WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 13 |

В целом же на фоне двукратного сокращения уровня бедности соотношение представительства основных социально-демографических групп в структуре бедного населения не изменилось. По-прежнему самая массовая категория — это население в трудоспособном возрасте, среди которого по рискам бедности лидирует молодежь: представительство молодых в кругу бедных выше, чем в общей численности населения. Для детей также риск бедности выше среднероссийского уровня, а лица старше трудоспособного возраста, наоборот, при удельном весе в общей численности населения в 2006 г. на уровне 16,8% среди бедных составляют только 13,1%, несмотря на наметившуюся тенденцию увеличения их доли в последние 3 года. Тот факт, что растет значимость такой группы, как экономически неактивные в трудоспособном возрасте, косвенно указывает на маргинализацию данной группы населения. Этот вывод подтверждается и результатами специализированных исследований, согласно которым в этой группе широко представлена молодежь мужского пола, которая не работает, не учится и не ищет работу1. Изменения в образовательном профиле бедного трудоспособного населения указывают на сокращение представительства групп с высшим образованием с 20,7% в 2000 г. до 13,2% в 2006 г.Рассматривая профиль бедности, нельзя также оставить без внимания еще один важный методологический аспект измерения бедности. В большинстве развитых стран при сравнении доходов семей различного состава используют не просто Бедность и благосостояние домохозяйств Ленинградской области. По результатам выборочного опроса домохозяйств в апреле 2005 г. СПб., ООО «Селеста», 2007.

Социальное положение и уровень жизни населения России: Стат. сб. / Госкомстат России.

М., 2001. С. 144; Социальное положение и уровень жизни населения России: Стат. сб. / Росстат. М., 2007. С. 149.

1070 Часть V. Процессы социального развития и общественные институты душевые доходы, а эквивалентные душевые доходы, что позволяет учитывать эффект экономии на масштабе, возникающий при совместном проживании нескольких членов семьи1. Внедрение таких шкал, как правило, приводит к сокращению уровня бедности и изменению его профиля. Применение западных шкал эквивалентности в России, возможно, не совсем корректно, поскольку эффект экономии увеличивается с ростом благосостояния и в случае высокой стоимости расходов на коммунальные платежи, содержание и аренду жилья. Однако учет только экономии на питании, оцененный Kорчагиной И.И.2, которая разработала шкалу эквивалентности, учитывающую различия в стоимости душевого питания семей различного состава из однотипных доходных групп, существенно меняет наши представления о бедности.

В табл. 28.3 представлены авторские оценки уровня бедности в случае применения шкал эквивалентности и без таковых для данных Национального обследования благосостояния и участия населения в социальных программах3. В данном случае применена шкала Kорчагиной, согласно которой для приведения к сопоставимым душевым доходам совокупные доходы семьи из двух человек делятся на 1,77; из трех — на 2,43; четырех — 3,10; пяти — 3,83; шести — 4,71; семи — 5,79.

Очевидно, что применение даже национально ориентированной шкалы эквивалирования доходов существенно снижает уровень бедности (с 26,5 до 18%), при этом сокращается разрыв между рисками бедности для семей с детьми и пожилых, хотя соотношения со средней не меняются: дети продолжают лидировать по вероятности попадания в число бедных, а семьи пожилых, наоборот, отличаются минимальными рисками бедности. Эти результаты принципиальны для целей политики: игнорирование эффектов экономии на размере семьи будет смещать профиль бедности в сторону семей с детьми. Пока риск бедности семей с детьми существенно выше, чем у домохозяйств пенсионеров, данные методологические издержки не принципиальны, но если учитывать принятый курс на поддержку семей с детьми, в будущем можно пропустить уязвимость такой электорально активной группы, как пенсионеры.

Таблица 28.Риск бедности для семей разного социально-демографического типа при использовании шкал эквивалентности, НОБУС, 2003 г., % от числа домохозяйств (разного) демографического типа Демографический тип семьи Душевые доходы Эквивалентные доходы 12 Домохозяйства с детьми: 54,6 39,Супруги с 1 ребенком 31,3 19,Kорчагина И.И. Разработка регионального инструментария измерения бедности для целей адресных социальных программ. Статья в сборнике «Социальная политика: реалии XXI века».

Вып. 3/2007. Независимый институт социальной политики. М.: НИСП, 2007. С. 3—31.

Там же.

Речь идет о результатах обследования 44 529 домашних хозяйств, проведенного Росстатом во II квартале 2003 г. Данный информационный ресурс широко используется для оценки и моделирования показателей уровня и качества жизни в анализируемый период. Подробное его описание см.: Бедность и неравенство в России: зависимость статистических показателей бедности и неравенства от метода измерения благосостояния домашних хозяйств. Иллюстрация на основе данных НОБУС / Э. Теслюк, Л. Овчарова; Под общей редакцией Р. Емцова. М.: Алекс, 2007.

