WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 13 | 14 || 16 | 17 |   ...   | 31 |

Последнее позволяет монаху обосновать свою пророческую миссию, предоставить позитивную трактовку сложившейся ситуации, стимулировать практические шаги по реформированию общества. Соответственно, предложенная проповедником модель, в силу ее конструктивности в переломный момент, была воспринята обществом. Однако долговременное воплощение ее на практике являлось замыслом практически невыполнимым, что породило проявление тоталитаризма со стороны Савонаролы. Требование высокого уровня сублимации в духовной жизни и недопущение иной интерпретации социальной действительности, в итоге привели к гибели ее носителя.

Л.Н. Куприченко Л.Н. Куприченко (к.и.н., ст. преодаватель, г. Ставрополь) ТЕНДЕНЦИИ САМОВЫРАЖЕНИЯ В БИОГРАФИЯХ И АВТОБИОГРАФИЯХ ФЛОРЕНТИЙСКИХ ГОРОЖАН XIV-XVI ВВ.

В современной исторической науке «история индивида» относится к категории проблем, которые рассматриваются как ключевые в понимании исторического развития человеческой цивилизации и западноевропейской в частности.

Обращаясь к феномену европейской цивилизации, исследователи всё чаще сходятся на том, что его истоки следует видеть в европейском индивидуализме, который стал ярко проявляться на рубеже средневековья и нового времени.

Средневековая европейская цивилизация являлась обществом с ярко выраженной иерархичностью и корпоративизмом. Индивид с детского возраста был опутан сетью обязанностей, возлагаемых на него обществом, и должен был вести себя в соответствии с кодексом поведения, существующим его положению и статусу, а также подавлять собственную гордыню и не претендовать на описание собственной жизни.

Тем не менее, средневековая личность находила возможность открыто проявлять собственную индивидуальность. Уже к концу XIV - началу XV в. с выделением из большой фамилии малой супружеской семьи, а также с появлением компаний нового типа, включивших в себя представителей неродственных семей, контроль клана над действиями индивида заметно ослабел. Несмотря на то, что фамилия оставалась важной экономической и политической ячейкой флорентийского общества, она потеряла тотальный контроль над индивидом, о чем свидетельствуют заявления самих флорентийцев, встречающиеся в мемуарной литературе.

I Сиротенковские чтения В XIV в. во Флоренции появляются рассказы горожан о собственной жизни. В отличие от биографических текстов, специфика автобиографического нарратива заключается в том, что они не предназначались для широкого круга читателей и имели практическое назначение. Авторы «автобиографий» XVв. не стремились создать собственный образ посредствам литературных приёмов, но для них важнее было раскрыть жизненные ситуации и рассказать о своей деятельности в каждом конкретном случае, чтобы предупредить потомков, показать возможный алгоритм действий. Это характерная для торгово-ремесленного общества черта определила специфику жанра «автобиографий». Однако это не означает, что автобиографические рассказы были лишены эмоционального фона и не дают представления о темпераменте личности, силе и глубине её чувств.

Проявление эмоций, которые они фиксировали, и способы их передачи, свидетельствовали о потребности личности в саморефлексии, осознании ею собственных индивидуальных особенностей, а в некоторых случаях, в позиционировании себя относительно корпорации.

Автобиографические рассказы флорентийцев, включенные в исследование, условно можно разделить на три категории: автобиографический дискурс в семейном ракурсе:

«Домашняя хроника» Донато Веллути, «Книга о делах собственных» Лаппо ди Джованни Никколини ди Сиригатти и «Книга памятных заметок» Бернардо Макиавелли; автобиографический нарратив в политическом контексте: «Хроника» Нофри ди Пьеро делль Риформаджони и «Хроника» Бонаккорсо Питти; автобиографический дискурс «терапевтического характера», с высокой степенью саморефлексии:

«Ricordi» Джованни Морелли и «Воспоминания о себе самом» Франческо Гвиччардини.

Последние два представляют особый интерес, поскольку позволяют наиболее рельефно рассмотреть личности самих авторов. Морелли и Гвиччардини считают себя обиженными фортуной. Заслуги и того и другого оказались не оценены гражданами, и тот и другой рассчитывали на большее в распределении государственных должностей и почестей.

Л.Н. Куприченко Дабы утешить себя и «оправдаться» перед потомками они берутся за перо.

Дж. Морелли (1371-1444 гг.) живёт в постоянном ожидании неблагоприятных поворотов судьбы, поскольку уверен в её недоброжелательности. Фортуна отняла у него отца, когда Джованни был ещё ребёнком, благодаря ей он попал в руки к дядюшке, который тихо грабил его и брата, скрывая доходы от имущества, затем не позволила ему жениться на любимой девушке, которая, к тому же, была знатного рода и в довершение всего, отняла у него первенца. На протяжении автобиографических записок Морелли сокрушается о своей несчастной доле, признавая, однако, что меланхолия это болезнь, ведущая к унынию, а последнее - тяжкий грех. Джованни весьма эмоционален в передаче своих чувств, не стесняясь описывать слёзы и передавать слова молитв. Его неординарность заключается в его чрезмерной эмоциональности, явное проявление которой во флорентийской среде считалось делом неприемлемым.

