WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 9 |

Удивительные, на первый взгляд, тенденции в занятости проявились в сфере образовании и здравоохранении. Абсолютная численность занятых здесь все эти годы оставалась стабильной (и даже несколько выросла), а их суммарная доля в общей занятости увеличилась с 13,6 в 1990 г. до 16,3% в 1999 г. Это происходило несмотря на унаследованный с советских времен чрезмерно высокий (по международным меркам) удельный вес социальнокультурных отраслей в общей занятости и резкое сокращение их государственного финансирования. Рост этого сегмента занятости имел место прежде всего в бедных регионах, зависимых от финансовой помощи из федерального бюджета. Наем дополнительных врачей и учителей использовался зачастую как один из инструментов давления на федеральное правительство с целью увеличения размера трансфертов, выделяемых регионам16.

Обобщающей характеристикой структурных изменений в занятости стало увеличение удельного веса сектора услуг и сокращение доли промышленно-производственного сектора (промышленность и строительство) и сельского хозяйства (сельское и лесное хозяйство). Доля занятых в секторе услуг в России за 1990-е гг. значительно выросла и приблизилась к уровню некоторых стран ОЭСР. Этот рост, к сожалению, в большей степени был связан с коллапсом спроса на труд в промышленности и строительстве, чем с абсолютным ростом в секторе услуг. Если первые потеряли около млн рабочих мест, то во всех отраслях, относящихся к производству услуг, абсолютный прирост составил лишь около 2,5 млн.

Хотя использование разных данных и различных классификаций видов деятельности затрудняет сопоставления, совпадение основных тенденций вполне очевидно. Роль промышленности как основного работодателя значительно снизилась, а удельный вес сектора услуг в общей занятости вырос с 45 до 56%. По данным ОНПЗ и при использовании классификации ОКДП (приближающейся к международной классификации ISIC3) в 2000 г. он составлял почти 59%. Это хотя и ниже среднего значения для всех стран ОЭСР, но уже заметно выше их нижней границы. Например, в 1998 г. доля услуг составляла 55,3% в Португалии, 56,4% в Греции, 52,3% в Чехии и 58,5% в Венгрии17.

Таким образом, можно констатировать значительный сдвиг в структуре занятости за 1990-е гг. Если судить на основании этих показателей, то российская экономика уже перестала быть экономикой промышленности, она становится экономикой услуг. Этот процесс, судя по всему, еще далеко не завершен. Впрочем, качество этих рабочих мест – предмет для специального исследования.

Gimpelson V. and Treisman D. Fiscal Games and Public Employment: A Theory with evidence from Russia. World Politics, Vol. 54, January 2002, No. 2.

При этом в США и Канаде эта доля составляла 73,8%. Employment Outlook, 2000.

OECD, Paris. Р. 85.

Р. Капелюшников Центр трудовых исследований ГУ-ВШЭ, ИМЭМО РАН Российская безработица: оправдались ли опасения Порядок нашей секции построен так, что она начинается с разговора о безработице, потом должна перейти к разговору о занятости, а потом о демографических процессах, хотя было естественнее, конечно, все это поставить в обратном порядке. Видимо, такое ранжирование в каком-то смысле не случайно, потому что оно отражает сдвинутость в представлении значительной части людей, которые занимаются изучением этой проблематики.

Как правило, на первый план выдвигаются сюжеты, связанные с безработицей, тогда как все остальное идет во вторую или третью очередь.

Данное сообщение посвящено тому, насколько оправданна такая повышенная озабоченность, по крайней мере формально, к проблеме безработицы в России. Насколько типичной или нетипичной была динамика безработицы в российской переходной экономике.

Как известно, на старте реформ этот сюжет вызывал огромную озабоченность и страх у всех потенциальных участников процесса: у правительства, у экспертов, у населения, у международных организаций. Предполагалось, что Россия обречена на сверхвысокую безработицу, что это вызовет серьезные социальные катаклизмы. Кроме того, предполагалось, что безработица окажется одним из главных политических ограничителей курса реформ. Логика была такая: быстрые активные реформы, большая безработица, потеря политической поддержки реформаторским правительством, смена правительства, приход антиреформаторских сил, конец реформам.

Эта логика и эти страхи разделялись буквально всеми, как отечественными исследователями, так и зарубежными, как представителями правительства, так и его критиками. Я приведу только одни характерный пример. В конце 1991 г. тогдашний министр труда А. Шохин предсказывал, что в течение 1992 г. работу потеряют 30 млн человек. Из них 15 млн человек будут обречены на долгосрочную безработицу.

