WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |

Такая модель со всей очевидностью проецируется и на ситуацию финан­ сового кризиса 2008 года, когда обсуждаются меры экстренной поддержки российских компаний и банков. В общем пакете антикризисных мер, принятых органами государственной власти РФ в сентябре—октябре 2008 года, применительно к проблемам расширения госсектора следует указать как минимум два направления: кредиты государства на обслуживание зарубежных кредитов российских компаний и банков (50 млрд долл. в 2008 году) и прямая («антикризисная») интервенция государства на фондовом рынке (по 175 млрд руб. в 2008 и 2009 годах). Кроме того, 450 млрд руб. должны быть выделены из Фонда национального благосостояния для размещения на депозитах во «Внешэкономбанке—Банке развития» с последующим направлением 225 млрд руб. в банковскую систему на софинансирование увеличения капитала.

По имеющимся данным16, в IV квартале 2008 года сумма платежей российских компаний по внешним долгам оценивается в 47,5 млрд долл., в 2009 году — 115,7 млрд долл. Размещаемых Центральным банком во «Внешэкономбанке—Банке развития» депозитов (50 млрд долл.) достаточно для кредитования компаний под выплаты 2008 года. Вместе с тем, и это вполне оправданно, условия предоставления кредитов оцениваются как исключительно жесткие (вплоть до таких характеристик, как «временная национализация»): залог экспортной выручки, включение представителей банка в органы управления заемщика, согласование с банком привлечения По оценке А. Е. Абрамова (на основе данных фондовых бирж и Росстата), всего за период с 2005 года по первое полугодие 2008 года доля инвестиций от эмиссии корпоративных облигаций, направляемых в основной капитал, колебалась в диапазоне от 0,4 до 2,2%. Лишь ненамного лучше была ситуация с использованием средств, привлекаемых компаниями и банками в процессе IPO. В наиболее удачном с точки зрения объема IPO 2007 году из 33 млрд долл., полученных от первичных и вторичных размещений акций, лишь 3,6 млрд долл., или 10,9%, пошли на прирост реального капитала.

Российский фондовый рынок. Первое полугодие 2008 года НАУФОР, Московская школа управления СКОЛКОВО, 2008.

Для получения более детальной справочной информации, включая подробные схемы и графики государственных антикризисных «инъекций», достаточно обратиться к официальным интернет-сайтам ведущих информационных агентств и периодических изданий за октябрь 2008 года (в частности www.vedomosti.ru, www.kommersant.ru, www.expert.ru и др.).

Александр РАдыгИН других займов и сделок по продаже активов свыше 10% стоимости компании, обеспечение, аналогичное обеспечению по зарубежному кредиту и др. К середине октября 2008 года поступили заявки на рефинансирование от «Роснефти», ВТБ, «Газпромнефти», ТНК—BP, «Лукойла», UC Rusal, АФК «Система». При минимальном установленном размере рефинансирования в 100 млн долл. (согласно Меморандуму о финансовой политике банка) речь идет действительно только о крупнейших компаниях и банках.

ОАО «Газпром», заявив первоначально об отсутствии проблем с соответствующими платежами, по всей видимости, также должно оказаться среди претендентов на государственные средства, однако — в силу «эксклюзивности» компании, с точки зрения российских властей, — схема и условия рефинансирования могут отличаться от общепринятых.

В середине октября 2008 года было также принято решение о выделении средств из Фонда национального благосостояния на приобретение акций российских компаний (350 млрд руб. на 2008—2009 годы). В настоящее время не существует никаких официальных данных об уже произведенных интервенциях, размерах вложенных средств и приобретенных пакетов акций, бенефициарах. Как минимум, можно задаться вполне прикладными вопросами о целесообразности монополизации практически всех операций во «Внешэкономбанке—Банке развития», о процедурах выбора операторов (профессиональных посредников) по сделкам, которые осуществлены или будут осуществляться в дальнейшем, в том числе касательно условий комиссии.

Однако гораздо более значимым является вопрос о прозрачных критериях целесообразности каждой из таких сделок и их публичном контроле. Согласно постановлению Правительства РФ от 15 октября 2008 года до 80% средств Фонда национального благосостояния управляющее им Министерство финансов РФ имеет право направлять в акции и облигации, в том числе до 50%17 в те акции, которые имеют листинг ММВБ и РТС или включены в индексы MSCI World Index и FTSE All-World Index, и в фонды, которые осуществляют соответствующие инвестиции.