То же можно сказать и о Франческо Гвиччардини (14831540 гг.), потомке знатного рода, который сделал успешную карьеру политического деятеля, но был отправлен в отставку на самом пике своей деятельности. Гвиччардини ведёт диалог со своими противниками и, в отличие от Дж.

Морелли, пытается найти рациональное объяснение произошедшего. Ему не свойственны эмоциональные порывы, он предпочитает не обращаться к рассказам о молитвах, но от этого его повествование наполнено не меньшей рефлексией, чем Морелли. Его прием это «допрос самого себя».

Он представляется в качестве обвиняемого и адвоката одновременно, указывая на роли, которые может исполнять личность и на то, как быстро они могут меняться.

Этих флорентийцев отличает стремление к самоутверждению, желание стать в центре корпорации и в тоже время, они являются примером конформистов, провозглашавших незыблемость принципов общего блага и верность корпоративным идеалам.

I Сиротенковские чтения Таким образом, материалы флорентийских автобиографий XIV-XVI вв. свидетельствуют о складывании индивидуалистических черт в сознании представителей городской среды. Однако не стоит преувеличивать эти тенденции и признавать их абсолютную победу над корпоративными устоями. Социальная психология флорентийских пополанов отличалась от психологии представителей каждой, свойственной традиционному средневековому обществу, среды. Тем не менее, их сознание отличалось дихотомностью. В нём сосчитались явно выраженные черты индивидуализма, свойственные мировоззрению Нового времени и элементы корпоративного кодекса поведения, характерные для Средневековья.

А.О. Амелькин А.О. Амелькин (к.и.н., доцент ВГУ) О ВРЕМЕНИ И ПРИЧИНАХ СМЕНЫ ИМЕН ГОРОДА ТАМАНИ (Гермонасса – Томен - Таматарха - Тъмуторокань – Матарха – Матрега – Тамань) Многие из поселений на Керченском и Таманском полуостровах по несколько раз меняли свои имена, государственную принадлежность, статус.

Так, возникший на берегу Таманского залива в середине VI в. до н. э. греческий город получил имя Гермонасса. Под этим именем он зафиксирован в трудах Гекатея, Страбона, Дионисия Пэриэгета, Арриана, Плиния Старшего. Последний раз под этим именем город упомянут в конце IV в. н. э.

Аммианом Марцеллином. Причем, рассказывая о происхождении названия города Гермонассы, Евстафий (византийский комментатор землеописания Динисия) связывал имя города с именем Гермона - предводителя первых переселенцев, основавших эту колонию. Арриан же считал, что Гермонасса была названа по имени жены некоего митиленца Симандра, руководившей после смерти мужа основанием города.

Новое название поселка - “Томен” или “Томин” () - впервые зафиксировано под 704/705 г. в “Хронографе” Феофана Исповедника и в “Бревиарии” Никифора. И.С.

Чичуров считал, что в этих фрагментах речь идет о Томах, расположенных на западном берегу Черного моря, хотя тождественность этого селения Тмуторокани предполагали еще Н.Я. Марр и А.В. Гадло.

В середине-второй половине VIII в. происходит новое изменение в названии этого городка. Так, в списке епархий Константинопольского патриархата, датируемой концом VIII в., упомянут епископ в Тюматархе (. ).

В сочинении византийского императора Константина БагI Сиротенковские чтения рянородного “De administrando imperio” (948-952) город назван Таматарха (), Таматарка.

В X в. существовало и другое звучание этого имени. Так, судя по приписке 905 г., сделанной в конце Пятикнижия из Карасубазарской синагоги, местная еврейская община называла город Матарха. Видимо начало имени Таматарха было принято за греческий артикль. У арабского писателя XII в. ал-Идриси, проживавшего в XII веке на Сицилии употреблялись два созвучных варианта этого названия (Матраха, Матрега). Вероятно, это название связано с купеческими общинами (еврейскими, итальянскими, арабскими и греческими), ведшими торговлю по Черному и Средиземному морям. Не случайно в этом виде (Матраха) название города встречается у византийских авторов XII в.: например, у Цеца, в хрисовуле 1169 г., переданном итальянским купцам.

Генуэзцы изменили греческое произношение имени города, адаптировав византийское называние Матарха в Матрега. Последний раз в документах название Матрега употреблено в договоре 1393 г. между дожем Генуи и бургомистром Кафы. В портоланах оно сохранялось еще дольше. Почти также ее называли и ордынцы - Матрика.

Но и в эпоху развитого средневековья существовало старое звучание этого имени. Так русские книжники зафиксировали название города Тъмуторокань. Вероятно татары, а затем и турки не трансформировали имя Матрика, а взяли имя Тамань уже в том виде, в каком оно дожило до сего дня.

