WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

Медиаобразование. В Стратегии нет ни слова о значимости и необходимости медиаобразования (есть только слова об ИКТ-образовании, которое, по-видимому, в понимании авторов документа сводится опять-таки к техническим умениям пользоваться ИКТ-техникой). Между тем, как следует из документов ЮНЕСКО о медиаобразовании года, «Для осуществления главных целей медиаобразования ЮНЕСКО стремится активно содействовать: сравнительному анализу существующих в развитых странах методологий и методик медиаобразования (с последующим распространением наиболее перспективных из них); обучению медиаграмотности преподавателей, студентов, инструкторов, членов неправительственных организаций и ассоциаций и других заинтересованных лиц;

официальной легализации медиаобразования в различных странах, разработке соответствующих учебных планов; созданию сборника кратких руководящих принципов медиаобразования, учебников и пособий для преподавателей и родителей, материалов, публикаций, наборов инструментария, адаптированного к региональным модулям);

сотрудничеству различных медиаагентств, благотворительных фондов с учебными заведениями, неправительственными организациями, другими частными или общественными учреждениями, имеющими отношение к образованию и воспитанию;

разработке и внедрению медиаобразовательных сайтов в Интернете для практиков, преподавателей и инструкторов (с условиями доступа к необходимым ресурсам);

организации местных, национальных и международных медиаобразовательных форумов (с установленной периодичностью), связанных с учебными заведениями; созданию сети специализированных медиаобразовательных фильмов и фестивалей; консолидации существующих федераций, профессиональных ассоциаций и центров документации медиаобразовательного характера; публикации рекомендаций в поддержку общественных медиа (некоммерческих и коммерческих), рассчитанных на детскую и молодежную аудиторию; контролю над деятельностью медиа-агентств разных видов, чтобы гарантировать качество и доступ к средствам массовой коммуникации для молодежи и т.д.

Информационная культура. Джон Нейсбит еще в 1982 году в работе «Мегатренды» указывал, что всякая новая технология сопровождается компенсаторной гуманитарной реакцией. Это означает, что информационная культура должна превалировать над информационной грамотностью, но именно последнюю и отстаивают авторы концепции, опоздав, как минимум, на двадцать лет.

Россия в ЮНЕСКО в мае 2004 года заявила примат «информационной культуры», над «информационной грамотностью». Нам, наверное, есть смысл продвигать эту концепцию в первую очередь у себя в стране, не следую странам, которые не имеют необходимого потенциала в области образования, науки, культуры и коммуникаций. Фактически внедрение концепции «информационной культуры» может стать эффективным механизмом в преодолении цифрового разрыва «Новый энциклопедизм» информационного общества требует преодоления разрыва между технократами (специализация без культуры) и гуманитариями (культура без специализации).

Это – задача создания класса переводчиков-трансдисциплинарников, которые могли бы транспонировать исходные допущения и методологии из одной дисциплины в другую.

Руководствуясь именно такими принципами, можно вывести Стратегию на должный уровень, соответствующий требованиям современности.

Правовая и государственная политика. Некоторые из «приоритетных направлений и механизмов информационного развития» не выдерживают критики в качестве таковых:

авторы «Стратегии», например, ограничиваются утверждениями, что вопросы правового регулирования использования Интернет «должны быть решены» (не объясняя, как именно решены, и чем продиктована необходимость такого решения); что институты защиты интеллектуальной собственности подлежат «дальнейшему совершенствованию» (хотя совершенствование любого правового аппарата является закономерными и естественным) и т. д. Подобные утверждения должны служить «концептуальной основой для разработки и систематической корректировки… программ информатизации», но для приобретения статуса концептуальной основы их очевидно недостаточно. Тем не менее, они сочетаются с четко определенными задачами информационного развития (построение «электронного правительства» для большей открытости государственной власти и пр.), и в данном отношении Стратегия вполне продуктивна.

Несмотря на то, что Стратегия должна иметь свойство общенационального «политического документа», разноуровневый, разноплановый характер «Приоритетных направлений» требует обозначить функции субъектов ее реализации и, прежде всего, конкретные функции государства.

«Приоритетные направления» должны быть обеспечены «ресурсами общества и государства», но основная часть действий в рамках каждого из них (1–5) может быть выполнена только органами власти. Субъектом реализации направления 6 (развитие нормативно-правовой базы), которым регулируются все остальные направления, может быть исключительно государство, — и в этой связи непонятен тезис авторов о том, что государство «должно играть активную роль в нормативно-правовом регулировании».

