WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 33 |

Вопрос же о том, насколько активно при этом должны вести себя государственные органы и кому именно достанутся блага, дискутируется на обоих уровнях. Примером является полемика в руется на обоих уровнях. Примером является полемика в провинции Альберта по вопросу о частичной приватизации национальной системы здравоохранения. Подобные вопросы всегда сохраняют свою актуальность независимо от партийных связей.

В Канаде премьеры провинций имеют достаточно свободы для маневрирования, чтобы поддерживать именно те программы, которые, по их мнению, направлены на благо подконтрольных им территорий, невзирая на то, кто находится у власти в Оттаве. Такой порядок вещей ослабляет партийную систему, ибо лишает партийное руководство федерального и провинциального уровней единой платформы. Так, «красный тори» Уильям Дж. Дейвис, премьер-министр провинции Онтарио, в 1980-е гг. поддерживал политику в области энергетики либерального премьер-министра П. Трюдо, а также его попытку ослабить конституционные связи между Канадой и Соединенным Королевством, в то время как прочие премьеры (как и Прогрессивно-консервативная партия на общенациональном уровне) яростно сопротивлялись политике, проводимой П. Трюдо.

Политическому курсу, проводимому прогрессивными консерваторами, никогда не принадлежала сколь бы то ни было заметная роль в политике Квебека на региональном уровне, главным образом потому, что тори федерального уровня установили определенное соотношение сил с «кредистами» (квебекским отделением партии «Социальный кредит»), «Национальным союзом» и Квебекской партией (Parti Quebecois (PQ)). В Квебеке действуют как федеральное, так и провинциальное «крыло» либеральной партии, однако их тесному сотрудничеству был положен конец в 1964 г., когда взгляды их разошлись в вопросе о придании данной провинции более автономного статуса.

Конституционное право определяет Канаду как Федерацию, однако в реальной жизни она все в большей степени приобретает черты унитарного государства, столицей которого является Оттава.

Провинции, подобно штатам в США или кантонам в Швейцарии, становятся всего лишь «административными агентствами» центрального правительства.

Подобная трансформация канадской федеральной системы началась после Второй мировой войны. С целью преодоления послевоенной экономической депрессии федеральное правительство, не встретив серьезного сопротивления со стороны оппозиции, начало применять ряд мер социальной защиты – страхование против безработицы, семейное пособие и т.д. При этом была создана система федеральных платежей, перечисляемых всем провинциям, с тем чтобы даже наиболее бедные из них были в состоянии обеспечивать минимальный уровень социальных услуг населению. Государство приступило тем самым к перераспределению экономических ресурсов и создало структуру, известную под названием «государство всеобщего благосостояния».

Территория Канады велика, и громадные расстояния отделяют центр от периферийных регионов. Провинции, расположенные в зоне прерий (Альберта, Манитоба и Саскачеван), исторически привыкли считать себя (с точки зрения экономического, социального и политического развития) находящимися далеко позади своих более богатых и сильных соседей – Онтарио и Квебека. Квебек полагает себя изолированным в плане языка, на котором говорит население, а провинции атлантического побережья – Новая Шотландия, НьюБрансуик, Остров Принца Эдуарда, а также Ньюфаундленд Лабрадор – находят себя бедными по сравнению со всеми остальными регионами Канады.

Позиции обеих партий – либералов и консерваторов – ориентированы на поддержание национального единства, перераспределение ресурсов от преуспевающих провинций в периферийные регионы в форме денежных трансфертов и на сохранение инициативного и деятельного «государства всеобщего благосостояния».

Жители западных территорий всегда с подозрением относились к федеральным законодательным инициативам, которые обычно ориентированы на интересы двух наиболее густонаселенных провинций – Онтарио и Квебека. Конфронтация доходила до того, что премьер-министр Альберты П. Локхид однажды обвинил Оттаву в «объявлении войны».

Таблица 3.Сводные данные по провинциям Канады Размер выравВВП на душу нивающих % от общего населения, % Численность Название провинции или трансфертов в объема ВВП от среднего по населения в территории 2006–2007 гг. на в 2005 г. стране показа- 2005 г.

душу населения, теля в 2005 г.

кан. долл.

