WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 19 | 20 || 22 | 23 |   ...   | 24 |

По этому вопросу, а также о реформах Салинаса в целом см.: Lustig N. Mexico: The Remaking of an Economy. Washington, DC: Brookings Institution Press, 1998.

Таблица «Диктаторский налог» PRI на микроэкономическом уровне к концу 1999 г. (место в мире) В среднем по 6 реформируемым Микроэкономические США демократическим Мексика условия странам со средним уровнем доходов* Лицензии и процедуры, 1–2 (зани 45 (занимают связанные с открытием мают Данные отсутствуют 1 год) a, f нового бизнеса 1 день) «В основном Рейтинг экономической «Свободная «Свободная экономика» несвободная a свободы (FH) экономика» экономика» «В основном Рейтинг экономической «Свободная «В основном свободная c несвободная свободы (WSJ/HF) экономика» экономика» экономика» Место по степени эконо c 6 е из 161 35 е из 161 85 е из мической свободы Кол во малых предпри Данные ятий, отрезанных от воз отсутству Данные отсутствуют 72 % можности получения кре g ют дита Место в мире по свободе 3 е из 189 58 е из 189 182 е из d информации a «Свобод «Частично Рейтинг свободы прессы «Свободная» ная» свободная» Рейтинг коррумпирован 18 е из 99 38 е из 99 58 е из h ности Рейтинг 1 е из 47 34 е из 47 36 е из конкурентоспособности e (IIMD) Стоимость местного звон 0,09 0,08 0,b ка (US $ за 3 мин.) Рейтинг по защищенности Данные малого бизнеса от отсутству 32 е из 65 64 е из b преступности ют Данные Рейтинг по легкости от b отсутству 6 е из 65 64 е из крытия нового бизнеса ют a b c Источники: Freedom House; World Bank; Wall Street Journal/Heritage Foundation;

d e Universidad Iberoamericana; International Institute for Management Development;

f g h Consejo Coordinador Empresarial; El Economista; Transparency International.

* Польша, Чешская Республика, Эстония, Венгрия, Чили, Аргентина (за исключени ем рейтинга конкурентоспособности (Эстония не охвачена) и последних двух кате горий, где не были охвачены Чили и Аргентина). Мировой банк относит указанные страны, включая Мексику, к группе стран с уровнем доходов выше среднего.

Примером для сказанного выше может служить мексиканский вариант приватизации, который больше напоминает российский, чем эстонский. Однако в отличие от российских реформаторов у PRI не было полномочий по выбору между различными вариантами приватизационного процесса. Вместо этого самая крупная сделка по продаже государственной собственности – компании Telefonos de Mexico – завершилась передачей ее в руки мексиканской вер сии вора в законе – некоего К. Слима, личного друга президента и на сегодняшний день богатейшего человека в Латинской Америке.

Ему также была дарована монополия на междугородние звонки на 7 лет, а его право на установление монопольных цен на услуги ме стной связи остается в силе по сей день. В результате мексиканцы платят за те же услуги телефонной сети, включая мобильную связь, в 6 раз больше, чем жители США. Большая часть образовавшихся вследствие этого фантастических доходов расходовалась на изби рательные кампании PRI.

Другой пример последствий проводившейся PRI экономической политики – неоднократно повторявшиеся в период с 1970 по 1994 г.

финансовые кризисы, известные как «шестилетние кризисы». Суть их в том, что в конце каждого шестилетнего президентского срока мексиканская валюта обесценивалась, за этим следовал финансо вый кризис. Исследование причин, лежавших в основе этого фе номена, привело к мысли о том, что они носили политический ха рактер19. Так, например, режим предпочитал накануне выборов пе реоцененный песо. Это помогало создать иллюзию экономическо го процветания, но негативно сказывалось на всем – начиная с экспортных и обрабатывающих отраслей и заканчивая объемом резервов Центрального банка страны и деятельности коллектив ных хозяйств, которые не могли конкурировать с более дешевыми импортными продуктами питания. Среди других причин этих кри зисов в исследовании были названы недостаточная прозрачность, опора на краткосрочный спекулятивный капитал, избыточный рост кредитов, отсутствие независимой денежной политики и неумение справиться с начальными симптомами кризиса, т. е. все типичные атрибуты подобного рода режима.

Heath J. Mexico and the Sexenio Curse: Presidential Successions and Economic Crises in Modern Mexico. Washington, DC: The CSIS Press, 1999.

Еще одна область, где проявляет себя «диктаторский налог», – это недостаток иностранных инвестиций. Несмотря на исключи тельно выгодное географическое положение Мексики и соглаше ние о торговле с США, до сих пор уровень иностранных инвестиций в Мексику значительно ниже, чем в другие страны. В последние годы существования режима PRI объем иностранных инвестиций достиг 10 млрд долл., но в пересчете на душу населения составил лишь 1/5 объема инвестиций в Чили, Чешскую Республику и Эсто нию.