Не смотря на то, что большинство исследователей (начиная с А.Я. Гаркави) считают, что С-м-к-рии (Самкерц, Самкуш) и Матарха (Тмутаракань) - один и тот же город на Таманском полуострове, и, следовательно, предполагают, что у Тамани было еще одно имя, кажется, что в этом случае мы имеем дело с устойчивым заблуждением. Более вероятно сопоставление с Фанагорией. Причины, почему исследователи упорно избегали этого сопоставления, кроются в том, что этот город исследовался в первую очередь археологами-античниками. Между тем, на Фанагорийском А.О. Амелькин городище обнаружен ряд византийских монет, относящихся ко времени существования Тмутороканского княжества (две серебряные монеты Василия II и Константина VIII (976-1025 гг.), фоллис времени Константина X и Евдокии (1059-1067 гг.), одна серебряная монета Никифора III Ботаниата (1078-1081 гг.)) и шесть варварских подражаний милиарисию Василия II и Константина VIII, чеканенных в тмутороканском княжестве. Это заставляет думать, что Фанагория существовала до XI в., и название С-м-к-рии относится к ней.

Существует несколько версий происхождения тюркского названия города. Г.З. Байер и А.И. Мусин-Пушкин производили его от греческого слова “Таматарха”, не озадачиваясь этимологизацией последнего. В.Н. Татищев “верил, что Таматарка прозвана от слова Таман и Терк”. П.И. Рычков предположил, что этот город назывался татарским Тюма Таракань. М.Р. Фасмер дал обзор литературы по вопросу происхождения названия Тъмуторокань. По мнению историка Г.В. Вернадского, название города, скорее всего, происходит от алтайских слов “тма” (ср. персидское “туман”) - военный отряд в 10 000 человек - и "тархан" (вождь).

Однако, как кажется, более верно мнение А.Н. Крымского, видевшего в первом элементе этого названия слово тамаг - “устье”, “пролив”. Основанием для такого вывода может быть первоначальный характер поселения, к которому прилагалось это имя. Первое упоминание имени Тамань в рассказе о бегстве из Фанагории императора Юстиниана связано не с городом, а с деревней, которой, согласно Феофану, являлся этот населенный пункт. У Феофана прямо сказано, что пленный император бежал в “деревню Томен” (у Никифора - приморское селение). Быть центром округа, выставлявшего 10 000 воинов, такое поселение попросту не могло. К тому же в начале VIII в. это имя еще лишено второй своей части – тархан. Таким образом, общепринятая этимология не оправдана исторически.

Появление имени Таматарха произошло во второй половине VIII в. и, возможно, связано с появлением в городе I Сиротенковские чтения епископской кафедры, вероятно перенесенной из Фанагории.

А.В. Сальников А.В. Сальников (преподаватель, г. Армавир) ИЗ ИСТОРИИ ВОЗНИКНОВЕНИЯ И ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИТАЛЬЯНСКИХ КОЛОНИЙ НА ТЕРРИТОРИИ СЕВЕРОЗАПАДНОГО КАВКАЗА XIII-XV ВЕКОВ После того, как в 1204 г. крестоносцы захватили Константинополь, итальянские купцы, обосновавшись в Византии, начинают проникать в Крым и на побережье Азовского моря. Одна из первых факторий - Порто Пизано (около современного Таганрога) была основана Пизой в первой половине XIII в. Процесс интенсивной торговой колонизации Причерноморья начался в 60-егг. XIII в., после того, как в 1261 г. Генуя заключила Нимфейский договор с Византийским императором Михаилом VIII Палеологом, по которому получила право плавания и беспошлинной торговли на Черном море. В 1265 г. такое же право получили и венецианцы [Зевакин Е.С., Пенчко Н.А., 1938. С.56-58].

Венецианцы и генуэзцы заключили также договоры с ханами Золотой Орды, по которым во владение им была отведена часть территории в Крыму и на Азовском побережье для создания торговых колоний (при признании верховной власти хана). В 60-е гг. XIII в. Генуя обосновывается в Каффе (современная Феодосия), которая становится крупнейшим портом и торговым центром в Причерноморье. Венецианцы создали фактории в Солдайе (Судак в Крыму, около 1287 г.) и Трапезунде (в 80-е гг. XII в.). Всего в Крыму, Приазовье и на Кавказе насчитывалось около 40 итальянских факторий-колоний [Карпов С.П., 1994.

С.92-98].

Управление колониями осуществлялось консуламибайло, избираемыми в метрополии на 1-2 года. Вместе с ними факториями управляли выборные городские советы из купцов-нобилей (граждан метрополии) и жителей факI Сиротенковские чтения торий. Гражданами факторий в основном были итальянцы (составлявшие меньшинство горожан), хотя состав городского населения был чрезвычайно пестрым: греки, армяне, русские, евреи, татары и др. Неитальянское население обладало определенными юридическими правами, свободой вероисповедания, могли нести военную и гражданскую службу (кроме занятия выборных должностей), участвовать в совместных торговых компаниях [Римская… 1862. С.93].

Pages:     | 1 |   ...   | 13 | 14 || 16 | 17 |   ...   | 31 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.