WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |

Иными словами, наличие «двойного стандарта» приводит к тому, что рыночные механизмы эффективно выполняют свои функции на ограниченном пространстве, которое в контексте тезиса о формировании в России модели «государственного капитализма» имеет тенденцию к сокращению. Хотя долгосрочные задачи обеспечения устойчивости и адаптивности институционального окружения (применительно к рыночным механизмам) остаются актуальЗаметим только, что не менее острые аналогичные проблемы существуют в других сферах земельных отношений. Например, в Москве, несмотря на предусмотренные новым Жилищным кодексом РФ права собственников жилых помещений, практически нереально пока произвести «формирование» земельного участка под многоквартирным домом (с приватизированным жилым фондом, т. е. не новой застройки) в целях последующей реализации права общей собственности на землю. Одним из формальных и, видимо, весьма надуманных, предлогов для отказа является необходимость предварительного размежевания границ между внутри-московскими территориальными единицами. Градостроительные планы развития административных округов Москвы не утверждается законодательно в деталях на долгосрочную перспективу, что создает возможность «оперативных» исправлений в зависимости от конъюнктуры и конкретных интересов. И в том, и в другом случае прямым результатом является спонтанная «точечная» застройка земельных участков, в том числе тех, которые могут быть отнесены к уже существующим многоквартирным домам. Хорошо известны также конфликты 2000-х гг., связанные с принудительным переселением из псевдо-аварийных домов в центре Москвы.

40 Стабильность или стагнация ными, бесспорным приоритетом является формирование базовых предпосылок для их реализации — законодательного, процессуального, судебного и регулятивного обеспечения единых рыночных правил. Особо следует подчеркнуть, что единственным относительно эффективным ограничением применения различных правил в системе «двойного стандарта» может быть только независимый институт судопроизводства, вынужденный в данном случае брать на себя функцию унификации правил для всех рыночных игроков. Соответственно перспектива развития хозяйственных институтов, стимулирующих экономический рост в России, в значительной степени обусловлена современными проблемами функционирования и качества политических институтов.

Идеальной иллюстрацией «двойного стандарта», а также того, что представляет собой частная собственность в современной России и насколько значима в отличие от современного западного мира ее причастность к (зависимость от) политической власти, могут служить два кардинально противоположных сценария завершения бизнеса, создававшегося примерно одинаковыми (возможно, отнюдь не всегда законными) методами в течение практически одинакового периода (около 0 лет) и в равной степени благополучного с экономической точки зрения. Первый — разгром компании и фактическая национализация активов, когда вопрос о рыночной цене сделки и возможностях вывоза полученных средств по понятным причинам не обсуждался (ЮКОС). Эти процессы продолжались в 2006 году и, по всей видимости, должны завершиться в 2007 году окончательным разделом активов ЮКОСа в ходе банкротства.

Второй — сделка по приобретению «Газпромом» «Сибнефти», принесшая основному бенефициару компании 3 млрд долл. и давшая возможность легитимно распоряжаться ими в России и за рубежом, включая возможности приобретения новых активов в России в 2006 году. Между этими крайними вариантами — широкий спектр возможных компромиссных решений в русле классической традиции относимых к категории «предложение, от которого невозможно отказаться». Указанные сделки также весьма трудно отнести к рыночным, поскольку при видимости справедливой рыночной цены в распоряжении государства всегда остаются аргументы из «дела ЮКОСа».

Наконец, системным фактором, который также на протяжении 990—2000-х годов воздействовал на ход институциональных преобразований, является коррупция. Как было отмечено выше, чем больше в обществе распространена коррупция правительственных чиновников, тем меньше (при поддержании прежнего уровня административной дисциплины) остается реальных возможностей для укрепления рыночных институтов и конкурентных механизмов.

Такие зависимости, складывающиеся в «порочный круг», обусловлены потенциальными изменениями в распределительных отношениях — очевидной ситуацией, при которой утверждение новых политических и экономических институтов во многих случаях наталкивается на (иногда явно, но чаще скрыто) сопротивление тех чиновников, которым удается извлекать (нелегитимные) частные выгоды из существующих норм и решений. При некоторых условиях может складываться ситуация, когда эффективные рыночные взаимодействия подменяются соперничеством на «политических рынках», борьбой бюрократических интересов. Подобные цели не могут быть непосредственно афишированы. Поэтому для «регуляторов» характерна постоянная апелляция к интересам тех или иных групп участников рынка. Именно под этим флагом «регуляторы» часто реализуют собственные интересы и устремления24.