Глава 28. Динамика уровня бедности в условиях экономического роста Окончание табл. 28.12 Супруги с 1 ребенком и другими родственниками 39,7 21,Супруги с 2 детьми 50,9 33,Супруги с 2 детьми и другими родственниками 58,0 36,Супруги с 3 и более детьми 74,1 61,Супруги с 3 и более детьми и другими родственниками 79,7 69,Мать (отец) с детьми 49,8 40,Мать (отец) с детьми и др. родственниками 52,9 34,Домохозяйства без детей: 17,0 12,Домохозяйства пенсионеров 7,7 6,Домохозяйства трудоспособных 19,3 16,Домохозяйства пенсионеров и трудоспособных 24,0 14,Все домохозяйства 26,5 18,Завершая рассмотрение основных характеристик бедности, следует остановиться на такой проблеме, как хроническая бедность. Согласно нашим оценкам на основе данных Российского панельного обследования экономического благосостояния и здоровья населения (РМЭЗ1), 5% опрошенных домохозяйств являлись постоянно бедными с 1996 по 2006 г. И это при условии, что 52% оказывались в числе бедных хотя бы один раз в течение десятилетнего периода. Большинство представителей группы застойно бедных утратили связь с рынком труда, исключены из участия в программах поддержки бедного населения и в разной степени демонстрируют модели асоциального поведения. Аналогичные причины бедности характерны еще для 5% населения, которые были бедными постоянно на протяжении периода экономического роста (2001—2006). Длительность периода бедности у них несколько короче, но и данную группу можно рассматривать как хронически бедных, поэтому можем говорить о масштабах застойной бедности, оцененных на основе выборочных данных, на уровне 10% от общей численности домохозяйств, в которых проживает 14% населения.

Опыт работы с данными РМЭЗ свидетельствует о том, что они смещены в сторону низкодоходных слоев населения, и если переносить выборочные результаты на население России в целом, то речь идет о 6—7%, что составляет половину бедного населения. Учитывая тот факт, что они практически потеряли устойчивые связи с рынком труда, возможные пути их выхода из бедности следует связывать с развитием адресных программ, опирающихся на механизмы сочетания системы пособий с низкооплачиваемой занятостью. Kак правило, такие программы работают на принципах контроля доходов и социального контракта с получателями, что позволяет интегрировать бедных в модели экономической активности и социального развития.

РМЭЗ — панельное обследование уровня жизни и здоровья российских домохозяйств.

Данный расчет выполнен на раундах 1996, 1998, 2000, 2001, 2002, 2003, 2004, 2005, 2006 гг.

Более ранние года не рассматривались авторами по причине того, что панельная часть выборки уменьшается из года в год, что делает ее нерепрезентативной для анализа бедности.

1072 Часть V. Процессы социального развития и общественные институты 28.3. Структурный и динамический анализ изменений в доходах населения Что способствовало снижению уровня бедности Для понимания данного вопроса обратимся к данным о динамике уровня реальных доходов (данные за декабрь соответствующих лет)1 и неравенства, участии населения в социальных программах и их влиянии на уровень жизни получателей.

Рассматриваемый период (2000—2007) отличался ускоренными темпами роста доходов, заработной платы и пенсий (рис. 28.4). В результате к 2007 г. официально учитываемая реальная средняя заработная плата и душевые доходы практически утроились (зарплата составила 291% от уровня 1999 г., а доходы — 280%), а средняя пенсия преодолела порог удвоения, достигнув уровня 228% от самого минимального уровня за весь переходный период. Дальнейший анализ тенденций изменения реальных доходов, заработной платы и пенсий в обозначенном временном промежутке предварим описанием ситуации в точке отсчета, каковой считаем послекризисный 1999 г. (рис. 28.5). В ней реальная заработная плата (без учета скрытой) и пенсия достигли минимума за весь переходный период, составив, соответственно 30,6 и 27,5% от уровня 1991 г., предшествующего либерализации цен и практически двукратному падению реальных доходов. Реальные доходы и оплата труда (с учетом скрытой) смогли удержаться несколько выше уровня кризисного 1992 г., в основном за счет скрытой от наблюдения оплаты труда и новых источников доходов, каковыми являются доходы от собственности и предпринимательский доход. Таким образом, период экономического роста стартовал в условиях, когда реальные доходы, средние заработная плата и пенсия находились на уровне в два и более раза ниже предреформенного.

Надо отметить, что на рассматриваемом временном интервале 2003 г. был наиболее успешным. Рост ВВП составил 107,3%, инфляция снизилась до уровня 12% (преддефолтный уровень 1997 г.), темп роста реальных денежных доходов населения относительно декабря 2002 г. составил 126,5% (это наибольший рост реальных денежных доходов за весь период реформ), доля бедного населения сократилась до 21,9% (29,6 млн человек).

