WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 |
Антимонопольная политика Qui Prodest (непредвиденные последствия реализации проекта закона о торговле) Вадим НоВикоВ 1. Введение старший научный сотрудник АНХ при Правительстве РФ июле 2009 года Правительство РФ внесло в Государственную ВДуму проект закона «Об осно­ вах государственного регулирования торговой деятельности в РФ», пре­ дусматривающего различные ограни­ чения свободы предпринимательства и свободы договора. Законопроект запрещает торговым сетям взимать с поставщиков «входной бонус» (плату за торговое место)2, пользо­ ваться «слишком длительными» от­ срочками платежа, а также строить и приобретать торговые помещения в муниципалитетах, где их доля рын­ ка составила 25%.

Кажется очевидным, что эти нор­ мы — плохая новость для торговых сетей. Но коль скоро есть проиг­ равшие, то, по логике вещей, долж­ ны существовать и выигравшие.

Различные виды бонусов и отсрочки платежа уже давно вызывают недо­ вольство ряда поставщиков и, по мнению многих, являются причиной повышения розничных цен. С учетом этого естественно предположить, что данный закон служит интересам потребителей и поставщиков.

Такие выводы относительно вы­ игравших и проигравших в извест­ См. текст законопроекта: http:// asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/(Spravka) OpenAgent&RN=23 757­5&02 2 См.: Келли К. Анализ платы за торговое место на рынке продовольственных товаров:

конкурентный подход // Экономическая политика. 2008. № 5. C. 60— 76; Блум П.Н., Гундлах Г.Т., Кэннон Дж.П. Плата за торговое место: теоретические направления и взгляды менеджеров­практиков // Экономическая политика. 2008. № 5. С. 28— 59; Радаев В.

Что требуют розничные сети от своих пос­ тавщиков // Экономическая политика. 2009.

№ 2. С 58—80.

o i K o N o M i A • P o L i t i K A µ • Plt И с т о р и я Вадим НоВикоВ 191 ной мере логичны: отдельные нормы законопроекта определенно вредны для некоторых торговых сетей и определенно полезны для некоторых поставщиков.

Видимо, эти результаты и намеревались получить его авторы. Но интерес пред­ ставляют в первую очередь не подобные планируемые, лежащие на поверхнос­ ти последствия (зачем писать об очевидном), а непредвиденные результаты принятия законопроекта, его «побочные эффекты»3. Если принимать в расчет также и их, оценка законопроекта существенно изменится. Окажется, что для некоторых торговых сетей он может быть полезен, а для некоторых постав­ щиков — наверняка будет вреден. При этом для потребителя он скорее всего невыгоден. Приведем два аргумента в пользу этих утверждений.

Во­первых, ограничение свободы договора вредит обеим его сторонам, а не одной. В частности, это подразумевает, что отмена бонусов выгодна только тем производителям, которые их не используют, и что она подорвет конкурентные преимущества тех, кто сегодня ими пользуется. Также из этого следует, что от запрета на расширение торговых площадей наряду с торговы­ ми сетями пострадают и владельцы помещений, чаще всего муниципальные образования, зато могут выиграть другие потенциальные арендаторы.

Во­вторых, ограничение свободы договора лишь в редких случаях может принести пользу третьим лицам, и это же касается различных антимонополь­ ных ограничений. Так, в предполагаемых законопроектом обстоятельствах, когда доля ведущей компании на территории муниципального обрзования составляет 25%, установление монопольных цен уже запрещено антимоно­ польным законом — вероятность появления каких­либо неблагоприятных эффектов весьма мала. Поэтому главным результатом запрета на расширение торговых площадей будет ограничение благоприятного для потребителей эффекта экономии на масштабе.

В следующих разделах статьи каждый из этих аргументов будет рассмотрен более подробно.

2. Ограничение свободы договора вредно обеим сторонам Бонус как часть комплекта товаров Осуждение бонусов в публичной дискуссии почти целиком основывается на ценовом софизме: «чем дешевле магазины будут покупать товар у постав­ щиков, тем дороже будет товар на полках». Доказательство данного софизма таково. Если магазин при покупке большой партии товара договорится об «оптовой скидке», получится так же, как если бы магазин брал «плату за про­ дажу крупной партии». Далее, если у поставщика взимается «плата за продажу крупной партии», то издержки поставщика растут. Но раз растут издержки поставщика, то он повышает цены. Следовательно, чем дешевле магазин поку­ пает товар и чем больших скидок он добивается, тем дороже товар на полках5.

Цель общественных наук — «объяснить непреднамеренные и неумышленные результаты действий множества людей» (Hayek F. A. Scientism and the Study of Society // Economica. 9 2.

