WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 16 | 17 || 19 | 20 |   ...   | 35 |

Подводя итог, необходимо отметить, что эффективность трудовой деятельности во многом зависит от характера решаемой задачи. В некоторых случаях группа в состоянии действовать лучше, чем индивид. Так, например, если задачу можно разделить на подзадачи, полагает Иван Стайнер (1972), то каждую из них может выполнить такой человек, который обладает необходимыми знаниями, опытом и умениями. Однако когда задача не делится на составляющие или когда у членов группы нет должного мастерства и умения, тогда результаты групповой деятельности могут оказаться ниже потенциальных возможностей группы, т.е. не очень впечатляющими.

Типология групповых задач И. Стайнера Итак, мы выяснили, что как только проблемой анализа становится групповая деятельность, так неизбежно возникает вопрос о сопоставлении и сравнении различных параметров индивидуальных и групповых усилий, о преимуществах и недостатках коллективного и индивидуального труда. В основном это, конечно, касается сравнения производительности и эффективности групп и индивидов, хотя, на первый взгляд кажется, что здесь нет проблемы и что групповая деятельность заведомо предпочтительнее индивидуальной. Иначе взглянул на эту ситуацию И. Стайнер, чьи идеи уже не раз обсуждались выше.

Прежде всего, Стайнер совершенно справедливо утверждает, что нет групповых заданий вообще, но есть какие-то конкретные от ситуации к ситуации меняющиеся задачи, встающие пред теми или иными группами. Следовательно, для прогнозирования возможной эффективности (производительности) групповой деятельности необходимо разработать классификацию групповых задач. С этой целью исследователь выделяет три параметра, на основании которых и создает свою классификацию групповых задач.

Первый: задачи, стоящие хоть перед индивидом, хоть пред группой могут быть, по мнению Стайнера, делимыми, структурированными и неделимыми, унитарными (Steiner, 1972). В самом деле, например, сборка автомобилей включает в себя большое количество операций, которые может совершать как один и тот же человек, так и бригада сборщиков (группа). А вот, скажем, толкание заглохшего автомобиля невозможно разделить на подзадачи, выполняемые различными людьми, здесь требуется единое, унитарное усилие. Но и его могут совершать как отдельный индивид, так и группа людей.

Кажется совершенно очевидным, что в обоих приведенных примерах групповая деятельность будет более предпочтительной. Но и здесь не все так просто. Бригада сборщиков действительно соберет автомобиль гораздо быстрее индивида. Но вот вопрос – не начнет ли этот быстро собранный автомобиль рассыпаться на ходу, едва сдвинувшись с места, как это случалось и случается до сих пор в советско-российском автомобилестроении В то же время, в отношении одинокого энтузиаста-автостроителя такие вопросы, как правило, не возникают.

Во втором примере – толкание автомобиля, дело выглядит более однозначно. Далеко не всякому индивиду под силу в одиночку толкать автомашину, это может сделать только группа людей. Другой вопрос – будут ли они прилагать максимум усилий для этого, а не просто делать вид, будто они напрягаются Следовательно, планирование и первого, и второго вида деятельности требует учета всех преимуществ и недостатков как групповой, так и индивидуальной работы.

Как видим, логика рассуждений по поводу нашего первого примера привела к постановке вопроса: что важнее – количество произведенного продукта или его качество Эта проблема выделяется Стайнером в качестве второго параметра для классификации. Согласно ему, все задачи могут быть разделены на те, что сопряжены с достижением максимального количественного результата (без особого акцента на качестве) и те, что требуют достижения высокого, т.е.

оптимального качества. Первые Стайнер называет задачами максимизации, вторые – задачами оптимизации. Вновь обратимся к нашим примерам. Чтобы столкнуть заглохший автомобиль с места требуется приложения определенного максимума усилий – будь это группа из двух человек, из десяти или из тридцати. Понятно, что 30 человек, толкающие легковую автомашину, не будут делать это на пределе своих физических возможностей, вероятно даже, что они будут толкать её вполсилы. Но в нашем случае это неважно – задача-то состоит в том, чтобы машина сдвинулась с места. Таким образом, здесь мы имеем дело с задачей максимизации.

Совсем другая задача у сборщиков автомобилей: она не в том, чтобы собрать абы какую автомашину, лишь бы у неё были мотор и колеса. Собранный автомобиль должен оптимально соответствовать качественным характеристикам машины определенного класса и марки – скорость, безопасность, дизайн и т.д. Следовательно, в этом случае решается задача оптимизации.

