WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 24 | 25 || 27 | 28 |   ...   | 55 |

Как бы там ни было, но бахтинская теория диалога за последние 10 — 15 лет, что называется, «на слуху», а спектр представлений о том, что такое «диалог», на­ столько широк, что включает в себя порой полярные представления. От точки зрения известного французско­ го философа П. Рикера, который, по словам Н. С. Авто­ номовой, «выразил свое несентиментальное отношение к диалогу, на который очень часто возлагают явно пре­ увеличенные надежды сторонники субъектсубъектных отношений», в то время как структура диалога «в при­ нципе конфликтна, несимметрична, включает в себя возможность насилия, а значит, и зла»,3 до точки зрения 1 Сартр Ж.П. Что такое литература// Там же. С. 331.

Зарубежная эстетика и теория лите­ См.: Вопросы философии, 1989, ратуры XIX — XX вв. — М., 1987. — № 2. — С. 89.

С. 323 — 324.

[210] Медиакультура: от модерна к постмодерну B. C. Библера, рассматривающего диалог как способ бытия культуры.Отношение к диалогу в теории культуры сегодня самое разное. О нем говорят как об «исходном феномене фило­ софствования», как «идеализированной позиции», пос­ кольку в общении разных культур зачастую складывается «ситуация непонимания». Это свидетельство дальнейшего развития теории диалогизма, ее многозначности и поли­ функциональности.

В медиакультуре второй половины XX века особен­ ность «диалогических отношений» между автором и публикой, с восприятием «чужого» превращается не в конфликт и отторжение, а во вполне осознанный и отреф­ лексированный прием.

Всевозможные манипуляции с цитатами, обыгрыва­ ние известных, перешедших в разряд штампов хрестома­ тийных фраз и выражений, которые, оказавшись в новом контексте, как и предполагал Бахтин, «обрастают допол­ нительными смыслами», разыгрывающие цитирования — все это еще недавно было не просто самым популярным приемом практически во всех видах искусства, но как бы признаком хорошего тона. Демонстративным свиде­ тельством коллективной принадлежности к той самой «постмодернистской реакции», которая характеризует оп­ ределенный способ взаимоотношений с традицией, пред­ полагающий вовлечение иных «культурных контекстов» в современную ситуацию. Но вовлечение своеобразное, в котором автор все же находит возможность и для передачи собственных индивидуальных интенций.

И все же диалог — это взаимодействие разных языков, разных культур, взаимодействие категорий «я» и «другой» как реализация ценностных установок, как особый взгляд на мир.

И если вспомнить контекст, в котором вызревала бах­ Библер В. С. Культура. Диалог культур /Опыт определения/ //Вопросы фило­ софии, 1989, № 6.

Глава 4. Дискурсивные трансформации медиапространства [211] тинская теория диалогизма, то это был период письменной и аудийной (в жизнь вошло массовое радиовещание) куль­ туры, когда кино еще было немым, когда не было ТВ, видео и других современных средств массовых коммуникаций.

Да и само существование человека как «винтика системы» не давало возможности для «диалогизма».

«Полифония» бахтинской концепции стала возможной лишь в условиях трансформации современного медиа­ пространства, когда возникла потребность в креативном человеке, готовом к диалогу.

«Вместе с М. М. Бахтиным, — отмечает В. С. Библер, — мы прошли трудный путь. Теперь возможно осознать: вот что означает понимать текст культуры, участвовать в само­ сознании культуры, взаимопонимании культур или, чтобы быть точным, — участвовать в самой жизни культуры. Ведь культура, понимаемая в идее диалога, и есть развиваемое в веках, отстраненное и транслированное в образах культуры самосознание индивида, эпохи, эпох… Главное — чтобы не разменять Бахтина на частности… и органичнее вклю­ читься в живой спор реальных культур».Тем более что Бахтин через «традиционную» и «модер­ нистскую» культуру сумел, по сути, «раскодировать» весь XX век, расшифровывая и анализируя эволюцию «форм видения» действительности, роль слова и диалога в культу­ ре как главных факторов коммуникации. Не удивительно, что идеи и труды Бахтина стали особенно востребован­ ными в конце XX века, когда рухнул «железный занавес», Берлинская «стена», когда в полном смысле слова стал возможен «диалог культур» в политическом, этическом и эстетическом аспектах. Когда появилась потребность в ме­ диакультуре как посреднике между властью и обществом, между государством и социумом.

Библер В. С. Идеал культуры в работах Бахтина//Одиссей. Человек в исто­ рии. — М.: Наука, 1989. — С. 57.

[212] Медиакультура: от модерна к постмодерну дихотоМия «ЭлитарНое — МаССовое» КаК парадоКС Культуры П роблемы диалога, взаимо­ понимания культур усугубляются не только в условиях идеологического противоборства двух систем — капита­ листической и социалистической. В контексте развития индустриального общества, где начинают складываться новые соотношения между производственной и социо­ культурной сферой по мере возрастания жизненного уров­ ня и освобождения нравов от «репрессивной культуры» (церкви, государства и т.д.), начинает складываться теория и практика двух культур — «элитарной» и «массовой».

