WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 24 | 25 || 27 | 28 |   ...   | 41 |

Тем не менее, величина коэффициента представительства региональных и местных властей (не говоря уже о федеральных), как правило, уступала аналогичному показателю для других категорий акционеров, прежде всего инсайдеров (трудового коллектива и администрации), а в ряде случаев – и внешних частных собственников (например, российских банков)126. По сопоставимому кругу 245 АО (не отражено в табл. 3) коэффициент представительства органов власти составил 0,73, уступая величине данного показателя для работников предприятия (1,63) и крупных акционеров-физических лиц (0,82), хотя и превосходил аналогичный показатель для всех внешних частных собственников127.

Участие органов власти в капитале хозяйственных обществ и их представительство в советах директоров имеет определенные различия в зависимости от того, какие позиции занимает компания, как организован ее бизнес, происходит ли в ней совмещение владения функций собственника и менеджера (табл. 4).

Таблица Представительство органов власти в капитале и советах директоров при различных характеристиках структуры капитала и корпоративного контроля Характеристики Федеральные органы власти Региональные и местные органы власти Структурные изменения в российской промышленности. М., ГУ-ВШЭ, 2004, c. 236.

Авдашева С. Б., Долгопятова Т. Г., Пляйнес Х. Корпоративное управление в АО с государственным участием: российские проблемы в контексте мирового опыта. Препринт WP1/2007/01. Серия WP1.

Институциональные проблемы российской экономики. М., ГУ-ВШЭ, 2007, c. 38.

Dolgopiatova T. G. Corporate Control in the Russian companies: Models and Mechanisms. Препринт WP1/2002/05. Серия WP1. Институциональные проблемы российской экономики. М., ГУ-ВШЭ, 2002, c. 16;

Структурные изменения в российской промышленности. М., ГУ-ВШЭ, 2004, c. 235.

структуры средняя доля % к общему средняя доля % к общему капитала и владения числу членов владения числу корпоративного обыкновенными совета обыкновенными советов контроля акциями, % директоров акциями, % директоров Тип предприятия - независимые АО 3,2 5,1* 2,1 5,1* - члены бизнес-групп 7,4 4,2* 1,4 4,2* - управляющие 4,6 8,7* 3,0 8,7* компании Уровень концентрации капитала - низкий** 1,8 3,9* 1,0 3,9* - средний*** 5,5 7,1* 1,7 7,1* - высокий**** 4,2 4,9* 2,3 4,9* Организация контроля - совмещение 5,1 2,2 1,5 2,собственности и управления***** - крупные 2,1 1,3 1,3 1,акционерыменеджеры и директор – акционер - крупные 3,0 1,8 2,4 3,акционерыменеджеры (директор – не акционер) - директор- 10,8 3,9 1,7 4,акционер (крупные акционеры – не менеджеры) - разделение 4,1 2,4 3,0 3,собственности и управления (крупные акционеры – не менеджеры, директор – не акционер) * - совокупная доля органов власти всех уровней;

** - доля крупнейшего акционера менее 25% акций;

*** - доля крупнейшего акционера от 25% и до 50% (включительно) акций;

**** - доля крупнейшего акционера свыше 50% акций;

***** - состоит из трех следующих подгрупп.

Источник: Интеграционные процессы, корпоративное управление и менеджмент в российских компаниях.

Серия «Научные доклады: независимый экономический анализ», N 180. М., Московский общественный научный фонд; АНО «Проекты для будущего: научные и образовательные технологии», 2006, c. 43, 48-49, 51-52, 86, 88.

По результатам обследования 822 АО, проводившегося ГУ-ВШЭ весной и летом 2005 г., по средней доле владения обыкновенными акциями федеральные власти имели преимущество перед региональными и местными вне зависимости от типа компании, уровня концентрации капитала и организации контроля.

Максимальные доли участия федеральных властей в капитале наблюдались для членов бизнес-групп (7,4%), при среднем уровне концентрации капитала (5,5%) и для ситуаций, когда директор является акционером, а крупные акционеры не являются менеджерами (10,8%). Минимальные доли участия федеральных властей в капитале были характерны для независимых АО (3,2%), при низком уровне концентрации капитала (1,8%) и для ситуаций, когда директор является акционером, а крупные акционеры являются менеджерами (2,1%). Максимальные доли участия региональных и местных властей в капитале наблюдались для членов управляющих компаний (3,0%), при высоком уровне концентрации капитала (2,3%) и для ситуаций полного разделения собственности и управления (3,0%). Минимальные доли участия региональных и местных властей в капитале были характерны для членов бизнес-групп (1,4%), при низком уровне концентрации капитала (1,0%) и для ситуаций, когда директор является акционером, а крупные акционеры являются менеджерами (1,3%).