Vol. 9, No 35).

Текущая версия законопроекта допускает этот вид бонусов — премию за объем (ч. 3 ст. 9), однако на предшествующих стадиях обсуждения вопрос об их ограничении возникал. Пример с премией за объем выбран исключительно для простоты изложения, логика которого может быть распространена и на другие бонусы.

«Розничная цена товара формируется не только исходя из себестоимости производства и наценок на уровнях дистрибьюции товара, но и в значительной степени несет в себе затраты поставщика товара, связанные с дополнительными выплатами в пользу торговых сетей... При 192 Qui Prodest В рамках логики этого софизма верно и обратное: если покупать без скидок, издержки производителей упадут, а следовательно, они снизят цены.

В основе доказательства софизма лежит ошибка подмены понятий: сна­ чала под «товаром» подразумевается одна вещь, а затем этим же словом называется другая. Возьмем условный пример.

Пусть в договоре торговой сети и спичечной фабрики предусмотрено, что спичечная фабрика обязуется передать сети коробок спичек и 85 рублей бонусов; а торговая сеть обязуется отдать за это фабрике 00 рублей. В этом примере важно различать цену контракта: 00 рублей и реальную цену спичеч­ ного коробка: ( 00 – 85) = 5 рублей. Именно эти 5 рублей и определяют цену на прилавке.

Теперь представим, что бонусы увеличатся и составят 85 рублей. Разумно предположить, что цена контракта тоже вырастет и составит 200 рублей, ведь ценность получаемого сетью выросла на 00 рублей. Однако реальная цена коробка будет той же, что и раньше, — 5 рублей, и, конечно, это ничего не меняет в цене на прилавке: получить коробок за ( 00 – 85) — то же самое, что получить его за (200 – 85).

Когда в «доказательстве» ценового софизма говорится, что в результа­ те увеличения бонуса на 00 рублей издержки производителя на поставку товара выросли, упускается самое главное: изменение товара. Сначала товар, о продаже которого идет речь, это «комплект из спичек и 85 рублей», а потом товаром становится «комплект из спичек и 85 рублей». «Товар», который здесь дорожает, — это не спички, а контракт в целом. Поэтому если бонусов не будет вовсе, то цена контракта наверняка снизится до 5 рублей и такой же останется стоимость коробка. Ни для потребителей, ни для производи­ телей это по существу ничего не изменит6.

Реальный мир не похож на пример с продажей спичечного коробка.

В этом примере вслед за многими критиками бонусов мы рассматривали их как простую передачу денег, которая не выполняет особой экономической функции. Однако такое положение дел в высшей степени маловероятно, так как лишено экономической логики: зачем передавать в одну сторону 85, а в другую 00 руб., если можно сразу передать в одну сторону 5 руб. Часто приводящееся объяснение причины взимания бонусов — «монопо­ лизм» — не дает ответа на этот вопрос. Монополизм, если бы он был, мог бы объяснить благоприятные для сетей условия поставки, но не объяснял бы, почему они взимают бонусы вместо простой покупки товаров, условно говоря «по три копейки».

этом существует тенденция ежегодного увеличения объемов выплат поставщиков... С целью компенсации дополнительных выплат поставщикам товаров необходимо пересматривать цены за поставляемый товар. Процесс пересмотра цен на поставляемую продукцию динамичен и за­ частую напрямую зависит от процесса увеличения дополнительных выплат» (Недобросовестные практики торговых сетей влияют на повышение цен на продовольственные товары / Пресс­ служба ФАС. 2009. 26 марта. http://www.fas.gov.ru/news/n_23025.shtml).

Сторонники законопроекта из числа поставщиков, видимо, попались в ловушку описанной Дэвидом Фридманом «наивной теории цены», которая гласит: «завтрашняя цена товара опреде­ ляется только сегодняшней» (Friedman D. Price theory. Cincinnaty: Southwestern Publishing, 986.

P. 30). Добиваясь запрета или ограничения бонусов, они неявно предполагали, что цена конт­ ракта останется неизменной. Но при прочих равных договор, не предполагающий необходимость уплаты бонусов или предоставления отсрочек платежа, более привлекателен для поставщиков, чем существующие, и менее привлекателен для торговых сетей. В силу этого такой договор может быть заключен только за счет понижения цены договора по сравнению с существующим уровнем. Это похоже на ситуацию из знаменитой миниатюры в исполнении Романа Карцева:

если вы продаете больших раков и не довольны получаемыми за них деньгами, вы можете начать продавать маленьких раков, однако стоить они будут не пять рублей, а три.

