WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 13 | 14 || 16 | 17 |   ...   | 55 |

Оно психологически как бы подключает зрителей к оп­ ределенному информационному полю, и эмоциональное состояние человека можно представить в виде субстанции, находящейся внутри специального кокона.При таком положении вещей человеком очень легко управлять, и это так при одном условии — внушение ин­ формации происходит только через устойчивые шаблоны (актуальные символы времени, на которых воспитывался человек), которые являются привычными человеку и ус­ ваиваются им на подсознательном уровне. Остается лишь подогнать информацию под формат устойчивого шабло­ на, т.е. выразить идею доступным для зрителя языком, и тогда он проглотит вашу «наживку». Можно добавить, что вектор восприятия информации прямо зависит от культурной подготовленности зрителя и уровня знания киноязыка. Чем больше «знаков» сможет прочесть зри­ тель с экрана, тем сильнее воздействие «произведения» на него.

Вместе с тем, если зритель не будет противиться вос­ приятию фильма, он все равно способен «читать» экран­ ную информацию, которая отложится в его подсознании бессознательно.2 Но это произойдет только в том случае, если внимание зрителя было задействовано через знако­ мые ему коды.

Поскольку мы все подвержены информационной зависимости, информация воздействует на любого из 1 Сегодня эта тема широко обсуж­ З. Фрейд в своей работе «Введение в дается не только в научных кругах, психоанализ» писал, что бессознатель­ но и сами режиссеры поднимают ное — это не только название временно подобные вопросы в своих произве­ скрытого, бессознательное — это особая дениях, например, образ человека в душевная область со своими собс­ коконе, подключенном к глобальному твенными желаниями, собственным информационному пространству, ис­ способом выражения и свойственными пользовали братья Вачовски в фильме ему душевными механизмами, которые «Матрица», 2000. иначе не действуют.

Медиакультура: от модерна к постмодерну [120] нас. Надо уточнить, что мы имеем в виду информацию в самом широком смысле, не как призыв или указание, а как набор сигналов, выстроенных по «обертонному при­ нципу», которые поступают в наш мозг. Об этом писал С. Эйзенштейн. Он говорил, что восприятие фильма определяется не сюжетом, не ключевыми мотивами, а «обертонами». Он называл этим словом разные компо­ ненты зрительного образа, которые как бы ни с того ни с сего выныривают в кадре и впечатляют зрителя. Зритель запоминает эту информацию по какойто неизвестной причине, подобно тому, как герой Пруста почемуто за­ помнил из своего детства, прежде всего, запах печенья, а не чтото «более важное».

Благодаря этому «обертонному» языку, комплексу раз­ дражителей, выстроенных по «обертонному принципу», в кино мы получаем информацию на подсознательном, эмоциональном уровне, даже не отдавая себе полностью отчет о происходящем на экране. Вслед за Маклюэном можно сказать, что кино — это действующая метафора, как любая метафора, оно переописывает мир. Язык кино, как язык любого другого медиа, — это технология, с по­ мощью которой оно переописывает мир с определенной целью. Человек не может осознавать воздействия средства (media), а потому он смотрит на мир через «зеркало», то есть под влиянием этого средства (в данном случае это кинообраз).

Современные коммуникации порождают систему «конвейера», в которой каждый человек — и «винтик», и «шестеренка». Такое механизированное общество было показано Чаплином еще в «Новых временах» в 1936 году. В конце века эта тема прозвучала у Алана Паркера в фильме «Стена». Но, несмотря на протесты интеллектуалов, человек становится частью системы, а для системы — всего лишь частью информации. Так и со­ вершается гигантский «круговорот жизни» — круговорот информации. Желание выйти из искусственных «стен», хотя бы мысленно, порождает целую серию фильмов о Глава 2. Медиакультура как феномен эпохи модерна [121] реальном и ирреальном. Таких, к примеру, как упомя­ нутая «Матрица».

Сегодня эксперты в области классического искусст­ ва, традиционно узурпировавшие право на интерпрета­ цию визуальных репрезентаций, уступили место новой волне теоретиков, отстаивающих другой тип исследо­ вания, основанного на междисциплинарном подходе к изучению визуальной культуры во всех ее многообраз­ ных проявлениях. Стало очевидным, что медиа (они же средства коммуникации или аудиовизуальные искусства) не являются «собственностью» историков искусства.

Такие медиа, как кино, фотография, телевидение, ви­ део, сегодня стали предметом и источником изучения специфической философии культуры XX века, о чем мы говорили выше.

