WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     || 2 | 3 |
Экономическая политика РефоРмы ГайдаРа: пРавда и вымыслы безвременным уходом Е. Т. ГайАндрей НечАев дара в обществе вновь возник доктор экономических наук, профессор, министр экономики России Синтерес к его личности и, ков 1992—1993 годы нечно, к его реформам. Этот интерес определяется не только тем, что «гайдаровские» реформы затронули судьбы миллионов людей, кардинально изменили облик страны, но и значимостью Гайдара как ученого и мыслителя, поставившего точный исторический диагноз советской империи и создавшего новую парадигму развития России. Без всякого преувеличения можно считать реформы правительства Гайдара ключевым шагом в масштабной экономической и политической модернизации России.

Что мешает нашим современникам адекватно воспринимать историческую фигуру Егора Гайдара Во многом это идеологические мифы, созданные в консервативных кругах нашей властвующей элиты с целью дискредитации либеральных преобразований, которые на протяжении почти двадцати лет активно внедряются в массовое сознание.

В последние годы стало особенно модным ругать 1990-е. Появился даже почти официальный термин — «проклятые девяностые».

Да, то десятилетие было сложным и неоднозначным. Нашим людям пришлось вынести немало бед и испытаний. Безусловно, были непоследовательность и ошибки в экономической политике, было противостояние прокоммунистического парламента и исполнительной власти, дорого обошедшееся экономике страны. Справедливости ради подчеркнем, что эти годы включают совершенно разные этапы, с различными мотивами принимавшихся решений и их последствиями. Объединять в одно целое начало рыночных преобразований в стране в 1991—1993 годах в ситуации краха СССР и полного разваO I K O N O M I A • P O L I T I K A µ • Plt И с т о р и я Реформы Гайдара: правда и вымыслы ла экономики с залоговыми аукционами середины 1990-х годов, всевластием олигархов в конце 1990-х или с построением пирамиды ГКО и дефолтом 1998 года, мягко говоря, неправомерно. Однако, говоря об итогах 1990-х годов в целом, нельзя не признать, что они кардинально изменили облик России.

Рассмотрим коротко некоторые из упомянутых мифов.

Миф 1. Гайдар развалил экономику страны. Пожалуй, самый распространенный и самый несправедливый миф — «Гайдар развалил экономику страны и обобрал российский народ». Когда Е. Гайдар и его команда в ноябре 1991 года пришли к руководству экономикой страны, разваливать уже было фактически нечего. Экономика и так находилась в близком к коллапсу состоянии. Социально-экономическое положение стало резко ухудшаться еще на рубеже 1980-х годов. Быстрое падение цен на нефть после 1986 года поставило сырьевую экономику СССР на колени.

В 1990—1991 годах потребительский рынок пытались сбалансировать за счет многомиллиардных иностранных кредитов, дававшихся западными правительствами под политические реформы М. Горбачева. После августовского путча 1991 года, когда власть фактически развалилась, иссяк и кредитный источник, оставив стране внешний долг более 60 млрд долл. А ведь именно на поставках зерна и продовольствия в счет кредитов в последние три года существования СССР базировалось практически все снабжение городского населения многими продуктами питания и другими потребительскими товарами. Сохранилась лишь гуманитарная помощь. Люди старшего поколения наверняка помнят посылки с гуманитарной помощью. Достаточно сказать, что даже армия в то время частично снабжалась продовольствием за счет гуманитарной помощи, включая консервы из запасов бундесвера. Трагедия, внешне походившая на фарс.

СМИ того времени, и наши, и зарубежные, без всякого журналистского преувеличения предрекали России зимой 1992 года голод, холод, остановку транспорта и даже голодные бунты.

В качестве иллюстрации положения дел позволю себе лишь несколько цифр и фактов. Дефицит потребительских товаров к концу 1991 года принял тотальный характер. В крупных городах запасы продовольствия в государственных ресурсах исчислялись несколькими днями. Остановка материальных потоков стала реальностью еще за несколько месяцев до прихода правительства Е. Гайдара к власти. Дефицит бюджета превышал 30% ВВП и почти полностью покрывался «печатным станком», то есть ничем не обеспеченной денежной эмиссией с соответствующими инфляционными последствиями.

Ранее на эти цели были истрачены сбережения населения в Сбербанке, впоследствии формально замороженные правительством В. Павлова в рамках бездарной денежной реформы («сгоревшие» в результаты реформ Е. Гайдара сбережения граждан — еще один миф, о котором расскажем чуть позже, — гореть, увы, было уже нечему). Прямой рост цен исчислялся десятками процентов в год. Скрытую инфляцию, выражавшуюся в массовом дефиците товаров в государственной торговле, характеризуют лишь приблизительные оценки экспертов.

