WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 33 |

Действительно, Россия в 1990-е годы прошла через полосу глубоких реформ и тяжелых кризисов. И если реформы на региональном уровне чаще тормозились, нежели поддерживались, то кризисы, несомненно, выдерживались легче за счет «перераспределения нагрузки» между регионами и центром. Избиратель как на общенациональном уровне, так и на региональном вынужден был брать на себя хотя бы часть ответственности за происходящее, что повышало политическую устойчивость системы.

Бьюкенен и Конглентон (Buchanan, Conglenton, 1998) выделяют еще одно важное условие эффективности федерализма: возможность достижения в рамках одного государства различных стандартов и поставки некоторых социальных услуг (с указанным неравенством активно борются, в частности, в Канаде и Германии).

В работе, посвященной региональным институциональным особенностям (Яновский, Жаворонков, Черный и др., 2001), анализируются, в частности, налоговые льготы, при этом выделяются льготы, установленные решениями региональных законодательных органов и (что оказалось не столь уж редкой практикой) решениями главы исполнительной власти. В сочетании со способностью проводить решения через «свое» Законодательное собрание такие полномочия являются способом как извлечения административной ренты, так и обеспечения продления мандата губернатора. Про влияние таких полномочий (установление налогов решениями монархов) на долгосрочные условия экономического роста в Европе пишет в обзоре неоинституциональной теории Т. Эггертссон (Эггертссон, 2001, с. 364–371).

Условиям, при которых децентрализация (в данном случае – фискальная) оказывается эффективной, посвящена работа Р. Ениколопова и Е. Журавской (Enikolopov, Zhuravskaya, 2003). Авторы делают вывод о позитивном влиянии сильных партий и прямой субординации нижестоящих органов вышестоящим при осуществлении финансовой децентрализации в развивающихся странах. Правда, в выборку включены наряду с вполне демократическими государствами (Чехия, Венгрия, Израиль) страны с грубо фальсифицируемыми выборами – такие, как Азербайджан и ряд африканских стран, а также Китай. Здесь в одной выборке оказались принципиально несопоставимые страны. В одних (демократических и правовых) – партии являются институтом, снижающим издержки избирателей на сбор информации о кандидатах и кандидатов – на доведение информации избирателям. В других – партии снижают преимущественно издержки на организацию прямых столкновений с оппонентом. Наконец, в тоталитарных странах (китайский вариант) партий вовсе нет (относить КПК к сильным партиям по сроку существования основных партий и фракционализации правительственных партий можно лишь в издевку). Использование такой выборки сильно снижает объясняющую способность модели и подрывает доверие к выводам авторов.

Как отмечает в своей диссертации С. Шульгин (Шульгин, 2006), поколение губернаторов, вставших у руля власти в регионах на самом рубеже 1980–1990-х годов, между советским временем и началом реформ, оказалось сильно прореженным в результате выборов 1994–1998 гг. Но с конца 1990-х годов (т.е. уже на выборах 1999– 2001 гг.) действующие губернаторы, как правило, продлевали свой мандат. Они и теперь представляют собой костяк российских губернаторов.

Анализу важного аспекта способности правительства (в данном случае авторитарного) осуществлять эффективное управление посвящена работа Егорова, Гуриева и Сонина (Egorov, Guriev, Sonin, 2006). Как подчеркивают авторы, выбор руководства между естественным механизмом проверки информации и искусственными государственными заменителями актуален для большинства современных правителей. Особенно ценна удачная в целом попытка отразить в модели ситуацию власти, имеющей возможность «откупаться» за счет ренты от нарастающих проблем в ряде постсоветских стран, прежде всего в России.

Модель, рассматриваемая авторами (см. главы 2 и 3, теоретический анализ), представляется по меньшей мере не всеобъемлющей.

Так, не учитывается важность самостоятельной ценности уничтожения свободы слова для авторитарного правителя. Таковой, кроме слома машины координации оппозиционной деятельности, является пропаганда, необходимая для стабилизации, легитимации режима.

Современное российское государство использует основные каналы (ТВ) именно для пропаганды и сталкивается с проблемой, знакомой с советских времен. Превращение СМИ в исключительно пропаган дистский аппарат решает на время некоторые проблемы стабилизации власти, но вытесняет информационную функцию. В результате собственные пропагандистские образы конкурируют за внимание руководства с крупицами актуальной информации (Бендукидзе, 07.11.2006).

В отсутствие у власти проверочного инструмента для административных источников информации у последних возникает стимул ее фальсифицировать с тем, чтобы выставить в выгодном свете себя, чтобы перетянуть ресурсы на себя (Niskanen, 1971) или чтобы убедить начальство в лояльности. Однако это также несколько иная система стимулов агентов (диктатора, спецслужб и бюрократа).

