WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 33 | 34 || 36 | 37 |   ...   | 38 |

Поэтому имеет смысл прислушаться к мнению авторитетного психолога и этнографа Ирениуса Эйбл-Эйбесфельда, которое приводит в своей книге В. Агеев: «отрицать наличие врожденных различий между мужчиной и женщиной очень модно, это отвечает стремлению человека освободиться от всех ограничений, избавиться от своего биологического наследия. Но свобода не достигается путем отрицания истины» (цит. по Агеев В. С., 1990, с. 188).

Вместе с тем, ограничение, накладываемое гендерными стереотипами, по мнению американских исследователей, создают трудности не только для женщин, но и для мужчин.

Последним не всегда под силу соответствовать гендерным стандартам поведения, что может вызывать стресс и различные психические и психосоматические расстройства, полагает Ш. Берн (2001).

Но, разумеется, с позиции данного подхода главной жертвой сексизма является женская половина человечества. Кратко ознакомимся с теми примерами предубеждений и дискриминации, на которые ссылаются американские авторы.

Пожалуй, наиболее коварный в силу скрытости и завуалированности признак сексизма обнаружили Дейн Арчер и его коллеги (1983). Он состоит в том, как подается визуальная информация о гендерах. Оказалось, что принцип изображения женщин и мужчин также обусловлен влиянием гендерных стереотипов. Это проявляется в том, что при изображении мужчин и женщин акцент делается на различных деталях их внешности.

В данном исследовании изучалось несколько типов изображений - газетные и журнальные фотографии, художественные портреты и рисунки студентов колледжа. Почти во всех случаях на портретах мужчин относительно большую часть пространства занимает изображение лица и головы. В то же время на портретах женщин большую часть пространства составляет изображение тела. Эта диспропорция в изображении головы и тела являющаяся результатом скрытого влияния гендерных стереотипов, получила название фейсизм.

По мнению Д. Арчера и его коллег, фейсизм косвенным образом подчеркивает, что для мужчин главным является голова и мышление, в то время как для женщин первостепенное значение имеет их внешний облик, ассоциируемый с половой принадлежностью.

Семечкин Н.И. Социальная психология Отдавая должное наблюдательности и остроумной дотошности исследователей (а это не только Д. Арчер, но и Джорджия Нигро), следует все же заметить, что выявленный ими вид дискриминации слишком уж замаскированный.

Более серьезной проблемой является существование так называемого «стеклянного потолка». Этим термином исследователи обозначают искусственные барьеры, основанные на предубеждениях, которые не позволяют женщинам и представителям национальных меньшинств продвигаться по служебным лестницам к высшим руководящим должностям.

Действительно, женщин-руководителей высшего ранга гораздо меньше, чем мужчин. Но дело здесь, думается, не только в «стеклянном потолке». Высшие должности – это власть и привилегии. И борьба за них ведется не только между мужчинами и женщинами, но и между мужчинами, как, впрочем, и между женщинами тоже. Поэтому среди мужчин, вероятно, гораздо больше, чем среди женщин, оказывается тех, кто не сумел прорваться на самый «верх», столкнувшись с «потолком». И если бы на нижних этажах пирамиды власти в схватку за высшие должности изначально вступало больше женщин, чем мужчин, то и окончательное соотношение пробившихся наверх было бы, скорее всего не в пользу мужчин. До сих пор на старте «гонок по вертикали» преобладали все же мужчины. Таким образом, «потолок» препятствующий продвижению к вершине пирамиды власти, существует для всех, а не только для женщин или представителей национальных меньшинств. На верхних этажах власти места на всех не хватает, поэтому большинство рвущихся туда застревает под каким-нибудь из «потолков».

Кроме того, недоумение вызывает сама постановка проблемы. Шон Берн и других исследователей почему-то занимает вопрос о том, отчего так мало крупных руководителей (начальников) женщин И совершенно игнорируется другой вопрос – почему мало (или они вообще отсутствуют) женщин среди крупных ученых, писателей, композиторов, художников, музыкантов, кинорежиссеров, даже среди крупных финансистов и предпринимателей Неужели свой творческий потенциал человек способен реализовать, лишь став большим начальником Видимо, только сумев ответить на все эти вопросы, мы сможем понять суть тех проблем в межгендерных взаимодействиях, которые порождены социальными стереотипами, и которые относительно остро о себе заявляют в некоторых западных обществах. Например, в американском.

2.6. Относительная депривация Несмотря на то, что женщины в западных культурах не относятся к числу наиболее дискриминируемых групп и, более того, по сравнению с женщинами в восточных культурах, особенно в тех, где распространен ислам, они находятся в исключительно привилегированном положении, тем не менее, именно на Западе, а на Востоке возник феминизм – как социальное движение, как идеология, как политика и даже как область научных исследований.

