WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 |

Автором показано, что счет операций с капиталом и финансовыми инструментами в 1999–2007 годах, с одной стороны, положительно влиял на реальный сектор экономики России, являясь важным источников финансирования инвестиций в основной капитал, а с другой, – вызывал укрепление национальной валюты и ускорение инфляции. Поведение потоков капитала перед кризисными эпизодами, имевшими место в новейшей истории России (1997–1998 и 2008–2009 годы), однозначно указывает на резкое усиление оттока капитала из страны при первых признаках развития кризисных явлений. Учитывая возросшую роль частного капитала в развитии российской экономики, необходимо понимать, что по мере постепенного сокращения сальдо текущего счета платежного баланса РФ могут возникнуть предпосылки к новому масштабному оттоку частного капитала. Последнее, в свою очередь, приводит к возникновению серьезных проблем в экономике.

Таким образом, в диссертации была выявлена значимая зависимость денежно-кредитной сферы российской экономики от движения потоков капитала в/из России, причем наибольшее влияние оказывали движения капитала, осуществляемые частными компаниями нефинансового сектора (в значительной степени – компании с участием государства в капитале). Эти эффекты стали наиболее очевидны после либерализации валютного регулирования и валютного контроля в 2006-2007 годах.

Однако наиболее серьезной проблемой при исследовании денежнокредитной политики в России является учет зависимости экономики и поведения денежных властей от ситуации на мировых сырьевых товарных рынках. Колебания цен на нефть являются основной причиной колебаний соотношения спроса и предложения валюты на внутреннем рынке, изменения курса рубля и, соответственно, – фактором, определяющим ситуацию в денежно-кредитной сфере. Кроме того, как было показано выше, именно динамика курса рубля на протяжении долгого времени являлась неявной (фактической) целью проведения денежно-кредитной политики Банка России.

В качестве методологического аппарата и основы для разработки рекомендаций для Банка России по формированию оптимальной денежнокредитной политики с учетом конъюнктуры мировых сырьевых рынков в главе 6 проведен анализ эффективности денежно-кредитной политики в странах – крупнейших экспортерах нефти в 1986-2007 годах (с точки зрения стерилизации шоков денежного предложения, вызванных колебаниями экспортной выручки при изменении мировых цен на нефть).

В диссертации автором применен подхода, основанный на разделении периодов высоких и низких цен на нефть. Соответственно, исходная модель векторной авторегрессии была модифицирована для учета двух режимов (regime-switching vector autoregression). В сокращенном виде модель может быть записана следующим образом:

Yt = A(Li )Yt-i + Zt + t, где Y – вектор рассматриваемых переменных, Z – вектор экзогенных (внешних по отношению к вектору Y) переменных, E – вектор случайных ошибок, A(Li) – матрица лаговых операторов.

В работе вектор рассматриваемых переменных включает цены на нефть, реальный выпуск, реальный обменный курс, внутренний кредит, чистые внешние активы, инфляцию и сальдо государственного бюджета.

Вектор экзогенных переменных включает мировой выпуск и разницу между внутренними и внешними процентными ставками, либо внешнюю процентную ставку (шестимесячный LIBOR).

Переменная цен на нефть в модели была представлена в следующем виде:

OILt = OIL(St ) St (sL,sH) 1 OILt < OIL sL =, 0 OILt > OIL 0 OILt < OIL sH = 1 OILt > OIL OIL где St – переменная состояния (режима), – средний уровень цен, рассчитанный как среднее арифметическое цен на нефть сорта Brent за рассматриваемый период (1986–2007 гг., 26,66 долл. за баррель).

По результатам анализа в диссертации сделан вывод о том, что наиболее успешными с точки зрения стерилизации денежных эффектов ценовых шоков являются режимы инфляционного таргетирования. Однако такие выводы получены для наиболее развитых индустриальных экономик – Канады и Норвегии.

В арабских странах – экспортерах нефти, несмотря на идентичность режимов курсовой и денежно-кредитной политики (таргетирование фиксированного курса национальной валюты), ситуация, тем не менее различается. С одной стороны, при высоких ценах достаточно успешно осуществляющих стерилизацию на внутреннем денежном рынке Ливия, ОАЭ и, отчасти, Иран. Наибольших успехов при этом достигли Объединенные Арабские Эмираты, политика денежных властей в которых может рассматриваться как абсолютно независимая от внешних положительных нефтяных ценовых шоках. Одним из объяснений данного факта может быть существование в ОАЭ суверенных фондов, решающих не только фискальные, но и денежные задачи. Показательно, что низкие цены на нефть оказывают на экономику ОАЭ достаточно сильное влияние, особенно в части сокращения чистых иностранных активов денежных властей.