Надо сказать, что эти страхи возникли не на пустом месте, к тому были серьезные, рациональные предпосылки. Во-первых, в других странах с переходной экономикой, которые раньше России вступили на путь реформ, события действительно начали развиваться примерно по такому сценарию.

Начало реформ стало спусковым крючком для очень быстрого роста открытой безработицы, и в значительной части стран она в течение первых же двух лет переходила за отметку 10%. Кроме того, предполагалось, что российская экономика накопила огромный навес избыточной занятости, и ее сброс неизбежно превратится в сверхвысокую открытую безработицу.

Итак, насколько оправданными оказались эти опасения и что реально стало происходить на российском рынке труда после того, как начались реформы Существуют два показателя, два измерителя безработицы. Показатель общей безработицы, оценивающийся исходя из критериев, которые разработаны международными статистическими организациями, когда безработным признается человек, который не имеет работы, ищет ее, готов к ней приступить. И второй показатель регистрируемой безработицы, который измеряется по числу людей, обратившихся в государственные службы занятости и признанных безработными. Напоминать об этом различении приходится, потому что в российских условиях между этими двумя показателями существовал и продолжает существовать огромный разрыв.

Вот несколько цифр, которые всем известны, но, тем не менее, это задаст количественную рамку последующего обсуждения. В России численность безработных за годы реформ увеличилась примерно с 4 млн человек в 1992 г. до 6–6,5 млн человек в 2001 г. и численность зарегистрированных безработных увеличилась примерно с 600 тыс. человек до 1 млн человек в 2001 г. В относительных величинах это выглядит так: общая безработица увеличилась с 5,2% до 8–9% в 2001 г., официальная безработица увеличилась с 0,8% до 1,5% в 2001 г. Надо сказать, что колебания в уровне безработицы были не очень хорошо синхронизированы с колебаниями в темпах падения роста ВВП или сокращения занятости. То есть далеко не всегда сокращение ВВП или падение занятости приводили к резкому росту безработицы, и наоборот, не всегда ускорение темпов роста и сокращение темпов падения занятости приводили к резкому убыванию безработицы.

Теперь посмотрим, какова была картина в динамике. Рост общей безработицы был плавным, постепенным, без каких-либо резких скачков. Точка максимума была достигнута, как это ни парадоксально, в первом квартале 1999 г., когда уровень общей безработицы достиг 14,6% по официальным оценкам, затем она резко пошла вниз и сократилась к настоящему моменту до уровня 8–9%. Динамика регистрируемой безработицы была еще более занятной. Здесь пик, точка максимума была достигнута в апреле 1996 г. Начиная с мая 1996 г., уровень регистрируемой безработицы резко пошел вниз, и хотя потом существовали какие-то небольшие подъемы, тем не менее, общий понижательный тренд господствовал, и с максимального уровня 3,8% в апреле 1996 г. к настоящему моменту она упала до 1,5%. Мы видим, что не только сама динамика была плавной, но и точки максимума достигались альтернативными показателями безработицы, совершенно в разных условиях и в разное время.

Как выглядела российская безработица в межстрановой перспективе Россия начинала с достаточно невысокой отметки, она шла к точке максимума достаточно долго. Например, только на шестом году реформ российская безработица перевалила за отметку 10%, которая достигалась в других реформируемых экономиках чаще всего на втором году реформ. После того как точка максимума была достигнута и в российской экономике возобновился экономический рост, падение безработицы было очень резким, уровень общей безработицы уменьшился более чем в 1,5 раза. Сейчас по уровню общей безработицы российская экономика находится где-то в нижней части списка реформируемых экономик. А если посмотреть на динамику регистрируемой безработицы, то здесь видно, что Россия абсолютный чемпион по «нижине» уровня безработицы.

Таким образом, подводя итоги, можно выделить следующие специфические черты российской безработицы. Во-первых, ее рост был медленным и плавным, без каких-либо массовых выбросов людей на улицу, что приводило бы к резким скачкам в уровне безработицы. Набирала она высоту достаточно долго, дольше, чем в других реформируемых экономиках. Зато, когда в России начался экономический рост, спад уровня безработицы оказался активнее и быстрее, чем в других реформируемых экономиках в аналогичной ситуации. Нужно отметить, что в других переходных экономиках даже небольшое ухудшение конъюнктуры часто приводило к резкому повышению уровня безработицы. В России такой тесной корреляции не наблюдалось. И наконец, если судить по ситуации на рынке труда, по более высокому из двух альтернативных показателей безработицы, либо по уровню регистрируемой, либо общей безработицы, то окажется, что Россия входит в тройку наиболее благополучных стран вместе с Чехией и Венгрией.