Иная ситуация наблюдается с представительством органов власти в советах директоров. При всех вариантах организации корпоративного контроля доля федеральных органов уступала доле региональных и местных органов власти. Максимальное представительство и федеральных (3,9%), и локальных (4,3%) органов отмечается в ситуациях, когда директор является акционером, а крупные акционеры не являются менеджерами, минимальное – в ситуациях, когда директор является акционером, а крупные акционеры являются менеджерами (1,3% и 1,8% соответственно). Взятые по отдельности доли органов власти различного уровня уступали долям всех остальных групп акционеров, за исключением ситуации, когда крупные акционеры являются менеджерами, а директор – нет. В этом случае доля региональных и местных властей (3,2%) превосходит долю независимых директоров.

Совокупная же доля органов власти в этих органов была максимальной в управляющих компаниях (8,7%), где она, уступая представительству менеджеров и крупных внешних акционеров, превосходила долю независимых директоров, мелких внешних акционеров и рядовых работников (профсоюза). В то же время для компанийчленов холдингов доля органов власти (4,2%) оказалась меньше доли независимых директоров, а для независимых АО (5,1%) – меньше доли рядовых работников (помимо долей менеджеров и крупных внешних акционеров). В целом же по выборке доля органов власти уступала доле независимых директоров, находясь на уровне рядовых работников и превосходя долю мелких внешних акционеров.

Если рассматривать структуру советов директоров в компаниях с различным уровнем концентрации капитала, то максимальная доля органов власти имела место в компаниях со средним уровнем концентрации (7,1%), где она находилась на одном уровне с долей независимых директоров, превосходя долю рядовых работников и мелких внешних акционеров. При высоком уровне концентрации представительство органов власти (4,9%) уступает представительству независимых директоров, а при низком (3,9%) – сразу всем трем указанным группам акционерам128.

По данным обследования, проводившегося ГУ-ВШЭ весной и летом 2005 г. средний размер совета директоров составлял 6,64 чел., из которых 0,18 чел. представляли федеральные органы власти, а 0,21 чел. – региональные и муниципальные, а совокупное представительство государства уступало всем категориям акционеров, кроме рядовых работников и профсоюзов. Представители федеральных органов составляли 5,5% от числа всех лиц, представлявших в советах директоров «outsiders», а представители региональных и местных органов – 6,2%. В свою очередь, лица, представлявшие в советах директоров «outsiders», составили 51,2% от общего количества 4818 членов советов директоров. На вопросы, касающиеся советов директоров, ответили 730 компании из АО, образовавших выборку129.

Особое значение в силу их роли в российской экономике имеет практика корпоративного управления в крупнейших российских компаниях с участием государства Без учета долей менеджеров и крупных внешних акционеров, которые не упоминались по причине очевидного превосходства над остальными группами акционеров.

Iwasaki Ichiro. Board Formation and Its Endogenity in Russian Firms: An Empirical Study. Доклад на VIII Международной научной конференции ГУ-ВШЭ «Модернизация экономики и общественное развитие» апреля 2007 г., с. 37, 39.

в капитале. Если говорить о действии его внутренних механизмов, то необходимо сказать о том, что собрания акционеров в таких компаниях стали заметными событиями хозяйственной жизни, которые привлекают повышенное внимание СМИ и общества в целом, позиция государства как доминирующего акционера определила принятие решений по их дальнейшему развитию (включая весьма важные для всей российской экономики схемы по реструктуризации естественных монополий). После 2000 г.

произошло персональное обновление кадрового состава руководства многих таких компаний. В отличие от периода 90-х гг. советы директоров (наблюдательные советы) в них напрямую возглавили (или стали их членами) высшие должностные лица правительства (например, «Газпром», «Российские железные дороги», «Транснефть», «АЛРОСА», «Объединенная авиастроительная корпорация», «Объединенная судостроительная корпорация», «Химпром») и президентской администрации (например, «Роснефть», «Транснефтепродукт», «Концерн ПВО «Алмаз-Антей», «Тактическое ракетное вооружение», «Первый канал»).

Проиллюстрируем действие внутренних механизмов корпоративного управления в крупнейших компаниях с участием государства на примере некоторых, наиболее значимых эпизодов из практики РАО «ЕЭС России».

Во-первых, необходимо упомянуть о поправке в устав компании, принятой в 2001 г., согласно которой с 75% до 51% голосов на собрании акционеров был сокращен необходимый порог для принятия решения о назначении и снятии председателя правления компании, тогда как ранее он действовал только при его назначении. Таким образом, важная процедура корпоративного управления была приведена в соответствие с возможностями управленческого воздействия государства, определяемого размером его пакета в капитале компании, и давшая государству, как мажоритарному акционеру, потенциальный инструмент прямого воздействия на менеджмент компании.