Для второй подгруппы арабских стран – Алжира, Кувейта и Саудовская Аравия – характерной чертой является «провал» политики стерилизации внешних шоков на денежном рынке. При этом если для Алжира и Кувейта это справедливо для любых ценовых шоков, то денежные власти Саудовской Аравии достаточно успешно противостоят сокращению денежного предложения при низких ценах, но оказываются беспомощными при росте экспортной выручки на внутренний рынок при высоких ценах.

Соответственно, при высоких ценах на нефть в Саудовской Аравии наблюдается значимое воздействие внешних шоков на динамику инфляции и реального курса риала.

Полученные автором результаты оценок для Венесуэлы и Нигерии свидетельствуют о достаточно слабом влиянии нефтяных цен на мировом рынке на ситуацию в экономике этих стран. По значениям объясненной дисперсии можно говорить о том, что денежные власти указанных стран достаточно успешно стерилизуют колебания денежной массы из-за внешних шоков. Однако такие результаты объясняются, в том числе, крайне высокой нестабильностью экономического, социального и политического положения в этих странах на протяжении рассматриваемого периода. Эффекты от внешних ценовых шоков накладываются на внутренние события, и разделить их в рамках нашего подхода не представляется возможным. Поэтому данные результаты не могут рассматриваться как адекватные реальности для этих двух стран.

Разложение вариации исследуемых переменных для Мексики показало, что высокие цены на нефть практически не оказывают влияние на экономику. Доля объясненной дисперсии в этом случае для всех переменных крайне низка. В то же время при падении цен на нефть влияние как на финансовый, так и на реальный сектор экономики прослеживается достаточно отчетливо. Результаты оценок свидетельствуют о том, что денежным властям не удавалось в полной мере противостоять сокращению денежного предложения на внутреннем рынке, наблюдалось увеличение колебаний реального ВВП, особенно доходов государственного бюджета.

Такое соотношение влияния высоких и низких цен на нефть может наблюдаться в том случае, когда нефтяной сектор занимает относительно небольшую долю в экономике, значительная часть добываемой нефти идет на внутреннее потребление, а издержки добычи нефти очень высоки. Однако в случае Мексики можно говорить и о том, что на периоды низких цен на нефть накладывались периоды усиления внутренней нестабильности, в частности, финансовый кризис 1994–1995 гг., а также воздействие со стороны прочих, ненефтяных, внешних факторов – например, кризиса на развивающихся рынках в 1997–1999 гг.

Результаты оценок для России при разных режимах в какой-то степени близки к результатам, полученным для Мексики, Саудовской Аравии, Венесуэлы и Норвегии. В частности, при обоих режимах не отвергается гипотеза о том, что Банк России не смог в достаточной степени стерилизовать колебания денежного предложения из-за притока/оттока средств на внутренний валютный рынок. При этом денежно-кредитная политика в большей степени была неэффективной при высоких ценах на нефть. Соответственно, при росте цен на нефть внешние факторы оказали сильное влияние на динамику реального ВВП, реального курса рубля и доходы федерального бюджета.

В то же время при низких ценах на нефть доля объясненной ценовыми шоками дисперсии рассматриваемых переменных (кроме чистых иностранных активов денежных властей) оказалась очень низка. Данный результат, по нашему мнению, может быть связан с тем, что период низких цен на нефть совпал с периодом трансформационного спада в экономике России, и влияние собственно нефтяного сектора было «зашумлено». Тем не менее, следует отметить, что среди всех результатов для режима низких цен на нефть наибольшая доля объясненной дисперсии приходится на доходы федерального бюджета, что еще раз подтверждает его зависимость от нефтяных цен.

Необходимо также отметить, автором не было выявлено влияние цен на нефть на динамику инфляции в случае высоких нефтяных цен, т.е.

практически на всем периоде устойчивого роста цен на нефть в 2000–годах. Данный факт может быть объяснен тем, что на протяжении данного периода доля собственно монетарных факторов (за которые могут отвечать цены на нефть в условиях неполной стерилизации денежного избытка ЦБ РФ) постепенно снижалась. Кроме того, на данном временном интервале, в целом, наблюдался тренд к снижению инфляции после крайне высоких значений в 1990-е годы, однако используемая методика не позволяет выявить такие эффекты как замедление или ускорение темпов инфляции по отношению к тренду, а не по отношению с предыдущим значениями.