Нормативные механизмы, обеспечивающие эффективное функционирование ИКИ, относятся к направлению 6, но включены в направление 1 как составная часть самой ИКИ, что представляется необоснованным.

Авторы вообще не предусматривают такой важной сферы управления информатизацией, как контроль со стороны государства за внедрением и использованием новых технологий, информационными системами и потоками, а также границы этого контроля. Данный раздел логично включить в направление 4 «Обеспечение информационной безопасности страны».

«Создание информационного миропорядка» (направление 5), выдвигаемое в качестве цели, выходит не только за рамки национальной стратегии, но и за пределы реальных возможностей отдельного государства. В то же время именно здесь должны быть прописаны позиции по участию России в WSIS, ЮНЕСКО, Совете Европы, СНГ, ШОС в части формирования согласованной международной информационной политики.

Взрывные темпы появления новой информации и ее исчезновения диктуют необходимость формирования надежных систем хранения, централизованного резервирования и копирования электронных и иных баз данных, а также определения правил доступа к ним.

Между тем накопление и архивация массивов данных, системы их эффективного и своевременного использования и их нормативно-правовое обеспечение в Стратегии не рассматриваются.

Необходимо отметить, что многие пункты «Приоритетных направлений» (предпосылки и цели использования IT в различных сферах государственной деятельности; шаги по реализации Доктрины информационной безопасности Российской Федерации, утвержденной Президентом РФ 09.09.2000; принятие закона об электронном документообороте и совершенствование существующей законодательной базы; внесение изменений и дополнений в ФЦП «Электронная Россия (2002–2010 годы)» и т.д.) уже разработаны более детально и приняты в рамках Концепции использования информационных технологий в деятельности федеральных органов государственной власти до 2010 года, утвержденной распоряжением Правительства Российской Федерации от 27 сентября 2004 г. №1244-р.

Пунктом 2 распоряжения утвержден План мероприятий по реализации Концепции Необходимо согласовать намеченные «Первоочередные действия по реализации национальной стратегии информационного развития» с разделами 3–6 Концепции и мероприятиями данного плана с тем, чтобы вписать предложения Стратегии в уже намеченную Правительством России схему внедрения и использования информационных технологий.

Интеллектуальная собственность. На настоящий момент российская правовая доктрина не выработала какой-либо определенной точки зрения на интеллектуальную собственность в киберпространстве. Принятые изменения и дополнения к российскому закону об авторских и смежных правах (ЗоАП) в 2004 году не внесли в решение этих проблем улучшений, а скорее создали дополнительные сложности. Это было подтверждено на проведенной нами VI Международной конференции «Право и Интернет».

Особо следует отметить, что отсутствие согласованной политики систем образования, науки, культуры и коммуникаций по разработке концепции электронной библиотеки.

Очевидно, что электронные библиотеки являются общедоступными, так как предоставляют доступ к электронным документам для всех категорий лиц. Между тем вызывает большое сомнение отнесение электронных библиотек к общедоступным библиотекам в смысле ФЗ «О библиотечном деле», по тем же самым признакам. Последними поправками к ЗоАП были внесены существенные изменения, некоторые из них имеют непосредственное отношение к рассматриваемому вопросу.

Возможно, вариантом решения может быть законодательное закрепление в ст. 1 ФЗ «О библиотечном деле» нового типа общедоступных библиотек – общедоступных электронных библиотек. Определение электронных библиотек как общедоступных, связано в первую очередь с невозможностью объективного контроля над пользователями данных библиотек, а во-вторых, дает возможность заранее определиться со статусом этих библиотек.

Экономика. В Стратегии не упоминаются такие меры, как создание современных отечественных научно-производственных и проектных центров, кооперация научноисследовательской сферы с институтами государства и экономики, системный подход в масштабах государства к использованию информационных баз проектов, разработок, изобретений, «ноу-хау», которые могут повысить конкурентоспособность российского производства через его реструктуризацию, облегчить горизонтальную и вертикальную интеграцию экономики.