Еще одним последствием экономической политики диктатор ского режима стали временные рамки экономических реформ. В отличие от демократических стран, асимметрия в информацион ной сфере и патологическое в основе своей поведение крайне не большой группы безответственных лиц, принимающих решения (что составляет предмет исследования бихевиористской экономи ки), что характерно для диктаторских режимов, приводит к форси рованию экономических реформ только в ситуации, когда, в сущ ности, не остается никакого другого выхода, а большая часть на ционального богатства уже уничтожена. В этом контексте интерес ным примером стала судьба национального банковского сектора в Мексике. Сегодня банковские активы на 90–95 % принадлежат иностранным банкам, а ведь когда то в Мексике была вполне жиз неспособная банковская система.

Причин ее исчезновения много. Это, в частности, уже упоми навшаяся национализация 1982 г., последующая реприватизация в пользу «друзей» PRI, а также недостаточно обеспеченные права собственности (что затрудняло деятельность коммерческих банков и ипотеку). Кроме того, в стране процветала культура неплатежей, при этом законы защищали должника, что приводило к тому, что банки практически полностью были лишены возможности конфи сковать его собственность для погашения долга.

В период с февраля 1994 г. по январь 1995 г. (в предвыборный период) на поддержание курса национальной валюты Центральный банк страны затратил 26 млрд долл. из общего объема резервов в 30 млрд долл. Примечательно, что эта информация держалась в тайне, и о ситуации знали лишь несколько олигархов, которым президент Э. Зедильо (1994–2000) рассказал о надвигающемся кризисе на закрытом ланче. Поэтому они поспешили перевести свои значительные средства в доллары США, тем самым еще бо лее истощили резервы Центробанка.

Последствия валютного кризиса были бы более катастрофич ными, если бы не вмешательство МВФ и лично президента Б. Клинтона. Их усилиями страна получила необходимые средства и гарантии по кредитам в мексиканскую экономику, что позволило стабилизировать ситуацию. Однако к тому времени совокупные активы национальной банковской системы едва дотягивали до по ловины от предкризисной величины. Это происходило на фоне резкого увеличения объема безнадежных долговых обязательств.

В этих условиях PRI начала программу по рекапитализации бан ков и списанию долгов, известную как Fobaproa. Однако после по тери ею контроля над Конгрессом в 1997 г. обществу стало извест но, что эта программа практиковалась весьма выборочно и ставила своей целью помощь лишь друзьям режима, которые использова ли свои связи, чтобы сбыть с рук активы по высокой цене.

Fobaproa продолжила традицию регрессивного распределения доходов и использования бюджетных средств для спасения бога тых частных лиц и отдельных корпораций с устойчивыми связями в правительстве. На эти цели предполагалось потратить до 15 % ВНП страны. Эта цифра была бы еще больше, если бы PRI не поте ряла большинства в Конгрессе в результате выборов 1997 г. Как и в России, в Мексике лишь небольшой процент населения (пример но 5 % по состоянию на 2000 г.) прибегает к услугам банковской системы.

Такова цена наскоро подготовленных реформ, реализуемых в условиях диктаторского режима. Но является ли «капитализм для своих» прогрессом по сравнению с отжившим свое «социализмом для своих» Большинство в Мексике полагают, что это не так. Вот почему сами понятия «приватизация» и «капитализм» порождают негативную общественную реакцию.

Нелигитимность режима продолжала возрастать. В 1994 г. в южном штате Чиапас произошло восстание, одновременно были убиты кандидат в президенты страны от PRI (лично выбранный президентом Салинасом) и председатель партии (бывший шурин Салинаса). Расследование этих громких дел привело к выводу о наличии внутреннего конфликта в партии. Последующие прези дентские выборы были отмечены, помимо ставших привычными фактов фальсификации результатов и монополизации СМИ, еще и тем, что новый кандидат, Э. Зедильо, затратил на свою предвы борную кампанию относительно ВНП Мексики в 25 раз больше средств, чем Б. Клинтон в 1992 г.

Выпускник факультета экономики Йельского университета Э. Зедильо в целом продолжил проведение экономической поли тики своих предшественников, т. е. сочетал дисциплину в макро экономической сфере с ограничениями в микроэкономической области. Несмотря на то что он часто упоминал о необходимости демократии (что дало повод некоторым сравнивать его с М. Горба чевым), его режим был глубоко нелигитимным и не мог избежать многочисленных компромиссов с различными экономическими агентами в отношении их неконституциональных требований, которые в условиях оскудения финансовых ресурсов стали открытыми. Когда бы, преследуя свои корпоративные интересы, они ни выводили людей на улицы, президент уступал их требова ниям, таким образом создавая стимул для продолжения использо вания неправовых действий и давления улицы20. Зедильо не осме ливался прибегнуть к силе для восстановления законности, так как его режим был на финальной стадии кризиса легитимности. Когда же PRI оказалась не в состоянии удовлетворять аппетит взращен ных ею Франкенштейнов, она стала терять контроль над ними, и они стали действовать на свой страх и риск, занявшись сведением счетов друг с другом. Это привело к прорыву на выборах 2000 г.