Этот скорбный список фактов, иллюстрирующих полный развал экономики и финансов, можно продолжать долго. Интересующимся рекомендую прочитать книгу Е. Гайдара «Гибель империи»1, в которой собрано немало красноречивых архивных данных на этот счет. Если для Вас важны личные впечатления непосредственного участника событий, отсылаю вас к моей Гайдар Е. Гибель империи. М.: РОССПЭН, 2006.

Андрей НечАев новой книге «Россия на переломе. Откровенные записки первого министра экономики»2, которая вышла в начале 2010 года.

Приведу здесь лишь два характерных факта. Мне кажется очень показательной справка начальника управления экономической безопасности КГБ СССР — организации, которая в те времена владела максимально полной информацией, — для высшего руководства страны. Справка эта датируется еще концом августа 1991 года, когда, заметьте, до прихода правительства Е. Гайдара оставалось два с половиной месяца: запасов продовольственного зерна в государственных ресурсах страны осталось в количестве, которое обеспечивало 250 г хлеба на душу населения. Это норма блокадного Ленинграда! Или пример уже из моей собственной практики. Я был заместителем председателя валютно-экономической комиссии правительства, которая распределяла остатки валюты. Когда на первом заседании мне дали цифры, я был просто в шоке: все резервы правительства на тот момент составляли 26 млн долл. Даже у абсолютно несведущего читателя эта цифра вызовет улыбку — сейчас такой капитал имеет средний российский банк. Золотой запас «похудел» на две трети даже от уровня конца 1980-х годов. И это при 63 млрд долл. внешнего долга, по которому уже наступило время платить.

Именно на таком фоне начались в России рыночные преобразования, благодаря которым положение удалось кардинально изменить, а страшные угрозы отвести.

Миф 2. Реформы можно было проводить мягко и постепенно. Мне кажется, описанный драматизм положения в стране к концу 1991 года полностью развеивает другой распространенный миф о том, что страна могла без «хирургического вмешательства» преодолеть политическую и экономическую агонию конца 1980-х — начала 1990-х годов. К сожалению, время для «мягких», относительно безболезненных реформ в экономике было бездарно упущено за несколько лет до прихода Е. Гайдара и его команды в правительство.

Как можно было, например, не проводить либерализацию цен, которая уже опоздала к тому времени на несколько лет. Или отказаться от либерализации внешней торговли и хозяйственных связей внутри страны в условиях коллапса внутреннего рынка. Или не проводить политику финансовой стабилизации, а ценой запредельного дефицита бюджета поддерживать спрос на продукцию отечественных предприятий, разгоняя инфляцию, рискуя быстро перевести ее в неуправляемую и разрушительную гиперинфляцию.

Анализируя тот период, об этом нельзя забывать. Необходимо знать и правильно оценивать истоки трансформационного кризиса.

Следует помнить и о другом. Теоретической базы, которая давала бы готовые рецепты для реформ, тогда не было. Человечество знало очень болезненные этапы перехода от феодализма к капитализму, от капитализма к социализму, но не было завершенного опыта, а соответственно и его теоретического осмысления, перехода от жесткой планово-распределительной системы советского образца, даже со всеми косметическими изменениями, которые она претерпела на рубеже 1980—1990-х годов, к системе рыночного хозяйства. Поэтому все, на что мы могли опираться, — это знание основных законов рынка. Был самый первый, еще не давший зримого результата, а лишь какие-то наметки, опыт Чехословакии и Польши, начавших аналогичные реформы года на два раньше нас. Кое-что из этого опыта мы заимствовали. Например, в аспекте насыщения рынка и создания рабочих мест, Нечаев А. Россия на переломе. Откровенные записки первого министра экономики. М.:

Астрель, 2010.

Реформы Гайдара: правда и вымыслы пусть даже временных, в Польше много дал указ о свободе торговли. И мы этот указ повторили, с определенными изменениями и адаптацией к нашей действительности. Это дополнительно помогло наполнить прилавки, хотя внешне, надо признаться, выглядело не всегда эстетично. Порой вызывало раздражение, когда люди стояли на улицах и торговали всем подряд. Первые частные киоски появлялись иногда в самых неподходящих местах, и с дизайнерской точки зрения они были далеки от совершенства, но это помогло насытить рынок и дало очень многим людям средства к существованию.

