WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 15 |

Гораздо более информативным показателем является отношение расходов бюджета субъекта Российской Федерации к собранным на его территории налогам в консолидированный бюджет. Для Санкт-Петербурга это отношение в 2001 году составило 67%. Таким образом, можно считать Санкт-Петербург донором, так как он полностью обеспечивает потребности регионального бюджета налоговыми доходами территории и перечисляет средства в федеральный бюджет. Для Карелии это отношение больше единицы (116%), и поэтому данная республика является акцептором: территориальных налоговых доходов не хватает для покрытия бюджетных расходов, и федеральный бюджет перечисляет в регион средства сверх собранных в регионе.

Заметим, что данный показатель, на основании которого мы классифицируем регионы, не зависит от механизма перераспределения бюджетных средств. Нас интересует лишь исходная величина -- объем собранных налогов – и итоговые расходы консолидированного регионального бюджета. Более того, эта величина позволяет разделить регионы на доноров и акцепторов именно так, как это требуется для анализа политики фиксированных трансфертов:

если регион может обеспечить расходы своего бюджета региональными территориальными доходами, он должен перечислять некоторый фиксированный трансферт в центр, а если не может, должен, по крайней мере, в ближайшее время, получать дополнительно фиксированную дотацию.

В приложении А5.1 приведена таблица, в которой показатель дотационности рассчитан для каждого региона за 1995-2001 годы. Регионы упорядочены по возрастанию дотационности в 2001 году (начиная с самых главных доноров). Все субъекты мы разделили на четыре группы.

Первая группа включает "чистых доноров" – регионы, рассматриваемое отношение для которых ни разу не превысило 100%. Эти регионы стабильно обеспечивают расходы своих бюджетов собранными на территории налогами. Их оказалось 25 (или 28%), среди них СанктПетербург и Ленинградская область. Регионов, которые чаще являлись донорами, но в некоторые годы оказались акцепторами, оказалось 30 (или 34%). Таким образом, к донорам в широком смысле можно отнести 62% регионов, что опровергает распространенный тезис о недопустимо высокой степени дотационности региональных бюджетов в нашей стране (основанный на рассмотренном выше формальном анализе доли трансфертов в доходной части субнациональных бюджетов). Из оставшихся 34 регионов 20 (22%) являются постоянными акцепторами и 14 (16%) являются чаще акцепторами, но иногда выступают как доноры.

Наибольшее количество регионов-доноров (59) наблюдалось в 1995 и 2001 годах. Наиболее тяжелым в смысле данного показателя оказался, как ни парадоксально, не 1998 год (акцептора), а 1997 год (50 акцепторов, не считая Чечню). Вероятно, это объясняется тем, что, несмотря на крайне скромные налоговые доходы в 1998 году, расходы региональных бюджетов в "благополучном" 1997 году выросли неоправданно высоко и резко сократились после дефолта 1998 года, что и объясняет большее число акцепторов в 1997 году.

Статистика коэффициентов дотационности является еще одним подтверждением крайней неоднородности социально-экономического и географического положения субъектов Российской Федерации. Коэффициент вариации рассматриваемого отношения колеблется в пределах от 56% (1998 год) до 162% (2001 год).

Анализ статуса региона было бы целесообразно расширить дальше. Во-первых, мы не учитываем неналоговые доходы бюджета. Однако их учет существенно не повлиял бы на статистику, так как доля неналоговых доходов не превосходит 5%-10%46. Более существенным является то обстоятельство, что при определении статуса донора или акцептора учитываются только расходы субфедеральных бюджетов. В то же время лишь минимальная часть расходов федерального бюджета (например, 15% расходов на оборону47) не привязана прямо ни к одному субъекту федерации, остальные общефедеральные расходы реально приходятся на конкретные регионы. В частности, более 20% общефедеральных программ приходятся непосредственно на Москву48. Их учет позволил бы подсчитать реальные консолидированные бюджетные расходы, приходящиеся на тот или иной регион, и сопоставить их со всеми консолидированными бюджетными доходами, собираемыми в регионе. В случае, если расходы [36], С. 35.

Оценка по [29], С. 85.

Оценка по [29], С. 82.

превышают доходы, регион являлся бы акцептором, в противном случае – донором. В частности, можно предположить, что с учетом федеральных расходов Москва бы уже не занимала позицию донора номер один. Однако проблема заключается в том, что собрать необходимую для такого анализа статистику представляется крайне затруднительным.

6.2. Валовой региональный продукт и расходы бюджетов. В ходе теоретического анализа модели распределения доходов между бюджетами различных уровней мы выяснили, что особое значение имеет чувствительность регионального бюджета к изменению ВРП: чем больше копеек с каждого дополнительного рубля ВРП поступит в региональный бюджет, тем больше будет заинтересованность региональных властей в проведении эффективной экономической и бюджетной политики.