Возникает вопрос, чем же была обеспечена такая нетипичная динамика безработицы в России. Здесь следует напомнить, что спад в России был глубок, намного глубже, чем в подавляющем большинстве стран Центральной и Восточной Европы. Безработица в России, как правило, оказывалась ниже, чем в этих странах.

Учитывая величину спада, можно сказать, что безработица в России находилась на непропорционально низкой отметке. Как такое стало возможно Обсуждая эти факторы, сразу можно сказать, что здесь действовал целый комплекс причин, лежавших как на стороне спроса, так и на стороне предложения.

Начнем с первой половины. Российские предприятия демонстрировали высокую склонность к придерживанию избыточной рабочей силы, что объяснялось целым набором факторов. В начальном периоде, по всей очевидности, решающую роль играло прямое субсидирование государством предприятий. Это позволяло предприятиям сохранять свой персонал, несмотря на резкое ухудшение экономического и финансового положения. Хотя потом этот фактор, по видимому, начал быстро сходить на нет, и сейчас ему едва ли принадлежит решающая роль, тем не менее, в любом регионе можно указать на конкретные случаи, когда региональные власти шли на предоставление крупным предприятиям субсидий, льготных кредитов, либо послаблений по налогам в обмен на отказ от массовых сокращений рабочей силы.

Большое распространение на российском рынке труда получила вынужденная неполная занятость, в виде переводов на неполное рабочее время, либо административных отпусков. По оценкам Госкомстата, в этой форме вынужденной неполной занятости в различные годы находилось от 2–5% всех занятых в российской экономике, а по данным административной отчетности предприятий эти цифры были еще больше: от 3–8% в различные годы. Здесь важно подчеркнуть, что государство фактически поощряло и поддерживало эту форму неполной занятости. Во-первых, в определенный период времени шла прямая финансовая поддержка этой формы вынужденной неполной занятости через государственные службы занятости. Они предоставляли предприятиям либо на безвозмездной, либо на возмездной основе деньги на оплату заработной платы работникам, которые переводились в административные отпуска или на неполную рабочую неделю. Кроме того, государство закрывало глаза на то, как предприятия нарушали существующие правила компенсации людей, которые отправлялись в административные отпуска, хотя это противоречило существующим нормативным требованиям: примерно половина всех вынужденных отпускников не получали никакой компенсации за время вынужденного простоя.

Фактором, на который обращают внимание очень многие исследователи, является специфика российской приватизации, которая, как известно, привела к переходу основного массива акций в руки трудовых коллективов.

Этот аргумент представляется не очень убедительным. Если этот фактор имел место, то, по всей очевидности, он играл третьестепенное значение.

Во всяком случае, очень трудно обнаружить какие-то систематические различия в политике занятости между предприятиями разных форм собственности, либо между предприятиями, приватизированными по разным вариантам.

Важным фактором были также установки директорского корпуса. Руководители предприятий считали, что, не увольняя работников, сохраняя рабочие места, они ведут себя социально ответственно. Эта установка была погружена в плотную сеть неформальных отношений, которые существовали и поддерживалось между руководителями предприятий и трудовыми коллективами. В результате была сформирована специфическая система негативных и позитивных стимулов, при которой поддержание избыточной рабочей силы обходилось предприятиям достаточно дешево, потому что этому способствовали и субсидии со стороны государства, и финансирование вынужденной неполной занятости, и задержки заработной платы, и т.д.

и т.п. В то же время попытки предприятий освободиться от избыточной рабочей силы стоили им достаточно дорого, потому что если посмотреть на то, какие издержки вменялись российским трудовым законодательством в случае высвобождения работников, то они были весьма существенными.

Отсюда выбор подавляющей части российских предприятий. Вместо того чтобы вести себя так, как вело себя большинство фирм в других переходных экономиках, быстро освобождаясь от избыточных работников, российские предприятия предпочитали делать это медленно, прибегая к вынужденным увольнениям только в самых крайних случаях, предпочитая стратегию постепенного выдавливания работников. Именно отсутствие таких массовых выбросов людей в безработицу и придавало динамике российской безработицы плавный, не скачкообразный характер.

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 9 |





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.