1 Онтарио 39,29 101,10 12 541 400 – 2 Квебек 20,09 85,30 7 598 100 3 Альберта 15,78 156,30 3 256 800 – 4 Британская Колум- 12,00 93,10 4 254 500 бия 5 Саскачеван 3,11 100,80 994 100 6 Манитоба 3,06 84,00 1 177 600 1 7 Новая Шотландия 2,30 79,10 937 900 1 8 Нью-Брансуик 1,73 74,40 752 000 1 9 Ньюфаундленд и 1,57 98,40 516 000 1 Лабрадор 10 Остров Принца 0,30 70,70 138 100 2 Эдуарда 11 Северо-Западные 0,30 223,90 43 000 – территории 12 Юкон 0,11 96,10 31 000 – 13 Нунавут 0,08 86,60 30 000 – Всего: Канада 100 100 32 270 500 – Источник: По данным Департамента финансов и Комитета по статистике Канады.

После 1947 г., когда было обнаружено нефтяное месторождение в окрестностях Ледюка, развитие добычи сырой нефти и природного газа превратило Альберту в бурно развивающийся индустриальный центр. В результате повышения по решению ОПЕК цен на энергоносители в 1973 г. резко возросла роль Альберты как производителя энергоресурсов, и, таким образом, «центр экономического притяжения» и благосостояния сместился к западу. Началась миграция населения и инвестиционного капитала – эти ресурсы теперь покидают давно существующие индустриальные центры на востоке и перете кают в поисках новых рабочих мест и прибылей в Альберту. Имея на своей территории 3,3 млн человек, или 10% всего населения Канады, провинция Альберта производит 15,8% ВВП, и показатель этот растет из года в год. Соседняя с ней провинция Саскачеван в настоящее время также переживает нефтедолларовый бум, хотя нефтяные месторождения на ее территории менее обширны (в основном это тяжелая нефть). То же самое характеризует и Британскую Колумбию, где имеются значительные залежи природного газа.

Имея в своем распоряжении миллиарды долларов роялти, правительства этих провинций направляют средства на долгосрочные социальные меры – обеспечение населения дешевым медицинским страхованием и доступными медицинскими услугами, инвестиции с целью создания прочной экономической базы, льготы и субсидии в сфере НИОКР и т.д. Иными словами, они теперь проводят в жизнь ту самую политику радикальной государственной интервенции, против которой сами так неистово боролись, когда подобные же меры проводились в жизнь федеральным правительством. Рано или поздно канадские политические деятели придут к компромиссу, который позволит им всем забирать чуть больше средств у производителей.

Многие проблемы, волнующие современные правительства, выходят за рамки границ юрисдикции, довольно нечетко обозначенных в конституционном законе. Общенациональные цели нередко могут быть достигнуты лишь при содействии со стороны провинций; в свою очередь, для решения задач, стоящих перед провинциями, часто необходима помощь федерального правительства. По мере возрастания роли правительственных структур в сферах социальной, экономической и иной политики увеличивается и потребность в кооперации и координации, при этом растут и издержки, связанные с отсутствием таковых. В рамках взаимоотношений между федеральным центром и провинциями, а также благодаря таким инструментам, как межправительственное финансирование, программы софинансирования затрат и т.п., федеральное правительство весьма активно задействовано во многих сферах, относимых в основном к юрисдикции провинций. Провинции же все более стремятся оказывать влияние на политику федерального правительства в таких сферах, как внешняя торговля и транспорт. Таким образом, отношения между центром и провинциями развиваются в основном под влиянием изменения той роли, которую играют правительственные структуры в рамках канадского федерализма.

Характер этих отношений зависит и от политических факторов.

Слабость механизмов регионального представительства в федеральном правительстве, а также повышение роли регионов в поддержке на выборах основных общенациональных политических партий на протяжении последних десятилетий способствовали повышению потенциала провинций в их способности выступать в качестве основных выразителей региональных интересов. Трудность задачи перераспределения власти конституционным путем способствовала созданию неформальных механизмов оказания давления.

