WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 33 |

Прежде всего, прямо и непосредственно они наносят удар по одному из главных принципов – принципу федерализма. Можно быть сторонником федерализма, можно быть сторонником унитаризма. В данном случае это не имеет значения. Действующая Конституция Российской Федерации описывает федеративную модель государственности.

Издержки изменения Конституции не просто весьма велики организационно-технически. В нынешней ситуации эти проблемы могут быть решены как никогда ранее просто. Основная компонента издержек изменения Основного Закона страны (особенно быстрого изменения20) связана с его влиянием на инвестиционные риски по странам. Эти риски всегда при прочих равных будут заметно выше в стране с «изменчивой Конституцией», чем в стране с неизменным Основным Законом.

Рекомендации, вытекающие из приведенной выше критики федеративной реформы, очевидны. Восстановление выборности губерна Р. Кутер (Cooter, 2000) приводит в качестве примера, достойного осуждения, практику частых изменений Конституции России до декабря 1993 г. Его отношение к такой практике выражено ссылкой на российский же анекдот того времени – посетителю книжного магазина, попросившего экземпляр Конституции, отвечают:

«Мы периодикой не торгуем».

торов необходимо, как минимум, для того, чтобы дестимулировать их оппортунистическое поведение угрозой выборов или преследования после поражения на них. В ситуации же с назначаемыми главами регионов налицо снижение рисков, связанных с коррупцией при отсутствии политической конкуренции, когда факты недобросовестного поведения аполитического лидера выявляются по инициативе частных лиц (оппозиционеров), заинтересованных занять кресло разоблаченного противника.

Важно отметить, что выявленное нами во второй главе слабое влияние качеств кандидата и его политической принадлежности на шансы на выборах, а значит, слабое пока влияние выборов как механизма позитивного отбора легко объясняется «потребительской неопытностью» населения. Число сделок на обычном товарном рынке позволяет потребителю приобрести необходимые навыки за год-два.

Очевидно, что «трансакций», позволяющих избирателю оценить эффективность или провальность собственного решения в политике, много меньше. Поэтому в развитых странах голосование «по семейной традиции» – вполне распространенная и рациональная практика.

Опыт, удерживающий от голосования на выборах мэра за симпатичного уголовника или даже просто за хорошего человека, не умеющего сбалансировать городской бюджет, накапливается в течение поколений. И перерыв в традиции выборов только отдаляет «созревание» электората, а не заменяет его.

Чем скорее российский избиратель наберет свои «сто лет», тем раньше начнут сказываться экономические преимущества демократических механизмов для обеспечения квалифицированного спроса на лидеров и прозрачности в расходовании общественных средств.

3.6. Вызовы терроризма и региональная власть Вызовы террористического насилия и потребности в повышении качества и надежности поставки гражданам России ключевого общественного блага «безопасность» послужили основным поводом к реформе федеративного устройства. Рассмотрим, насколько адекватными, с точки зрения индивидуальных рациональных стимулов лиц, отвечающих за обеспечение безопасности, являются принятые меры.

Для начала отметим, что выбранный маршрут реформы представляется в определенном смысле закономерным и рациональным.

Правда, не с точки зрения обеспечения безопасности граждан.

Предотвратить теракт, подобный бесланскому, можно было бы при сочетании определенных технических мер с разумной политикой. Но это было бы почти неизбежно, если бы избиратель проявлял волю к наказанию политиков, не способных обеспечить их безопасность, как это иногда происходит в демократических странах (Израиль, США).

В России же этого не происходит. Избиратель не предъявляет спрос на то, чтобы его защищали. Предъявит ли он его после Беслана – пока, к сожалению, сказать сложно. Этим и объясняются принимаемые властями решения. Сразу можно было ожидать, что власть предпримет меры, которые, с одной стороны, повысят вероятность уничтожения лидеров террористов, а с другой – безопасность руководителя государства. Было назначено вознаграждение за головы Масхадова и Басаева. И, наверное, это вполне разумная мера.

Но характерно, что все принимаемые меры не направлены на обеспечение безопасности избирателей.

Как поможет отмена выборности губернаторов борьбе с терроризмом Формально силовые структуры не подчиняются руководителям регионов, но в действительности губернаторы влияют на ситуацию с безопасностью. Совершенно очевидно, что если они будут отвечать не перед своими избирателями, а только перед высшим руководством страны, то понятно, о чьей безопасности они будут заботиться, с точки зрения рационального политика. Это не значит, что теперь все губернаторы будут игнорировать нужды обеспечения безопасности жителей своих регионов. Но это значит, что их к этому всячески подталкивают, создавая такую систему стимулов, чтобы они обращали меньше внимания на своих избирателей, а больше внимания на тех, кому обязаны своим назначением.

