WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 28 | 29 || 31 | 32 |   ...   | 46 |

Человеку, например, свойственно брать на себя ответственность только за благоприятные события или положительные исходы. Такие положительные результаты — плод их личных усилий, стараний и качеств. В то же время все плохое — это результат чужих действий или следствие неблагоприятных обстоятельств. Иначе говоря, неудачи мы объясняем ситуационными, объективными, не зависящими от нас причинами. Эту тенденцию можно назвать склонностью к самооправданию. Причина ее проста. Используя самооправдание, человек поддерживает не только самооценку, но и Я-концепцию в целом. Ведь возлагая на себя ответственность за плохое, человек вынужден будет изменять Яконцепцию. Вспомним пример с убогим, неуспевающим студентом. Разумеется, склонность к самооправданию присуща не только студентам. Тот же преподаватель охотно признает свои заслуги, если студенты с интересом учатся и хорошо успевают. Но если они плохо учатся и успевают, то это уже не его “заслуга”, а вина самих студентов.

Таким образом, человек всегда найдет возможность избежать не-приятных, угрожающих Яконцепции объяснений и возложить ответст-венность за плохое на других или на обстоятельства.

Но не только названные способы используются людьми для сохранения и повышения самооценки. Имеются и другие, в том числе и те, которые психологи-клиницисты рассматривают как патологические. Например, человек может неистово стремиться к власти, чтобы ком-пенсировать неизжитый комплекс неполноценности. В данном случае власть ему необходима, чтобы чувствовать свое, хоть и формальное, но все же превосходство над другими людьми. Пользуясь властью, он может пытаться их унижать и тем самым самоутверждаться. (Впрочем, это отдельная тема. Более подробно о ней мы будем говорить в разделе “Социальное влияние”, когда станем обсуждать психологическую теорию власти Альфреда Адлера.) К сказанному добавим, что люди не всегда склонны к самооп-равданию, не всегда расценивают успехи как результат собственных усилий, а неудачу — как следствие стечения обстоятельств. Речь о том, что, находясь в депрессивном состоянии, люди часто прибегают не к самооправданию, а, наоборот, к самообвинению. Любая неудача вос-принимается ими как результат их собственных ошибок, вины и несостоятельности. Другими словами, человек, впавший в депрессию, ищет диспозиционные причины неудач. А в том случае, когда он добивается успеха или происходят благоприятные для него события, он, напротив, усматривает не диспозиционные, а ситуационные причины. Он может объяснять это тем, что ему просто повезло или так сложились обстоятельства. Одним словом, с его точки зрения, все хорошее происходит не благодаря ему самому или кому-то еще, а выходит как бы само по себе.

В заключение отметим, что результаты многих исследований показывают: люди, прибегающие к самооправданию, живут и чувствуют себя лучше, чем те, кто не умеет этим пользоваться.

Как видим, очень часто вместо того, чтобы самосовершенст-воваться, добиваться успехов, развивать свои способности, приобре-тать новые знания, навыки и умения, люди для сохранения и повы-шения самооценки прибегают к различным уловкам: находят себе оправдания (иногда даже заготавливая их впрок), ищут изъяны и ошибки в действиях других людей и если не находят, то придумывают их сами, принижают достижения других людей или препятствуют достижению успеха другими, радуются чужим неудачам и бедам, греются в лучах чужой славы и тотчас же бросают своих кумиров, как только их слава начинает меркнуть, идентифицируют себя, словно дети, со сказочными героями, рвутся к власти и т. д.

Все эти тактики далеко не безобидны для человека. Как маски, которые мы надеваем, способны “прирастать”, образуя личину (Юнг называет ее Персоной, т. е. ложным Я), так и описанные способы поддержания самооценки могут стать привычными. Это тем более вероятно, если человек пользуется ими постоянно. В результате может измениться Я-концепция человека и, как следствие, трансформироваться личность.

Глава 4. Самосознание и поведение Раньше уже упоминалось о том, что Я-концепция является соци-альной установкой человека в отношении себя самого. Это означает, по сути, что самосознание, как и всякая другая установка, влияет на наше поведение. Благодаря Я-концепции, мы стремимся вести себя так, чтобы наше поведение соответствовало нашему самосознанию. Проис-ходит это даже в тех случаях, когда такое поведение может негативно отразиться на нас самих. Так, скажем, человек, осознающий себя смелым, скорее всего, будет проявлять бесстрашие, хотя это может угрожать его благополучию.

Человек, осознающий себя правдивым, будет говорить правду, несмотря на то, что говорить правду всегда опасно и невыгодно.

Или возьмем другой пример: с кем мы дружим С кем нам приятно находиться и поддерживать отношения Вероятно, с теми людьми, которые подтверждают наши Я-концепцию и самооценку, проще говоря, с теми, кто нам симпатизирует, ценит нас, уважает или, по крайней мере, делает вид, что восхищается нашими достижениями, т. е. льстит нам. И, наоборот, нам неприятны те, кто угрожает нашей Я-концепции и самооценке.

Внесем уточнение: хотя наше самосознание всегда с нами, степень сосредоточенности внимания на себе, на своем поведении в разное время у нас различна. Нам, например, не требуется самосознание в полностью заученном, автоматическом поведении. Здесь мы ведем себя “бездумно”, не смотрим на себя со стороны, не оцениваем своих действий.

Деиндивидуализация и поведение Кроме того, как утверждают некоторые авторы, люди мало контролируют свое поведение, будучи анонимными. Этим, в частности, объясняется бесшабашное, раскованное поведение людей на карнавалах, когда их лица скрыты под масками.

Можно предположить, что последнее утверждение не совсем бес-спорно и справедливо лишь в отношении тех людей, чья Я-концепция либо еще не сложилась, либо она слабо выражена, либо вообще неопределенная. Но нужно иметь в виду, что достаточно много людей вообще не склонны осмысливать себя и свое поведение и, таким образом, их личностные признаки находятся в зачаточном состоянии. Об индивидуальных различиях в самосознании у нас еще будет случай поговорить попозже. Сейчас же обратимся к двум исследованиям Артура Бимена, Боннела Клентца и Эдварда Дайнера, которые показывают, как фактор анонимности может влиять на поведение детей, то есть тех людей, чья Я-концепция находится еще в стадии формирования (Beaman А., Klentz В. & Diener А., 1979).

Исследования проводились в виде игры, все дети были одеты в маскарадные костюмы и маски, т. е. сохраняли анонимность. В ходе игры исследователи предлагали детям угощаться сладостями. Причем в одних случаях перед стеклянным шаром, наполненным лакомствами, ставилось большое зеркало так, чтобы дети видели себя в то время, когда брали сладости из шара. В других случаях зеркало отсутствовало. (Зеркало, в котором испытуемые видят себя, — классический прием, используемый в лабораторных условиях для активизации само-внимания и самоосмысления.) Женщина-исследователь, игравшая с детьми, иногда предлагала им самим угощаться и без стеснения, а иногда разрешала брать только одну конфету. Но сама она, когда дети брали сладости, отворачивалась и подчеркнуто смотрела в другую сторону. У одних детей она спрашивала имя, у других — нет, так что они оставались анонимными.

Результаты исследования отчетливо показали влияние самовнима-ния на детское поведение.

Если перед детьми находилось зеркало, в котором они себя видели, и при этом им разрешалось взять лишь одну конфету, то ослушание случалось редко. Если же зеркало отсутст-вовало, то дети ослушивались гораздо чаще. Но даже и без зеркала дети стеснялись брать больше разрешенного, когда вынуждены были называть свои имена. Более того, когда детям позволяли брать сладостей сколько душе угодно, но при этом они видели себя в зеркале, то они редко брали больше, чем одну.

Если же зеркало отсутствовало, дети вели себя иначе. Вероятно, зеркало, когда дети видели себя в нем, заставляло их соотносить свое поведение с принятыми нормами, препятствующими проявлению жадности.

Понятно, что взрослому человеку со сложившейся и устойчивой Я-концепцией, не нужно смотреться в зеркало или называть себя по имени, чтобы вести себя достойно и не совершать предосудительных поступков — не быть жадным, лживым, подлым, изворотливым.

Личная ответственность Но и в случае с неоформившейся, или детской, Я-концепцией дело обстоит не так однозначно, как может показаться после знакомства с исследованиями А. Бимена и его коллег. Р.

Чалдини описывает серию исследований Джонатана Фридмена, который также работал с детьми (Чалдини Р., 1999).

Фридмен хотел выяснить, сможет ли он запретить мальчишкам в возрасте от семи до девяти лет играть с интересной игрушкой, сказав шестью неделями ранее, что делать это дурно. Основная задача, по мнению исследователя, состояла в том, чтобы сами мальчишки убедили себя, что играть с запрещенной игрушкой нехорошо. Но как заставить их в таком возрасте отказаться играть с дорогим, работающим на батарейках, роботом Во-первых, этого можно добиться угрозой наказания, т. е. с помощью внешнего давления.

Другое дело, насколько эффективно и долго будет действовать угроза Она действовала лишь до тех пор, пока мальчишки считали, что их могут поймать и наказать. Именно это Фридмен и предвидел.

Уже через шесть недель, когда с детьми вместо самого Фридмена работала его ассистентка, которая не угро-жала наказанием, 77% мальчишек захотели играть именно с роботом, который раньше был для них “запретным плодом”.

Набрав другую группу мальчишек, Фридмен изменил тактику внушения. На этот раз он не запугивал их, а просто говорил им, что с роботом играть нехорошо. Этого было достаточно, чтобы мальчишки непосредственно после разговора не подходили к роботу. Но этого оказалось достаточно и спустя шесть недель. Произошло поразительное: несмотря на разрешение играть с любой игрушкой, большинство мальчишек избегало робота, хотя это была самая привлекательная игрушка.

