WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 57 |

Отечественная наука должна быть полноценно представлена в мировом научном дискурсе по журналистской проблематике и по вопросам массовых коммуникаций в целом. Это невозможно без взаимообмена научными знаниями с зарубежными коллегами, чему призвано способствовать расширяющееся международное научное сотрудничество факультета журналистики БелГУ. Одним из наглядных проявлений этого процесса стало опубликование в нашем сборнике научных трудов учёных из Испании, Польши, Украины, Финляндии и других стран. В свою очередь, труды учёных белгородского журфака публикуются в ведущих зарубежных научных изданиях и международных исследовательских сборниках – таких как журнал Барселонского Автономного университета «Аналиси», журнал «Зещиты Прасознавче» Прессоведческого центра при Ягеллонском университете в Кракове (Польша), российско-итальянский альманах «Коллоквиум», издаваемый совместно Белгородским госуниверситетом и Университетом Бергамо (Италия).

Чтобы стать вполне конкурентоспособной в общемировом контексте, соответствовать требованиям времени и преодолеть сформировавшиеся в предшествующий период схоластические тенденции, отечественная журналистская наука обязана поддерживать постоянную тесную связь с практикой. Важно не замыкаться в кругу дежурных научных тем и проблем, не утрачивать чуткость к тому новому, что рождает практика.

На переломном этапе развития отечественной журналистской науки как никогда востребованы интеллектуальная инициатива, стремление идти дальше привычных научных схем и когнитивных стереотипов. Поэтому в сборнике публикуется немало работ молодых учёных, исследующих новые научные проблемы. Мы надеемся, что затронутые нами вопросы получат продолжение в научных дискуссиях, жизненно необходимых сегодня для обновления отечественной журналистской науки.

КАКАЯ ТЕОРИЯ ЖУРНАЛИСТИКИ НЕОБХОДИМА В РОССИИ Корконосенко Сергей Григорьевич г. Санкт-Петербург В мировой науке сегодня остро ставится вопрос о том, не устарело ли понятие журналистики, меняющейся под натиском экономических, технологических и информационно-коммуникативных факторов. Соответственно, под сомнение ставится и потребность в теории журналистики как самостоятельной дисциплине. Об этом свидетельствуют, например, дискуссии, развернувшиеся на конференции Международной ассоциации исследователей массовой коммуникации (IAMCR; Париж, 2007). Сомнения нашли свое ясное отражение в одном из докладов, озаглавленном «Что является журналистикой, и что только выглядит, как она». В России есть не меньше (как минимум) оснований для постановки таких принципиальных вопросов, чем в других странах. И не меньше (как минимум) причин отстаивать фундаментальную теорию журналистики. Ее необходимость диктуется в первую очередь потребностью самой журналистики (коли уж журналистика существует в реальности) в своем сохранении и развитии.

Однако двигаться к стройной теории «от объекта» – это совсем не значит подчиняться его теперешнему состоянию и обслуживать его конъюнктурные запросы. Нельзя не увидеть различие между тем, чего ждут от науки конкретные журналисты (а часть из них совсем не расположена к сотрудничеству с ней), и тем, в чем объективно нуждается пресса. Именно ее потребности, которые тесно связаны с интересами общества, служат ориентиром для науки и исследователей. Таким образом, необходимость в теоретическом отражении журналистской практики не обязательно будет адекватно отражаться сознанием отдельных представителей практики, или групп профессионалов, или даже профессиональной корпорации. В этом положении нет драматического разлада, так же, как нет его в различии взглядов на задачи и содержание теории журналистики среди тех, кто специально занимается ею.