Последствия такой политики вполне объясняются логикой рационального поведения, и российский избиратель, который не потребовал от своих лидеров, чтобы его защищали, несет свою долю ответственности за возможные печальные последствия для него же.

Как неоднократно отмечалось исследователями21, идея влияния региональных и местных органов власти на обеспечение безопасности граждан сильно дискредитирована практикой такого вмешательства в 1990-е годы. Однако необходимо отметить, что в тот период вмешательство допускалось как часть конъюнктурного компромисса центральной власти с региональными элитами. Даже нынешние призывы властей к активности общества в борьбе с террором подчеркивают невозможность решения проблемы исключительно из единого центра, сколь бы компетентным и хорошо оснащенным он ни был.

Устойчивые стимулы у должностных лиц (как назначаемых государственных служащих, так и выборных) к защите граждан от террористов могут возникать, как показывает практика развитых стран и соответственно правовых государств, при применении двух разных подходов.

Первый – делегирование части ответственности вместе с соответствующим ресурсным обеспечением на местный (региональный) уровень. Полиция в США вполне эффективна, организована и куда менее коррумпирована, чем российская, хотя подчиняется она сразу трем уровням власти: муниципальным (полиция городов, графств, округов); региональным (полиция штатов) и федеральным (Федеральное бюро расследований и иные федеральные правоохранительные органы) властям.

Второй подход может быть представлен израильской моделью. В унитарном Израиле полиция управляется централизованно. Однако параллельно действуют вооруженные отряды самообороны, создаваемые местным самоуправлением, а то и вовсе самодеятельно гражданами. Действует целая сеть вооруженных охранных структур коммерческих компаний – в торговле, общественном питании, на транспорте. Наконец, многие должностные лица, вплоть до учителей, поощряются к приобретению оружия и тренировкам по его применению.

См., к примеру, (Жаворонков, Яновский, 2002).

Действительно, представим себе атаку на Беслан при контролируемом местными властями полицейском подразделении (оно, как минимум, более чувствительно к требованиям местного населения, по крайней мере, если это население выбирает их непосредственного работодателя). Такое подразделение с куда меньшей вероятностью позволит нашпиговать школу оружием и взрывчаткой. Оно быстро прибудет на место серьезного происшествия с оружием. Оно будет не конкурировать, а сотрудничать со своими соседями – вооруженными гражданами. Часть из них – учителя – примут на себя первый удар, будучи не беззащитными жертвами, но вооруженными гражданами. Шансы же автомата и пистолета в условиях, когда террорист не знает, где и какой отпор он может ожидать, существенно выравниваются.

Федеральные же подразделения, прибыв на место, будут в состоянии предотвратить бойню, будучи серьезно и специально подготовленными к такому развитию событий. Такая способность может быть обеспечена, в частности, благодаря фокусировке на ограниченном круге наиболее сложных задач (таких, как ответы на вызовы и угрозы уровня Дубровки и Беслана) и освобождении от расследования, к примеру, бытовых убийств, борьбы с наркодилерами и содержателями притонов.

Осуществить такое разделение полномочий и ответственности можно было бы на основании ст. 72 и 73 Конституции РФ. К примеру, проведя разграничение по статьям Уголовного кодекса (или по группам статей, по главам).

Ниже приведен пример возможного разделения сфер основной ответственности правоохранительных органов по статьям Уголовного кодекса:

очевидно «муниципальными» проблемами являются хулиганство (ст. 213), обман потребителей (ст. 200), нарушение общественного порядка (ст. 116, 118, 121, 130), оскорбление (ст. 244, 245) и т.д., а также административные правонарушения.

Областью ответственности полиции субъекта Федерации могли бы быть статьи главы 18 (преступления против половой неприкосновенности и половой свободы), глава 20 (преступления против семьи и несовершеннолетних), ст. 105, 106 (убийство во всевозможных вариациях) и т.п.

Преступления против правосудия, терроризм, попытка насильственного захвата власти – вполне естественная сфера ответственности немногочисленных и действительно элитных федеральных структур.