Коррумпированным сотрудникам спецслужб (Волков, 2002, с. 245–249) менее рискованно и более естественно зарабатывать «охраной-рэкетом» (т.е. формально защитой от незаконных воздействий, а не извлечением ренты от собственно контрольных функций). Причем с хозяйствующих субъектов напрямую, а не опосредованно через других бюрократов. Хотя сам механизм извлечения ренты, конечно, менее важен, нежели последствия потери канала достоверной информации для принятия адекватных решений.

Важно также учесть, что критерий эффективности для рационального лидера, по крайней мере, в рамках базовых допущений теории общественного выбора, – это, в конечном итоге, продление срока пребывания у власти, а не качество или объем поставляемых общественных благ.

В обществах, в которых авторитет власти основан на насилии (Rule of Force2 – см. (Мау и др., 2003)), почти неприменимо представление о государстве как о поставщике общественных благ. Государство – аналог монгольского хана для Руси. От хана откупаются на некоторое, не всегда определенное точно время данью, и при этом никому не приходит в голову требовать от него защиты от других roving bandits или выполнения функции апелляционного суда и т.п. (хотя в некоторых схожих ситуациях можно просить о защите).

Дискреционно (т.е. в соответствии с произволом, потребностями власти) управляемое общество, в котором легитимация лидера (диктатора) обеспечивается его силой и волей к насилию.

Основная идея авторов о соотношении свободы слова, информационной эффективности альтернативных – «специальных» – каналов и снижении «чувствительности», эффективности власти, получающей высокую и централизуемую ((нефтяная) труба контролируется сравнительно легко, в отличие от цветных металлов или рыбных запасов) природную ренту, находит хорошее подтверждение в статистическом анализе на данных по 121 стране. Верификация на статистике не привязана к конкретной модели, описывающей поведение агентов, с конкретными допущениями, что повышает «живучесть» результатов и выводов.

2. Статистический анализ исчезающих различий 2.1. Данные Для анализа (табл. 2.1) привлекались данные судебной статистики (с разбивкой по регионам) за 2004 г. (получены по запросу в Судебном департаменте при Верховном суде РФ), формализованные данные о работе независимых СМИ и правозащитных организаций в регионах России, региональное законодательство, правоприменительные практики, а также данные о стабильности политической власти и отраженных в СМИ конфликтах между властями различных уровней (собственный мониторинг региональной и местной прессы и данные местных отделений общественной организации «Мемориал»). Показатели развития малого бизнеса и прямые иностранные инвестиции брались из сборников официальной социально-экономической статистики. Данные по исполнению региональных бюджетов – с сайта Федерального казначейства.

Объясняемые переменные брались из сборников официальной социально-экономической статистики (по занятости населения и др.) – Росстата.

Из анализа исключены Чечня, а также автономные округа, поскольку по ним отсутствует необходимый для анализа набор данных (прежде всего социально-экономической статистики).

Таблица 2.Описание переменных с использованными обозначениями Обозначение переменной Описание переменной 1 Small_b_empl_dynam2004_2000 Отношение среднесписочного числа занятых в малом бизнесе в 2004 г. к уровню 2000 г.

small_b_free_lance_dynam Отношение среднесписочного числа совместителей, занятых в малом бизнесе, в 2004 г. к уровню 2000 г.

small_b_outsourcing_dyna Отношение среднесписочного числа занятых по договорам гражданско-правового характера в малом бизнесе в 2004 г. к уровню 2000 г.

SMB2004_per1000 Среднесписочное за 2004 г. число занятых в малом бизнесе Продолжение таблицы 2.1 SMBEmpl01 Среднесписочное за 2001 г. число занятых в малом бизнесе FDI05 Прямые иностранные инвестиции в 2005 г.

FDI01 Прямые иностранные инвестиции в 2001 г.

RoL_violat04 Число приговоров по статьям Уголовного кодекса, предусматривающим наказания за преступления против правосудия в 2004 г.

Privacyviol04 Число приговоров по статьям Уголовного кодекса, предусматривающим наказания за вмешательство в частную жизнь, прослушивание частных разговоров, перлюстрацию писем и т.п.

HROpr Наличие в регионе правозащитных организаций, имеющих общественные приемные и/или web-site, 2005–2006 гг.

HROactCourt Наличие случаев, выигранных правозащитными организациями или при их участии (помощи) судебных дел, 2005–2006 гг.

HROnet2006 Наличие сети специализированных общественных организаций, 2005–2006 гг.

Opp_media_2006 Наличие некоммунистических СМИ, критикующих главу региона и федеральные власти, обвиняющих их в опасной для жизни и здоровья граждан недееспособности, аморальности или уголовно наказуемых преступлениях, 2006 г.

REG_OFFIC_PER1000 Численность госслужащих субъекта Федерации на жителей региона в 2005 г.