Социальнофилософской основой дихотомии «элитар­ ное — массовое» стали труды Ф. Ницше, О. Шпенглера и Х. ОртегииГассета. Прежде всего, обратим внимание на то, что данное раздвоение — явление не только классового характера, как утверждала марксистсколенинская фило­ софия; оно значительно глубже. Так, философия жизни Ницше, являясь метафорой «воли к власти», выдвигает на первый план культ сильной личности, преодолевающей все моральные препоны современного общества. Идеал ницшеанской культуры, освобожденной от власти духов­ ных и социальных авторитетов, как и от власти толпы с воцарением «грядущего хаоса»1, предвосхитил философию См.: Ницше Ф. Воля к власти. — М., Утренняя заря. Мысли о моральных 1910; Ницше Ф. Так говорил Зара­ предрассудках. — Свердлк, 1991 и др.

тустра. — М., МГУ, 1990; Ницше Ф.

Глава 4. Дискурсивные трансформации медиапространства [213] «европейского нигилизма». «L‘art pour l‘art» («искусство для искусства») — вот лозунг Ницше, призывающего к борьбе против цели в творчестве, против подчинения творчества морали, против предрассудков.А О. Шпенглер, один из основоположников фило­ софии культуры, в своей работе «Закат Европы» (1914) открыл тему кризиса культуры, исчерпавшей свои внут­ ренние творческие возможности. По Шпенглеру, сам термин «цивилизация» есть кризисный исход, которому свойственны атеизм и материализм, агрессивная экспан­ сия, радикальный революционизм, техницизм, урбаниза­ ция».2 Согласно Шпенглеру, трагедия заключается в том, что «в мировом городе нет народа, а есть масса», которой свойственны непонимание традиций, борьба с которыми есть борьба против культуры, церкви, знати, преданий в искусстве и т.д. Современная культура отчетливо выража­ ет себя не в искусстве, науке, философии, а в «жестких» формах архитектуры, техники, идеологии — именно это Шпенглер называет «рационалистической цивилизацией», в которой деградируют высшие духовные ценности куль­ туры, обрекая ее на гибель. Не обошел Шпенглер и вопрос о русской революции 1917 года, назвав ее «трагическим экспериментом». Социализм, по его мнению, несмотря на внешние иллюзии, не является системой милосердия, гуманизма, мира и заботы, а «есть система воли к власти…», «благоденствия» в экспансивном смысле… Все остальное самообман».3 Как известно, Шпенглер отказался и от со­ трудничества с нацистами в Германии.

Духом прорицаний Шпенглера увлекались многие философы XX века, в частности Н. Бердяев, А. Тойнби, Х. ОртегаиГассет.

Испанский философ Х. ОртегаиГассет в своей «Дегуманизации искусства» (1925) выступил как один из теоретиков модернизма — элитарного искусства, 1 Ницше Ф. Стихотворения. Философ­ Шпенглер О. Закат Европы. — М., ская проза. — СПб., 1993. — С. 596 — 1993.

597. Там же.

[214] Медиакультура: от модерна к постмодерну культивирующего иррациональное. Культ идей для Ортеги — это пошлость, а значит — «никаких идей».

Никакие цели — это идеипризраки, девальвирован­ ные монеты, которыми обмениваются людипризраки (человекмасса), склонные отдаваться «пошлому» аналогу трансцендирования — исступлению. «Подоб­ ное зрелище, — писал Ортега, — всегда являют эпохи, обожествляющие чистую деятельность. Сам воздух начинает дышать преступлением. Человеческая жизнь теряет смысл и ценность; повсюду творятся насилия и грабеж. Прежде всего грабеж. Поэтому, когда на гори­ зонте возникает могучий силуэт деятеля, первым делом не забудьте проверить карманы».Феномен человекамассы, как и процесс формиро­ вания массового сознания, в работе «Восстание масс» (1929) трансформируется в толпу, представители которой захватывают господствующие позиции в иерархии обще­ ственных структур, навязывая собственные люмпеновские псевдоценности остальным социальным прослойкам.

Основное свойство существа из «массы» — не столько его стандартность, сколько физическая инертность. «Масса» конституируется, согласно ОртегеиГассету, не на основе какоголибо определенного общественного слоя; речь о таком способе «быть человеком», в рамках которого пред­ принимаются насильственные попытки преобразовать общественное устройство, игнорируя закономерности его функционирования. Репрезентанты «массы» живут без определенного «жизненного проекта» и находят смысл существования в достижении идентичности с другими.

Как отмечает ОртегаиГассет, «человек массы» социально безответствен и всю свою жизнь готов передоверить госу­ дарственной власти.Известно, что некоторые теоретики «массовой» куль­ туры, не скрывая ее деструктивного характера, вместе с ОртегаиГассет Х. Дегуманизация Философия. Эстетика. Культура. — М., искусства. — М., 1991. — С. 250. 1993.