Чаще всего, анализируя феномен кино, исследователи акцентируют свое внимание на эстетическом аспекте и рассматривают кино в его взаимоотношениях с другими видами искусства и медиакультуры, при этом массовый характер киноискусства рассматривается как одна из многочисленных характеристик, а не как основная черта, обеспечивающая право на существование и дающая право занять свою особую нишу. «Массовость» — это опреде­ ляющая черта всей медиакультуры, она свидетельствует о способности любого медиа играть социальную роль в культуре, воздействуя своими средствами на большую аудиторию. Массовый характер позволяет медиа не только выживать в рыночных условиях, но и дает возможность укрепить свое влияние на широкую публику, воспроиз­ водя и распространяя эмоциональный смысл, а также объединяя аудиторию в своем настроении. В этом случае коммуникативное качество кино соответствует представ­ лениям о медийности.

Другой чертой медиакультуры является ее информа­ тивность, максимальная насыщенность определенным содержанием. Кино информативно по своей природе, оно получило большую популярность благодаря повество­ Медиакультура: от модерна к постмодерну [122] вательной способности, благодаря возможности «втяги­ вать» зрителя в иной мир, рассказывая с экрана историю.

Благодаря этому качеству, наряду с прочими медиа, кино обладает способностью генерировать и управлять зри­ тельскими настроениями, однако эмоциональность и зрелищность информации кино говорит о специфике его воздействия на зрителя.

Коммуникативность и информативность, возможно, не единственные черты медиакультуры, но являются наиболее яркими представителями этого ряда, к тому же именно они позволяют рассматривать кино как медиа и говорить о его специфическом соответствии медиальным качествам. Специфика киномедиума в том, что природа его языка способствует реализации этих условий с на­ ибольшим эффектом на эмоциональном, подсознатель­ ном уровне.Кинообраз — «это таинство, несущее в себе реальность».1 Атмосфера фанатичного увлечения «звез­ дами», мистицизм, окружающий киномир, напоминают сакральные аспекты искусства, религии, поскольку кино является посредником могущественных динамик, которые А. Менегетти определил как «экспозиция шизофреничес­ кой жизни».Такой подход не является революционным, он инте­ ресен тем, что подобный взгляд на кино выходит за рамки чистой эстетики, что позволяет в ходе исследования опи­ раться на работы авторов, практикующих в различных областях гуманитарных наук.

Сближение культурологии, философии, социологии, психологии и эстетики позволяет определить специфику и место кино в пространстве медиакультуры, а также сте­ пень его влияния на «традиционные» искусства и другие средства массовых коммуникаций XX века.

1 См.: Менегетти А. Кино, театр, бессо­ Там же.

знательное. Т. 1. — М., 2001. — С. 22.

Глава 2. Медиакультура как феномен эпохи модерна [123] от МедиаиННоваций — К СоциальНой МодерНизации урное развитие средств мас­ Б совых коммуникаций, которые способствовали созданию такого явления, как медиакультура, находится в тесной связи с самим процессом социальной модернизации, кон­ цепция которой — один из содержательных аспектов ин­ дустриализации как теоретической модели семантических и аксеологических трансформаций сознания и культуры в контексте становления индустриального общества.

Ранними аналогами концепции модернизации являют­ ся идеи о содержательной трансформации социокультурной сферы в период перехода от традиционного к нетрадици­ онному обществу, высказанные в разных философских традициях (Э. Дюркгейм, К. Маркс, Ф. Теннис, Ч. Кули, Г. Мейн). В различных контекстах данные авторы фикси­ ровали содержательный сдвиг в эволюции социальности, сопряженный с формированием промышленного уклада.

Так, Дюркгейм выделяет общества с механической со­ лидарностью, основанные на недифференцированном функционировании индивида внутри гомогенной архаичес­ кой общины, и общества с органической солидарностью, базирующиеся на разделении труда и обмене деятельнос­ тью. Переход к такому обществу предполагает, с одной стороны, развитость индивида, дифференцированность индивидуальностей, с другой — основанные именно на Медиакультура: от модерна к постмодерну [124] этой дифференцированности взаимодополнение и интег­ рация индивидов, важнейшим моментом которой является «коллективное сознание», «чувство солидарности». Выска­ занная Марксом идея различения обществ с «личной» и с «вещной» зависимостью фиксирует тот же момент перехода от традиционных «естественных родовых связей» к социаль­ ным отношениям, основанным на частной собственности и товарном обмене.Основным оппонентом Маркса, как известно, был социолог и философ Макс Вебер, теория «рационализ­ ма» которого предполагает смещение акцентов от цен­ ностей коллективизма к ценностям индивидуализма, и основной пафос становления нетрадиционного общества заключается именно в идее формирования свободной личности — личности, преодолевшей иррациональность традиционных общинных практик («расколдовывание мира», по М. Веберу) и осознавшей себя в качестве са­ модостаточного узла рационально понятых социальных связей. Ментальность носителя врожденного статуса сменяется сознанием субъекта договора, традиционные наследственные привилегии — провозглашением равных гражданских прав, несвобода «генетических» (родовых) характеристик — свободой социального выбора. Как было показано М. Вебером, и свобода предпринимательства, и свободомыслие равно базируются на фундаменте рациона­ лизма. Вместе с тем пафосный индивидуализм перехода к нетрадиционному обществу — это индивидуализм особого типа: «моральный индивидуализм» (в терминологии Дюр­ кгейма) или, по М. Веберу, индивидуализм протестантской этики с «непомерным моральным кодексом». Приме­ нительно к западному (классическому) типу процесса модернизации именно протестантская этика выступила той идеологической системой, которая задала аксиоло­ гическую шкалу нового типа сознания.1 См. Можейко М. А. Модернизации См.: Вебер М. Избранные произведе­ концепция//Постмодернизм. Энцикло­ ния. — М., 2002. — С. 23 — 28.

