WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 |
Политическая экономия К вопросу об истоКах авторитаризма в современной россии Кирилл РОДИОНОВ Введение младший научный сотрудник ИЭПП последнем десятилетии двадцатого столетия Россия во второй Враз в своей истории (первый раз — в 1905 году) совершила попытку демократизации. Бурный период 1990-х годов был отмечен серией масштабных преобразований, целью которых было создание институтов представительной демократии и рыночной экономики. К концу десятилетия реформ эти цели в целом были достигнуты: можно смело говорить о том, что, несмотря на многочисленные трудности, присущие политическому процессу 1990-х годов, и на сложность рыночной посткоммунистической трансформации, в России была сформирована принципиально новая экономическая и политическая система, способная стать фундаментом комплексной модернизации страны в начале XXI века.

Однако после 2000 года траектория развития страны изменилась.

Чем дальше в прошлое уходил период президентства Б. Ельцина, тем в большей степени российская политическая система приобретала авторитарные черты. На это указывают и возвращение цензуры на центральных СМИ, и повышение процентного барьера для прохождения партий в Государственную Думу, и отмена выборов губернаторов, и усиление бюрократического контроля над рыночной экономикой.

Что же случилось Почему в России в начале нового столетия произошел отход от стратегии либерализации и приватизации в экономике, от демократизации во внутренней политике и сближения с Западом на мировой арене Какие факторы способствовали такому переходу O I K O N O M I A • P O L I T I K A µ • Plt 68 К вопросу об истоках авторитаризма в современной России Мы попытались ответить на эти непростые вопросы, и эта статья обобщает и резюмирует наши размышления.

1. Гипотеза «философская» 2000-е годы — очередной виток контрреформ, пришедших  на смену либеральным реформам, как уже не раз  случалось в российской истории  Если взглянуть на отечественную историю XIX—XX веков, то нетрудно заметить следующую тенденцию: в России за периодами либерализации всегда следовали периоды «закручивания гаек». За реформами, ознаменовавшими начало правления Александра I («дней Александровых прекрасное начало»1) последовал поворот к «аракчеевщине», а затем — после неудачи восстания 14 декабря 1825 года — к контрреформам Николая I; за Великими реформами Александра II — контрреформы Александра III; за преобразованиями Витте—Столыпина — военный коммунизм; за НЭПом — сталинский «великий перелом» и Большой террор; за хрущевской оттепелью — брежневский «застой2». В этом отношении вовсе не случайно, что за горбачевской перестройкой и преобразованиями 1990-х годов последовало «укрепление вертикали власти». Интересно, что такую цикличность не смогли нарушить даже революции 1917 и 1991 годов (правда, это вовсе не означает, что Россия в будущем не сможет выйти на более гармоничную траекторию развития).

Важно отметить тот факт, что периоды политического «потепления» и «похолодания» в России синхронизированы с периодами усиления и ослабления Запада. Так, переход от НЭПа к политике коллективизации, форсированной индустриализации и массового террора совпал с началом Великой депрессии. Быстрое послевоенное восстановление Европы, консолидация стран Запада под эгидой США обусловили то, что к 195 году большая часть советской элиты уже смогла осознать необходимость реформ. Переход от преобразований Хрущева—Косыгина к консервации политической системы СССР совпал по времени со студенческими революциями 1968 года и с последовавшим за этим кризисом 1970-х годов на Западе (стагфляция и энергетические кризисы 197 и 1979 годов). В 1980-е годы ситуация в мире радикально изменилась: «неолиберальная революция» Р. Рейгана и М. Тэтчер, демократическая трансформация стран Южной Европы, начало рыночных преобразований в Китае способствовали тому, что реформы назрели и в СССР. В условиях резкого падения цен на нефть в середине 1980-х годов, ускорения евроинтеграции, динамичного экономического роста развитых стран и усиления международного влияния США России пришлось осуществлять радикальную перестройку общественно-политической и экономической систем. Однако на рубеже тысячелетий обстановка в мире вновь переменилась: крах высокотехнологичного рынка NASDAQ в 2000 году, рецессия в США в 2001 году, теракты 11 сентября 2001 года, непреодолимые трудности США в Ираке и Афганистане, провал референПушкин А.С. Послание цензору. 1822.

См.: Динамика образа России и циклы реформ—контрреформ // Неприкосновенный запас.

2007. № 51. www.intelros.ru/2007/05/29/vladimir_lapkin_vladimir_pantin_dinamika_obraza_rossii_i_ cikly_reformkontrreform.html.

О значительной роли внешних импульсов в проведении реформ и контрреформ в России cм.: Пантин В.И., Лапкин В.В. Политическая модернизация России: циклы, особенности, закономерности. М., 2007. С. 7.

