WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
ГЛАВА VIII Сбывшийся прогноз VI Съезд народных депутатов • Консолидация оппозиции • Президент умывает руки • Юрий и Леонид Кучма • отставке Начало приватизации • Ваучеры • Первый миллиард долларов от МВФ • • Позитивные итоги года ЕРВАЯ фронтальная атака на реформы — апрель 1992 года. VI Съезд народных депутатов РСФСР.

Накануне Съезда президент проводит реорганизацию правительства. Г.Бурбулис остается государственным секретарем, но освобожден от поста первого вице-премьера. Я назначен на его место. В условиях, когда главой правительства является сам президент, это что на деле ответственность за организацию всей текущей работы и за политическую защиту избранного курса ложится на меня.

Августовский шок преодолен, жестких репрессий после путча не последовало, непосредственная угроза голода и общего экономического краха отступила. Оппозиция оправилась. Теперь, по ее мнению, учитывая тяготы, которые легли на плечи народа в начальный этап преобразований, самое время как можно громче прокричать, что все было сделано против воли Съезда и Верховного Совета, сделано не так, как следовало, не так, как договаривались, нужно было мягче или жестче, быстрее или медленнее, во всяком случае по-иному, и что необходимо остановиться, а еще лучше — повернуть Поток ругани и проклятий в адрес правительства нарастает: монетаристы разорили, продали, били Россию... Народный депутат, заламывая руки, оповещает с трибуны Съезда, что за три месяца гайдаровских реформ резко пошло на убыль деторождение. Обращаю внимание собравшихся на то, что в силу непреодолимых физиологических факторов 354 ГЛАВА VIII при всем желании мы никак не могли за три месяца подорвать рождаемость в России.

Внутренне большинство депутатов еще не готово взять на себя ответственность за смену курса.

Слишком свежи в памяти экономические реалии недавнего прошлого и очевидна опасность, что любое резкое движение может все вернуть в исходное, а скорее, в еще более сложное положение. Но сама атмосфера Съезда, непрерывная трансляция его заседаний на всю страну, когда у каждого депутата, поднявшегося на трибуну, есть возможность посоревноваться в публичном выражении любви к народу, а заодно и оповестить избирателей, что он-то лично в их конкретных бедах вовсе не виноват, — все это, взвинчивая зал, даже умеренную оппозицию.

Практически с без обсуждения, без анализа материальных возможностей принимаются постановления, которыми правительству предписано снизить налоги, увеличить повысить зарплаты, ограничить цены. Бессмысленный набор взаимоисключающих мер.

Одновременно все громче и громче звучат требования внести в повестку дня вопрос о доверии правительству — отправить его в отставку. Председательствующий Р.Хасбулатов, умело дирижируя Съездом, ведет с помощью его свою симфонию. Вопрос о доверии в повестку не включает, но делает все возможное, чтобы критика, даже самая демагогическая, постоянно звучала. Судя по всему, он еще не готов к прямой конфронтации с президентом и еще не считает, что настал момент свалить реформ, но хочет, чтобы оно вышло со Съезда предельно ослабленным, деморализованным, покорным Верховному Совету, точнее, лично ему — Хасбулатову. В этом желании но пока не убивать кроется его слабость.

Президент после первого дня на Съезд не ходит, как бы дистанцируясь и от формально возглавляемо ПРОГНОЗ го им правительства, и от депутатского большинства. У некоторых моих коллег настроение, близкое к паническому. И есть от чего: сейчас нас свяжут по рукам и ногам невыполнимыми съездовскими решениями так, что мы не сможем и шелохнуться.

Угроза, бесспорно, реальная. Здесь же, в Зимнем саду Кремля, собираю правительство на срочное заседание. Предлагаю не ждать пассивно развития а самим предельно обострить ситуацию, чтобы скрытая двойственность позиции Съезда стала абсолютно и тем самым поставить депутатов перед необходимостью однозначного выбора. После короткого обсуждения предложение членами бинета принято.