Я хотел бы особо подчеркнуть, что все эти разговоры про чикагскую школу и «фридменовских мальчиков» к реальным реформам не имеют почти никакого отношения. Безусловно, есть общепризнанные законы функционирования рынка, например свободные цены, свободные хозяйственные связи между производителями и потребителями, свобода торговли. Но значительная часть принятых нами мер, особенно на первом этапе, диктовалась не только теорией, а непосредственным развитием ситуации. Взять хотя бы решение о либерализации цен, которое затем критиковали многие наши оппоненты, говоря, что надо было сначала провести демонополизацию экономики и приватизацию, создать конкуренцию, а уж потом освобождать цены. Может быть, в какой-нибудь отвлеченной академической дискуссии я бы с этими аргументами частично согласился. Только надо понимать, что была конкретная ситуация ноября — декабря 1991 года: тотальный дефицит товаров, являвшийся следствием попыток сохранить контроль над розничными ценами, накопленный гигантский «инфляционный навес», когда было напечатано безумное количество денег, когда денежная масса увеличивалась на десятки процентов в месяц при практически полном отсутствии товаров в государственной торговле.

Формально основные розничные цены оставались замороженными, а оптовые цены освободило уже правительство В. Павлова. При этом предприятия, тогда de jure еще государственные, по закону о предприятиях уже получили высокую степень свободы в назначении тех же оптовых цен, зарплат, в формировании других доходов своих работников и т. д. И пользовались они этой свободой на всю катушку. В такой ситуации пытаться сдерживать розничные цены абсолютно бессмысленно. При свободных предприятиях и отпущенных оптовых ценах контролировать цены в рознице невозможно.

Для этого нужны такие субсидии, которых в пустом госбюджете не было и в помине. А производить и реализовывать товары себе в убыток без дотаций ни один нормальный производитель не будет. И никакая теория за этим уже не стоит. Если бы мы сначала занялись демонополизацией в экономике, где практически каждое предприятие было монополистом и не было никакой конкуренции (проблема демонополизации и конкуренции, заметим, полностью не решена и до сих пор), то, боюсь, страна бы не пережила зиму 1992 года.

Проект указа президента и постановления правительства о либерализации цен был по поручению Гайдара написан мною. Кстати, мы пытались тогда соблюсти некоторую этапность освобождения цен, в отсутствии которой нас упрекают оппоненты. Вначале на часть товаров, в том числе на нефть, на некоторые товары первой необходимости, например на молоко, и на услуги «естественных монополий» мы не освободили цены, а ввели нормативы роста, что, как показал дальнейший опыт, было ошибкой. По мере того как рынок насыщался, именно эти товары оказались в дефиците.

Надо было освобождать сразу все цены, за исключением отдельных тарифов монополий.

Андрей НечАев Миф 3. Из-за Гайдара сгорели вклады населения. Третий миф состоит в том, что банковские вклады населения «сгорели» в результате политики кабинета Е. Гайдара, хотя, видит бог, наше правительство здесь ни при чем. На самом деле никаких сбережений давно не было. Есть цифры, есть докладные записки В. Геращенко, когда он был председателем советского Госбанка, доклады руководства Сбербанка о том, в каких объемах банк кредитует правительство, в том числе на выплату дотаций на разницу цен сельхозпродукции. Чтобы удержать розничные цены, продукты закупались по одним ценам, а продавались значительно дешевле. Во многом это финансировалось за счет средств Сбербанка. И все сбережения давно уже были проедены.

Остались только записи по счетам. Это с одной стороны. С другой — они были абсолютно обесценены тем инфляционным навесом, о котором я уже говорил. Реально купить на эти деньги товары по фиксированным ценам было невозможно, что само по себе стало главным фактором быстрого роста сбережений. Правительству достало мужества констатировать этот факт и сделать его из скрытого явным. Прямые компенсационные меры тогда были абсолютно невозможны. Это только разогнало бы инфляцию и обесценило уже сами компенсации.

Наверное, нужно было больше объяснять людям реальное положение дел, а также искать какие-то принципиально иные решения по компенсациям.

Я сам предлагал, правда уже правительству Черномырдина, компенсировать для желающих сбережения ваучерами, то есть приватизируемой госсобственностью, но не был услышан. Это было бы с точки зрения инфляции абсолютно безболезненно и социально справедливо. И тогда тяжелая проблема не висела бы до сих пор.

Миф 4. «Авантюра» с ваучерами. Любопытно, что, когда формировалось правительство, рассматривался и вариант назначения А. Чубайса на должность министра промышленности, а не министра государственного имущества. Но Гайдар считал, что приватизация гораздо важнее, и потому для Анатолия Борисовича выбрано было неблагодарное поприще главного приватизатора. Возможно, если бы Чубайс стал министром промышленности, вся история приватизации в России сложилась бы несколько иначе. Однако приватизация была необходима. Именно приватизация является примером не экстренных мер, не латания дыр, а создания новой экономики, чем активно занималось наше правительство.

Pages:     || 2 | 3 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.