Кирилл РОДИОНОВ дума по ратификации общеевропейской конституции в 2004 году, начало ипотечного кризиса в США в 2007 году — все это свидетельствует о некотором ослаблении стран Запада в первом десятилетии XXI века. Одновременно с этими мировыми событиями в России начали набирать силу авторитарные тенденции: взятие под контроль центральных СМИ, повышение процентного барьера для прохождения партий в Государственную Думу, отмена выборов губернаторов.

Если сравнивать нынешний цикл «реформ—контрреформ» с хрущевскобрежневским, то можно заметить между ними некоторое сходство. Почти сразу после отстранения Н.Хрущева от власти политическое руководство СССР инициировало серию экономических преобразований («косыгинские реформы»), которые во многом обусловили относительную успешность восьмой пятилетки (в 1966—1970 годы в СССР наблюдались наиболее высокие среднегодовые темпы экономического роста за всю послевоенную историю страны). В начале 2000-х годов, сразу после прихода к власти В. Путина, было реализовано множество структурных реформ: налоговая реформа, реформа систем фискального федерализма, принятие нового Земельного кодекса и др. В дальнейшем, однако, политическая элита «завязала» с реформами. При этом рубежом, окончательно разделившим периоды реформ и контрреформ, и в том, и в другом случае были важные политические события: ввод советских танков в Чехословакию в 1968 году и арест главы ЮКОСа Михаила Ходорковского в 200 году. После 1968 года политическое руководство СССР перестало проводить эксперименты с социализмом и твердо встало на путь консервации социально-экономической системы.

После ареста Михаила Ходорковского, состоявшегося в октябре 200 года, были окончательно приостановлены структурные реформы, заложенные еще в «Программе Грефа», в бюджетной политике произошел переход от консерватизма к экспансионизму, внутри страны все более отчетливо начали проявляться авторитарные тенденции, а внешняя политика стала более конфронтационной по отношению к странам Запада. Сегодня, в условиях мирового финансового кризиса, существует высокая вероятность дальнейшего ужесточения политического режима в России.

2000-е годы — период послереволюционной стабилизации,  для которого характерно ужесточение политического режима  В 1990-е годы Россия пережила самую настоящую революцию, которая по своим масштабам ничуть не уступает ни революции 1789 года во Франции, ни революции 1917 года в России. Для тех, кто переживает период смут и потрясений, в слове «революция» нет ничего романтического. Ведь всякая революция — это тяжелейшее время, когда в три дня ломаются все институты прежнего режима (вспомним 19—21 августа 1991 года), а на становление новых требуются долгие годы и даже десятилетия, когда страна стоит на грани голода (как осенью 1991 года) и гражданской войны (как осенью 199 года), когда столица огромного государства на целые сутки остается без милиции, а по улицам свободно разгуливают вооруженные банды фашистов и анархо-коммунистов (подобно октября 199 года), когда государство не может нормально собирать налоги (а проблемы со сбором налогов были ахиллесовой пятой всех кабинетов правительства на протяжении 1990-х годов) и т. д. Общество, испытавшее на себе все тяготы этого сложного периода, со временем сильно устает от всех социальных неурядиц, и требования свободы и демократии неизбежно сменяются призывами установить порядок, пусть 70 К вопросу об истоках авторитаризма в современной России даже и ценой ограничения «вольностей». И тогда тот, кто сумеет добиться общественно-политической стабилизации, завоевывает большую популярность. Конечно, можно сказать, что стабильность обернулась новой версией застоя, что граждане подвергаются произволу со стороны бюрократии, что страна живет в режиме «ручного управления» и пр. Но это вопросы иного порядка, поскольку в 2000-е годы — в отличие от предшествующего десятилетия — перед Россией уже не стояла проблема обустраивания государственных границ, создания базовых институтов политической и экономической системы и пр. Сказанное вовсе не означает, что в России больше никогда не будет широкого демократического движения (подобного тому, что было в конце 1980-х — начале 1990-х годов): общество, рано или поздно, устанет от «ежовых рукавиц» государства и на политической арене все большую роль начнут играть силы, выступающие за перемены в стране. Кроме того, «вертикаль власти», в силу своей инертности и забюрократизированности, не может гибко реагировать на быстро меняющиеся условия мира (достаточно вспомнить «Стратегию 2020», которая с момента начала глобального кризиса оказалась абсолютно непригодной), поэтому России в не столь уж отдаленном будущем придется кардинально перестраиваться просто для того, чтобы оставаться конкурентноспособной страной.

2. Гипотеза «политологическая» Влияние событий 1993 года Сегодня, спустя полтора десятилетия после трагических событий октября 199 года, многие эксперты и политики обвиняют Б.Ельцина в том, что он «расстрелял парламент», что и заложило мину замедленного действия под здание молодой российской демократии. На наш взгляд, это представление далеко от реальных процессов того времени.