Осторожней всех к моему предложению о фактическом ультиматуме с угрозой коллективной отставки отнесся Геннадий Бурбулис. в этой идее ему не нравилось, хотя контраргументов против моего тезиса о том, что в противном случае мы все равно не сможем осмысленно работать, он не приводил. Может быть, дело в том, что Геннадий Эдуардович, к этому времени намного дольше меня работавший с Борисом Ельциным, лучше его щий, хорошо понимал: хотя и в неявной форме, но ультиматум ведь обращен не только к Съезду, но и к президенту, подталкивает его к тому, чтобы четко обозначить свою позицию. Действительно, когда зашел к президенту проинформировать о принятом решении, было видно — идея ему явно не по душе. До VI Съезда правительство было просто дой технических специалистов, приглашенных циным на работу и прикрытых его политическим авторитетом. После принятого решения оно становилось самостоятельным игроком на политической сцене. Борис Николаевич недовольно, с сомнением покачал головой, но все же принял решение своего кабинета как данность.

Когда окончился перерыв, я сразу же попросил слова и заявил: так как правительство не может VIII взять на себя ответственность за проведение поли вытекающей из принятого Съездом постановления, оно в полном составе подает президенту прошение об отставке. Навсегда запомнил возникшую в огромном зале паузу. Мне она показалась бесконечной. Затем под сводами Кремлевского Дворца съездов прокатился многоголосый гул. Такой поворот для подавляющего большинства делегатов неприемлем. Все что угодно — только не ответственность! А ведь в случае отставки правительства ее, придется брать на себя.

Лидеры депутатского корпуса начинают искать пути компромисса. Они организуют совместное заседание Президиума Верховного Совета и правительства без участия Р.Хасбулатова. Решено принять Декларацию Съезда, которая будет содержать общее одобрение линии реформ, а предыдущим гневным постановлениям по вопросам экономической политики придаст характер рекомендаций.

После того как большинство Съезда ло, отступило, стало ясно, что одержана пусть тактическая и временная, но несомненная политическая победа. Сергей Шахрай зашел к президенту с новой идеей — сейчас, воспользовавшись деморализацией съездовского большинства, немедленно поставить на голосование вопрос о моем формальном утверждении в качестве премьера. Все равно Ельцину придется слагать с себя эти полномочия, сегодня идеальный момент. Со мной Сергей Михайлович поделился этой идеей уже после разговора с президентом. Ельцин выслушал, сказал, что слишком рано, предложение не подготовлено и может провалиться.

Почти сразу после Съезда почувствовал: из ближнего окружения президенту настоятельно советуют окоротить возомнивших о себе реформаторов, создать дополнительные Именно в это время начинает, как грибы после дождя, расти число отраслевых заместителей председателя правительства, возникают экзотические идеи ПРОГНОЗ ликвидации правительственного аппарата. Все признаки возросшей дистанции — не явные, не выраженные, на Личные отношения попрежнему прекрасные, при встречах президент заверяет в твердой поддержке стратегического курса в экономической политике. Но тонко чувствующая атмосферу в верхних эшелонах власти политическая элита уже знает: правительство реформ могут ждать неприятные неожиданности. Лишь три-четыре месяца на фоне явного и быстрого ухудшения отношений между президентом и парламентским большинством, апрельский нарыв постепенно рассасывается.

Несмотря на консолидацию оппозиции, выступающей против либерализации цен на топливо и за увеличение бюджетных расходов по всем направлениям, правительство получает возможность какоето время продолжить прежний курс. Мы снимаем еще сохранившиеся на федеральном уровне ограничения розничных цен, включая цены на хлеб. Примерно в шесть раз увеличиваем цены на топливо, причем, вопреки паническим прогнозам, на динамике инфляции это особенно не сказывается. Отменяем государственное регулирование цен на спиртное.

В мае Центральный банк по настойчивой просьбе правительства последний раз в 1992 году повышает процентную ставку по кредитам до 80 процентов. С 1 июля унифицируется валютный курс, вводится режим конвертируемости рубля по текущим операциям.

Постепенно набирает темпы приватизация в сферах торговли, бытового обслуживания, венного питания и в то же время завершается формирование правовых и организационных основ приватизации крупной промышленности. Не сумев в мае провести через Верховный Совет закон о банкротстве, правительство попыталось запустить этот совершенно необходимый для оздоровления экономики механизм указом президента. К сожалению, не получилось, парламент отверг его.

VIII В месячные темпы инфляции жатся на уровне процентов. Столкнувшись с серьезными финансовыми многие предприятия переводят партнеров на предоплату, усиливают контроль за их платежеспособностью. На целом ряде предприятий в связи с падением производства — неполная занятость, вынужденные отпуска. Медленно, но неуклонно растет открытая безработица.

