WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

По сути, сегодня вся группа президентских стран выглядит как некий континуум между полюсами почти чистого парламентаризма и президентской диктатуры, задаваемый, с одной стороны, критерием конституционных полномочий, а с другой — реальной политической практикой, отражающей традиционную влиятельность политических институтов (президента, партий и парламента). В научной литературе предпринимались попытки количественной оценки объема президентских полномочий21, однако устоявшейся методики для этого до сих пор не выработано. Более того, ситуацию осложняет тот факт, что резкий рост числа полупрезидентских режимов пришелся на 1990-е годы — второй всплеск «третьей волны демократизации», связанный с распадом «советского блока» и с крушением социалистической модели экономики (конец 1980-х — 1990-е годы); количество полупрезидентских режимов увеличилось в данный период более чем в полтора раза22. При этом реальный объем полномочий парламента и президента в таких «молодых» режимах на протяжении первых двух десятилетий их существования значительно менялся: декларированная конституцией модель деформировалась на фоне слабости традиционных демократических институтов (прежде всего партийной системы). Реальный объем президентских полномочий в некоторых из этих стран, по формальным признакам являющихся полупрезидентскими, зачастую оказывается бльшим, чем в странах с классической президентской системой, где влияние партий и независимого суда обеспечивает действенный контроль над президентской властью23. Эти обстоятельства затрудняют углубленную проверку гипотезы о зависимости качества институтов от реального объема президентских полномочий.

Вместе с тем, сравнение групп стран, конституционное устройство которых позволяет относить их к полупрезидентским, с одной стороны, и к президентским, с другой, дает следующие результаты (табл. 7): средний уровень Критический обзор этой полемики см., например в: Elgie R. Semi-presidentialism: Concepts, Consequences and Contesting Explanations // Political Studies Review. 2004. Vol. 2. No 3. P. 314—330.

Обзор полемики о ситуации в Австрии см. в: Mller W.C. Austria // Semi-presidentialism in Europe / R. Elgie (ed.). Oxford Univercity press, 1999.

См., например: Shugart M.S., Carey J.M. Presidents and Assemblies: Constitutional Design and Electoral Dynamics. Cambridge, 1992.

См.: Norris P. Op. cit. Fig. 6.2; а также: Moestrup S. Semi-presidentialism in Young Democracies:

Help or Hindrance // Semi-presidentialism Outside Europe / R. Elgie, S. Moestrup (eds.). Manchester, UK: Manchester University Press, 2008. Ch. 3.

Ср. аналогичную критику «конституалистских» подходов: Norris P. Op. cit. Ch. 6.

86 Сроки имеют значение Т а б л и ц а Средние индексы стран с парламентской, президентской и полупрезидентской формами правления Форма правления Парламентская 64 83 2,3 7,19 66,9 63,2 5,3 65,Президентская 62 56 3,6 4,99 33,9 33,9 3,1 55,Полупрезидентская 30 40 3,9 4,62 37,3 34,5 3,1 56,развития институтов в президентских государствах оказывается чуть более высоким, чем в полупрезидентских, однако это различие выглядит несущественным в сравнении с теми, что наблюдаются при сопоставлении президентских (включая полупрезидентские) и парламентских режимов24; следует также отметить, что средний срок президентских полномочий в полупрезидентских странах больше, нежели в президентских (5,35 лет против 5).

Таким образом, можно констатировать, что институциональные различия оказываются малозначительными при сравнении стран с конституционными признаками полупрезидентской и президентской моделей, однако это не позволяет сделать вывод относительно влияния такого фактора, как реальный объем президентских полномочий, на интересующие нас параметры.

Более того, именно вопрос об объеме реальных полномочий представляется чрезвычайно значимым для объяснения некоторых девиаций при сравнении групп стран с различными сроками полномочий.

Так, например, в группе стран с большими (6—7 лет) сроками мы обнаруживаем одну страну, показатели которой резко отличаются от показателей других стран этой группы, — это Финляндия. Она не только имеет наивысшие показатели по всем рейтингам, но и значительно «отрывается» от показателей следующих за ней по уровню индексов стран (эффективность правительства: Финляндия — 96,7, Мексика — 60,2; верховенство закона: Финляндия — 96,7, Шри-Ланка — 55,7; восприятие коррупции:

Финляндия — 9, Мексика — 3,6; индекс свободы прессы: Финляндия — 9, Филиппины — 45). При этом следует иметь в виду, что исполнительные полномочия президента Финляндии серьезно ограничены: формирование кабинета фактически находится в руках парламента, в ведении президента остается лишь внешняя политика, за исключением отношений с ЕС, которые также составляют прерогативу кабинета. Таким образом, при более тонком аппарате оценки по шкале «президентализм — парламентаризм» мы обнаружим близость Финляндии к группе парламентских государств25, что соответствует общеевропейской тенденции «парламентаризации» полупрезидентских режимов (ср. случаи Ирландии, Исландии, Австрии, Португалии, а также некоторых «новых» демократий — Польши, Литвы, Словении).