См., например: Яковлев А. Возможные стратегии экономических агентов по отношению к институтам корпоративного управления / Развитие спроса на правовое регулирование корпоративного управления в частном секторе: Научные доклады МОНФ. 2003. № 48. С. 5.

Александр РАДыгИН Не вдаваясь в детали, применительно к России приведем лишь весьма показательное высказывание: «Российскую хозяйственно-политическую систему бессмысленно характеризовать беззубым термином «коррупция». Это мало дает для ее понимания. Ее следует характеризовать как механизм, работающий на принципах коррупционной лояльности»25. В настоящее время существуют самые разнообразные оценки масштабов коррупции в России, при этом практически все исследователи констатируют рост коррупции в 2000-е годы По оценке заместителя генерального прокурора РФ А. Буксмана ее объем составляет около 240 млрд долл. в год (методика расчета неизвестна).

По данным фонда «Индем», интенсивность деловой коррупции в 200 —годах снизилась на 20%, однако многократно возрос ее объем (рост валовых взяток в 200 —2005 годах составил, по оценке фонда, 900%), что связывается с растущим участием государства в экономике и, соответственно, объемом перераспределяемой ренты.

Госкапитализм versus разгосударствление Проблема границ вмешательства государства в сферу отношений собственности так же стара, как и сама собственность26. Джон Локк полагал, что политическая власть представляет собой «право создавать законы…для регулирования и сохранения собственности» 27. Как отмечают Э. Фуруботн и Р. Рихтер, для института экономики, основанной на частной собственности, основным является тот факт, что передача индивидуальных прав собственности осуществляется, по сути, добровольно. Следовательно, элементарные конституционные правила должны базироваться на принципе неприкосновенности прав личной собственности. Проблема, однако, заключается в том, что государство обладает властью, которую оно способно направить не только на защиту частной собственности, но и на ее изъятие28.

Соответственно, основополагающим условием функционирования рыночной экономики, наряду с конституирующими элементарными правилами, является также достоверное обязательство государства уважать частную собственность29. Преуспевающим рынкам требуется не только адекватная система прав собственности и контрактного права, но и безопасный в политическом смысле фундамент, накладывающий жесткие ограничения на возможности конфискации богатства государством30.

В современном мире ортодоксальный неоклассический (неолиберальный) подход к государству как основному источнику экономической нестабильности становится все более экзотическим как в англо-американской, так и европейской исследовательской традиции. «Есть мало оснований считать, что рынок мог бы функционировать в ситуации, предполагающей негосударРогов К. Механизм лояльности // Коммерсантъ. 2006. 3 ноября.

В классификации Д. Норта первая экономическая революция состоялась именно тогда, когда произошел переход от кочевой к оседлой жизни и, соответственно, впервые потребовалась централизованная (на уровне первых прототипов государственного устройства) защита (гарантия) прав собственности на землю, которая обеспечила для собственников стимулы повышения эффективности и производительности. См: North D. Structure and Change in Economic History.

New York and London: Norton, 98. P. 8.

Локк Дж. Сочинения: В 3 т. М.: Мысль, 988. Т. 3. С. 343.

Фуруботн Э., Рихтер Р. Институты и экономическая теория. С. 335—337.

North D. Economic Performance Through Time // American Economic Review. 994. Vol. 84.

P. 359—368.

Weingast B. Constitution as Governance Structures: The Political Foundations of Secure Markets // Journal of Institutional and Theoretical Economics. 993. Vol. 49. P. 286—3.

42 Стабильность или стагнация ственную экономику»3. Стандартный неоинституциональный набор функций государства, которые последнее получает вместе с правом принуждения (насилия) в соответствующих областях, включает спецификацию и защиту прав собственности, минимизацию информационной асимметрии участников рынка, обеспечение физических каналов обмена товарами и услугами, судебное (и иное в роли «третьей стороны) урегулирование контрактных и иных отношений, стандартизацию мер и весов, обеспечение производства общественных благ (оборона, наука, образование, здравоохранение). Государственное вмешательство имеет смысл также в тех случаях, когда возникает необходимость общественной компенсации тех или иных экстерналий, разграничения «достойных» и негативных с точки зрения общества потребностей32.

К концу 990-х — началу 2000-х годов государственное присутствие в корпоративном секторе России (весьма широкое) было распылено в виде многих тысяч разрозненных, плохо или вообще неуправляемых унитарных предприятий и пакетов акций недавно созданных акционерных обществ практически во всех отраслях хозяйства. Интегрированные структуры, сформированные по инициативе государства и с его участием на начальном этапе приватизации, действовали в основном в топливно-энергетическом комплексе, а также в естественных монополиях.

