WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 19 | 20 || 22 | 23 |   ...   | 28 |

О.ЖУРАВЛЕВА: А что так влияет на конкуренцию помимо вот этой глобальной вещи Независимая судебная система С.АЛЕКСАШЕНКО: Это и независимые суды, потому что вся экономика, вообще любые экономические отношения держатся на контракте. Вот, мы с вами подписали контракт: я вам продаю чашку, вы у меня ее покупаете. Если вы мне заплатили деньги, я вам не поставил чашку, вы что должны делать Идти в суд. Суд должен принять решение, кто из нас прав.

Да, независимый суд. Да, это государство в широком смысле слова, которое устанавливает правила деятельности. «Вы знаете, - говорит государство, - вот для продажи чашек нужно получить лицензию. А лицензию выдает племянник Журавлевой. Вот ты идешь к племяннику Журавлевой, он говорит: «Так, а зачем тебе лицензия на продажу чашек» - «А я хочу чашку продать» - «А кому» - «А Журавлевой» - «Ах так Ну так прежде, чем ты получишь такую лицензию, ты получишь столько, что чашки продавать уже не захочешь».

То есть государство устанавливает правила игры. При этом оно само их устанавливает. Этот же чиновник, который устанавливает правила, он же их контролирует. И этот же чиновник, который контролирует правила игры, он создает монополию для того, чтобы его знакомые, родные, друзья, родственники на этой поляне имели монопольную позицию.

То есть когда я прихожу и говорю «Знаете, я хочу продавать чашки», а мне говорят:

«Знаешь, вот чашки продают только родственники Журавлевой. Поэтому ты можешь чего угодно, пожалуйста, продавай чашки, вот тебе лицензия, но мы тебя будем контролировать, пожарники, санэпидемстанция, ты будешь честно платить все налоги. Поэтому знай: ты на этом не заработаешь». Вот что такое отсутствие конкуренции - когда государство, вот, все они вместе дружно набрасываются на любой вид бизнеса, создавая монополию для кого-то.

Вот, кому-то можно транспортировать газ, кому-то можно продавать чашки, кому-то можно заниматься телевидением. Кому-то нельзя. Кому-то можно там идти в политику и создавать партии. А остальным нельзя. Вот это отсутствие конкуренции - это и есть самая главная болезнь.

О.ЖУРАВЛЕВА: Таня задает, может быть, наивный вопрос, но трогательный: «А почему государству не нужно предпринимательство» С.АЛЕКСАШЕНКО: Потому что предприниматель - это свободный человек. Он сам решает, что делать, как делать, зачем делать. И Тане это может понравиться, а я знаю, что многим нашим высшим чиновникам это не очень нравится, свободные люди. Когда люди являются свободными, им это не нравится. Когда люди сами несут ответственность за свои поступки, нашим чиновникам, высокопоставленным чиновникам это не нравится - они считают, что это неправильно. Они хотят, чтобы все люди просили у государства подаяние: «Дайте нам это».

О.ЖУРАВЛЕВА: Так нам же Владимир Владимирович Путин пишет, что не надо вот этого вот. Нужно самим, нужно как-то больше от себя.

С.АЛЕКСАШЕНКО: Это Владимир Владимирович пишет, да А делает он прямо противоположное. У него и в статье, и в его программе огромным текстом: «Мы должны.

Мы должны заниматься обновлением промышленности, мы должны повышать качество здравоохранения, мы должны улучшать образование». «Мы» - это кто - спрашиваю я. Об этом говорит премьер, об этом говорит кандидат в президенты. То есть он лично как премьер, как будущий президент, если его изберут, он этим сам хочет заниматься. Так вот промышленностью должны заниматься предприниматели, и как показывает опыт Грузии, здравоохранение резко повышает свое качество, если им занимаются независимые люди, а не государство. И так далее. Вот, наше государство, ну, вот если бы ему дали власть, оно, конечно, всех предпринимателей запретило бы. Но понимает, что это невозможно. Но вообще говоря, предприниматели мешают. И поэтому появляются лицензии, и поэтому появляются ограничения, и поэтому появляются идиотские законы, по которым там иностранные компании не могут купить 25% акций российских предприятий в 42-х отраслях, и все это стратегические отрасли почему-то у нас называются. Мы создаем барьеры на пути прямых иностранных инвестиций, сами создаем законами, которые принимает наша Дума, законами, которые подписываются президентом.

