WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 11 |

Ананьева человек рассматривается как система индивидуальных, индивидных, личностных и субъектных характеристик. В. Н. Мясищев рассматривал личность прежде всего как субъекта различных видов отношений, главными среди которых являются отношения к другим людям. В исследованиях интегральной индивидуальности В. С. Мерлин по сути раскрывает субъектные характеристики личности. Интегральная индивидуальность представляет собой многомерное образование, включающее уровни характеристик личности (свойства организма, параметры индивидуума, особенности познавательных процессов и характеристики метаиндивидуальности). Связь между различными уровнями индивидуальности обеспечивает своеобразная форма субъектности каждой личности [по 45].

На сегодняшний день накоплен богадый опыт исследования человека как субъекта профессиональной деятельности (Б. Ф. Ломов, Е. А. Климов, В. Д. Шадриков, Ю. К. Стрелков, Л. Г. Дикая и другие).

В настоящее время широко исследуются основы онтогенетического развития субъекта (К. А. Абульханова, Л. И. Анцыферова, Е.

А. Сергиенко, В. В. Селиванов и другие); исследуются особенности субъектного взаимодействия в системе «субъект – среда (природа)» в рамках экопсихологии (В. И. Панов); рассматриваются закономерности личности как субъекта понимания (В. В. Знаков) и субъекта восприятия (В. А. Барабанщиков); выделены составляющие компоненты опыта субъектной активности (А. К. Осницкий); предложена субъектная трактовка способностей как качеств и свойств, обеспечивающих успешное функционирование психических процессов (В. Д. Шадриков, В. Н. Дружинин) [по 45].

1.5.1.Разработка проблемы деятельности в трудах С. Л. Рубинштейна Впервые психология субъекта начала развиваться, главным образом С. Л. Рубинштейном, еще в 1920-30-е годы. Субъект, согласно С. Л. Рубинштейну, это человек, люди, на высшем (индивидуализировано для каждого из них) уровне активности, целостности (системности), автономности и т. д. Для субъекта окружающая действительность выступает не только как система раздражителей (с которой он взаимодействует на уровне реакций) и сигнальных раздражителей, но прежде всего как объект действия и познания, а другие люди выступают для него тоже как субъекты. Субъект, согласно С. Л. Рубинштейну, это субъект творчества, созидания, инноваций. Любая его деятельность (хотя бы в минимальной степени) является творческой и самостоятельной [по 10].

Согласно С. Л. Рубинштейну и его последователям, человек становиться субъектом по мере того, как он – будучи еще ребенком, подростком и т. д. – начинает выделять себя (не отделять!) из окружающей действительности и противопоставлять себя ей как объекту действия, познания, созерцания и т. д. [по 10]. Как видно, категория субъекта по С. Л. Рубинштейну многомодальна: она выявляет не только разные характеристики самого субъекта, но и его разные отношения к миру. Согласно С. Л. Рубинштейну такими отношениями являются следующие: познавательное, деятельностное (деятельность), этическое (отношение к другому человеку) и включающее последнее – созерцательное: субъект в процессе сознания реорганизует объект, но не изменяет его онтологически, реально, выявляет его подлинную сущность. Каждому из этих отношений присуща своя «логика», своя качественная определенность [по 1]. Так, например, по мере становления человека как субъекта он формирует, создает, конструирует хотя бы простейшие понятия, элементарное понятийное мышление (у ребенка эти понятия формируются в процессе школьного обучения и воспитания). На данном этапе развития деятельности и общения окружающая действительность именно в понятиях начинает выступать для людей в качестве объекта (а не только как система раздражителей и сигнальных раздражителей). Как видно, вся в целом познавательная (как и любая другая) деятельность осуществляется только субъектом и в принципе невозможна без него. Объект существует только соотносительно с субъектом, субъект возникает, действует, живет лишь во взаимосвязи с объектом и с другими людьми как субъектами [по 10].

Разрабатывая теорию личности как субъекта единства сознания и деятельности, С. Л. Рубинштейн делает следующие важные теоретические обобщения относительно основных особенностей деятельности [по 10].

1. Деятельность субъектна, т. е. принадлежит человеку, а не животному и не машине, не может быть деятельности бессубъектной (выделен субъект деятельности).

2. Деятельность осуществляется в условиях совместной деятельности субъектов (выделены субъекты деятельности и совместная деятельность).

3. Деятельность предполагает взаимодействие субъекта с объектом, т.

е. всегда предметна, реальна, содержательна.

4. Деятельность сознательна и целенаправленна.

5. В деятельности творческой и самостоятельной по своему характеру люди и их психика не только проявляются, но и созидаются, формируются, развиваются, и прежде всего в ней они могут быть объективно исследованы.