Особенности отношений между федеральным центром и провинциями определяют и характер практически всех масштабных мероприятий, проводимых в жизнь правительством Канады; отношения эти непрерывно эволюционируют. Период 1950–1960-х гг. обычно называют эпохой «кооперативного федерализма», когда неуклонно возраставший ресурсный потенциал страны и консенсус по приоритетным вопросам, достигнутый между федеральным центром и правительствами провинций, способствовали развитию технического сотрудничества между представителями различных властных структур. Для того времени были характерны отсутствие крупных конфликтов и широкое распространение программ софинансирования затрат.

Однако, по мере того как формировался современный аппарат для обеспечения скоординированной деятельности различных уровней правительства, напряжение начинало возрастать. Обеспокоенность провинций содержанием инициатив, навязываемых федеральным центром и характеризуемых искажением приоритетов, особенно ярко проявившаяся в возросшей самоуверенности Квебека, имела источником как новый политический потенциал, обретенный на уровне провинций и позволивший им выработать свои собственные четкие позиции, так и новую роль, которую теперь играли правительства и которая обеспечивала им возможности для дивергенции центра и регионов. Таким образом, процесс развития отношений между федеральным центром и провинциями перешел в новую фазу, получившую название «исполнительный федерализм», которая характеризовалась политизацией межправительственных отношений, широким взаимным проникновением и взаимозависимостью двух уровней власти, уверенной позицией провинций и возрастанием уровня конфликтности.

Росту напряженности способствовали и финансовые ограничения, характерные для периода 1970-х гг., а также концентрация управленческих функций в сфере отношений между федеральным и провинциальным уровнями власти в руках технократов, роль которых все более возрастала, замещая собой прежнюю «функциональную кооперацию» между представителями официальных структур, когда они совмещали дисциплинарную ответственность с определенными формами конкуренции в сфере юрисдикции.

Общий настрой и стиль отношений между федеральным центром и провинциями заметно менялся с течением времени. Так, в послевоенный период понятие «кооперативный федерализм» означало определенную систему финансового и политического руководства из федерального центра. В 1960-е и 1970-е гг., по мере возрастания силы и уверенности провинций, эти отношения приобретали все более равноправный характер и рассматривались в основном как механизм успешного предъявления требований со стороны провинций, претендовавших на получение более высокой доли средств из доходной части государственного бюджета, большей свободы для проявления своих политических инициатив и большего влияния на федеральную политику, касающуюся вопросов, относимых к сфере их юрисдикции. Подъем национализма в Квебеке, уверенно заявившего о себе, а позднее – и рост напряженности в межрегиональных отношениях по вопросу об энергоносителях в 1960-е и 1970-е гг., наряду с глубокими разногласиями и по поводу самой Конституции заставили многих по-иному взглянуть на существующие связи между уровнями власти уже не как на основу для гармоничной кооперации, а как на источник растущих разногласий.

Либеральное правительство 1980–1984 гг., озабоченное тенденцией к усилению власти на уровне провинций, стремилось свести к минимуму роль отношений между ними и федеральным центром в совместной выработке решений, действуя по многим направлениям своей деятельности в одностороннем порядке и стараясь наладить связи напрямую с населением и общественными группами в провинциях, не прибегая к посредничеству местных администраций. А правительство консерваторов, наоборот, сделало своей основной целью восстановление «национального согласия» и стремилось вернуть прежний гармоничный характер отношений между уровнями власти, консультируясь с провинциями по целому ряду вопросов.

Возвращение в 1980 г. к власти либерального правительства, возглавляемого П. Трюдо, возвестило начало периода, в течение которого напряженность, характеризовавшая многие сферы в эпоху «исполнительного федерализма», вылилась в открытые конфликты. В начале 1980-х гг. федеральное правительство проявляло повышенную готовность действовать в одностороннем порядке при отсутствии согласия между двумя уровнями власти, особенно в вопросе об ослаблении конституционных связей между Канадой и Соединенным Королевством и при введении в действие в 1980 г. Национальной энергетической программы. Кроме того, в это же время применялись финансовые ограничения с федерального уровня к трансфертам, перечисляемым провинциям, в частности путем внесения в 1984 г. изменений в Закон об устройстве государственных финансов и финансировании утвержденных программ (The Fiscal Arrangements and Established Programs Financing Act), причем без консультаций с провинциями, в результате чего расходование федеральных денежных средств на здравоохранение и послешкольное образование стало осуществляться с применением ограничений.

Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 33 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.