О.ЖУРАВЛЕВА: А зачем нам иностранные инвестиции Что такое Продать наш завод американцам хотите С.АЛЕКСАШЕНКО: Да, чтобы они его взяли, увезли и поставили себе в качестве памятника исторического, да Кстати, я по-моему рассказывал, у меня была такая ситуация, что как-то с немцами мы ездили... (НЕРАЗБОРЧИВО) организовывал конференцию в Алтайском крае, и ездили по реке Чамал, там есть Чамальская ГЭС, построенная в начале 30-х годов. И с нами были немцы, инженеры, которые увидели немецкое оборудование начала 30-х годов, которое работает. В Германии такого уже нет - это же раритет! Это же надо как музей сохранять. Ну, конечно. Потому что наши заводы ни на что другое кроме как на музейные экспонаты уже не годятся.

О.ЖУРАВЛЕВА: Зато какие люди обслуживают станки, если они с 30-х годов до сих пор работают.

С.АЛЕКСАШЕНКО: Какие О.ЖУРАВЛЕВА: Тщательные. Умельцы.

С.АЛЕКСАШЕНКО: Умельцы. Чего же они умеют делать Станки обслуживать О.ЖУРАВЛЕВА: Станки обслуживать тоже неплохо.

С.АЛЕКСАШЕНКО: Но при этом, в целом, к сожалению, эти предприятия не могут произвести продукцию, которую бы кто-нибудь купил в мире за пределами нашей страны. В этом же печаль. Поэтому кроме наших нефти, газа, металлов и древесины ничего другого продать там не можем. Потому что станков нет современных.

О.ЖУРАВЛЕВА: Евгений пишет: «Вздор! Свобода предпринимательства есть. Нет спроса, сбыта. Рынок мертв».

С.АЛЕКСАШЕНКО: Вот, Евгений, если есть свобода предпринимательства, предприниматель появляется тогда и он занимается тем, где он видит возможность заработать. Вот, в отличие от чиновника, который может заработать на том, подпишет он бумажку или не подпишет бумажку, предприниматель может заработать деньги только в том случае, если он что-то продаст. Если он не умеет продавать, если он не умеет производить то, что нужно, там, товары, услуги, не важно, быть посредником... Если он не в состоянии быть полезным экономике в широком смысле слова, там, потребителям и промышленным, и частным потребителям, гражданам, то это не предприниматель. И опять, не каждый может быть предпринимателем. Там, я, например, не могу, да Попробовал несколько раз - не получается, не мое это. Вот, не дано и все. Есть люди, которым это дано, есть люди, которые хотят этим заниматься. И у нас их, действительно, в стране много. И по разным социологическим опросам у нас их в разы больше, чем, например, в среднем, в Европе. То есть несмотря на все вот эти ужасающие условия ведения бизнеса в России, огромное количество людей готово рисковать своими деньгами, своим благополучием для того, чтобы создавать свои бизнесы. У нас много людей, которые хотят этим заниматься.

О.ЖУРАВЛЕВА: «Занимаюсь «бизнесом» с 1990 года. Улучшений - ноль. Всем бизнесом, по сути, заправляют так называемые разрешительные органы в союзе с таможней».

С.АЛЕКСАШЕНКО: Ну, вот, так мы, собственно говоря, об этом и говорим, да.

О.ЖУРАВЛЕВА: Есть еще один вопрос. Только что вы на примере меня тут рассказывали про чашки. Теперь Федор из Петербурга знает, кто контролирует чашки.