Если судить только по косвенной информации, такие инъекции начались лишь 17 октября 2008 года в отношении акций «Газпрома», «Роснефти» и Сбербанка. Если оставить в стороне общие теоретические соображения о низкой (близкой к нулю) эффективности использования бюджетных средств для стабилизации фондового рынка в условиях кризиса18, остается только зафиксировать имеющиеся экспертные оценки об отсутствии общей стратегии интервенций, опыта реализации антикризисных мер и разнонаправленности конъюнктурных трендов рынка в отношении даже узкого круга ведущих компаний-эмитентов. По всей видимости, пока что речь идет о трех возможных направлениях: о выборочном противодействии margin calls, о приобретении тех или иных проблемных активов и о попытках корректировки рынка по отдельным эмитентам, «интересным» государству. Особенно острой в этом контексте становится проблема инсайдерской торговли и, если смотреть шире, общая политика в отношении любого рода финансовых злоупотреблений (расхищения средств).

То есть в пределах 45—50 млрд долл. при размере фонда на середину октября 2008 года.

По оценкам, за неделю 17—24 октября 2008 года было израсходовано не менее 1 млрд долл., однако падение курсов акций поддерживаемых таким образом эмитентов продолжалось (от 15 до 33%). Это означает как минимум прямые потери государственных средств, хотя в краткосрочном периоде падение курсов было бы более существенным при отсутствии государственных интервенций.

98 государственный капитализм и финансовый кризис: факторы взаимодействия, издержки и перспективы В любом случае пока преждевременно пытаться давать какие-либо более детализированные оценки происходящему, хотя бы вследствие отсутствия как критической массы реально осуществленных сделок, так и публичной информации по меньшей мере относительно объемов и критериев государственных интервенций19. Наиболее пессимистичные сценарии имеют право на существование как минимум в силу общих оценок институциональной среды, проблемы функционирования которой, на наш взгляд, стали одним из сугубо «российских» факторов сегодняшнего кризиса финансовой системы России20.

Тем не менее вывод о начале нового этапа государственной имущественной экспансии (даже с учетом объективно необходимого антикризисного компонента) является бесспорным. Если зафиксировать капитализацию российского рынка по состоянию на середину октября 2008 года, то, согласно простейшему расчету, можно прогнозировать увеличение доли государства в 2008—2009 годах от 3—4 (нижняя граница) до 9—10% (причем без учета возможного перехода акций государству в рамках процедур рефинансирования и деятельности госкорпораций в строгом смысле слова).

Вместе с тем (при прочих равных условиях, к которым относятся политические и рентокоррупционные) качественный порог такой экспансии достаточно очевиден: чем масштабнее государственный сектор, тем более ограниченными являются возможности обеспечения управляемости и эффективного контроля. Об этом свидетельствует, в частности, весь опыт введения (попыток введения) тех или иных новых механизмов управления и контроля унитарных предприятий и АО с долей государства конца 1990—2000-х годов.

По аналогии с эволюцией частных российских бизнес-групп второй половины 1990-х — начала 2000-х годов21 в среднесрочном периоде следует ожидать тех или иных реорганизационных процедур, направленных на оптимизацию структуры приобретенных активов и организационно-управленческих аспектов функционирования государственных компаний (групп). С учетом финансового кризиса 2008 года этот процесс может быть ускорен в связи с потребностью компаний (как государственных, так и частных) в привлечении финансовых ресурсов посредством избавления от ряда активов, не связанных напрямую с основной деятельностью.

Насколько реорганизационные процедуры окажутся эффективными применительно к государственным компаниям, каковы будут движущие мотивы такой реорганизации, покажет время. Более того, сам по себе количественный рост прямого участия государства в экономике или стабильная значительная доля последнего не являются чем-то экстраординарным для современного мира. Наиболее актуальными являются вопросы, лежащие в плоскости качественных оценок, — прежде всего относительно внятной стратегии, целей (мотивов) и долгосрочных последствий (издержек) данного процесса.

В равной степени закрытыми или, как минимум, труднодоступными, — несмотря на то что к концу 2008 года истек год с момента принятия ключевых решений, — являются данные о размещении полученных государственными корпорациями (имеется в виду организационноправовая форма в строгом значении этого термина) средств бюджета и Стабилизационного фонда. Это тем более актуально (в условиях финансового кризиса 2008 года), что значимая их часть должна, согласно нормативно-правовым документам о создании госкорпораций, размещаться в ценных бумагах.

См., например: Радыгин А. Д. Стабильность или стагнация Долгосрочные институциональные проблемы развития российской экономики.