GEN_GOVOFFICPER1000 Общая численность государственных и муниципальных служащих в регионе на 1000 жителей в 2005 г.

BUDGET_DEFICITE_2004 Отношение дефицита исполненного бюджета региона за 2004 г. к общей сумме расходов BUDGET_DEFICITE_2005 Отношение дефицита исполненного бюджета региона за 2005 г. к общей сумме расходов Электоральные переменные по голосованиям 2003 и 2004 гг.

Turnout2003, Edro2003, CPRF2003, Соответственно: избирательная активность в декабре LDPR2003, Rodina2003, Yabloko2003, 2003 г., «Единая Россия», КПРФ, ЛДПР, «Родина», SPS2003 (SY2003), AgainstAll2003, «Яблоко», СПС (в некоторых случаях общая сумма Turnout2004, Putin2004, Kharitonov2004, СПС и Яблоко); голосование «против всех» на выбоGlaziev2004, Khakamada2004, рах в Государственную Думу 2003 г.; участие в выAgainstAll2004 борах 2004 г., доли голосов за В. Путина, Н. Харитонова, С. Глазьева, И. Хакамаду и «против всех» в 2004 г.

El99right Электоральная поддержка правых, либеральных списков El99extrem Электоральная поддержка экстремистских списков El99confrm Электоральная поддержка социал-демократических и иных некоммунистических (конформистских) списков Продолжение таблицы 2.1 conflicts_reg Конфликты между ветвями (уровнями) власти в регионе после 2002 г.

governor_changed Сменен губернатор (после 2001 г.) business_underattack Атаки на крупный бизнес (лишение свободы предпринимателя, закрытие бизнеса или продолжительная – более месяца – остановка бизнеса при проведении «проверок», расследований и т.п.) federal_pressure_vs_business То же, но, очевидно, по инициативе федеральных властей («ЮКОС», «Сахалин») G_Spendin2005_pc Расходы регионального бюджета на душу населения в 2005 г.

Salarbrut05 Средние зарплаты (до уплаты налогов) Mobilper1000 Число мобильных телефонов на 1000 жителей Dummy_Rent_Geo Дамми на географическую ренту региона Dummy_Rent_Nat Дамми на природную ренту региона Carsper1000 Число автомобилей на 1000 жителей Примечание. Все показатели либо выражены в процентах, либо нормированы по численности населения региона. Основные подходы при выборе переменных заимствованы из работы, посвященной анализу источников правовых и политических рисков в российских регионах 2002 г. (Мау, Яновский, Жаворонков, Ледерман и др., 2002).

2.2. Сравнение с методологией проектов 2001–2002 гг.

На предыдущей стадии проекта (см. (Мау и др., 2002)) для анализа зависимости экономического состояния регионов от различных политэкономических показателей применялся регрессионный анализ в комбинации с факторным анализом для отбора сравнительно небольшого числа главных объясняющих факторов из большого количества переменных. В настоящей работе (детали методологии приводятся ниже) было принято решение отказаться от факторного анализа, что было обусловлено следующими соображениями.

С одной стороны, выделение главных компонент (при наличии у них очевидной интерпретации) помогает выбрать из большого числа переменных ограниченное число факторов, которые в дальнейшем можно использовать для регрессионного анализа. Это становится тем важнее, чем меньше наблюдений присутствует в исходной выборке. Так как в данной ситуации число наблюдений достаточно мало (76–78), то такой подход для отсеивания излишних переменных выглядит приемлемым.

С другой стороны, наряду с указанным преимуществом, предварительный отбор переменных с помощью факторного анализа имеет ряд существенных недостатков. Главным из них является трудность интерпретации полученных результатов. При этом, если даже ясно, какие переменные внесли основной вклад в соответствующий фактор, проблема с интерпретацией все равно остается.

Данный недостаток проще всего увидеть на примере методологии предыдущей работы. В ней для регрессионного анализа использовались 9 главных факторов, полученных с помощью факторного анализа. В частности, при анализе связи экономического роста в регионах и различных политэкономических переменных второй фактор был интерпретирован как показатель независимости СМИ в регионе, а десятый – как показатель ситуации с защитой прав и наличием индивидуальных налоговых льгот (см. (Мау и др., 2002, с. 11–12)). Как видно, интерпретация десятого фактора на основе переменных, которые входят в него с наибольшими весами, оказалась достаточно туманной. Самой большой проблемой в этом примере является «цена», которой достигается формальная ортогональность (линейная независимость) главных компонент. Используемые факторы являются ортогональными по построению. А это вместе с предложенной интерпретацией непосредственно приводит к выводу о некоррелированности «независимости СМИ» (главная компонента 3) и активности правозащитных организаций (главная компонента 2). Очевидно, что в реальности данные два показателя коррелированны, т.е.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 33 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.