В силу понятных причин давно обсуждаемое и остро необходимое ограничение и упорядочивание вмешательства правоохранительных органов в деятельность хозяйствующих субъектов, введение такого вмешательства (кроме строго ограниченных необходимостью пресечения насильственных действий случаев) в рамки действующего законодательства о проверках было бы легко реализовано при многоуровневой структуре. Местные и региональные службы просто автоматически переводились бы в стандартный режим проверок. Федеральная была бы физически не в состоянии «опекать» сотни тысяч торговых точек, транспортных средств, строительных предприятий и т.п. Это привело бы к ощутимому снижению рисков и трансакционных издержек в экономике страны.

3.7. Анализ отношений между федеральным правительством Канады и правительствами провинций в применении к российским условиям Настоящее исследование посвящено взаимодействию федерального правительства с правительствами провинций в Канаде. Оно включает описание правовой базы, обеспечивающей оптимальную структуру, стимулирующую эффективное взаимодействие всех ветвей власти в условиях рыночной демократии, многопартийной системы и прозрачности процесса принятия решений.

В работе показано, что основные целевые исследования обнаруживают готовность политических партий страны идти на компромисс во имя интересов всех граждан. Состояние отношений между федеральным центром и провинциями оказывает влияние на большую часть различных сторон жизни населения страны, и, следовательно, вопрос гармонизации и усовершенствования системы этих отношений имеет первостепенную важность. Поэтому Канада за долгие годы накопила богатый опыт по части внутригосударственных отношений, который имеет смысл изучать всем развивающимся демократиям мира, включая Россию.

Исследование рассматривает основные моменты возникновения и решения проблем в области отношений между центром и регионами и соотносит их с текущими политическими вопросами и тенденциями развития канадского общества.

В настоящее время Россия находится в процессе серьезных административных реформ, направленных на укрепление государства.

Представляется, что содействие пониманию Россией того, как осуществляется демократический процесс принятия решений и разрешения проблем в области отношений центра и регионов в условиях зрелой рыночной экономики, могло бы принести немало пользы.

Это справедливо и для того, чтобы продемонстрировать преимущества выборных региональных правительств, каковыми они являются в настоящее время в Канаде, по сравнению с правительствами, назначаемыми и контролируемыми напрямую руководителями из центра, как это имеет место сегодня в России.

Весьма интересными, показывающими эффективность компромисса между различными политическими партиями и уровнями власти являются анализ переговоров по проблемам энергетики между либеральным федеральным правительством Канады и консервативными правительствами провинций в 1980-е годы и исследование условий осуществления Национальной энергетической программы (НЭП). Эта информация представляется довольно полезной в контексте текущей реформы федеративных отношений в России.

3.8. Канадские проблемы: столкновение интересов вокруг Национальной энергетической программы (НЭП) Канады 1980 г.

Возвращение к власти в 1980 г. либерального правительства, возглавляемого П. Трюдо, ознаменовало собой начало периода, в течение которого многие спорные моменты, порожденные системой федеральной исполнительной власти, вылились в неприкрытый конфликт. В начале 1980-х годов федеральное правительство демонстрировало всевозрастающую готовность перейти к односторонним действиям в условиях отсутствия соглашения регионов с центром. В частности, это выразилось в угрозе внести изменения в Конституцию, отказавшись от формальной власти Великобритании, и в принятии в 1980 г. Национальной энергетической программы.

В период с 1973 по 1978 г. цены на нефть и природный газ в Канаде быстро росли в соответствии с соглашением между федеральным правительством и добывающими провинциями, но не достигали мировых значений. К середине 1978 г. разница между внутренней и мировой ценами сократилась менее чем до 3 долларов за баррель.

Однако после иранской революции 1979 г. мировые цены выросли на 150%, и федеральное правительство отказалось от своих намерений обеспечивать фактический паритет внутренних и мировых цен.

Это сделало цены в Канаде значительно ниже мировых и привело к серьезной напряженности между провинцией Альберта и федеральным правительством.

Рост мировых цен на нефть в 1979 г. усугубил ряд проблем, с которыми к тому времени столкнулась Канада. Во-первых, это означало масштабное перераспределение средств от потребителей к производителям, осуществлявшееся в два больших потока: крупное межрегиональное перераспределение средств из провинций Онтарио и Квебек (которые в совокупности имели 58% внутреннего потребления нефти в 1980 г.) в Альберту (производившую 86% канадской нефти)22 и международное перераспределение средств из Канады в США вследствие большой доли американской собственности в канадской нефтегазовой промышленности.

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 33 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.