И, наконец, третий параметр учитывает то, как распределяются индивидуальные усилия членов группы и какую роль они играют в достижении конечного группового результата. Данный аспект, что естественно, имеет смысл выделять только в цельных, унитарных задачах. Для большей ясности вновь обратимся к нашим примерам.

Если мы берем делимое, т.е. разбиваемое на подзадачи задание – сборку автомобилей – то бессмысленно ставить вопрос: кто – сборщики двигателей или колес вносят более значительный вклад в создание конечного продукта – автомобиля Столь же нелепо в этом случае задаваться вопросом – кто важнее в этом процессе: электрики или кузовщики Иное дело – цельная, унитарная задача – толкание автомашины. Здесь мы вправе поставить вопрос: кто в данном случае сможет справиться лучше Чей вклад будет или был самым значимым Итак, последний параметр, определенный Стайнером и относящийся к цельным, унитарным заданиям, дает исследователю возможность выделить четыре типа задач:

1. Дизъюнктивные – задачи такого типа, как правило, встают пред группами, которые работают над интеллектуальными проблемами. Суть их в том, что на поставленный перед группой вопрос может быть найден лишь один правильный ответ. Все члены группы предлагают собственные решения, но, как уже говорилось, правильным может быть лишь одно решение.

Следовательно, в группе должен быть хотя бы один человек, способный этот правильный ответ найти. Но это лишь полдела, так как здесь встает другая проблема: прислушается ли группа к разумному, компетентному решению или же в ней найдется более влиятельный, чем автор правильного решения, член группы и группа примет его ответ как правильный Кстати, в реальной жизни такое случается сплошь и рядом. Кроме того, помня о той парадоксальной ситуации, которая сложилась с группами «мозгового штурма», резонно задаться и таким вопросом – зачем, собственно, необходимы контактные группы для решения интеллектуальных задач, если отдельно работающие индивиды делают это лучше И уж тем более такие группы, в которых лишь один человек в состоянии решать интеллектуальные задачи 2. Конъюнктивные – как явствует уже из самого названия, для выполнения задач данного типа непременно требуется увязать в единый процесс индивидуальные усилия всех членов группы. Таким образом, итоговый групповой результат здесь напрямую зависит от персонального вклада каждого члена группы. В этих условиях эффективность группы будет равна эффективности её самого слабого и неподготовленного члена. В качестве примера задачи такого типа Стайнер приводит восхождение в горах группы альпинистов. Скорость их движения всегда равняется скорости движения самого слабого члена группы. Как видим, условия выполнения конъюнктивных задач прямо противоположны условиям задач дизъюнктивных.

3. Аддиктивные – это такие задачи, для выполнения которых необходимо объединение усилий членов группы. Наш пример с толканием заглохшей автомашины как раз является иллюстрацией задачи такого типа. Другой пример – когда члены группы в индивидуальном порядке зарабатывают для группы какие-нибудь баллы или очки, которые затем суммируются, а полученный результат является общим рейтингом группы.

4. Дискреционные – задачи, дающие возможность самим членам группы свободно определять, кто и какой вклад будет вносить в общий результат и, соответственно, решать, кто какую роль сыграет в конечном итоге. Ясно, что любое неформальное объединение, где происходит распределение ролей обязанностей, где самостоятельно намечаются цели и т.д., решает задачи дискреционного типа. Это и студенческие команды КВН, и реальные, а не формально самодеятельные художественные коллективы и т.д.

Х. Уилк и Э. Книппенберг дополняют типологию Стайнера еще одним параметром, а именно: типом взаимодействия членов группы между собой в процессе выполнения задачи.

Авторы выделяют три возможных ситуации взаимодействия – сотрудничество, соперничество и состязательное сотрудничество (Уилк Х., Книппенберг Э. 2001).

В заключение ещё раз подчеркну, что грамотное применение описанной классификации позволяет с большой вероятностью прогнозировать производительность групповой деятельности, учитывать неизбежные процессуальные (мотивационные и координационные) потери при решении задач того или иного типа.

Глава 8. Конформизм как форма группового контроля Согласно Мортону Дойчу и Гарольду Джерарду (1955), социальное влияние, действующее и в обществе в целом, и в группах, в частности, можно разделить на два вида — информационное и нормативное (Зимбардо Ф., Ляйппе М., 2000). Оба эти влияния вызывают поведение, которое называется конформизмом. О нем я уже не раз упоминал в этой книге, но до сих пор не делал специального анализа данного явления с позиций современной социальной психологии. А между тем, большинство групповых процессов и эффектов, о которых мы уже говорили и о которых речь ещё впереди, объясняются влиянием именно конформизма. Отсюда понятен тот огромный интерес, который проявляют современные социальные психологи к этому ключевому феномену социальной жизни.