Выделяя в качестве специфической особенности человеческой деятельности ее сознательный и целенаправленный характер, С. Л.

Рубинштейн отмечает, что в ней и через нее человек реализует свои цели, объективирует свои замыслы и идеи. Вместе с тем, объективное содержание предметов, которыми он оперирует, и общественной жизни, в которую он своей деятельностью включен, входит определяющим началом в психику индивида. «Значение деятельности в том прежде всего и заключается, что в ней и через нее устанавливается действенная связь между человеком и миром, благодаря которой бы тие выступает как реальное единство и взаимопроникновение субъекта и объекта» [43, C. 436]. Категория деятельности используется С. Л.

Рубинштейном для раскрытия неразрывной связи человека с миром и понимания психического как изначально включенного в эту фундаментальную взаимосвязь.

Схема анализа деятельности и поведения у С. Л. Рубинштейна Разрабатывая методологический принцип единства сознания и деятельности, С. Л. Рубинштейн выделил схему анализа деятельности.

Единство сознания и деятельности выступает, согласно С. Л. Рубинштейну, прежде всего в том, что различные уровни сознания, вообще психики, проявляются и раскрываются через соответственно различные виды деятельности и поведения: движение – действие – операция – поступок [11].

В самой деятельности С. Л. Рубинштейн выделяет следующие ее существенные компоненты и конкретные взаимосвязи между ними:

действие (в отличие от реакции и движения), операцию и поступок в их соотношении с целью, мотивом и условиями деятельности субъекта. Любой из компонентов деятельности не может быть определен вне его отношения к психике [по 48].

Поведение человека включает в себя систему действий и поступков и не сводится к совокупности реакций. Действие, в отличие от реакции, выражает отношение субъекта к объекту. Действие всегда направлено на объект. Отношение субъекта к объекту регулирует деятельность. Действие отличается от поступка прежде всего иным отношением к субъекту. Действие становится поступком по мере того, как оно начинает регулироваться общественными отношениями к действующему субъекту и к другим людям как субъектам (в процессе формирования самосознания) [по 48]. Согласно С. Л. Рубинштейну, действие становится поступком, когда оно осознается самим субъектом как общественный акт, выражающий отношение человека к другим людям. И, далее «Поступком в подлинном смысле слова является не всякое действие человека, а лишь такое, в котором ведущее значение имеет сознательное отношение человека к другим людям, к общему, к нормам общественной морали» [43, C. 438].

Согласно С. Л. Рубинштейну, специфическая психологическая проблематика деятельности как таковой и действия как единицы деятельности связана с вопросом о целях и мотивах человеческой деятельности, о ее внутреннем смысловом содержании и строении. С. Л.

Рубинштейн отмечает: «Предметы, существующие в окружающем человека мире или подлежащие реализации в нем, становятся целями человеческой деятельности через соотношение с ее мотивами; с другой стоны, переживания человека становятся мотивами человеческой деятельности через соотношение с целями, которые он себе ставит.

Соотношение одних и других определяет отправные конечные точки человеческих действий, а условия, в которых они совершаются в соотношении с целями, определяют способы их осуществления – отдельные операции, которые входят в их состав» [43, C. 437]. Выделенные С. Л. Рубинштейном типы соотношений в деятельности определяют, согласно его терминологии, отправные и конечные точки в анализе человеческих действий.

Цели и мотивы, согласно С. Л. Рубинштейну, характеризуют и деятельность и систему входящих в нее действий, но характеризуют по разному [по 48]. Цели и мотивы деятельности выступают как единство целей и мотивов субъекта, из которых он исходит. Мотивы и цели деятельности, в отличие от мотивов и целей действий, носят обычно интегрированный и обобщенный характер, выражая общую направленность личности. На различных этапах исходные мотивы и конечные цели деятельности порождают разные частные мотивы и цели, характеризующие те или иные действия.

Действие, отмечает С. Л. Рубинштейн, в контексте целей и мотивов действующего субъекта приобретает для него тот или иной личностный смысл, определяющий внутреннее смысловое содержание действия, которое не всегда совпадает с его объективным значением, хотя и не может быть оторвано от него. Объективное значение определяется предметным результатом действия. При этом одно и то же действие может приобретать объективно различный общественный смысл в контексте различных конкретных общественных ситуаций [43].

Цель действия, данная в конкретных условиях, может достигаться соответственно различными способами и средствами. Такими средствами, согласно С. Л. Рубинштейну, являются операции, входя щие в состав действия. Действие, приводящее к цели, в конкретных, изменяющихся условиях становится решением задачи.

