WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 17 |

Это один вариант "обмена власти на собственность". Он устраивал демократию, но не номенклаНоменклатуре (директорам, руководящим чиновникам Совмина, генералам ВПК и КГБ, секретарям обкомов и райкомов и которая действительно ради обретения собственности шла на смену системы, поступалась частью своей административной власти, нужен был другой вариант обмена: приобрести собственность и сохранить гарантию власти. Им нужно было, чтобы собственность в стране двигалась не под влиянием рыночных законов, а попрежнему в магнитном поле власти.

Номенклатура хотела растащить систему (госсобственность) по карманам и вместе с тем сохранить элементы этой системы, дающие гарантию власти над собственностью. Номенклатурный птенец проклевывается из твердой скорлупы — там ему тесно, но вне яйца — страшно.

Тут, кстати, нет ничего специфически номенклатурного. Многие мечтали об "очень частной" венности — частной для себя лично, для своего на, по способу владения, распоряжения доходами и государственной для всех остальных. Известный и вполне конкурентоспособный наш предприниматель М.Юрьев пишет: "Интересам крупного бизнеса в отличие от мелкого и среднего, а также основной массы населения в наибольшей мере отвечает полулиберальная экономика: либеральная для него, но не для Если же такой капитал" изначально образует правящий класс, связанный старыми властными отноше Бизнесмены России: 40 историй успеха. М., 1994. С.193.

П Е Р В О Н ЛЧ Л Л О Е ниями, то он будет пытаться твердо реализовать свои интересы.

Идеальная формула для бюрократии звучит так:

прибавить к власти собственность! За основу рынка следует взять старый "бюрократический где позиция участника определяется его чином, стративнои властью, но научиться извлекать из этого рынка настоящие денежные доходы. На нашем "новоязе" это называлось довольно точно — "регулируемый рынок". Регулируемый номенклатурой. Провести разгосударствление таким образом, чтобы в перефразируя ленинское определение империализма, производство (расходы на производство и риск) осталось общественным, но присвоение стало частным. Сохранить основу государственно-монополистического капитализма, империализма. Приватизация официально не открыто не проводится, но реально она идет "совершенно идет только в своем кругу, для своих.

На первом этапе развитие выглядит примерно так: контроль над собственностью сохраняется в ках государства но зато контроль над самими бюрократами государство а фактически утрачивает. Или другими словами: чиновники пользуются огромными возможностями в управлении и распределении ресурсов (как слуги но в отношениях между внутри государственной системы, переходят на кровенно рыночный язык, уже без особого камуфляжа торгуя друг с другом и с бизнесменами, включенными в номенклатурный круг, финансовыми (льготные кредиты) и природными (квоты, лицензии) ресурсами, которыми они распоряжаются, основными фондами и продукцией "своих" предприятий и т.д.

Когда-то автор термина ная предложил, чтобы каждый чиновник Попов Гавриил — экономист, политический ятель и публицист, первый мэр Москвы.

V вполне официально получал "маржу" — определенный процент с разрешенной им вой операции. так известный экономист представлял формирование "при самой системе". Если под понимать "гласно", то на это номенклатура не если же значит по твердой таксе, по строгим правилам, то это действительно составляло их которую они и реализовывали. j Так складывалось поистине идеальное для кратии решение: по способу присвоения они оказываются в роли владельцев, себе капиталисты", но по степени ответственности они не только не ка но даже и не традиционные чиновники — дисциплина предельно ослаблена. Если же прибавить к этому еще одно: создание при различных госпредприятиях своих (принадлежащих родным и близким директоров) кооперативов, ТОО, МП, СП и т.д., экономический смысл которых "отмывать" деньги для номенклатуры, то получается поистине гениальное решение. Открыты все пути для обогащения, сломаны все рычаги венности. Это положение "приказчика", "слуги дарства" при том условии, что хозяина нет, государство парализовано. | Конструкция системы была в действительности очень простой. Открыто действует старый бюрократический но при нем, находясь в подчиненном по отношению к нему положении, формируется и нормальный экономический рынок. Однако этот последний фактически выполняет лишь "подсобную" роль — "отмывает" деньги, помогает постоянно "конвертировать" властные полномочия чиновника в деньги. В сущности, это была административно-командная система, научившаяся эксплуатировать рынок (точнее, создавшая "под себя" рынок, чтобы его Ничего нового, конечно же, в этом не было. Поучительно сравнивать эту конструкцию с бюрокраПЕРВОНАЧАЛЬНОЕ НАКОПЛЕНИЕ тическим рынком времен нэпа, описанным, скажем, Ю.Лариным в 1927 году. Перечисляя (разумеется, с прокурорской интонацией) "12 способов нелегальной деятельности частных капиталистов", он выделяет самое главное — наличие и "агентов" в государственном аппарате. "В составе государственного аппарата был не очень широкий, не очень многочисленный, измеряемый, может всего несколькими десятками тысяч человек круг лиц, которые... служа в хозорганах... в то же время организовали различные предприятия или на имя своих родственников, компаньонов, или даже прямо на свое собственное. А затем перекачивали в эти частные предприятия находившиеся в их распоряжении государственные средства из государственных органов, где они служили. Совершив такую перекачку, они обычно оставляли вовсе госорганы и "становились на собственные Далее он пишет: "Под лжегосударственной формой существования частного капитала я имею в виду то, когда частный предприниматель развивает свою деятельность, выступая формально в качестве государственного служащего, состоя на службе и получая служебные полномочия... На деле тут имеется договор между частным поставщиком, частным подрядчиком, частным заготовителем и государственным органом.