Почему же не женщины-мусульманки, а женщины западной, прежде всего американской культуры, к тому же представительницы среднего класса, т.е. высокообразованные и экономически состоятельные, а не выходцы из социальных низов, заявляют о невыносимом положении женщины в обществе, говорят о существовании сильных гендерных предубеждений и дискриминации Ответ на этот вопрос позволяет дать теория относительной депривации.

Впервые о чувстве относительной депривации (лишенности, обездоленности) заговорили исследователи, которые во времена Второй мировой войны изучали психологическое состояние солдат, участвующих в боевых действиях. Тогда же, кстати, появился и сам термин относительная депривация (Майерс Д., 1997).

Так вот, сравнивая степень удовлетворенности службой летчиков и военных полицейских, исследователи с удивление обнаружили, что уровень неудовлетворенности и фрустрации в авиачастях выше, чем в полицейских подразделениях. И это при том, что в авиации чины и звания присваивались гораздо чаще и быстрее, так что продвижение по службе в военно-воздушных частях шло несравненно успешнее, чем в полиции. Но результатом этого являлось не чувство удовлетворения, а еще более завышенные ожидания. У военнослужащих возникало ощущение своей исключительности и формировалось высокое самомнение. Таким образом, пишет Д. Майерс, их притязания опережали их достижения (Майерс Д., 1997).

Неизбежным следствием завышенных амбиций были разочарование и фрустрация.

Если говорить об относительной депривации в более широком смысле, то ее можно определить как чувство неудовлетворенности, вызванное уверенностью людей в том, что они Семечкин Н.И. Социальная психология имеют меньше, чем того заслуживают. Почему может возникнуть такое чувство Конечно же, вследствие сравнения своего социального положения и условий жизни с положением и условиями других людей. Обнаружив, что другие имеют больше и живут лучше, чем он сам, человек испытывает зависть к более благополучным индивидам. При этом он полагает, что достоин лучшей участи и поэтому имеет полное право на то, чем обладают другие.

Чувство относительной депривации может возникать как у отдельных людей, так и у социальных групп. В последнем случае возникает чувство не индивидуальной, а групповой, социальной зависти. Показательно, что по данным Р. Ваннемана и Т. Петтигрю чувство относительной депривации испытывают не только низкостатусные, но и доминирующие группы (Браун Р., 2001).

Это вполне естественно, ведь теория относительной депривации утверждает, то чем больше человек имеет, тем сильнее завидует тем, кто имеет немного больше. Поэтому неудовлетворенность своим положением в обществе проявляют не самые обездоленные, а относительно благополучные слои и группы. Самыми непримиримыми революционерами обычно являются выходцы из средних, а то и высших слоев общества. Достаточно вспомнить поколения российских заговорщиков, террористов, революционных деятелей: декабристов, народников, большевиков – чтобы убедиться в том, что это действительно так. Почти все они были либо дворянского, либо разночинного происхождения и очень редки рабочими и тем более, крестьянами. Таким образом, чувство относительной депривации возникает из-за того, что: а) индивид или группа считают, что заслуживают лучшей участи (большего материального благополучия, высокого социального статуса и т.д.); б) ответственность за свое «незавидное положение» возлагается на внешние обстоятельства (несправедливые законы, неразумное общественное устройство и т.д.), а не на себя.

Люди различным образом могут стараться преодолеть относительную депривацию. Один человек может пытаться улучшить условия своей жизни путем достижения личного благополучия, через политическую, общественную деятельность с тем, чтобы влиять на общественные изменения. Но возможен и более радикальный путь, когда люди – отдельные индивиды, но чаще, конечно, социальные группы вступают на путь протестов и борьбы. Уличные беспорядки, демонстрации, погромы, террор, восстания, мятежи – вот арсенал средств, к которым постоянно прибегают ощущающие себя несправедливо обделенными социальные группы, которые стремятся быстро и бесповоротно «восстановить справедливость», т.е. занять доминирующие позиции в обществе. Хотя, как мы отмечали в предыдущей главе, желание переустройства общества, протест и борьба возникают лишь тогда, когда ощущается шаткость и неустойчивость существующего социального порядка.

Глава 3. Разрядка межгрупповых конфликтов Конфликты сопровождают жизнь и каждого человека, и человеческих сообществ, и человечества в целом, они неизбежны. Если кому-то удается не допустить внешнего проявления конфликта, то тем самым он вызовет обострение внутреннего конфликта, который, как правило, оказывается более злокачественным, чем внешний. Хотя, конечно в любом случае, конфликт прежде всего является производным внутреннего психического мира людей. Словом, как иронично пишет известный конфликтолог Р. Ликсон, если вы обнаруживаете, что у вас отсутствуют какие-либо конфликты, пощупайте, есть ли у вас пульс.