Наука служит практике, но она имеет и другие стимулы своего развития. В значительной степени она развивается из самой себя, то есть откликается на потребности и запросы, которые рождаются в результате уже проведенных исследований и которые неизбежно возникают перед научным сообществом согласно логике движения исследовательской мысли. Эта плодотворная инерция познания свойственна, разумеется, не одной лишь теории журналистики, а любой области специализированного познания. Но как раз включенность в общенаучные процессы и тенденции, в поток непрерывного пополнения имеющегося знания придает теории журналистики дополнительную жизнеспособность. Оборотной стороной самодвижения является ее зависимость – добровольная и сознательно принимаемая – от смежных научных дисциплин, в первую очередь от социально-гуманитарных, хотя и не только от них. Отношения с ними отмечены как единством и гармонией (взаимодействие и взаимовлияние), так и противоречиями (различия в пони мании и интерпретации общего объекта анализа). Нужно глубоко вникнуть в эти отношения, верно их оценить, ибо они играют важнейшую роль в самоопределении теории журналистики.

Но сначала надо все-таки представить науку о журналистике как сложившуюся область знаний и деятельности, обладающую традициями и опытом, которые заслуживают сохранения и поддержки. Естественно, в фокусе нашего внимания находится прежде всего тот капитал, которым обладает российская наука.

Сбережения в первую очередь заслуживает сама по себе традиция формирования специальной и широко разветвленной дисциплины, имеющей своим совокупным объектом именно журналистику. Возможно, людям, которые по роду занятий не погружены в теоретические дискурсы, это заявление покажется констатацией общепонятного. В действительности множество стран, имеющих право называться научными державами, не культивируют специализированное исследование журналистики. Конечно, там не обходится без самого пристального анализа медиатекстов, культурологического, социологического, политологического осмысления прессы, описания ее истории и т. п. Но нередко это происходит в рамках других дисциплин. В России же с давних пор наука о журналистике существует под собственным именем, по этой дисциплине читаются курсы в учебных заведениях и присуждаются ученые степени, согласно списку ВАК. У специалистов есть много претензий к качеству разработок по вопросам теории и практики прессы, как и к общему положению дел в этой дисциплине. Но нельзя не придавать значения самому факту ее наличия и многолетнего развития.

Для отечественной науки характерно комплексное и целостное понимание журналистики. В частности, в нем синтезируются культурноисторические, филологические, обществоведческие подходы к объекту изучения. Для западноевропейских университетов типичным является разделение знания на гуманитарное и социально-политическое, причем исследованию журналистики, как правило, отводится место в ряду социальных дисциплин. Соответственно, она рассматривается преимущественно как средство коммуникации, с упором на механизмы передачи новостей, психологию воздействия на массовую аудиторию, участие в политическом процессе. На этих путях зарубежные исследователи достигли заметных результатов. Поэтому понятен растущий интерес отечественных ученых к методологическим матрицам, предлагаемым авторитетными зарубежными коммуникологами. Но если ограничиться только этими подходами, вся пресса по произволу исследователей превратится в инструмент, средство, пассивное орудие в руках властителей мира. То, что делает журналистика для общественного самопознания и просвещения, саморегулирования, раскрытия духовного богатства нации и человека, окажется вне поля зрения ученых. Так же, как и творческая, духовно-созидательная работа самих журналистов, формирование и реализация личности, которой посчастливилось связать свою судьбу с прессой. Сомнительно, чтобы журналисты в большинстве своем согласились с таким уничижительным к ним отношением. Нельзя, однако, не заметить, что в странах, где изучение прессы тяготело к социологической методологии, с недавних пор наблюдается некоторая смена приоритетов, в пользу профессионально-гуманитарной ориентации исследований. В подобных фактах мы находим подтверждение глубокой обоснованности путей, по которым издавна идет национальная исследовательская школа.

С точки зрения методов познания существенно, что наша наука о прессе несет в себе явный след генетического родства с социальной философией, филологией, историей и другими классическими гуманитарными дисциплинами. Они ориентированы в большей степени на качественные методы. Социально-политические дисциплины, в русле которых зачастую строится знание о журналистике в Европе, интенсивно используют методы количественные, в частности статистические. Между этими видами инструментария нет непроходимой границы, они призваны дополнять друг друга в интересах приближения к истине. Прикладные эмпирические проекты давно уже перестали быть редкостью в отечественной исследовательской практике, в стране успешно действуют крупные центры статистического изучения медиасферы.