Но формально этот поставщик, подрядчик, витель и т.д., считаясь государственным служащим, действует не от своего имени, а от имени госучреждения... Одним словом, он пользуется всеми преимуществами, принадлежащими государственному органу, а в действительности он — частный предприниматель, состоящий только в договорных отношениях с государственными Любопытно, что совокупную величину частного Ларин Ю. Частный капитал в СССР // Антология экономической классики. Т.2. М., С.440.

Там же. С.446.

V капитала этих "нескольких десятков тысяч" Ю.Ларин определяет в 350 миллионов золотых рублей 1923 года, т.е. в современном масштабе цен — приблизительно около 5 триллионов. Несомненно, что сегодня (и даже в годах) размеры частных капиталов в России значительно больше. Но если суммы разнятся, то механизм образования схвачен довольно точно. Фактически с 1988 года большая, все растущая часть государственной экономики вполне могла считаться "лжегосударственной формой существования частного капитала". А еще через несколько лет эта форма стала доминирующей.

Не сразу, шаг за шагом пришли примерно к такой ситуации к 1990 году. Но каждый шаг приносил новые выгоды номенклатуре. Вехами были и закон о кооперации, и выборы директоров, и понижение их ответственности перед министерствами (параллельно общее снижение до нуля так называемой партийной дисциплины, на которой держалось все в госу и изменение правила, после которого предприятия получили возможность "накручивать" плату и исподтишка взвинчивать цены на свою дукцию, притом что формально цены отпущены не были. Период "позднего Н.Рыжкова" и с 1988 по 1991 год, с моей точки зрения, — самый лотой" период для элитных политико-экономических групп. Не случайно основы большинства крупных состояний и фирм, которые доминируют у нас и сегодня, были заложены именно в те годы.

Основные социальные группы, резко разбогатевшие тогда, хорошо известны: часть чиновников и директорского корпуса, руководители ных" кооперативов, по тем или иным причинам получившие изначально крупные государственные деньги, "комсомольский бизнес". Именно эти группы аккумулировали первые капиталы, с которыми они спешно создавали "независимые банки", компании по торговле недвижимостью, захватывая (точнее, формируя) самый выгодный рынок.

ПЕРВОНАЧАЛЬНОЕ Надо сказать, что эти "пионерские группы" были достаточно замкнутыми, могли сказать про себя:

"Чужие здесь не ходят". Разумеется, в условиях бума обогащения сохранить герметичность нереально, как нереально и в полном порядке старой номенклатуре, не ломая переместиться в первые ряды рыночной элиты и плотно оккупировать возникающий рынок. Но благодаря крепкому административному контролю за "раздачей" больших льгот (а значит, состояний) это в значительной мере удалось.

По крайней мере существенного перемещения денег" после 1991 года не было. Хозяйственная элита, возникшая к тому времени, оказалась достаточно стабильной. Параллельно возникали и новые группы политической элиты: смесь "перестроившейся" старой номенклатуры и тех, кто рискнул броситься в большую лотерею, открывшуюся с началом первых в истории России свободных выборов. ! Должен сказать, что вопреки ным в печати стонам и крикам размах номенклатурного разворовывания в 1990-1991 годах намного превосходил все, что мы имели на этой ниве в 1992-1994 годах. Отдельные крупные "панамы" (чеки например) не имеют тут решающего значения. Дело не в тех или иных скандалах, которые всегда были и будут, а в системе. Система 1990-1991 годов с полной неопределенностью в правах на лжегосударственную собственность, с полной безответственностью (да тут еще и два параллельных центра власти — Кремль и Белый дом, а для "окраинных" республик — Кремль и местная власть) была как будто (или на самом деле) специально создана, чтобы, не боясь ничего, не стесняясь ничем, обогащаться. Номенклатура вышла на "нейтральную полосу", "ничейную землю", где можно было делать все, и мечтала лишь оставаться там подольше.