Во-вторых, в 2002 г. в совет директоров компании вошли представители миноритарных акционеров директор «Просперити кэпитал менеджмент» А. Бранис и менеджер фонда «Брансвик кэпитал менеджмент» Д. Хэрн, что рассматривалось как серьезный шаг в сторону повышения прозрачности компании в период подготовки реструктуризации электроэнергетики. К этому можно добавить, что к настоящему времени РАО «ЕЭС России» осталось единственной естественной монополией, совет директоров которой возглавляет лицо, не являющееся госслужащим.

В-третьих, весной 2002 г. тогдашний премьер-министр М. Касьянов подписал распоряжение о лишении заместителя министра энергетики В. Кудрявого поста члена совета директоров РАО «ЕЭС России». Напомним, что В. Кудрявый являлся последовательным и жестким оппонентом руководства энергомонополии, критикуя подготовленный план реструктуризации компании и реформы отрасли в целом. На одном из заседаний совета директоров В. Кудрявый не выполнил директиву Минимущества и единственный из совета проголосовал против создания Федеральной сетевой компании (ФСК). Тогда министр энергетики И. Юсуфов направил в правительство просьбу вывести В. Кудрявого из совета директоров РАО.

Исключение В. Кудрявого из числа представителей государства является хорошей иллюстрацией коллизий российского корпоративного права и его правоприменительной практики.

С одной стороны, в ст. 66 закона «Об акционерных обществах» говорится, что полномочия любого члена совета директоров акционерного общества могут быть прекращены досрочно только по решению общего собрания акционеров компании. Однако государство, лишая Кудрявого поста, воспользовалось законом о приватизации 1997 г., который с учетом принятых в 1999 г. поправок давал государству право в любое время заменить своего представителя в совете директоров компании, акционером которой оно является. Несовпадение двух законов устранялось с 26 апреля 2002 г., когда вступал в действие новый закон о приватизации, принятый в конце 2001 г.

Правительство успело заменить В. Кудрявого за несколько дней до этого момента. Разумеется, этим было удовлетворено руководство холдинга, но не миноритарные акционеры. Так, упомянутый выше директор инвестиционной компании «Просперити кэпитал менеджмент» А.

Бранис заявил, что государство своим шагом создало опасный прецедент, играя на противоречиях законодательства и ставя свою позицию выше духа законности, поскольку за кандидатуру В.

Кудрявого в свое время голосовали и негосударственные акционеры РАО «ЕЭС России»130.

Для общей характеристики роли государства в составе советов директоров крупнейших российских компаний, наблюдающейся в последнее время, можно обратиться к последним данным Standard I Poors131.

В структуре советов директоров 75 крупнейших российских корпораций, из которых 31 (более 41%) контролируется государством, его представителям принадлежит 23% мест.

Они являются самой многочисленной категорией директоров-инсайдеров. Для компании, контролируемой государством, ему как главному собственнику в среднем принадлежит 54% мест в совете директоров при 59% акций. В то же время при средней доле частного контролирующего собственника в капитале в 57% его непосредственные представители занимают только 40% мест в советах директоров. Такое положение является следствием того, что частные контролирующие акционеры чаще приглашают занять неаффилированных директоров места в советах, тогда как государство не стремится выдвигать и поддерживать своими голосами неаффилированных директоров. В число крупнейших компаний с долей государства, привлекающих независимых директоров, входят РАО «ЕЭС России», «Роснефть», Сбербанк, ВТБ и РЖД, но они отсутствуют в советах директоров «Газпрома», «Связьинвеста» (несмотря на работу независимых директоров в советах всех его дочерних компаний), «Транснефти», «Роснефтегаза», «Совкомфлота», «Аэрофлота»132. В тех компаниях, где наблюдается распыление акций вне госпакета и миноритарные акционеры недостаточно активы при выборах совета директоров доля государства в этом органе может превышать его долю в капитале. Причем наиболее существенным такой разрыв наблюдается именно в таких, упомянутых выше ОАО, как «Газпром», где государству принадлежит 82% мест в совете директоров при 50% доле в капитале133, «Аэрофлот» (73% и 51% соответственно), компании группы «Связьинвест» (66% и 51% соответственно).

Нельзя не обратить внимание и на то, что в структуре капитала и советов директоров компаний, ценные бумаги которых котируются на зарубежных фондовых биржах, доля государства существенно меньше, чем в целом по группе крупнейших компаний (табл. 5).

Pages:     | 1 |   ...   | 24 | 25 || 27 | 28 |   ...   | 41 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.