Период 2000—2004 годов характеризовался определенными усилиями по повышению эффективности управления распыленными активами путем их интеграции в государственные холдинговые структуры в таких отраслях, как атомная энергетика, железнодорожный транспорт, оборонная и алкогольная промышленность, обеспечение функционирования воздушного и морского транспорта, почтовая связь. Повышение государственной доли в капитале отдельных компаний вне рамок интеграционных процессов было исключением. Параллельно с этим начался процесс реструктуризации естественных монополий.

В этот же период заметно активизировались попытки установить (расширить) контроль над основными финансовыми потоками российской экономики и более широко — поставить бизнес в зависимость от государственных институтов, несмотря на решения по дерегулированию, административную реформу и планы дальнейшей приватизации. Главной особенностью 2005— 2006 годов стало смещение приоритетов в пользу прямого государственного участия в экономике33. Выделим некоторые характерные тенденции:

— активизация деятельности действующих государственных холдингов и компаний, которые встали на путь увеличения масштабов своего бизнеса и его диверсификации путем поглощений и слияний («Газпром», «Роснефть»);

— вовлечение в процессы имущественной экспансии новых «игроков» (ФГУП «Рособоронэкспорт», РАО «ЕЭС России»);

— политика интеграции разрозненных активов, остающихся в собственности государства, в холдинговые образования становится второстепенной, однако новые структуры начинают активно, хотя и весьма выборочно, действовать на рынке корпоративного контроля как самостоятельные субъекты;

— выход экспансии за пределы топливно-энергетического сектора, хотя говорить о формировании многоотраслевых конгломератов пока преждевременно;

Аткинсон Э., Стиглиц Дж. Лекции по экономической теории государственного сектора.

М.: Аспект Пресс, 995. С. 8.

См.: Eggertsson T. Economic Behavior and Institutions. Cambridge, 990; Pitelis Ch. Transaction Costs, Markets And Hierarchies. Oxford, 993; и др.

Подробно см.: Радыгин А. Россия в 2000—2004 годах: на пути к государственному капитализму // Вопросы экономики. 2004. № 4. С. 42—65; Радыгин А., Мальгинов Г. Рынок корпоративного контроля и государство // Вопросы экономики. 2006. № 3. С. 62—85.

Александр РАДыгИН — смещение интереса от активов «проблемных» или «недобросовестных» с точки зрения госструктур компаний к активам «нейтральных» или «лояльных» собственников;

— более широкая практика применения таких методов, как доведение размера доли в уставном капитале компаний до величины, позволяющей оказывать решающее влияние на их деятельность;

— активное участие крупнейших госбанков (кредитование, гарантии, прямая скупка акций) в процессах расширения государственных участий в капитале компаний;

— необходимость политического согласования возможных крупных сделок как внутри страны, так и с участием зарубежных компаний — обязательная компонента проработки такого бизнес-решения.

Уже в 2005 году, по некоторым прогнозам, предполагалось, что в 2006— 2007 годах объектами национализации или поглощения со стороны государственных компаний могут стать «Норильский никель» (5 % акций, 8 млрд долл.), Промстройбанк (,5 млрд долл.), Уральская горно-металлургическая компания — УГМК (5 млрд долл.), «Сургутнефтегаз» (62% акций, 20 млрд долл.), «Воссибнефтегаз» ( 30 млн долл.), «Томскнефть», «Самаранефтегаз», Ачинский НПЗ, Ангарская нефтехимическая компания (в совокупности 8,5 млрд долл.), Сызранский НПЗ, Куйбышевский НПЗ, Новокуйбышевский НПЗ (0,5 млрд долл.), ТНК-BP (50% акций в собственности российских акционеров — 9— 0 млрд долл.), «Силовые машины» (450 млн долл.), «Уралкалий» (2 млрд долл.), «Сильвинт» ( млрд долл.)34.

Большая часть этих сделок пока не состоялась, однако это не означает, что в 2006 году интенсивность государственной экспансии ослабла. По расчетам аналитиков Альфа-банка, за год доля акций российских компаний, принадлежащих государству, выросла с 29,6% до 35, %35.

Активность только одного ОАО «Газпром» (причем на фоне роста внешней задолженности компании) в 2006 году впечатляет:

— монополизирована разработка Штокманского месторождения;

— у консорциума Shell, Mitsubishi и Mitsui приобретен контрольный пакет в проекте «Сахалин-2» под угрозой прекращения проекта по причинам нарушения экологического законодательства (при этом в 2006 году заявлено, что права на разработку всех новых месторождений энергоносителей на шельфе будут передаваться исключительно государственным компаниям);

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.