В случае объективации конфликта, т.е. признание его наличия, иначе говоря, в случае явного противостояния, конфронтация проходит по линии «Я» против «Ты» или «Мы» против «Они». А вот при попытке подавить, сдержать, замаскировать внешнее проявление конфронтации линия невидимого фронта проляжет в душе каждого индивида. Таким образом, стремиться во что бы то ни стало избегать проявлений конфликтов, занятие не только бессмысленное, но и опасное. Дело, следовательно, не в том, чтобы убегать от внешних конфликтов, тем самым консервируя их и приобретая внутренние, и не в том, чтобы с благочестивым видом вести «подковерные» или тайные «заспинные» схватки, а в том, чтобы, во-первых, признать наличие противоречий, а во-вторых, попытаться найти максимально удовлетворительный для конфликтующих сторон способ разрешения конфликта.

Невозможность бесконфликтного существования, конечно, не радует. Но с другой стороны – и это признают даже критики марксистской социальной теории, там, где Семечкин Н.И. Социальная психология прекращаются или отсутствуют конфликты, начинается застой, идет угасание, вырождение, исчезает динамизм и развитие (Майерс Д., 1997).

Закономерности, этапы конфликтного процесса и даже причины возникновения конфликтов любого типа – межличностных, межгрупповых и международных – одни и те же. Так что анализ одного типа конфликта (или уровня) позволяет понять сущность конфликта любого другого типа. В нашем случае мы сосредоточим внимание на исследовании межгрупповых конфликтов.

3.1. Ситуация конфликта Раньше мы отмечали, что предпосылки для возникновения конфликта могут быть как внутренними, так и внешними. Первый тип причин – диспозиционных – был продемонстрирован в исследованиях Г. Теджфела. Влияние причин второго типа – ситуационных – показали исследования М. Шерифа. Но любой межгрупповой конфликт, какими бы причинами он не был инициирован, всегда протекает в условиях двойного влияния внутренних и внешних факторов.

Характеризуя ситуацию конфликта, Мортон Дойч (1973) показывает, как сочетание внешних и внутренних факторов, с одной стороны, подхлестывает конфронтацию, а с другой – затрудняет ее прекращение.

Коммуникация между конфликтующими группами очень слабая и ненадежная. Доступные каналы связи, к которым в обычное время прибегают группы, в состоянии конфликта не используются, а если их и задействуют, то чаще всего с намерением ввести противников в заблуждение. Следовательно, ни одна группа не может полагаться на информацию, полученную от противной стороны. Типичным примером такого рода информационного обмена является взаимная дезинформация, пропаганда, идеологическая борьба, так называемые «грязные технологии», применяемые во время войн и в предвыборных кампаниях.

Далее, положение усугубляется тем, что в конфронтационном взаимодействии восприятие группами друг друга искажается, о чем мы уже говорили, характеризуя отношения «Мы и «Они». Свои действия и намерения в отношении другой группы расцениваются, конечно, как благородные и доброжелательные, в то время как действия и помыслы другой группы воспринимаются как враждебные и злокозненные. Взаимная подозрительность в отношении намерений друг друга приводит к тому, что группы отказываются рассматривать идущие от противников просьбы и предложения, усматривая в них подвох. Или возможен другой вариант восприятия обращения – любое обращение может восприниматься как проявление слабости, которой, как говориться, грех не воспользоваться и не попытаться «нажиться», т.е. укрепить собственные позиции. Выполнение просьбы или предложения другой стороны может обставляться рядом условий с тем, чтобы, как это представляется самим противникам, окончательно ослабить соперников и одержать над ними безоговорочную, «окончательную» победу.

Вследствие всего этого у конфликтующих групп формируется уверенность, что конфликт можно разрешить только одним способом – навязать противнику мир с помощью превосходящей силы, т.е. на своих условиях. Для достижения этой цели каждая из сторон пытается преувеличивать свою значимость, силу, влияние, и в то же время, подчеркивать ничтожность противников, указывая на противоестественность и незаконность самого их существования. Воюющие стороны, как правило, заявляют о неизбежности своей победы и обреченности своих противников, намекая тем самым на то, что на их стороне Бог, судьба, законы исторического развития, справедливость, и, конечно, Правда.

Ведь действительно, каждый из противников считает себя воплощением добра, мудрости, морали, гуманизма, одновременно воспринимая «Их» как источник беззакония, аморализма, зла. Отсюда и такие выражения как «империя зла», «ось зла» и т.д.

Pages:     | 1 |   ...   | 33 | 34 || 36 | 37 |   ...   | 38 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.