Традиционно органами статистики и экономистами-исследователями рассчитываются показатели налогового бремени (отношение собранных налогов к ВВП, в наших обозначениях ) и доля консолидированного бюджета региона Российской Федерации в консолидированных поступлениях в бюджетную систему с территории региона (в наших обозначениях 1- ). Можно было бы перемножить эти два показателя и получить некоторый производный показатель, который, казалось бы, отражал, сколько копеек с каждого рубля ВРП поступает в региональный бюджет.

Однако такой показатель абсолютно не отвечает целям нашего исследования и не позволяет адекватно оценить параметры рассмотренных в предыдущих главах моделей.

Изложенный подход имеет дело с усредненными величинами. Построенный выше показатель отвечает на вопрос, сколько в среднем копеек поступает в региональный бюджет с каждого рубля ВРП. Нас же интересует не анализ в терминах средних величин, а предельный анализ:

сколько копеек поступает в региональный бюджет с каждого дополнительного рубля ВРП Как уже отмечалось, наивысшим значением предельной нормы удержания средств в региональные бюджеты обладает политика фиксированных трансфертов, это свойство и лежит в основе многих ее преимуществ. Отмечалось, что предельное значение доли федерального бюджета в консолидированном () в этом случае равняется нулю, тогда как среднее значение отлично от нуля и может быть достаточно высоким (отношение фиксированного трансферта в центр ко всем собранным доходам).

Чтобы оценить интересующие нас предельные величины в межбюджетных отношениях между федеральным центром и субъектами Российской Федерации, мы построим ряд регрессий. Общее регрессионное уравнение имеет вид:

Yi = A + BXi + i, (6.2.1) где Y – значение расходов консолидированного бюджета субъекта Российской Федерации за год, X – значение ВРП. Для сопоставимости данных по различным регионам и за различные года, а также для того, чтобы общий для обеих величин фактор инфляции не повышал искусственным образом их корреляцию и, стало быть, объясняющую силу рассматриваемой регрессии, и ВРП, и расходы бюджетов были пересчитаны в расчете на душу населения в ценах 2000 года (в тысячах рублей).

Коэффициент B в данном случае показывает, на сколько рублей, при прочих равных, увеличатся расходы регионального бюджета на душу населения, если ВРП увеличится на рубль.

Сразу отметим, что нашей задачей не является построение наилучшего регрессионного уравнения с целью, например, прогнозирования величины расходов региональных бюджетов.

Так, для Ивановской области показатель R2ad регрессии (6.2.1) составил 0,69. В то же время, анализ собранной статистики по всем регионам России показал, что в 1997 году (перед кризисом 1998 года) и только в 1997 году бюджетные расходы были практически повсеместно завышены (отчасти, это объясняется активным и необеспеченным государственным заимствованием как на национальном, так и на субнациональном уровнях). Добавление в регрессионное уравнение (6.2.1) фиктивной (dummy) переменной для 1997 года приводит к увеличению значения R2ad до 0,995, то есть ВРП и переменная, принимающая значение 1 в году и 0 в остальные годы, объясняют более 99,5% дисперсии расходов консолидированного бюджета Ивановской области.

Однако нам необходимо не подобрать наилучший набор предикторов, а исследовать взаимосвязь ВРП и расходов бюджета в условиях различных внешних по отношению к этим факторам экономических шоков (в том числе и таких, как перерасход 1997 года, кризис года, выборы 1996 года и т.д.), выяснить, является ли ВРП значимым фактором при объяснении колебаний объемов субнациональных бюджетов. Поэтому мы рассматриваем уравнение (6.2.1).

Сначала проанализируем регрессии вида (6.2.1) в различные годы. К сожалению, ВРП – практически единственный показатель, публикуемый с лагом в 2 года, кроме того, его расчет ведется с 1994 года, причем для всех регионов, кроме автономных округов (за исключением Чукотского, для которого ВРП считается) и Чеченской республики. Таким образом, мы построили шесть регрессий по 79 наблюдениям. Заметим, что исключенными из регрессий оказались традиционно самые высокодотационные регионы (это наглядно видно из таблицы приложения А5.1: кроме Ямало-ненецкого и Ханты-мансийского автономных округов (АО), живущих за счет добычи нефти и газа, остальные автономные округа и, безусловно, Чечня, являются акцепторами). Поэтому полученные нами выводы будут "оптимистической" оценкой ситуации. Включение в анализ оставшихся регионов, если бы оно было возможно, разве что "ухудшило" бы результаты.