Вадим НоВикоВ Объяснением использования в договорах бонусов является то, что они выполняют по крайней мере три полезные для сторон сделки функции: они могут выступать в качестве платы за услуги торговых сетей поставщикам7, в качестве косвенной скидки с цены8 и в качестве способа преодоления асимметрии информации9.

По общему правилу в этих условиях законодательное ограничение бону­ сов принесет вред всем тем, кто использует их в договорах: не только тор­ говым сетям, но и поставщикам. При этом выиграть могут третьи лица.

Это подобно другим примерам ограничения свободы договора. Скажем, запрет на продажу автомобилей с правым рулем будет вреден не только для продавцов таких автомобилей, но и для их потенциальных приобретателей.

Зато он будет выгоден производителям автомобилей с левым рулем — закон вывел из игры их конкурентов.

Бонус как оплата услуг Текущая версия законопроекта учитывает, что бонусы могут быть платой за услуги, которые сети оказывают производителям, и допускает предостав­ ление и оплату таких услуг.

Основные услуги, предоставляемые производителям со стороны торговых сетей, связаны с тем, что магазины являются не только местом продаж, но и выставочными залами. Появление товара в магазине, особенно на «выгодном» месте, стимулирует спрос на продукцию данного производителя. Поскольку далеко не всегда эти возросшие покупки совершаются в том же самом магази­ не, магазины не включают в расчет все полезные для поставщика последствия рекламы. Поэтому при отсутствии отдельной оплаты рекламных услуг их будет предоставляться меньше, чем того требуют интересы поставщиков 0.

Хотя законопроект не запрещает эти услуги, он создает для их оказания неудобство: предоставление этих услуг до сих пор было можно оговаривать в договоре поставки товара, а теперь вместо этого закон будет требовать заключения отдельного договора (ч. 7. ст. 9 законопроекта). Это допустимо, хотя и не очень удобно: возникает проблема взаимной увязки двух договоров, которую в противном случае было бы нетрудно решить.

Чтобы понять суть неудобства, представим, что от посетителей гости­ ниц требовали бы заключать два разных договора: по одному договору они вносили бы плату за заселение в гостиницу, но без указания конкретного номера проживания и его категории; а в рамках другого договора опла­ чивалась бы «отдельная» услуга по предоставлению конкретного номера выбранной категории.

См.: Klein B., Wright J.D. The Economics of Slotting Contracts // Journal of Law and Economics.

2007. Vol. 50. No 3. http://papers.ssrn.com/sol3/papers.cfmabstract_id=773 6.

Вот пример из учебника по закупкам: «поставщик готов предоставить максимальную скидку в 8%, но закупщику нужно не менее 9%... Чтобы выйти из тупика, можно включить в пере­ говоры другие интересующие стороны условия. Например, закупщик соглашается на скидку в 8%, но в пакет включаются кредитные условия» (Бузукова Е. Закупки и поставщики. Курс управления ассортиментом в рознице. СПб.: Питер, 2009. С. 320).

См. Sullivan M. Slotting Allowances: An Inquiry // Working Paper No 7 / University of Chicago, Graduate School of Business. 989. October; Chu W. Demand Signalling and Screening in Channels of Distribution. Massachusetts Institute of Technology, 990. May; Келли К. Указ. соч.

«Без отдельного контракта с ритейлерами последние не будут предлагать столько использу­ ющегося для продвижения товаров места на полках для товара данного производителя, сколько максимизировало бы совместную прибыль ритейлера и производителя» (Klein B., Wright J.D.

Op. cit.).

194 Qui Prodest Хотя возникающие при разделении договоров сложности в принципе преодолимы, они все же потребуют некоторых издержек, например допол­ нительной работы юристов над договорами, а кроме того, некоторые дого­ воренности приобретут в этом случае устную форму, что чревато рисками и издержками внелегальности. Выигрыш в этой ситуации получат только те, кто не покупал и не продавал подобного рода рекламных услуг: производите­ ли однородной продукции, которые вообще обходятся без рекламы; привер­ женцы других видов рекламы, например телевизионной; а также магазины, не привлекательные с точки зрения проведения промоакций.

В некоторых случаях (и обычно именно эти случаи вызывают озабо­ ченность специалистов по экономике антимонопольного регулирования) сотрудничество торговых сетей и поставщиков в области продвижения товаров становится столь тесным, что включает некоторые или даже все элементы эксклюзивных дилерских соглашений (ограничения на покупку товаров у поставщиков­конкурентов, покупка товаров на основе «режима наибольшего благоприятствования», определение цены перепродажи и др.).

Такого рода соглашения рассматриваемым законопроектом и ФЗ «О защите конкуренции» запрещаются или ограничиваются.

Pages:     || 2 | 3 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.