В те годы много ругали Ленина, но именно тогда блестяще подтвердилась данная им характеристика ГЛАВА V государственно-монополистического капитализма (империализма) как хищнического, паразитического, загнивающего. Эффективность этого посткоммунистического империализма оказалась столь велика, что страна действительно приблизилась к грани экономического коллапса.

Такова цена стихийно складывавшегося исторического компромисса. Номенклатура для своей выгоды, по своей мерке, в естественном для себя темпе строила капитализм. Но именно это и позволило всей стране (в том числе под демократическими, антиноменклатурными лозунгами) мирно, без данской войны пройти значительную часть объективно необходимого пути к рынку.

К года мы имели гибрид го и экономического рынков (преобладал первый), имели почти законченное (именно за счет юридической неопределенности в прав здание номенклатурного капитализма. Господствовала для бюрократического капитализма форма - лжегосударственная форма ности частного капитала. В политической сфере рид советской и президентской форм республика посткоммунистическая и И пока господствующие классы успешно решали свои проблемы, хозяйство разорялось дотла. Конечно, ненужной промышленной продукции выпускалось в конце 1991 года почти в 2 раза больше, чем сейчас (осень 1994 только магазины были пусты, деньги (советские дензнаки) не работали, приказы не выполнялись, нарастало ощущение "последнего дня". Речь шла об угрозе голода, холода, паралича транспортных систем, развала страны.

ОТ В ЭТИ дни и начались "пожарные реформы" и была призвана команда "камикадзе".

Нас позвали в момент выбора. До этого времени номенклатурная приватизация развивалась по при "азиатском способе производства" сценарию: приватизация как тихое разграбление сатрапами своих сатрапий. В средние века этот цесс мог тянуться десятилетиями, при современных темпах хватило и трех лет чтобы увидеть дно колодца. Но принципиальные черты остались те же: келейная, паразитическая приватизация без включения рыночных механизмов и смены юридических форм собственности. Официально на 1 января 1992 года в России было приватизировано 107 магазинов, 58 столовых и ресторанов, 36 предприятий службы быта. Реально — по способам распоряжения собственностью, извлечения доходов и т.д.— номенклатурой была приватизирована практически вся сфера хозяйства. Но после успешного завершения номенклатурой приватизации страна была на краю гибели. Это отлично понимала даже номенклатура, ведь она жила и обогащалась в "этой стране" и потому была готова к уступкам... небольшим. Такая приватизация всегда кончалась в восточных обществах одинаково: взрывом и новой диктатурой. Общий цикл социального развития этих обществ: диктатура — разложение (приватизация) — взрыв — новая диктатура. Взрыв маячил. Парадокс: именно тогда, когда психологическое доверие к демократической власти было как нельзя велико, мы объективно как нельзя ближе подошли к опасной черте "грозящей катастрофы" и "борьбы с известными методами.

Понимая всю остроту ситуации, мы понимали и то, что есть возможность повернуть в другое русло.

Из номенклатурного беспредела, до которого мы дошли, есть два выхода — взрыв (новая диктатура) или "расшивание" социального пространства, переход от бюрократического к открытому рынку, к включению его механизмов, от скрытой, ной", к открытой, демократической, приватизации, от капитализ капитализму, что в те дни и было сделано.

V Если до конца 1991 года обмен власти на венность шел в основном по нужному номенклатуре "азиатскому" пути, то с началом настоящих реформ (1992) этот обмен повернул на другой, рыночный путь.

Введение свободных цен, указ о свободе торговли, конвертируемость рубля, начало упорядоченной приватизации, если их расценивать с социальноэкономической точки зрения, означали следующее.

Без насильственных мер, без чрезвычайного экономического положения удалось мягко изменить систему отношений собственности, катастрофическую систему конца 1991 года.

Я принципиальный сторонник сочетания:

кие стратегические цели и мягкие тактические средства их достижения. Примером можно считать политику начала 1992 года. Цель была ясной:

вить управляемость экономики, введя в ся систему организующие, объективные правила ры. Возможен лишь один ход: ввести в действие объективные законы экономики, которые ограничат сложившийся к тому моменту беспредел. Тактически это было "мягкое" средство: оно механически не нарушало сложившийся баланс социальных сил. Директоров и министерских чиновников никто не сни не арестовывал их счета, не изымал коммерческую переписку, их положение, средства, связи оставались при них. Их ограничивал отныне не административный произвол, а закон рынка, закон цены.

Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 17 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.