WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||

«Массовая демократия как успешная практическая реализация идеи, что все, подвергающееся воздействию политических решений, должно иметь силу влиять на эти решения,— противоречит платоновскому различию между рациональным поиском истины, свойственным мудрецам, и потоком страстей, характерным для большинства. Соединившись с дарвиновским преодолением разрыва между человеком и животными, практика массовой демократии поставила под вопрос целый ряд других различий:

между когнитивным и не-когнитивным, разумом и страстью, логикой и риторикой, истиной и полезностью, философией и софистикой. Благодаря появлению демократии масс, у философов появилась задача переформулировать эти различия в терминах политической разницы между свободным и 115 Rorty, Richard, Objectivity, Relativism, and Truth. Philosophical Papers. Volume 1. Cambridge University Press. 1991. Р. 13.

вынужденным согласием, а не в терминах метафизического различения условного и безусловного».Этот процесс (эволюция, а не революция) решительно противостоит старой идее о том, что общество должно перейти в некую новую формацию. Рорти отрицает возможность «выскочить» из существующей парадигмы с тем, чтобы, как он говорит, взглянуть со стороны на наше существование.117 Этот процесс дискурсивного обмена, переклички языковых практик Рорти называет использованием «старых шумов и меток», подразумевая метафорический обмен значениями разных семиотических кодов, используемых в рамках разных практик. Эта мысль подробнее описана Рорти в статье «Незнакомые шумы: Гессе и Дэвидсон о метафоре».Идея полифонии у Рорти в чем-то перекликается с изобретенным Роланом Бартом понятием «эхокамеры», своего рода ансамблем предшествующих текстов, образующих интертекстуальность.119 Плюрализм Рорти становится возможным именно в обществе-«эхокамере», в котором различные смыслы и метки находятся в состоянии перманентной переклички и обмена. Понятие интертекстуальности и образ языковой игры разрабатывались такими современными философами, как М. Риффатер, Р.-А. Богранд и В.

У. Дрессер и др.

116 Рорти Р. Философия и Будущее // Вопросы Философии. 1994, № 6.

С. 117 Там же. С. 24.

118 Rorty R., Objectivity, Relativism, and Truth. Philosophical Papers.

Volume 1. Cambridge University Press. 1991. Р. 14.

119 Barthes, Roland, Roland Barthes par Roland Barthes. Paris, 1975. Р.

78.

Говоря о постмодернистской критике либерализма и либеральной демократии, Рорти отмечает: «Атаки на либеральную социальную мысль в традиции Милля, Дьюи и Ролза направлены на идеологическую структуру, которая якобы… подавляет попытки изменить существующую ситуацию. Но в самой либеральной демократии нет ничего неправильного.

Проблема возникает, когда их творчеству пытаются приписать те цели, которые они перед собой не ставили, а именно демонстрация превосходства нашего образа жизни над всеми другими альтернативами».В своих работах Рорти стремится к синтезу прагматизма, социального утопизма и либеральной традиции. Под либеральной утопией Рорти имеет в виду обычное понятие равенства возможностей, то есть идею общества, в котором единственным оправданием неравенств служит то, что было бы еще хуже, если бы их не существовало. Если рассуждать об обществе в терминах либеральной утопии и равенства возможностей и не искать поддержки в таких философских доктринах, как законы истории, упадок западной цивилизации, век нигилизма, то это будет рассуждение с позиции, которую Рорти называет иронической. Герой плюралистического неопрагматизма – либеральный ироник — это тот, для которого либеральная утопия не выражает сущности человеческой природы, конца истории или воли Бога. Для него это просто наилучшее выражение той цели, к которой стремятся люди. В этом контексте ирония означает нечто, близкое к антифундаментализму. Ирония, о которой говорит Рорти, просто определенная позиция, способ самовосприятия, форма жизни.

120 Rorty, Richard, Objectivity, Relativism, and Truth. Philosophical Papers Vol. 1 (Cambridge: Cambridge University Press, 1991). Р. 15.