Далее в работе разработана и проанализирована теоретическая макроэкономическая модель общего равновесия, описывающая открытую экспортоориентированную экономику при условии экзогенно заданных изменяющихся цен на экспортируемый товар.

Основными экономическими агентами в данной модели являются домохозяйства, фирмы и государство. В выбранной нами форме полезность домохозяйств обладает свойствами класса Money-in-Utility функций (деньги в функции полезности), а именно определяется агрегированным потреблением, свободным временем и реальными кассовыми остатками.

Отечественные фирмы делятся на производящие торгуемые (экспортируемые) и неторгуемые (в том числе импортозамещающие, но не экспортируемые) товары. Для приближения модели к особенностям экспортоориентированной экономики России принято упрощение о том, что существует единственный торгуемый экспортируемый товар, причем отечественные фирмы обладают существенными сравнительными преимуществами в его производстве. Иными словами, внешние шоки не могут изменить экспортную ориентацию производства. Также предполагается, что экспортируемый товар не потребляется внутри страны, т.е. мы не рассматриваем случай арбитража между ценами на экспортируемый товар на внутреннем и внешних рынках.

В работе предполагается, что импортируемые и отечественные неторгуемые товары дифференцированы, и фирмы являются монополистическими конкурентами на рынке. Иными словами, данные товары не являются совершенными субститутами, соотношение импорта и отечественных товаров на рынке будет определяться их ценами, но потребление ни неторгуемого, ни импортируемого товара не может опускаться до нуля.

Ввиду того, что нас интересуют в первую очередь краткосрочные эффекты при выборе того или иного режима денежно-кредитной политики, а временной интервал между вложением инвестиций и увеличением выпуска в предполагаемом экспортном секторе (добыча нефти) сравнительно велик, в модели не рассматривается накопление капитала как фактор увеличения выпуска. Таким образом, выпуск в экономике (в краткосрочном периоде) определяется лишь трудовыми затратами.

Государство в модели представлено двумя агентами – органами денежно-кредитного регулирования (центральный банк) и фискальными органами (правительство). Поскольку конечной целью нашего построения является оценка последствий выбора того или иного режима денежнокредитной политики, параметры государственного регулирования задаются экзогенно. В частности, в модели предполагается, что налоги берутся только с производства. В работе не рассматриваются альтернативы выбора между инструментами денежно-кредитной и фискальной политики, вследствие чего предполагается отсутствие бюджетного дефицита/профицита и долга.

Также в модели не рассматриваются рынок капитала и трансграничное движение капитала. Соответственно, процентные ставки на внутреннем рынке могут отличаться от мировых.

Необходимо отметить, что все номинальные переменные в модели являются совершенно гибкими, а рынки при возмущении моментально приходят в равновесие.

В рамках решения данной модели автором проанализированы последствия выбора денежными властями одного из трех основных (таргетирование инфляции, обменного курса, денежного предложения) режимов денежно-кредитной политики в случаях высоких и низких текущих цен на нефть. Функция потерь общественного благосостояния (social loss function), значение которой минимизируется государством (в данном случае – денежными властями), имеет вид:

t = 1/2 ( – opt)2 + 1/2 (yin – yinopt)2, где opt – равновесное значение инфляции при условии плавающего обменного курса и rk = P*ex/P* = 1, yinopt – внутренний выпуск неторгуемых товаров в равновесии при условии rk = P*ex/P* = 1, – нормирующий множитель.

Как следует из модели, выбор оптимального (обеспечивающего минимальные потери функции общественного благосостояния по сравнению со случаем оптимальных значений инфляции и внутреннего выпуска) режима денежно-кредитной политики зависит не только от соотношения текущих цен экспорта и их долгосрочного уровня, но и от доли импортных товаров на внутреннем рынке. Все полученные условия выведены в предпосылке об отсутствии номинальной жесткости цен и курса национальной валюты.

Особое значение здесь имеет абсолютная гибкость цен на внутреннем потребительском рынке, позволяющая осуществлять «подстройку» экономики к низким ценам экспорта за счет дефляции.

Показатель доли импортных товаров на рынке отражает как размеры экономики (малая – большая8), так и степень диверсификации национальной экономики и соответственно возможность и скорость импортозамещения, либо потери внутренней конкурентоспособности.

В диссертации показано, что при высоких текущих ценах на экспортируемый товар и низкой доле импортных товаров на внутреннем рынке минимальные потери функции общественного благосостояния могут быть достигнуты в случае следования денежных властей режиму инфляционного таргетирования. В этом случае денежные власти могут обеспечить более низкие по отношению к альтернативным режимам темпы роста реального курса национальной валюты.

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.