Происходившие позитивные изменения в динамике доходов населения в 2000— 2007 гг. сопровождались трансформацией их структуры по источникам поступления. Более высокие темпы роста средней заработной платы способствовали увеличению ее доли в структуре доходов: с 62,8% в 2000 г. до 64,9% в 2006 г. Вместе с тем доля заработной платы продолжает оставаться ниже предреформенного уровня. В значительной степени это связано с замещением данного вида денежных поступлений населения новой формой трудовых доходов — доходами от предпринимательской деятельности. В совокупности с фондом оплаты труда наемных работников в 2005 г. они составили 76,2% всех денежных доходов. Удельный вес рыночных видов доходов населения, таких как предпринимательский доход и доходы от собственности, существенно увеличился (в 3,3 раза) по сравнению с периодом начала масштабных экономических трансформаций. В совокупности в 2006 г. такие доходы стали составлять 1/5 часть общего объема.

Авторские расчеты на основе официальных данных о душевых доходах, средней пенсии и заработной плате, индексе потребительских цен.

Глава 28. Динамика уровня бедности в условиях экономического роста 1999 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 1999 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 Реальные денежные доходы реальные денежные доходы реальная з/п без учета скрытой оплаты труда Реальная заработная плата без учета скрытой оплаты труда реальная з/п с учетом скрытой оплаты труда Реальная заработная плата с учетом скрытой оплаты труда реальные пенсии Реальные пенсии Рис. 28.4. Динамика доходов, заработной платы и пенсий в 1999—2007 гг., данные за декабрь, в % к 1999 г.

1991 1992 1993 1994 1995 1996 1997 1998 1999 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 1991 1992 1993 1994 1995 1996 1997 1998 1999 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 Реальные денежные доходы реальные денежные доходы Реальная заработная плата без учета скрытой оплаты труда реальная з/п без учета скрытой оплаты труда реальная з/п с учетом скрытой оплаты труда Реальная заработная плата с учетом скрытой оплаты труда реальные пенсии Реальные пенсии Рис. 28.5. Динамика доходов, заработной платы и пенсий в 1991—2007 гг., данные за декабрь, в % к 1991 г.

1074 Часть V. Процессы социального развития и общественные институты На фоне формирования рынка труда с высокой гибкостью его ценовой компоненты институциональные условия его функционирования всячески способствовали развитию нестандартных форм оплаты, выводящих ее за пределы статистического наблюдения. Проводимые начиная с 1999 г. Госкомстатом РФ исследования по количественному измерению скрытой заработной платы позволили получить оценки масштабов данного явления, которые представлены в табл. 28.4.

Таблица 28.Скрытая и наблюдаемая часть заработной платы, % от объема доходов населения 1999 2000 2001 2002 2003 2004 2005 Доходы населения 100 100 100 100 100 100 100 Наблюдаемый фонд оплаты труда 35,3 38,1 38,7 41,0 39,5 40,5 40,0 39,Скрытый от наблюдения фонд оплаты труда 31,2 24,7 25,9 24,8 24,4 24,5 23,4 24,Совокупный фонд оплаты труда 66,5 62,8 64,6 65,8 63,9 65,0 63,4 64,Источник. Рассчитано по данным статистического сборника «Социальное положение и уровень жизни населения 2000—2007 гг.» Очевидно, что без учета скрытой оплаты труда удельный вес заработной платы в доходах составляет существенно меньшую долю, а объемы нерегистрируемых заработков таковы, что могут кардинально изменить наши представления об уровне и дифференциации оплаты труда. Вместе с тем все официальные оценки неравенства в заработках базируются на данных о статистически наблюдаемой их части, поэтому большинство выводов о динамике неравенства в оплате труда базируется пока еще на слабой методологической базе.

Несмотря на то что данная работа сфокусирована на периоде экономического роста, при рассмотрении доходов следует обратиться к более длинному динамическому ряду характеристик динамики доходов, оплаты труда и пенсий, и, прежде всего, потому, что в конце 2005 г. реальные доходы достигли предреформенного уровня, и это свидетельствует о завершении этапа восстановления доходов, который длился 14 лет. Годом позже фиксируется момент восстановления реальной средней заработной платы (включая скрытую), чего пока нельзя сказать о статистически наблюдаемой оплате труда и пенсии. На фоне всех источников доходов наиболее проблематичным является пенсионное обеспечение населения (см. рис.

28.4 и 28.5). Реальная пенсия не только не достигла уровня 1991 г., но и темпы ее роста начиная с 2005 г. стали резко отставать от роста других источников доходов.

В результате средняя пенсия достигла уровня прожиточного минимума пенсионеров и замерла на этом уровне, что позволяет рассматривать текущую пенсионную систему всего лишь как институт противодействия бедности, а не устойчивого развития. Реально уязвимой группой в данном случае становятся неработающие женщины пенсионных возрастов (см. табл. 28.2), которые чаще, чем мужчины, проживают совместно с неработающими в трудоспособном возрасте.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 13 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.