См., например: Радыгин А. Эволюция форм интеграции и управленческих моделей: опыт крупных российских корпораций и групп // Российский журнал менеджмента. 2004. Т. 2. № 4.

С. 35—58.

Александр РАдыгИН 3. Издержки и последствия В подавляющем большинстве случаев (до осени 2008 года) нельзя говорить о национализации в прямом смысле этого термина, поскольку формально государство (казна) не становилось собственником новых активов вследствие конфискации или выкупа за счет бюджетных средств. Вместе с тем экспансия компаний с государственным участием происходила, по крайней мере внешне, без явного использования бюджетных средств. Холдинги с государственным участием как основные субъекты данного процесса становились обладателями прав собственности на новые активы в результате осуществления рыночных сделок, которые проходили согласование с органами власти, используя для этого как собственные, так и, главным образом, привлеченные средства, кредиты, полученные не столько от российских, сколько от зарубежных банков.

Разумеется, такие действия способны оказать опосредованное влияние на имущественное и финансовое состояние государства. При благоприятном сценарии развития событий государство как собственник крупных холдинговых компаний может рассчитывать на рост их капитализации, что косвенно означает увеличение доходов бюджета при потенциальной продаже принадлежащих государству пакетов акций в будущем. Имеются и определенные предпосылки для увеличения дивидендных выплат (доли прибыли) в бюджет за счет потенциального роста доходов холдинговых структур от деятельности новых дочерних и зависимых компаний. Однако все это требует адекватного уровня корпоративного управления, прозрачности и подконтрольности менеджмента как в отношениях между государством и холдингами, так и между холдингами и их дочерними компаниями.

В настоящее время трудно давать однозначную оценку данным процессам с точки зрения влияния на ситуацию в отдельных отраслях и в экономике в целом. Только последующее развитие событий может показать, насколько крупные холдинги с государственным участием способны осуществлять эффективное управление большим количеством приобретенных и полученных активов самого разного профиля. Вместе с тем масштабы деятельности государственных компаний на рынке корпоративного контроля заставляют задуматься о цене такой экспансии в контексте общеэкономической перспективы.

За последние тридцать лет в мире накоплен значительный теоретический и прикладной опыт сравнительного анализа эффективности государствен­ ной и частной форм собственности, игнорирование которого недопустимо и который, при некоторых специфических исключениях, категорично свидетельствует в пользу последней.

Э. Бордмэн и Э. Вайнинг, рассмотревшие более 50 публикаций, посвященных сравнительному анализу государственной и частной собственности, свой основной вывод, включающий результаты их собственных расчетов, формулируют следующим образом: «Результаты исследований свидетельствуют о том, что при учете широкого круга факторов [влияющих на эффективность хозяйственных операций] крупные промышленные фирмы со смешанной собственностью и аналогичные фирмы, полностью принадлежащие государству, обнаруживают существенно меньшую эффективность по сравнению с подобными им частными компаниями»22. Многочисленные эмпирические исследования сравнительной эффективности компаний с домиBoardman A. E., Vining A. R. Ownership and Performance in Competitive Environments:

a Comparison of the Performance of Private, Mixed and State-Owned Enterprises // Journal of Law and Economics. 1989. Vol. 32. P. 29.

100 государственный капитализм и финансовый кризис: факторы взаимодействия, издержки и перспективы нированием государства и частных владельцев в России 1990—2000-х годов весьма различаются в оценках влияния разных типов частных собственников на эффективность, однако в отношении компаний с доминированием государства выводы столь же однозначны.

Хотя за время после принятия Концепции управления государственным имуществом и приватизации (1999 год) создана обширная нормативноправовая база регулирования государственного сектора (смешанные общества и унитарные предприятия), эффективность управления в секторе незначитель­ но отличается от уровня 1990­х годов. Намеченные ориентиры (сохранение к 2008 году в собственности РФ не более 1000 ФГУП и 500 долей в хозяйственных обществах) уже не только не актуальны, но даже не выглядят правдоподобными в силу как минимум двух обстоятельств.

Во-первых, организационные возможности органов управления по быстрому реформированию государственного сектора находятся в серьезном противоречии с количественным ограничением — его сохраняющимся масштабом. Во-вторых, резкое сокращение числа унитарных предприятий всех уровней с перспективой их преобразования в открытые акционерные общества заметно усиливает нагрузку на органы государственного управления, которые отнюдь не эффективны в качестве государственных представителей и в настоящее время. В этом контексте встречный процесс — расширение масштабов госсектора — выглядит по меньшей мере противоестественно, если оценивать его с точки зрения эффективности государственной политики в данной сфере.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.