Но эмпирика не дает ответов на коренные вопросы о роли прессы в жизни общества и человека, о закономерностях ее возникновения и развития, деонтологических основаниях журналистики и т. п. К тому же, под неодолимым влиянием рынка, статистика сосредоточивается на рейтинговых показателях деятельности СМИ. Тем самым сущностные проблемы взаимоотношений журналистики и мира оттесняются на периферию исследовательского внимания. Их решение не подвластно цифре – здесь требуется иной категориальный аппарат, здесь надежнее проявляет себя метод понимания, давно и успешно применяемый в гуманитарных исследованиях.

Нельзя не сказать и о некритическом восприятии доктрин, концепций и терминологического аппарата. Можно ли, например, безоговорочно согласиться с популярной в Европе теорией ролей журналиста, в свете которой он предстает как распространитель информации, интерпретатор и оппонент власти Стоит лишь перешагнуть через узкие рамки взаимоотношений прессы с властью, как вспомнятся роли социального мыслителя, просветителя, бытописателя, защитника и прочее и прочее. Надо ли соглашаться на изживание высокого статуса публициста (наименования, не принятого в англосаксонской школе) в пользу безвкусного обозначения «коммуникатор» В любом ли научном контексте уместно понимать читателя как реципиента не лишаемся ли мы тем самым идеи равноправного духовного взаимодействия автора и его аудитории, которым сильна российская журналистика Таких вопросов возникает множество при регулярном знакомстве с исследовательской литературой.

Они особенно болезненно решаются в ситуациях, когда наука предлагает практикам методические разработки, советы и технологии труда. В них контрастно проявляется идея о том, что потребность в зрелой теории имеет не только и не столько академическое происхождение, что она не в меньшей степени порождается производственными заботами редакций, да, собственно, и общественными интересами в широком плане. Типичный пример тому дает опыт редакционного бизнес-планирования. Казалось бы, здесь действуют унифицированные методики, лишенные «гражданства». Однако специалисты в этой области утверждают, что первой и самой распространенной ошибкой российских разработчиков бизнес-планов является попытка применить западную методологию без ее адаптации к специфике российской деловой среды, российским правилам делового оборота. Несомненно, что без фундаментальной теоретической подкладки нельзя построить предметный анализ специфического российского медиарынка, а без этого – не выработать полезных технологических рекомендаций по налаживанию редакционного маркетинга.

Острота поставленных вопросов прямо связана с тем, как теория журналистики (точнее – теоретики) налаживает партнерское взаимодействие с другими научными дисциплинами.

Смежные научные дисциплины вырабатывают понятия, без которых невозможно обойтись при изучении журналистики. Такое заимствование позволяет экономить ресурсы своей отраслевой науки и дает ей мощный импульс качественного роста. Одним из самых ярких примеров служит сравнительно недавнее ее соприкосновение с кибернетикой. Информационное измерение журналистики, содержание и формы обратной связи, системное описание роли прессы в социальном управлении и самоуправлении – все эти темы невозможно рассматривать вне информационно-кибернетического научного контекста.

Использование понятийного и эмпирического материала смежных дисциплин раскрывает для нас код общения с ними и дает возможность избегать дилетантизма при освещении специальных вопросов. Нам не удавалось бы вступать во взаимодействие со «смежниками», если бы мы не брали на вооружение всесторонне осмысленные ими категории. К примеру, назовем такие категории, как власть в политологии, образ в теории литературы, социальная роли в социальной психологии. Но еще важнее осознать те сложности, которые связаны с адаптацией привносимых со стороны понятий и методологических подходов.

Первая сложность. Нельзя облегчать себе задачу, механически встраивая перенимаемые кванты знания в журналистский контекст. От исследователя прессы требуется строгость и глубина мышления, чтобы не допустить их вульгаризации поверхностной аранжировкой, и в то же время нужно осознавать, что под влиянием специфики журналистской деятельности заимствованные понятия обретают новую жизнь, используются для обозначения качественно иного материала.

Вторая сложность, в продолжение сказанного выше. Одна из проблем сотрудничества со «смежниками» заключается в том, что они, как правило, видят журналистику не комплексно и целостно, а односторонне, под своим углом зрения. