WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 46 |

Значительный вклад в развитие психо-логии масс внес и Зигмунд Фрейд, чья работа “Психология масс и анализ человеческого Я” вышла в 1921 году. Основная заслуга З. Фрейда в разработке проблем психологии масс состоит в том, что он не только констатирует и описывает те или иные феномены массовой психики, но и, пожалуй, одним из первых дает психологическое объяс-нение причин этих феноменов, вскрывает их психологическую подоп-леку. Фрейд исходит из того, что мало указать на какое-то проявление массовой психики, необходимо также проанализировать и понять пси-хические механизмы, лежащие в его основе, необходимо дать им объяснение. Фрейд делает это с позиций созданной им психоаналитической теории. По этому же пути психологического анализа и объясне-ния психологии масс пошли Вильгельм Райх и Эрих Фромм. Это и понятно, ведь оба названных психолога начинали свою научную теоретическую деятельность как ученики и последователи Фрейда, как приверженцы психоанализа. В 30-х годах ХХ века вышла книга В. Райха “Психология масс и фашизм” (Пер. на рус. яз. СПб., 1997), а в 1941 году опубликована книга Э. Фромма “Бегство от свободы” (Пер. на рус. яз. М., 1990). Но отметим, что и в других своих работах Райх и Фромм неоднократно обращаются к проблемам психологии масс. Среди работ Райха в этой связи стоит упомянуть опубликованные на русском языке книги “Сексуальная революция” (СПб.; М., 1997) и “Функция оргазма” (СПб.; М., 1997). Что касается Э. Фромма, то почти во всех своих книгах (на русском языке сегодня вышли практически все его работы), он, так или иначе, затрагивает тему массовых психических явлений. Вот лишь некоторые из книг: “Душа человека”, “Революция надежды”, “Психоанализ и религия”, “К здоровому обществу”, “Анатомия человеческой деструктивности”.

Из смежных социальной психологии областей знания, а наиболее близка ей социология, укажем на работы Макса Хоркхаймера, Теодора Адорно, Юргена Хабермаса, Герберта Маркузе, Герберта Блуммера. И, наконец, стоит упомянуть еще одно имя — Элиас Канетти, чья работа “Масса и власть” (Канетти Э., 1997) хотя и не относится к разряду психологических произведений, являясь, скорее, описанием феноменологии массы, многое дает для понимания массовой психологии.

Раздел I. Психология масс и социальная психология Глава 1. Индивид - масса: проблема психических трансформаций Природа человека и предмет психологии Характеристика массы Структура психики массы Законы массы Интеллект массы Женское начало и чувства массы Вера и надежды массы Консерватизм массы Массы естественные и искусственные Закон подражания Элита и масса Глава 2. Вождь - масса: проблема власти и социального лидерства Природа власти и подчинения Психологический портрет вождя Вождь и масса — близнецы-братья Ореол авторитета Глава 3. Психология массы: проблема социального влияния Гипноз и заражение Механизмы влияния в массе Внушение (суггестия) Демагогия Повторение Средства влияния: массовые коммуникации Глава 4. От психологии масс к социальной психологии Первая модель социальной психологии История социальной психологии Раздел I Психология масс и социальная психология Масса кажется нам вновь ожившей первобытной ордой. Так же как в каждом отдельном индивиде первобытный человек фактически сохранился, так и из любой человеческой толпы может вновь возникнуть первобытная орда... Мы должны сделать вывод, что психология массы является древнейшей психологией человечества; все, что мы, пренебрегая всеми остатками массы, изолировали как психологию индивидуальности, выделилось... из древней массовой психологии.

З. Фрейд Подавляющее большинство вопросов, поставленных психологией масс, в дальнейшем стали предметом исследования социальной психологии. К числу наиболее значимых для социальной психологии проблем, которые решались психологией масс, относятся:

1. Проблема взаимоотношений: индивид — группа.

2. Проблема социальной власти и лидерства.

3. Проблема индивидуального и группового влияния: конформизм и подчинение.

4. Проблема групповых процессов и механизмов групповых и межгрупповых взаимодействий.

Позднее мы вернемся к вопросу об эволюции психологии масс в социальную психологию и кратко опишем основные этапы развития социальной психологии как самостоятельной науки. А сейчас рассмотрим социально-психологические проблемы так, как они ставились психологией масс.