ОртегаиГассет. Восстание масс// Глава 4. Дискурсивные трансформации медиапространства [215] тем обвиняют в ее появлении и распространении саму массу, которая якобы «жаждет» этой культуры. Здесь все переворачивается с ног на голову, умышленно маскируется тлетворный характер «культурной» деятельности аполо­ гетов капитализма, пытающихся деморализовать массы, оторвать их от подлинных реалистических и гуманисти­ ческих ценностей.Характерное для буржуазного и мелкобуржуазного сознания понимание проблемы «массовой» культуры является по сути своей субъективноидеалистическим.

Само появление феномена «массовой» культуры расце­ нивается здесь как результат некой «субъективной воли», не зависящей от закономерностей современной классовой и идеологической борьбы.

«В одних случаях ответственным за все превратности «массовой культуры» объявляется производитель культур­ ных благ — «коммуникатор». Он обвиняется в забвении своей миссии просветителя, духовного наставника масс, в измельчании, внутреннем опустошении и продажности. В других случаях причину нарождения «массовой культуры» видят в духовнопсихологических изъянах ее потребителя, то есть самой «массы». Представитель последней обвиня­ ется в забвении своих обязанностей воспитуемого, в кос­ ности и невосприимчивости, в агрессивном отвержении всего, что способно опрокинуть его привычные представ­ ления о мире, столкнуть с необходимостью ответственных решений, выбора и борьбы».Многие представители идеалистической философии, провозгласив раскол между «элитой» и «массой», пришли, подобно ОртегеиГассету, к самым пессимистическим выводам. Английский эстетик Г. Рид вообще сомневался в том, может ли быть разрешено противоречие, которое 1 По проблемам «массовой культуры» См.: «Массовая культура» — иллюзия и много писалось и в отечественной куль­ действительность. — М., 1975. — С. 6.

турологии. См.: работы Баскакова В., Ждана В., Карцевой Е., Капралова Г., Кукаркина А., Маркулан Я., Разлогова К., Соболева Р., Туровской М. и др.

[216] Медиакультура: от модерна к постмодерну якобы существует между «аристократической функцией искусства и демократической структурой современного общества».В XX веке появилось огромное количество литерату­ ры, посвященной проблемам «элитарной» и «массовой» культуры, большая часть которой опирается на работы Ницше, Шпенглера и ОртегииГассета, а также на труды философов Франкфуртской школы: Т. Адорно, Г. Маркузе и М. Хоркхаймера.

Так, Адорно критически относился к феномену «мас­ совой» культуры, полагая, что она есть продукт разло­ жения гуманистической культуры прошлого. Он считал, что «массовая» культура предусматривает «согласие масс с аппаратом господства» и является видом отчужденного духовного производства, которое характеризуется стерео­ типностью, повторяемостью приемов, некритическим, потребительским отношением к действительности. «Мас­ совая» культура, по мысли Адорно, — это антипод клас­ сической культуры, она выражает ее фатальный распад и саморазрушение. В написанной им совместно с Максом Хоркхаймером ещет в 1940е годы книге «Диалектика про­ свещения»2 Адорно развивал идеи о том, что ориентация культуры на массы является свидетельством ее упадка и духовного кризиса общества. Единственный выход, да и то, по мнению Адорно и Хоркхаймера, в достаточной степени паллиативный,— в развитии «элитарного», эзотерического компонента культуры и искусства, недоступного массово­ му «обывательскому» сознанию.

«Искусство выживает только там, где оно становится сюрреалистическим и атональным. В противном случае искусство разделяет судьбу всех подлинно человеческих коммуникаций: оно отмирает»,— продолжил ту же мысль Герберт Маркузе. См.: Read H. The Philosophy of Modern культуры//Противоречивый экран. — Art. — N.Y., 1959. М., 1980. — С. 19.

2 Цит. по кн.: Баскаков В. В лаби­ Маркузе Г. Эрос и цивилизация. — ринтах «элитарной» и «массовой» Киев, 1995.

Глава 4. Дискурсивные трансформации медиапространства [21 ] Понятой в субъективноидеалистическом свете «мас­ совой» культуре представители Франкфуртской школы противопоставляют культуру «элитарную», как якобы носительницу неких высших духовных ценностей, с одной стороны, и радикального политического импульса — с другой. В этом смысле понятия «элитарной» культуры, «элитарного» искусства очень часто используются как си­ нонимы понятия «авангард». Характерно также, что истоки радикального политического потенциала, приписываемого «элитарному» авангардистскому искусству, большинство западных теоретиков видит в его нереалистичности.

Более того, в цитируемой нами книге «Эрос и циви­ лизация» Г. Маркузе рассматривает становление «реп­ рессивной» цивилизации, датируя ее зарождение первой половиной XIX века и теорией К. Маркса.

В своей самой известной книге «Одномерный человек» (1964) Маркузе сфокусировал внимание на состоянии человека в современном индустриальном обществе, ко­ торое переросло некогда революционные противоречия и трансформировало некогда антогонистические друг другу силы.

Pages:     | 1 |   ...   | 24 | 25 || 27 | 28 |   ...   | 55 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.