Отметим в связи с этим, что для дальнейших исследований полупрезидентских режимов продуктивным может оказаться не столько анализ Схожие выводы относительно различий в уровне развития политических институтов см. в:

Moestrup S. Op. cit.

Ср. аналогичный вывод: «очевидно, что Финляндия находится на пути к тому, чтобы стать традиционной парламентской демократией» (Arter D. Finland // Semi-presidentialism in Europe / R. Elgie (ed.). Oxford Univercity press, 1999).

Количество стран Электораль­ ная демо­ кратия (%) Полити­ ческий статус Индекс демократии EIU Эффектив­ ность прави­ тельства Верховен­ ство закона Индекс восприятия коррупции Индекс эко­ номической свободы Кирилл РоГоВ, Мария СнеГоВая объема президентских полномочий (которые нередко обеспечиваются различными неформальными институтами и практиками), сколько анализ реального политического веса партийно-парламентской системы, который может быть оценен по формальным критериям (уровень конкурентности, то есть отношение между результатами партий на выборах; наличие случаев cohabitation — сосуществования президента и премьера, принадлежащих к конкурирующим партиям; статистика случаев отклонения парламентом президентского кандидата на пост премьера, вынесения вотумов недоверия правительству, преодоления президентского вето, отклонения президентских законопроектов). Именно наличие/отсутствие «противовеса» в виде парламента, а не набор формальных и неформальных полномочий оказывается, по всей видимости, ключевым фактором для определения реальных границ президентской власти.

5. Выборный цикл и срок обязательного перехода Любопытно, что Мексика и Филиппины, занимающие (с большим отрывом от лидера) второе и третье места по уровню развития институтов среди президентских государств с шести-семилетними сроками, также имеют особенность, отличающую их от других стран этой группы: конституция ограничивает здесь время пребывания президента у власти единственным сроком. Эти три страны (Финляндия, Мексика, Филиппины) в основном и образуют подгруппу «отклоняющихся» стран в своей группе (см. раздел 2).

При исключении их мы получаем гораздо меньший разброс показателей:

лучшие (предельные) показатели развития институтов, характеризующие правовую и экономическую среду (индекс эффективности правительства — 47,4, верховенства закона — 55,7, индекс восприятия коррупции — 3,2, экономической свободы — 60,1), оказываются близки к значению третьего квартиля стран с пятилетним сроком полномочий президента, к медиане стран с четырехлетним президентским сроком и к значению первого квартиля стран с парламентской формой правления.

Анализ группы стран с длительными сроками президентских полномочий, таким образом, приводит нас к еще одному уточнению. Значимым может оказаться не только срок президентских полномочий, но и определенный конституцией срок обязательного перехода — предельный срок, по истечении которого президентский пост в любом случае должен занять другой человек. Срок обязательного перехода определяется конституционным ограничением на возможность баллотироваться в президенты определенное количество раз подряд или отсутствием такого ограничения (неограниченный срок). Мы выделили три возможные вариации: (1) срок обязательного перехода не превышает восьми лет (сюда относятся страны, конституции которых допускают один четырех-, пяти-, шестилетний срок или два четырехлетних); (2) срок обязательного перехода составляет 10 лет (два пятилетних срока); (3) срок обязательного перехода превышает 10 лет (конституции, допускающие два шестилетних срока, три четырехлетних или пятилетних, а также не устанавливающие ограничений по числу последовательных сроков).

Как видно из данных табл. 8, несмотря на то, что состав и численность групп значительно изменились, в целом показатели индексов для стран со сроком обязательного перехода не более восьми лет близки к показателям четырехлетних президентских режимов (ср. табл. 1), соответственно показатели стран с десятилетним сроком обязательного перехода весьма близ88 Сроки имеют значение Т а б л и ц а Институциональные показатели групп стран с различным сроком обязательного перехода (среднее/медиана) 2,58/ 43,80/ 6,30/ 38,09/ 44,69/ 3,68/ 60,56/ 8 25 2,50 44,00 6,31 34,30 48,30 3,20 59,3,56/ 53,58/ 4,91/ 31,51/ 33,77/ 2,91/ 56,56/ =10 26 3,50 55,50 4,96 33,80 32,45 2,80 55,5,11/ 68,61/ 3,71/ 24,81/ 26,87/ 2,64/ 52,46/ >10 31 5,50 74,00 3,27 16,70 17,10 2,10 53,ки к показателям режимов с пятилетним сроком полномочий, а показатели третьей группы, то есть стран со сроками перехода, не ограниченными десятью годами, близки к показателям стран с шести-семилетними сроками президентских полномочий. При этом если показатели первой группы ( 8 лет) выглядят несколько лучше, чем показатели четырехлетних режимов, то показатели третьей группы (>10 лет) выглядят хуже, чем показатели стран с шести-семилетними сроками полномочий (по всем индексам). Таким образом, скорректированный критерий дает нам более сильные расхождения для коротких и длинных сроков.