Глава 1 Индивид — масса: проблема психических трансформаций Говоря о психологии масс в целом, следует прежде всего сказать о том, что ей принадлежит ряд принципиальных открытий в области человекознания. Главное из них связано с изменением взглядов на сущность человека и природу его поведения. Новое время и эпоха Просвещения в европейской истории выдвинули и распространили идею разумности человеческой природы и примата рациональности в его поведении. И хотя это было не чем иным, как философским обоснованием ветхозаветного мифа о сотворении человека, идея эта в тот период рассматривалась как принципиально новый взгляд на человека. Создавая свою классификацию видов “Sistema naturae”, Карл Линней определил человека как Homo sapiens, из чего следовало, что видовым отличием человека является его разумность, рациональность, наличие сознания. Этого оказалось достаточно, чтобы объявить человека венцом, “царем” природы, возвысившимся над всеми животными, благодаря своей исключительной разумности.

Природа человека и предмет психологии Психология масс опровергла представление о человеке как о воплощении разума и сознания, обнаружив, что, находясь в массе, в толпе, человек-индивид утрачивает разумность и интеллект. Его поведение, как и поведение массы в целом, становится иррациональным и бессознательным. И если поведение многих видов животных в нормальных, естественных условиях демонстрирует явное присутствие рациональности и интеллекта, то поведение человека в массе начисто лишено всякой логики.

Поэтому психология масс в качестве предмета психологии определила психическое бессознательное человека. Академическая психология, оформившаяся к тому времени как самостоятельная наука, занималась изучением только сознания человека. Структура сознания, законы его функционирования, процессы ощущения, восприятия, мышления, этапы мыслительной деятельности, познание — вот тот круг вопросов, которые интересовали психологов. Понимание человеческой психики только как сферы сознания сложилось в психологии под влиянием философских взглядов Рене Декарта и Джона Локка, утверждавших, что у человека нет и не может быть неосознаваемых психических процессов. Декарт утверждал, что только человек обладает душой, единственным свойством (атрибутом) которой является сознание, мышление. Примерно такую же мысль высказывал и Локк, говоря о рефлексии, т. е. способности осознания человеком своей психической (для Локка это равнозначно мыслительной) деятельности. Таким образом, вся психология сводилась к исследованию процессов мышления и познания. Идеология Просвещения, провозгласившая абсолютную разумность и рациональность человека (что неудивительно, поскольку она опиралась на философию Декарта и Локка), способствовала окончательному утверждению взгляда на психику человека как на сферу чистого сознания. И, соответственно, привела к пониманию психологии как науки только о сознании. “Подавляющее большинство философов, — писал по этому поводу З. Фрейд, — называет психическим лишь то, что является феноменом сознания. Для них мир сознательного покрывается объемом психического. Все остальное, происходящее в трудно постигаемой “душе”, они относят к органическим предпосылкам или параллельным процессам психического. Или, точнее говоря, душа не имеет никакого другого содержания, кроме феноменов сознания, следовательно, и наука о душе, психология, не имеет никакого другого объекта. Точно так же думает и профан” (Фрейд З., 1997, с. 404).

Но уже сам факт существования массовой психики, неразумного поведения людей в толпе свидетельствовал о наличии в психике человека неосознаваемого, иррационального компонента.

Психология масс, таким образом, открыла для психологической науки новую область исследования — неисчерпаемую, загадочную, парадоксальную сферу психического бессознательного человека.

Открытие иррациональности человеческой натуры стало ключевым, поворотным моментом в дальнейшем развитии не только психологии, но и всех наук, изучающих человека, его историю и поведение. Оно послужило толчком к созданию новых философских, исторических, социологических, культурологических и антропологических теорий.

Стало очевидным, в частности, что человеческая история не является результатом или плодом разумной деятельности людей, а представляет собой, скорее, череду хаотических всплесков, выбросов иррациональной психической энергии людей. История народов, таким образом, вершится не по законам логики или человеческого и божественного разума, а по своим собственным законам.

И в их основе лежит не экономика, не рассудок, не холодный расчет, а страсти, то есть психический компонент. Или, как пишет Г. Лебон, “душевный строй расы”. И психическое, о котором идет речь, совершенно бессознательно. Невидимая в своей сущности, эта “душа расы” очень заметна в своих проявлениях, так как в действительности именно она управляет всей эволюцией народов.

Новый взгляд на природу человека привел к тому, что помимо безраздельно господствовавших в то время идей линейного исторического прогресса, который объяснялся непрерывным развитием и совершенствованием человеческого разума, появились новые, альтернативные теории человеческой истории, например циклические теории культур (из числа наиболее известных — теория Оствальда Шпенгле-ра). Одним из важнейших выводов новых человековедческих теорий стал вывод о неизменности, постоянстве природы человека.

Согласно этой новой точке зрения на человека, люди изменяют окружающий мир, а сами при этом не изменяются.