педия. — Минск, 2001. — С. 475.

Глава 2. Медиакультура как феномен эпохи модерна [125] Индустриализация и модернизация, таким образом, есть две стороны одного и того же процесса.

Как индустриализация, так и модернизация равно необходимы, но лишь обе вместе достаточны для форми­ рования индустриального общества. В тех случаях, когда их параллелизм нарушается в силу исторических причин, имеем дело с внутренне противоречивым, технологически неблагополучным и социально нестабильным социальным организмом, где носитель фактически патриархального сознания приходит в соприкосновение с высокими тех­ нологиями, требующими совсем иной меры дисциплины и ответственности. Классическим примером подобной ситуации может считаться построение индустриального общества в СССР, где в программу социалистического строительства в качестве основы легла именно «индустри­ ализация» как промышленное техническое перевооруже­ ние производства, в то время как комплексный феномен модернизации был редуцирован к программе «культурной революции», понятой в конечном итоге как «ликвидация безграмотности». И если на уровне конкретно частных моментов «практики социалистического строительства» неподготовленность индивидуального сознания к техни­ ческим преобразованиям ощущалась достаточно внятно (например, смена лозунга «Техника решает все!» лозунгом «Кадры, овладевшие техникой, решают все!»), то общая стратегия модернизации оставалась урезанной, последс­ твия чего дают о себе знать в постсоветском культурном пространстве и по сей день, предоставляя экспертам повод констатировать «низкое качество населения» (Л. Абалкин).

Это особенно значимо при контакте носителя массового сознания с современными постиндустриальными тех­ нологиями, создавая особый тип взрывоопасного (как в метафорическом, так и в прямом смысле) производства, — своего рода синдром Чернобыля индустриального обще­ ства с немодернизированным массовым сознанием.

В модернизации общества, его социальной сферы существенную роль играет новая культура — культура Медиакультура: от модерна к постмодерну [126] эпохи технической революции, то есть медиакультура, ко­ торая становится неотъемлемой частью социума, ускоряя процесс модернизации эффективностью воздействия на общественное сознание.

Речь, естественно, идет о западном (европейском) типе модернизации. Страны Азии и Востока шли иным путем. Вместе с тем модель вторичной модернизации как «вестернизации» (по Д. Лернеру) не конструировалась в качестве типовой.

При всей восточной специфике и социалистических издержках правомерно говорить о социальной модерни­ зации как глубинной трансформации массового сознания на основе выработанных западной культурой социальных идеалов и рационализма при возможности сохранения специфики этнонациональных традиций.

Как отмечает М. А. Можейко, «современная концеп­ ция цивилизованного поворота как перехода от цивилиза­ ций локального типа к глобальной цивилизации выдвигает идеал единого планетарного социоприродного комплекса, основанного именно на этнокультурном многообразии и полицентризме».1 Только в этом случае возможен «диалог культур», взаимовлияние уникальных этнонациональных традиций как основы цивилизационной стабильности человечества.

К сожалению, трагический опыт XX века свидетельс­ твует об иных аспектах развития данного процесса, обус­ ловленного многими историческими событиями — война­ ми, революциями, катастрофами. А медиакультура стала зеркалом всех катаклизмов эпохи.

См.: Постмодернизм. Энциклопе­ дия. — Минск, 2001. — С. 478.

[12 ] глава МедиаКультура и Мифы XX веКа [12 ] Медиакультура: от модерна к постмодерну Миф КаК иНСтруМеНт влаСти д анная глава не является «привнесенной» в исследовании; ее цель — рассмотреть закономерности социокультурного развития общества в условиях «идеологизированного» массового сознания, что дало возможность в полной мере увидеть XX век.

Немаловажную роль в этом процессе (и прямую, и опос­ редованную) сыграла медиакультура, феномен которой в определенный период свелся к манипулированию массо­ вым сознанием.

Pages:     | 1 |   ...   | 13 | 14 || 16 | 17 |   ...   | 55 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.