Среди стран с пятилетним сроком президентских полномочий 8 государств имеют конституционное ограничение одним сроком, в 25 допускаются два срока и еще в 15 странах президенту позволяется оставаться на своем посту более двух сроков. Средние значения институциональных индексов этих трех групп (табл. 9) максимально близки к соответствующим средним значениям индексов для трех выделенных в табл. 8 случаев. Это позволяет нам сделать окончательный вывод о значимости параметра «срок обязательного перехода».

Т а б л и ц а Институциональные показатели стран с пятилетним сроком президентских полномочий и различными ограничениями по числу сроков (среднее значение) 1 срок 8 2,43 43,12 6,61 44,26 35,25 3,77 62,2 срока 26 3,5 53,07 4,97 34,06 32,18 2,95 56,>2 сроков 15 5,07 67,71 3,52 27,57 26,35 2,62 51,Проверка значимости различий с использованием теста Колмогорова— Смирнова дает следующие результаты: значимыми на пятипроцентном интервале оказываются различия выборок стран со сроком обязательного перехода не более восьми лет и более десяти лет. При сравнении двух этих групп со странами, имеющими десятилетний срок обязательного перехода, значимыми оказываются различия в группе «политических» индексов (табл. 10).

Срок перехода Количество стран Электоральный статус:­ электо­ ральная демо­ кратия (%) Политический статус (оптим.=1, мин.=7) Свобода прессы (оптим.=9, мин.=100) Индекс демо­ кратичности EIU (оптим.=10, мин.=0) Верховенство закона (макс.=100) Эффективность правительства (макс.=100) Восприятие коррупции (оптим.=9,3, мин.=0) Экономическая свобода (оптим.=90, мин.=2) Количество стран Политичес­ кий статус Свобода прессы Индекс демокра­ тичности Эффектив­ ность прави­ тельства Верховен­ ство закона Восприятие коррупции Экономи­ ческая свобода Кирилл РоГоВ, Мария СнеГоВая Т а б л и ц а Непараметрический тест Колмогорова—Смирнова для двух независимых выборок (сроки обязательного перехода) Сроки перехода Показатели 8/=10 =10/>10 8/>Экономические индексы Верховенство закона 41,38 34,78 27,45* Эффективность правительства 43,24 35,76 27,54* Уровень экономической свободы 60,22 55,80 52,44* Восприятие коррупции 3,68 3,04 2,69* Политические индексы Индекс демократичности («Экономист») 6,30* 5,01* 6,30* Политический статус 2,41* 3,47* 4,90* Свобода прессы 40,96* 52,47* 66,12* Свобода прессы («Репортеры без границ») 21,76 22,50* 37,36* * < 0,05.

6. Проблема каузальности: институционализация плохих институтов Эмпирически наблюдаемый факт состоит в том, что для стран с более длительными сроками президентских полномочий характерны в среднем более низкие показатели институционального развития. Какова может быть интерпретация этого наблюдения Являются ли длительные сроки фактором, ведущим к ухудшению институциональной среды, или, наоборот, плохая институциональная среда (детерминированная некими экзогенными факторами) является причиной выбора в пользу длительных сроков президентских полномочий Ответить на этот вопрос помогает еще один выразительный эмпирический факт: в мире в настоящее время количество стабильно функционирующих режимов с длительными сроками президентских полномочий (срок перехода неограничен или превышает десять лет) исчисляется единицами. Лишь в четырех странах из 31, попадающих в эту группу, имя президента в рамках действующей конституционной формулы длительности полномочий менялось не менее двух раз (Финляндия, Кипр, Гайана и Шри-Ланка), еще в двух произошла одна смена главы государства (Кот-д’Ивуар, Либерия). В остальных 25 странах этой группы перехода власти в рамках действующей конституционной формулы еще не было. Среди 26 стран с предельной длительностью пребывания президента в должности, равной десяти годам, ситуация существенно лучше: два и более перехода имели место в шести странах и еще в шести — один переход. В 19 из 25 стран со сроком полномочий не более восьми лет произошло не менее двух переходов власти. Еще в пяти странах изменялись сроки полномочий (Чили: сокращение срока полномочий с шести до четырех лет) или допустимое количество последовательных сроков (переизбрание на второй срок было разрешено в Бразилии, Колумбии, Сальвадоре и Доминиканской Республике), при этом страны оставались в рамках той же подгруппы « 8».

Pages:     | 1 | 2 || 4 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.