Еще одним очевидным следствием открытия иррациональной, бессознательной сущности человеческого поведения стали изменения в теории юриспруденции и, как следствие, изменения в области уголовного законодательства. Итальянский ученый — юрист С. Сигеле, будучи специалистом по уголовному праву, пришел к выводу, что преступления, совершенные индивидом в условиях толпы, массовых скоплений людей, выступлений и действий (паника, бунты, митинги, демонстрации и т. д.) являются “деяниями в состоянии аффекта”, т. е. иррациональными, неконтролируемыми сознанием человека, поступками. Поскольку индивид в этом случае не управляет своим поведением, действуя бессознательно, то он, следовательно, не может нести за свои действия всей полноты ответственности. Аффективное состояние, таким образом, должно учитываться как смягчающее вину обстоятельство. С. Сигеле сумел настоять на том, чтобы в итальянском уголовном законодательстве появились соответствующие изменения. Тем самым, впервые в мировой практике на уровне государственной законодательной политики признавалась вероятность и возможность в определенных обстоятельствах бессознательного, иррационального поведения людей, не страдающих психическими патологиями. Позднее подобные же статьи в том или ином виде вошли в уголовные кодексы других стран. Сегодня это положение широко используется в судо-производстве многих государств.

Характеристика массы Обращение С. Сигеле — профессионального юриста, изучающего природу и причины криминального поведения, к психологии масс не было случайным. Дело в том, что он разделял господствующую в то время оценку толп, масс как преступных сборищ. У него, кстати, вышла и книга с соответствующим названием — “Преступления массы”. Такая точка зрения на массу объяснялась рядом причин.

Первая состояла в том, что людей, собравшихся в массу и действующих как толпа, принято было считать деклассированными, маргинальными индивидами. Другими словами, предполагалось, что толпы, массы образуются из людей, выпавших или выброшенных из социальной структуры общества. Следовательно, люди эти не заняты общественно полезной деятельностью, вообще не имеют определенных занятий и своего места в обществе, но зато обладают преступными наклонностями. Таким образом, иррациональное, “безумное” поведение сбившейся в толпы черни, люмпенов, не поддающееся никакому сознательному, разумному управлению, направлено против общества и несет угрозу самому его существованию. В этом усматривалась вторая причина преступности массы: антиобщественный характер поведения толпы и делает ее преступной.

Существовала еще и другая оценка массы — как безумной. Наиболее ясно ее выражал итальянский антрополог Чезаре Ломброзо, выдвинувший идею, в соответствии с которой преступники являют собой феномен биологической дегенерации. Именно такие люди, с душевными расстройствами, отмеченные врожденной дегенерацией, признаками вырождения и умопомешательства, по мнению Ч. Ломброзо, имеют склонность и потребность объединяться в массы, образовывать толпы. “Криминальность, — пишет Ломброзо, — составляет неотъемлемый элемент всякой толпы” (Московичи С., 1996, с.107). Но еще до Ч. Ломброзо английский психиатр Джеймс Причард высказал мнение, что антисоциальная деятельность является формой умопомешательства.

Данный подход в понимании безумия и преступности толп являлся отражением опять-таки идеологии Просвещения. С позиций этой идеологии любой человек, совершающий преступления, то есть антисоциальные действия, а значит, нарушающий разумно, рационально организованный общественный порядок, может быть только безумцем. Психически здоровый человек не может быть преступником, т. к. он в своем поведении руководствуется разумом, сознанием и, следовательно, прежде всего озабочен сохранением, поддержанием общественного порядка.

Таким образом, до возникновения психологии масс толпа, масса наделялись следующими характеристиками:

1. Масса — сброд антисоциальных, деклассированных элементов, скопление люмпенов.

2. Масса — преступное сборище, поскольку основная ее цель — нарушение общественного порядка, совершение преступных, т. е. антисоциальных действий.

3. Масса безумна, поскольку: а) преступление является формой умопомешательства; б) толпа состоит из людей с врожденной дегенерацией, а значит, и с врожденными преступными склонностями.

Как видим, в то время массы определялись учеными исключительно в психиатрических и криминологических терминах.

Густав Лебон предложил новый, неожиданный взгляд на массы. Нетрадиционность его состояла в том, что иррациональность, неразумность поведения толпы, по мнению Лебона, объяснялась самим фактом массовости, групповости, коллективности, самой ситуацией скопления людей в одном месте, а не врожденной их дегенеративностью, как полагал Ч. Ломброзо, и не преступными склонностями, как считал С. Сигеле.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 46 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.