С.АЛЕКСАШЕНКО: Но в радиостанции «Эхо Москвы» чашки контролирует Журавлева, знайте все, да.

О.ЖУРАВЛЕВА: Теперь да, теперь я буду контролировать. Если что, пойду проконтролирую. Но, на самом деле, слово сказано, все уже, теперь на сайте Компромат.ру все про меня напишут. На самом деле, по поводу компромата у меня к вам... Вот, вы упоминали Володю Рыжкова, вот известный вам вполне человек. Они с Гудковым Геннадием сели, поговорили. Все, что они поговорили частным образом, появилось на Ленте.ру, спустя некоторое время. Они, естественно, подают иски, Гудков обращается. Он вообще депутат, у него есть там определенные...

С.АЛЕКСАШЕНКО: Неприкосновенность, да.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да, определенные права и неприкосновенность, но, вот, скажите честно:

может быть, у нас, скорее, политикам надо себя контролировать Потому что все равно же кто-то услышит, все равно же кто-то расскажет, все равно же в интернете какой-нибудь сосед в кафе и тут может пересказать. Ну, ведь, существенные же вещи люди обсуждают.

Может, и надо, вот..

С.АЛЕКСАШЕНКО: Оль, ну смотрите. То, что политики должны контролировать себя и вообще публично известные и публично знаменитые люди должны контролировать себя, это известно во всем мире. Не случайно появилась профессия папарацци, которая только и делает, что охотится, чтобы сделать фотографию, напечатать ее в таблоиде и получить за это дело большие деньги.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну да. Нельзя напиваться до безобразия.

С.АЛЕКСАШЕНКО: Нельзя напиваться, нельзя заниматься сексом, не знаю там, с каждой второй женщиной, нельзя выходить голым на балкон своего дома и так далее. Много чего.

Ну то есть даже если тебе очень хочется, ты этого не можешь, потому что всегда есть люди, которые готовы тебя сфотографировать, которые готовы тебя записать, которые готовы этим заняться.

Другое дело, что у нас в стране прослушка телефонов, прослушка разговоров поставлена на такую промышленную основу и касается такого определенного круга людей, что сразу возникает такое сомнение. Ну, понятно, что, по большому счету... Вот не знаю, я, честно говоря, не смотрел передачу Андрея Малахова, но я думаю там частный разговор Андрея Малахова, ну, например, с Аллой Пугачевой в кафе, вот если бы его записали, то интереса было бы гораздо больше в стране, чем разговоры Гудкова и Рыжкова. Правда То есть разговор Гудкова и Рыжкова интересует, ну, дай бог там, 10 тысяч человек.

О.ЖУРАВЛЕВА: А вдруг они что-то важное расскажут. А вдруг они откроют свое истинное лицо С.АЛЕКСАШЕНКО: Да, и расскажут, сколько денег они получили от нового американского посла.

О.ЖУРАВЛЕВА: Кстати, вас уже спрашивают, сколько вы получили денег.

С.АЛЕКСАШЕНКО: Да, да. Я все жду. Я уже записался на прием к американскому послу и сказал, что «мне обещали денег - вот, пришел получать».

О.ЖУРАВЛЕВА: «Госдеп должен был прислать».

С.АЛЕКСАШЕНКО: Да. Но господин Макфол сказал: «Знаешь, мы с тобой попозже какнибудь встретимся. Не до тебя».

О.ЖУРАВЛЕВА: А вы, кстати, встречались в этой же группе с Макфолом, нет С.АЛЕКСАШЕНКО: Нет, не встречался. Нет, нет.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну вот. Какая обида. Почему вас не позвали С.АЛЕКСАШЕНКО: Ну вот, наверное, потому что я денег попросил и сразу сказал, что «Майкл, не дашь денег - не приду». Поэтому мне кажется, что эта проблема, конечно, носит абсолютно политический характер. И понятно, что прослушивание - это работа наших спецслужб, которые, к сожалению, вместо того, чтобы заниматься охраной гражданских прав и свобод, занимаются прямым их нарушением и делают все... На самом деле, по большому счету, ни Гудков, ни Рыжков, ни Немцов в своих телефонных разговорах не сказали ничего такого, чего бы он ни говорили публично.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но личное впечатление у кого-то изменилось.