Только 33% из них выбрали для игры робота. Запрет в данном случае начинал действовать как социальная норма, предопределявшая поведение детей.

Этот феномен эффективного запрета без угроз Фридмен объясняет тем, что вместо внешнего давления (угроз) у мальчиков возникало своего рода “внутреннее давление”, препятствующее нарушению запрета. Оно оказалось надежнее и действеннее угроз, поскольку “работало” даже в отсутствие того, кто запрещал играть с роботом. Иначе говоря, дети приняли личную ответственность за свое решение не трогать привлекательную игрушку. Они решили, что сами этого не хотят, а не кто-то извне их заставляет поступать таким образом. Следовательно, на их поведение оказывало влияние самосознание, а не внешнее принуждение.

Внесем существенное уточнение. Дело в том, что в самосознание, наряду со стандартами поведения, входит также оценка своих способностей выстроить поведение в соответствии с этими стандартами. Исследования показали, что для американских студентов стандартом, образцом является независимое, нонконформистское поведение. Многие из них, в соответствии со своей Яконцепцией, могут противостоять давлению группы. Некоторые же, не уверенные в своей способности сопротивляться групповому давлению, проявляют конформизм, хотя в идеале хотят быть независимыми. А если человек не уверен в том, что он в состоянии достичь соответствия идеальному Я или долженствующему Я, то, как мы уже знаем, он испытывает беспокойство, тревогу, даже депрессию. Поэтому люди, осознающие свою неспособность следовать стандарту или идеалу, как правило, предпочитают вообще уклоняться от осознания себя и своего поведения. Более того, они стремятся даже избегать таких ситуаций, которые могут активизировать их самосознание.

Стигматизация Вместе с тем, известны и другие примеры того, как Я-концепция может влиять на поведение людей. Дженифер Крокер и Бренда Майор, произведя обзор многих исследований, показали, что люди обезображенные, имеющие заметные уродства, шрамы, кожные патологии (стигмы), т. е. те, к кому другие люди обычно относятся с брезгливой жалостью и страхом, могут специально выставлять свои уродства и язвы напоказ, подчеркивать их, как бы бравируя своей увечностью. Исследователи полагают, что делается это для самоподтверждения, поскольку у стигматизированных людей центральным аспектом Я-концепции может выступать как раз осознание своей стигмы (Crocker J. & Major В., 1989).

Заметим, что стигматизированное самосознание может сформиро-ваться не только у внешне обезображенных людей, но и у тех, кто вообще чем-то отличается от окружающих. Так, по мнению Альберта Меграбяна, в США, где белые составляют большинство населения, чернокожие и латиноамериканцы также обладают стигматизированным самосознанием, поскольку белое большинство передает им свои предубеждения через невербальные каналы коммуникации. Таким образом, у национальных и расовых меньшинств с самого детства формируется стигматизированное самосознание. Люди, принадлежа-щие к группам гендерных и возрастных меньшинств в каких-либо социальных сообществах, тоже могут испытывать дискриминацию и предубеждения со стороны большинства окружающих. Вследствие этого и у них складывается стигматизированное самосознание (Пайнс Э., Маслач К., 2000). Кроме того, индивиды с ярко выражен-ными личностными изъянами, также могут обладать своего рода стигматизированным самосознанием и бравировать своими душевными уродствами. Можно сказать, что в этом случае человек, не видя у себя никаких достоинств, вынужден гордиться собственными недостатками.

Поведение людей детерминируется не только содержанием их Я-концепции, но и степенью представленности и развития тех или иных функций самосознания. Раньше уже говорилось, что люди в неодинаковой степени обладают потребностью и, соответственно, способностью осознания себя. Одни делают это постоянно, другие — время от времени, третьи — в исключительных случаях, четвертые, может быть, вообще никогда. И если это так, то понятно, что поведение не всегда и не у всех людей определяется их самосознанием. Как мы помним из первого раздела, с точки зрения психологии масс, человеческое поведение вообще мало зависит от сознания, поскольку почти целиком детерминируется бессознательным. И хотя сегодня этот взгляд оспаривается, необходимо все же признать, что в отношении, по крайней мере, определенной категории людей он справедлив.

Я и другие Самосознание обычно действует как бы на два фронта. С одной стороны, человек осознает “себя для себя”: эта функция обеспечивает индивиду то осознание, которое необходимо ему, так сказать, для “внутреннего пользования”. С другой стороны, человек осознает “себя для других”: эта функция дает ему знание о том, как он выглядит в глазах окружающих, как они его воспринимают.

Pages:     | 1 |   ...   | 28 | 29 || 31 | 32 |   ...   | 46 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.