Создание благоприятных условий для отечественного бизнеса оговаривается только в целях модернизации ИКИ (направление 1). В направлении 6 отмечается необходимость закрепления механизмов сотрудничества государственных предприятий и организаций с теми коммерческими структурами, которые работают на отечественном и мировом рынках ИК. Но сведение потенциала информационного развития к техническому усовершенствованию телекоммуникационных сетей при игнорировании знаниевых и инновационных активов государства недопустимо.

Доступ к информации. В «Стратегии» практически на рассматривается базовый вопрос формирования информационного общества о доступе к информации. Сегодня у России есть наработки в этом направлении. Реализуемая в нашей стране с 1998 года Минкультуры России, ФАПСИ, РФПР, МОО ВПП ЮНЕСКО «Информация для всех» при поддержке администраций субъектов Российской Федерации программа по созданию сети публичных центров правовой информации на базе общедоступных библиотек стала сегодня международно-признанной моделью доступа к социально-значимой информации. Её успешную презентацию Россия провела в ЮНЕСКО в 2003 году.

С принятием ЮНЕСКО «Рекомендации о развитии и использовании многоязычия и всеобщем доступе к киберпространству», а особенно «Руководящих принципов политики совершенствования информации государственной информации, являющейся общественным достоянием» всё мировое сообщество, и Россия соответственно, должны рассмотреть вопрос о новых подходах к формированию новой национальной политики доступа к информации. В то же время необходимо отметить, что у России есть норма Конституции о доступе граждан к информации, но нет закона и подзаконных актов, направленных на её реализацию.

Необходимо отметить, что целью вышеуказанных документов ЮНЕСКО является содействие совершенствованию государственной и муниципальной политики публичного доступа к государственной информации. Представляется, что повышение информационной открытости власти, прозрачности деятельности государственных органов и установление действенного общественного контроля за этой деятельностью также является для России сегодня одним из важнейших направлений совершенствования государственного и муниципального управления.

В частности документ ЮНЕСКО предлагает «Признать юридическую силу и аутентичность данных в электронных форматах» при соблюдении точности, своевременности и обновления информации государственных учреждений.

В то же время насущной проблемой в регионах Российской Федерации на современном этапе является не отсутствие законных оснований доступа к тем или иным информационным ресурсам, а локальное нормотворчество, произвольно устанавливающее ограничения на получение необходимых сведений. Это касается муниципальных и иных архивов, государственных предприятий и учреждений, органов власти в муниципалитетах, судов, пресс-служб должностных лиц и прочих инстанций, в которых действуют документально зафиксированные либо неформальные распоряжения, полностью противоречащие федеральному законодательству в части, касающейся доступа к открытым сведениям, аккредитации, выдачи справочных и подтверждающих документов и т.д.

Данный круг проблем непосредственно связан с общественной жизнью и относится к важнейшим проблемам информационной стратегии государства, т.е к рассматриваемой нами Стратегии.

Коммуникации. Разработчики Стратегии говорят о «ведущей роли государства в формировании стратегии консолидации всех слоев общества для решения информационных задач». Действительность не подтверждает это заявление. Проведенные например на региональном уровне в Архангельске исследования функционирования коммуникативной системы «Органы региональной государственной власти – сетевые СМИ – сетевые сообщества» показывают, что органы исполнительной, законодательной и судебной власти фактически не участвуют в прямом сетевом диалоге с избирателями. Общение подменяется однонаправленным информированием. Напротив, пользовательские сетевые сообщества проявляют высокую самостоятельность и инициативность, что подтверждает известный тезис Д. Нейсбита о том, что информационное общество строится «снизу – вверх», в отличие от общества индустриального.

Развивая мысль о «целенаправленной трансформации информационной среды в сетевые структуры организации жизни общества и государства», авторы «Стратегии…» по сути, предлагают экстраполировать идеи информационного общества на существующие социальные и медийные институты и практики. Это неправомерное упрощение задачи.

На самом деле всякая новая информационная технология сначала применяется обществом для решения насущных задач, а затем сама создает новые социальные структуры и механизмы. Поэтому и стратегия развития должна быть опережающей.

При этом важно иметь в виду, что информационное общество – это не надстройка к «обществу вообще», а вполне самостоятельная модель.

В построении политики коммуникаций в информационном обществе характерны децентрализация власти, увеличение роли местных инициатив и региональная самостоятельность, что плохо согласуется с современными российскими реалиями:

Pages:     | 1 || 3 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.