По мере продвижения вперед возникают все вые и новые трудности. Странное это движение. Оно не похоже на карабканье вверх пусть по крутому, опасному, но крепкому склону, когда только от тебя, твоей силы и выдержки зависит достижение поставленной цели. Скорее, это мучительный путь по тистому торфянику: колышется под ногами тропинка, сечет осока, комарье слепит глаза, и любой неверный шаг может сбросить с тропы в черную жижу...

Самая большая опасность и самая серьезная тревога по-прежнему — финансы. Две проблемы, принципиально разные по своей — неплатежи предприятий и кризис денежной наличности, достигший предельной остроты накануне летних отпусков, — порождают единодушное и все более жесткое требование к органам власти: дайте денег! В обществе широко распространяется убеждение, что правительственная политика строжайшей денежной экономии проводится не в интересах России, а под диктовку МВФ. Отдельные средства массовой информации, опираясь на мнение некоторых "ученых мужей", настойчиво убеждают население, что отказ от такой политики позволит быстро поправить дела. В конце весны, по данным социологических опросов, поддержка проводимого правительством курса резко идет вниз.

Теперь, когда благодаря экспортным кредитам успешно преодолен острый кризис с зерном, угрожавший стране голодом, и заработавший рынок ограничивает потребности в ввозе продовольствия, финансовая помощь со стороны МВФ приобретает ПРОГНОЗ политическую окраску со знаком "минус". О роли Международного валютного фонда в российских реформах 1992 года сказано и написано много, причем МВФ и его руководству достается на орехи и от тех, кто убежден, что фонд — орудие империалистического заговора против России, и от тех, кто считает, что в начале 1992 года была упущена уникальная возможность сделать с его помощью российские реформы устойчивыми. На мой взгляд, главной бедой подобных рассуждений является непонимание реальных возможностей МВФ.

Фонд — это большая бюрократическая организация с квалифицированным техническим персоналом, способная решать достаточно стандартные задачи, связанные с ликвидацией последствий финансовой дестабилизации, авантюристической, популистской политики. К решению крупномасштабных политических задач он по своей природе но не готов. Между тем, крушение Советского за поставило перед ведущими рыночными демократиями действительно гигантскую по масштабам задачу. на военное противостояние с которым были затрачены триллионы долларов, развалился, переживает острейший экономический и со кризис, чреватый хаосом на территории, начиненной ядерным оружием. Стратегически в это время для Запада не было ничего важнее, чем помочь как можно быстрее преодолеть этот хаос, создать базу восстановления дееспособных государственных институтов, обеспечить возможности экономической стабилизации, что было вполне сопоставимо с проблемами, рожденными крахом Германии и Японии в мировой войне. Решался вопрос: что же возникнет на обломках социалистической империи Нечто уродливое, экономически и политически нестабильное, источающее постоянную угрозу миру, или совокупность молодых, но растущих рыночных демократий, способных стать двигателем ускорения глобального экономического VIII роста XXI века, надежным стратегическим партнером Запада Не думаю, чтобы руководители ведущих западных держав игнорировали перед которой они оказались. Главная беда, на мой взгляд, была в том, что не оказалось лидера, способного выполнить организующую, координирующую роль, подобную той, которую в послевоенный период сыграли в восстановлении Европы Г.Трумэн и США, на которых, по логике вещей, должно бы лежать бремя координации усилий Запада, именно в это время серьезно парализованы противостоянием республиканской администрации Буша и демократического большинства в Конгрессе, надвигающимися президентскими выборами. Германия, руководство которой во главе с канцлером Г.Колем, наверное, лучше, чем кто-либо другой, понимает масштабы российских проблем, обременена задачами, доставшимися ей в наследство от ГДР. С Японией наши отношения натянуты из-за четырех Курильских островов, да к тому же эта экономически мощная держава явно не готова к политическому лидерству в западном мире. В Англии симпатизирует нашим готов бы помочь, но экономические возможности страны явно не позволяют Англии играть заметную координирующую роль. Вот и оказывается, что все вместе лидеры государств Запада понимают происходящее, готовы действовать, а каждый по отдельности по разным причинам пытается переложить бремя ответственности на другого. Отсюда естественное следствие: добрые намерения, не подкрепленные конкретными механизмами их реализации, заставляют Запад возложить роль координатора помощи России на Международный валютный фонд — у него ные финансовые ресурсы, вот пусть Россией и занимается. Хотя было ясно, что с этой крупномасштабной политической задачей он изначально не мог справиться.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.