Информационное влияние и конформизм Начало экспериментальному изучению информационного влияния положило исследование Музафера Шерифа (1936), известное ныне как исследование аутокинетического эффекта или самодвижения света (Чалдини Ф., 1999; Зимбардо Ф., Ляйппе М., 2000).. Это явление возникает в том случае, если человек, находясь в совершенной темноте, смотрит на неподвижный источник света. Через какое-то время ему начинает казаться, что свет движется, смещается. Этот эффект возникает из-за того, что источник света всего один и рядом нет другой, референтной светлой точки, с которой можно было бы сопоставить первый. Ведь движение какого-либо объекта мы в состоянии фиксировать лишь в отношении к другим. Когда референтные объекты отсутствуют, то и возникает кажущееся самодвижение.

М. Шериф использовал это явление для того, чтобы изучить, как в условиях неопределенности на человека влияет мнение и суждение других людей. Участников, «наблюдавших» аутокинетический эффект, спрашивали — на какое, по их мнению, расстояние смещается источник света Исследование выявило любопытную закономерность. Когда людей опрашивали поодиночке, то смещение оценивалось ими как незначительное, к тому же каждый из участников называл свое расстояние.

Но позднее, когда опрос проводился в условиях группы, (состоящей из сообщников исследователя), члены которой уверенно, с видом знатоков заявляли о более значительном смещении света, реальные испытуемые также начинали утверждать о большем расстоянии смещения. Кроме того, первоначально сильно различающиеся оценки расстояния смещения света в условиях группы начала выравниваться, тяготея к единой «общепринятой величине».

Что повлияло на участников и заставило их изменить свои первоначальные впечатления Прежде всего, вероятно, новая информация, полученная от «знающих» людей, которые к тому же все как один утверждали одно и то же, то есть, выступали, действовали группой. Ведь участники исследования Шерифа в данной экспериментальной ситуации находились в полной неопределенности относительно того, насколько «реально» смещался источник света. И им не оставалось ничего другого, как только полагаться на оценки «знающих» людей.

Таким образом, информационное влияние (на что указывает уже само название), действует посредством информации — сведений, знаний фактов о жизненных проблемах и ситуациях. Для человека все это чрезвычайно важно.

Дело в том, что люди, как никакие другие животные зависят от информации, получаемой извне. Человек, в отличие от других живых существ не имеет инстинктивной видовой программы поведения и жизнедеятельности. В природе человека генетически не заложены знания о том, как нужно вести себя в той или иной ситуации и вообще о том, как надо жить. Эту идею развивает Эрих Фромм (Фромм Э. 1990). Он утверждает, что в природе прослеживается отчетливая закономерность: чем выше на эволюционной лестнице располагается животное, тем в меньшей степени его поведение биологически детерминировано. И наоборот — поведение низших видов полностью предопределено их видовыми программами жизни.

Человек занял в эволюции исключительное положение, у него вообще отсутствует видовая программа жизни. Поэтому он всецело зависит от внешней информации. Прежде всего, от той, которую получает от других людей. Знание о том, как жить люди наследуют через систему не биологических, а социальных механизмов, таких как традиции, нормы, правила, законы, обычаи т.

д. Отсюда такое большое значение для человека имеет подражание, о чем, как мы помним, пишет Г. Тард, считающий законы подражания основными социальными законами.

Теории социального научения, по сути, развивают идею Г. Тарда. Ведь социальное научение — это и есть сначала подражание, имитация. Социальная модель служит источником информации для имитатора. Конечно, в социальной информации больше всего нуждаются дети, поэтому им, в первую очередь, свойственно подражательное поведение. Но, как показал эксперимент Шерифа, а затем и исследования других ученых, не в меньшей степени оно присуще также и взрослым (Зимбардо, Ляйппе. 2000).

Чем быстрее изменяются условия жизни человека, чем чаще он оказывается в незнакомых, непривычных ситуациях, тем больше у него потребность в информации, и тем больше он подвержен информационному влиянию. Сегодня эта информационная зависимость начинает приобретать невротический характер. Появилась, в частности, новая форма маниакального поведения — интернетзависимость, о чем заговорили психологи в тех странах, где наступила «эра сплошной компьютеризации». Об опасности такого поворота событий еще в начале 20 века предупреждали теоретики психологии масс, которые основывались на анализе тенденций развития средств массовой коммуникации того времени.

Pages:     | 1 |   ...   | 16 | 17 || 19 | 20 |   ...   | 35 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.