С.АЛЕКСАШЕНКО: Да, да. Личное впечатление могло у кого-то измениться. Но по большому счету... Вот, знаете как Если это единственный упрек, который можно сделать тем людям, которых прослушивают, ну, значит, все то, что о них говорит наш премьер, что у них там руки по локоть в крови, что они там поураганили в 90-е годы, что они рвутся к власти, что они хотят там революций, это все выдумки, это больная фантазия каких-то людей, которые премьеру это все подкладывают. Ну, пусть он почитает эти телефонные разговоры, пусть он поймет, чего люди хотят, чем они занимаются. То есть вот меня вот это беспокоит, что, вроде как, спецслужбы занимаются прослушкой, но при этом их непосредственный руководитель - он не в курсе, какую информацию они из этого получают.

То есть, видимо, они ему на стол-то кладут чего-то другое.

О.ЖУРАВЛЕВА: «Как вы прокомментируете успехи Польши, рост ВВП, низкая инфляция Что будет с Еврозоной» - пишет Дмитрий из Екатеринбурга. Это под впечатлением от визита сюда главы Центробанка польского.

С.АЛЕКСАШЕНКО: Ну, успехи Польши - они, действительно, очень примечательны, потому что Польша даже в период кризиса 2009 года была практически единственной европейской страной, которая росла. Ее экономика росла и она не испытала спада.

Последовательная экономическая реформа, которую начало там в 1989 году правительство Мазовецкого-Бальцеровича, последовательная, несмотря на то, что политические партии менялись у власти, приходили и бывшие коммунисты, приходили правые и центристы, правительства менялись, но экономическая политика основывалась на либерализации экономической деятельности, на расширении экономических свобод и на последовательной приватизации. И на минимальных запретах. При этом надо сразу сказать, что большим достижением Польши стало то, что она научилась жить в условиях относительно небольшой по европейским масштабам экономики, открытой экономики для притока иностранного капитала, при этом со свободным курсом национальной валюты, злотого, колебания которой в сторону укрепления и ослабления помогают экономике приспосабливаться вот к тем жизненным реалиям, которые происходят. И, конечно, когда наступил кризис 2008-09 годов, польский злотый девальвировался. Никого это не испугало.

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть, в общем-то, они выиграли от того, что они не вошли в Еврозону.

С.АЛЕКСАШЕНКО: Да, не вошли в евро. Они не связывали себя никакими обязательствами, не фиксировали курс злотого. И никто не предъявлял претензий там ни председателю ЦБ, ни министру финансов за то, что случилось с девальвацией, Генеральная прокуратура на этот счет молчала, депутатских расследований не проводилось. Ну, девальвировался и девальвировался. Прошло какое-то время, злотый укрепился. И вот это и есть рациональная экономическая политика, четкое понимание того, что Польша может, что Польша - географически страна между Европой и Россией. Соответственно, она производит товары с более дешевой рабочей силой и для Европы, и производит те товары, которые не в состоянии производить Россия. Посмотрите на прилавки наших магазинов. Не знаю там, огромное количество бытовых изделий для кухни, там, доски для резки овощей, ножи, вилки, прочее... У нас все пластмассовые изделия из Польши привозятся, да То есть мы им - нефть и газ, они их перерабатывают и нам же поставляют. Молодцы. Они используют свои конкурентные преимущества.

О.ЖУРАВЛЕВА: Скажите, вот еще говорил глава Центробанка польского среди прочего о том, что у них очень небольшой банковский сектор.

Pages:     | 1 |   ...   | 19 | 20 || 22 | 23 |   ...   | 28 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.