С. Л. Рубинштейном поставлен вопрос о навыках как об автоматизированном способе осуществления действия. «…выключение из поля сознания отдельных компонентов сознательного действия, посредством которых оно выполняется, и есть автоматизация, а автоматизированные компоненты, участвующие в выполнении сознательного действия человека, это и есть навыки в специфическом смысле этого слова. Навыки, таким образом, это автоматизированные компоненты сознательного действия человека, которые вырабатываются в процессе его выполнения» [43, C. 454]. С. Л. Рубинштейн отмечает, что ни одна из высших форм человеческой деятельности не может быть сведена к механической сумме навыков. «С другой стороны, в любую форму деятельности навыки входят необходимой составной частью; только благодаря тому, что некоторые действия закрепляются в качестве навыков и как бы спускаются в план автоматизированных актов, сознательная деятельность человека, разгружаясь от регулирования относительно элементарных актов, может направляться на решение более сложных задач» [43, C. 455]. То, что действие стало навыком, означает, что человек в процессе упражнения приобрел возможность осуществлять данную операцию, не делая ее выполнение сознательной целью. Отсутствие сознательности и преднамеренности не исключает при этом возможности сознательного контроля над выполнением автоматизированного действия и возможности сознательного вмешательства в его ход (хотя, по словам С. Л. Рубинштейна, перемещение внимания на выполнение операции вносит сбивчивость в выполнение автоматизированного действия и нарушает его ход).

Вопрос о навыках тесно связан с вопросом о соотношении сознательности и автоматизма. Наряду с единством сознательности и автоматизма, для навыка, согласно С. Л. Рубинштейну характерно единство устойчивости и изменчивости (вариативности), фиксированности и лабильности.

Действие, таким образом, по мнению С. Л. Рубинштейна, является исходной «единицей» не только деятельности, но и исходной «единицей», «клеточкой» или «ячейкой» психологии. А. В. Брушлинский, акцентируя внимание на том, что С. Л. Рубинштейн в центр разноуровневых взаимоотношений в деятельности ставит именно действие, отмечает: «Признание действия основной «клеточкой» психологии человека не означает, конечно, что действие признается предметом психологии… Психология не изучает действие в целом, и она изучает не только действие. Признание действия основной «клеточкой» психологии означает, что в действии психологический анализ может вскрыть зачатки всех элементов психологии, т. е. зачатки у человека его побуждений, мотивов, способностей» [цит. по 48,C. 33].

В качестве единицы анализа деятельности действие также рассматривалось А. Н. Леонтьевым, Б. Ф. Ломовым.

1.5.2. Психология субъекта. Разработка субъектно- деятельностного подхода в трудах А. В. Брушлинского Категория субъекта, как она проанализирована в работах А. В.

Брушлинского, представляет собой результат целостного видения человека в единстве его природного, социального и духовного начал.

Целостность субъекта, по А. В. Брушлинскому, означает прежде всего единство, интегративность его деятельности и вообще всех видов его активности. Согласно А. В. Брушлинскому, «Субъект – это человек, люди на высшем (индивидуализировано для каждого) уровне деятельности, общения, целостности, автономности и т. д… Субъектом может стать и группа людей по мере формирования у них общих интересов, целей и т. д. (например, субъект совместной деятельности, совместной собственности)» [15, C. 21]. Высший уровень активности субъекта, отмечает А. В. Брушлинский, является таковым по отношению 1) к предшествующим (досубъектным, детским) стадиям развития, а также по сравнению со всеми 2) остальными определениями человека (как личности, индивидуальности и т. д.). Человек как субъект развивается всю жизнь, на основе своего индивидуального, группового, и, прежде всего, профессионального опыта. Человек не рождается субъектом, а становится им, начиная примерно с 7-10 лет, когда постепенно овладевает хотя бы простейшими понятиями, в которых он все более полно раскрывает существенные свойства объекта, инвариантного к наглядно-чувственным признакам последнего [15].

Субъект, таким образом, согласно А. В. Брушлинскому, это всеохватывающее, наиболее широкое понятие человека, обобщенно раскрывающее неразрывно развивающееся единство, целостность всех его качеств: природных, социальных, общественных, индивидуальных и т. д. В этом отношении А. В. Брушлинский противопостав ляет понятие субъекта понятию личности, как менее широкому определению человеческого индивида. Личность по своему содержанию и объему является понятием более узким, раскрывающим взаимосвязь лишь некоторых, хотя и очень существенных черт человека: экстраверсии – интроверсии, тревожности, ригидности, импульсивности и т.

д. (например, Big Five) [15].

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 11 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.