Сегодня идея культурного плюрализма и дискуссии о возможности его совмещения с либеральной демократией находят свое отражение в спорах об идее «мультикультурного общества». Сторонники мультикультурализма задают актуальные и важные вопросы о будущем социального устройства и возможности поддержания межкультурного мира и разнообразия в условиях либеральной демократии. При том что в современных дискуссиях мультикультурализм чаще всего предстает как некое монотонное течение, представляется правильным рассмотреть серьезные противоречия внутри данной концепции.

В частности, для таких авторов радикального направления, как Лани Гунье, мультикультурализм является революционной теорией, фактически нацеленной на избавление от либеральной демократии. На наш взгляд, для многих леворадикальных теоретиков феминизма, экорадикализма, крайнего мультикультурализма и т. д. «негативная» часть их программы, направленная на борьбу с «буржуазной» системой, намного превосходит по значимости «позитивную» программу культурного сосуществования, гармонии с природой или эмансипации женщин. Отдельно стоит крайне противоречивая концепция «групповых» прав, используемая многими мультикультуралистами.

Авторы умеренного, либерального направления прежде всего, Уил Кимлика, напротив, готовы искать компромисс между традиционной системой либеральной демократии и принципом культурного плюрализма. Мультикультурализм и либеральная демократия вовсе не обязательно вступают в конфликт. Дополненные современным анализом понятий этноса, расы, национализма и культурной самоидентификации (Элли Кедури, Эрнест Геллнер) они могут взаимоукрепить друг друга. Мультикультурное общество может развиваться не вопреки либеральной демократии, а, так сказать, в ее рамках.

Рассуждая о возможной роли философов в либеральном постмодернистском сообществе, Рорти отводит философскому «коммьюнити» ограниченную, но важную роль в эгалитаризации различных культур и социальных групп: «Если эта утопия когда-либо осуществится, мы, философы, будем играть пусть и не главную, но все же полезную роль в ее создании. Ведь точно так же, как Фома Аквинский должен был посредничать между Ветхим Заветом и Аристотелем, как Кант должен был посредничать между Новым Заветом и Ньютоном, как Бергсон и Дьюи должны были посредничать между Платоном и Дарвином, как Ганди и Неру должны были посредничать между языком Локка и Милля и языком Бхагаватгиты, так же кто-то должен будет посредничать между эгалитарным языком политики и явственно неэгалитарными языками многих различных культурных традиций. Кто-то должен будет осторожно и терпеливо внедрять идею политического равенства в язык традиций, утверждающих разницу между разумным или вдохновенным мудрецом и неорганизованным, мятущимся большинством. Кто-то должен будет убедить нас отказаться от привычки основывать политические решения на различии между теми, кто подобен нам, образцовым человеческим существам, и такими сомнительными примерами проявлений человеческой природы, как иностранцы, иноверцы, неприкасаемые, женщины, гомосексуалисты, полукровки, люди, имеющие отклонения или калеки».Рорти убежден в том, что синтез плюралистического мультикультурализма и либеральной демократии возможен, несмотря на скепсис со стороны более радикального направления в среде мультикультуралистов, а также вопреки этноцентризму и различиям наших культурных традиций. «Эти различия встроены в наши культурные традиции и, таким образом, — в наш словарь моральных рассуждений, но утопия не наступит до тех пор, пока люди мира не убедятся, что эти различия не имеют большого значения… Это мягкое и постепенное убеждение возможно, ибо если даже массовая демократия является специфически европейским изобретением, идея демократического космополитизма находит повсеместный резонанс… В каждой культуре при всей ее ограниченности есть материал, пригодный для включения в утопию всепланетного политическо-демократического сообщества».Несмотря на разность культурных кодов, на этноцентризм каждой группы и нации, либеральное общество возможно в незападных культурах. Рорти убежден, что единственный способ распространения «культуры» демократии – это убеждение без навязывания, а единственный способ приобщения к ней – добровольное присоединение.

121 Рорти Р. Философия и Будущее // Вопросы Философии. 1994, №6.

С. 35-36.

122 Там же. С. 34.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.