До декабря 199 года в России (РСФСР) действовала Конституция, принятая в 1978 году и почти дословно копировавшая общесоюзную конституцию 1977 года. На бумаге высшим органом государственной власти являлся Верховный Совет, однако всем было ясно, что в действительности таким институтом был ЦК КПСС. В 1990—1991 годы основной текст конституции был дополнен многочисленными поправками. Так, после референдума 17 марта 1991 года в РСФСР появился институт президентства (в июне 1991 года подавляющим большинством голосов на этот пост был избран Б. Ельцин). По сути, конституция РСФСР стала недееспособной после событий 19—21 августа 1991 года. После запрета деятельности КПСС все противоречия конституции, принятой еще во времена «застоя», стали очевидны. С одной стороны, Съезд народных депутатов и Верховный Совет РСФСР, заседавший в перерыве между съездами, являлись высшим органом государственной власти в стране, с другой, был всенародно избранный президент, который возглавлял исполнительную власть. Однако полномочия президента и Верховного Совета не были четко прописаны и разделены. В октябре 1991 года съезд полностью поддержал план реформ, предложенный Б. Ельциным. Однако уже в начале 1992 года, сразу после начала экономических реформ, съезд встал в резкую оппозицию к президенту и правительству. Съезд имел право (и на деле его реализовывал) блокировать любые решения президента; многие государственные институты (например, Центральный банк) по факту подчинялись съезду. Кроме того, в том же 1992 году съезд продолжил активно заниматься принятием поправок в конституцию. Страна существовала в обстановке двоКирилл РОДИОНОВ евластия, что являлось серьезным препятствием для реализации последовательного курса реформ. Складывалась парадоксальная ситуация: съезд обладал огромным набором полномочий, и в то же самое время его лидеры (прежде всего Р. Хасбулатов) перекладывали всю ответственность за происходящее в России на президента и правительство. Наверное, сочетание больших полномочий и непринятия на себя ответственности и погубило в конечном счете «парламент». В декабре 1992 года на очередном Съезде народных депутатов РСФСР до предела накалились отношения между двумя ветвями власти. Съезд не утвердил на пост Председателя Правительства Е. Гайдара, который до этого в течение полугода имел приставку «и. о». В ответ на это Б. Ельцин выступил с речью, в которой сказал, что «съезд является главным тормозом на пути реформ». В этой сложной обстановке конфликтующие стороны попытались прийти к консенсусу. 12 декабря 1992 года Президентом Б. Ельциным и Верховным Советом при посредничестве председателя Конституционного суда В. Зорькина было подписано соглашение о конституционной стабилизации, которое решало проблему мирным путем: Верховный Совет получал отставку неугодного ему Е. Гайдара, взамен этого до 1 марта 199 года Президент и Верховный Совет должны были выработать либо совместный, либо два различных варианта будущей конституции, которые 11 апреля 199 года должны были быть вынесены на всенародный референдум. Однако, получив отставку Гайдара, Верховный Совет отказался выполнять свои обязательства по данному соглашению. 10 марта 199 года на Съезде народных депутатов Р. Хасбулатов заявил, что его «бес попутал» при заключении соглашения о конституционной стабилизации. 12 марта 199 года съезд принял постановление, в котором говорилось о приостановлении действия соглашения о конституционной стабилизации. 20 марта 199 года Президент Б. Ельцин выступил с телевизионным обращением к народу, где объявил об издании указа о приостановке действия Конституции и введении «особого порядка управления», однако, как выяснилось лишь через несколько дней, реально указ подписан не был.

28 марта 199 года Съезд народных депутатов провел голосование об импичменте Ельцину, но для объявления импичмента не хватило 72 голосов. На следующий день, 29 марта, съезд принял решение о проведении всероссийского референдума 25 апреля 199 года. Этот референдум завершился с небольшим перевесом в пользу Президента: 59% избирателей поддержали Б. Ельцина, 5 % одобрили его социально-экономическую политику, 49,5% проголосовали за перевыборы президента, 67% высказались за перевыборы Верховного Совета. После референдума президент созвал Конституционное совещание, куда вошли многие члены Верховного Совета, которые, однако, отказывались идти на любые уступки4 — и вовсе не случайно.

Решение об издании Указа о приостановлении деятельности Верховного Совета Б. Ельцин принял в начале сентября 199 года. Вот что об этом писал сам Ельцин:

«Начало сентября. Я принял решение. О нем не знает никто. Даже сотрудники из моего ближайшего окружения не догадываются, что принципиальный выбор мною сделан. Больше такого парламента у России не будет5».

Pages:     || 2 | 3 | 4 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.