоприятной ситуации для гостиницы, если она будет загружена на 75% в год (то есть в несезон она будет работать почти так же, как и в сезон, что практически невозможно), то там можно переночевать минимум за 1600 долларов за сутки. Скажем так, гостиница не для бедных туристов.

В чем фокус Для этого нужно взглянуть на структуру инвестиций в проект. 15% — вложения собственников, большей частью это не «живые деньги», а выделенная государством земля, расходы на подготовку и продвижение проекта. А 85% — кредит под федеральные гарантии. В результате, взглянув на проект с этой точки зрения, можно увидеть, что проект очень простой. Вкладываешь 1,5 рубля (а реально — значительно меньше), занимаешь 8,5 рубля и на этапе стадии строительства окупаешь все затраты и всю планируемую прибыль. То есть лучшими в туриндустрии признаются проекты, которые окупаются для инициатора уже на стадии строительства. Они и не должны окупаться на стадии эксплуатации. При этом никто ничего толком и не скрывает.

Pages:     || 2 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.