Все указанные выше режимы имели тенденцию к гибели от «бо лезни крови», когда их кровь становилась отравленной ядом про тиворечий и внутренних конфликтов. Каков же был состав крови коммунистической системы В Восточной Европе до 1989 г. это были репрессии. Как только М. Горбачев дал ясно понять, что он не будет поддерживать восточноевропейские коммунистические ре жимы, они пали. В СССР же основой режима, во всяком случае, юридически, была идеология. Поэтому противоречия внутри ре жима основывались на идеологических разногласиях. Именно в См.: Rubio L. Coping with Political Change // Purcell S.K., Rubio L., eds. Mexico Under Zedillo, Boulder, CO: Lynne Reinner Publishers, 1998. P. 5–36.

связи с этим мы рассматриваем горбачевскую демократизацию как попытку устранить эти противоречия, что, в конечном итоге, привело к гибели коммунистической идеологии и режима в целом.

Основой режима Сухарто был, по видимому, устойчивый экономи ческий рост, начисто сметенный финансовым кризисом 1997– 1998 гг. Что же касается Мексики, то основой режима PRI были не идеология и не репрессии, а коррупция. Именно поэтому имма нентные противоречия режима были в основном связаны с ее про явлениями и процессами.

При наступлении экономического кризиса последним по вре мени трем президентам не оставалось ничего другого, как прово дить приватизацию, стремиться к сбалансированному бюджету и сокращать расходы, что означало ущемление интересов корпора тивных групп, которые начинали распадаться: меньше оставалось возможностей для коррупции. Таким образом, PRI не хватало под питки коррупцией, и, ослабленная, она начала терпеть поражения на выборах. Как уже упоминалось, первый звонок для нее прозве нел на губернаторских выборах 1989 г., затем партия потеряла большинство в Конгрессе в 1997 г., и, наконец, в 2000 г. к власти пришел представитель PAN В. Фокс.

Этап 4: после 2000 г.

Что происходит, когда режим диктатуры одной партии проигры вает выборы, но остатки ее «неконституционного яда» продолжают загрязнять политико экономическую атмосферу страны В этом случае есть два варианта развития событий. Первый, со гласно рекомендациям А. Ослунда, Дж. Сакса и других экспер тов, – использовать окно возможностей, чтобы провести реши тельный слом старой системы, построить новую и придерживаться активной, наступательной политики. Это то, что удалось сделать М. Лаару в Эстонии, (возможно, пример наиболее успешного пе рехода в этом регионе21). Позднее схожим образом действовали М. Дзуринда в Словакии и И. Костов в Болгарии.

Возможно, самой интересной «Поваренной книгой» о рецептах посткоммунитси ческого перехода стала: Laar M. Little Country that Could. London: Centre for Research into Post Communist Economies, 2002. См. также специальный номер журнала об эстонских реформах: Demokratizatsiya. 11:4. Fall 2003.

Парадоксальным представляется тот факт, что если такие дик таторские режимы, как режим PRI, могут проводить макроэконо мические реформы, то лишь легитимное правительство может осуществлять тот тип микроэкономических, законодательных, ре гулирующих и административных реформ, которые необходимы для устойчивого экономического роста. Это становится возмож ным потому, что источником легитимности такого правительства становится население, а не корпоративные группы, чьи интересы такие реформы ущемляют. Но такое новое правительство должно действовать решительно.

Альтернативой сказанному выше становится ситуация, когда демократически избранное переходное правительство, по сути, не делает ничего, полагая, что проблемы рассосутся сами по себе.

Такое правительство заключает мир с корпоративными элемента ми и номенклатурой старого режима и находит «компромиссы», способствующие «поддержанию социальной стабильности». Ярким примером подобного рода политики могут служить действия пра вительства Э. Константинеску в Румынии в период после 1996 г.

К сожалению, множество причин подтолкнули Мексику именно к этому пути развития. Президент Фокс окружил себя «экспертами» из числа активистов прежнего режима. Более того, он назначил их на ключевые участки работы кабинета: в Министерство финансов, федеральную милицию, а также в президентскую администрацию.

Президент не сделал ничего, чтобы конфисковать незаконно при ватизированные активы, на которых в свое время выросли немно гочисленные олигархи – спонсоры PRI. В общем, пока окно воз можностей закрывалось, президент занимался весьма незначи тельными вопросами и зарубежными вояжами.

Pages:     | 1 |   ...   | 19 | 20 || 22 | 23 |   ...   | 24 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.