Учитывая то, что показатель ВРП на душу населения имеет коэффициент вариации от 62,1% (1994) до 78,6% (1999)49, логично ожидать наличие гетероскедастичности в (6.2.1). Это предположение подтвердили тесты и Уайта, и Бреуша-Пагана, и Голдфилда-Квандта.

Например, значение статистики Голдфилда-Квандта в 1999 году составило 67,7 при пороговом значении 2,46 при 1% уровне значимости. Поэтому для построения оценок А и В применялся не метод наименьших квадратов (OLS), а взвешенный метод наименьших квадратов (WLS).

С характеристиками регрессий и оценками коэффициентов можно ознакомиться в приложении А5.2. Обратим внимание на следующее. Во-первых, все регрессии оказались значимыми, то есть можно считать, что расходы региональных бюджетов положительно зависят от ВРП. Однако на заре межбюджетных отношений (в 1994 году и, возможно, до этого) Здесь и далее все расчеты – автора (на основании статистики опубликованной в [60], С. 38-43,60-63, [48], Т.2., С.

766-769, [49], С. 54-55, 258-259, 561-562, [50], С. 82-83, 293-294, на официальном вебсайте министерства финансов РФ http://www.minfin.ru, на официальном вебсайте министерства по налогам и сборам РФ http://www.nalog.ru).

эта зависимость была значимой лишь на пятипроцентном уровне, но не на однопроцентном.

Более того, ВРП объясняет лишь от 6% до 54% дисперсии расходов региональных бюджетов. О слабости стимулирующей функции в современных межбюджетных отношениях в России свидетельствуют также и низкие значения коэффициента В. Так, в 1999 году в среднем из каждого дополнительного рубля ВРП лишь 4,5 копейки попадало в бюджет региона.

Максимального значения этот показатель достиг в 1997 году (14,2 копейки). Следует обратить внимание не только на крайне низкое значение коэффициента В, но и на его непостоянство (коэффициент вариации 47%) и отсутствие тенденции к его росту. Таким образом, как мы и предполагали, стимулирующая функция бюджетного федерализма в России развита слабо, в конце 1990х годов тенденции к ее усилению не прослеживалось, а система распределения бюджетных доходов наиболее близка к модели деления консолидированного бюджета в заданной пропорции.

Экономический смысл имеет и оценка константы А в уравнении (6.2.1). Она показывает, какой расход средств на душу населения "гарантирован" региональному бюджету в случае, если валовой региональный продукт в регионе упадет до нуля, то есть в случае полного коллапса региональной экономики. С точки зрения стимулирования, коэффициент А должен быть отрицательным или близким к нулю. В российской практике он оказывается от 45,8 до 24,1 тысяч рублей на человека в ценах 2000 года. Правда, можно отметить позитивную тенденцию снижения "гарантированных" расходов бюджета.

Построенные регрессии позволяют нам косвенно оценить коэффициент из рассмотренной модели как = 1 – В/. Полученная оценка показывает, какая часть дополнительных бюджетных доходов изымается в федеральный бюджет. Расчеты подтверждают гипотезы, выдвинутые во второй главе: доля изымаемых в центр дополнительных доходов высока (в среднем 59%, доходит до 83% (1999)) и постоянно изменяется (коэффициент вариации 58%). При этом нулевая (даже отрицательная) доля центра в кризисном 1998 году объясняется, прежде всего, не соображениями стимулирования региональных бюджетов, а рекордно низкой собираемостью налогов в консолидированный бюджет.

Заметим, что налоговое бремя в России постоянно находилось на достаточно низком уровне (не превышая 30%). Возможно, центральные власти заинтересованы в том, чтобы, используя межбюджетные отношения как один из инструментов, увеличить этот показатель. Не даром такую популярность у отечественных исследователей бюджетного федерализма получил показатель коэффициента налоговых усилий (отношение собранных с территории налогов к плановому значению). Исходя из этого, в стимулирующую составляющую бюджетного федерализма может быть целесообразно закладывать не реально имеющее место, а некоторое "нормативное" налоговое бремя. В качестве такого налогового бремени мы рассмотрели = 40% (значение, близкое к среднему по ЕС) и вновь построили оценки доли центра в дополнительных бюджетных доходах. Оказалось, что в этом случае оказывается более стабильной (коэффициент вариации 13%, 1998 год не выбивается из общего ряда), но настолько высокой (от 65% (1997) до 89% (1999)), что о стимулирующей функции межбюджетных отношений вряд ли приходится говорить. Таким образом, если федеральный центр ставит одной из задач стимулирования регионов повышение собираемости налогов и стремиться вывести этот показатель на некоторый нормативный уровень, то доля федерального бюджета в консолидированных налоговых поступлениях является тем более недопустимо высокой. При этом этот факт не бросается в глаза, если анализируются не предельные, а усредненные величины бюджетных доходов.

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 15 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.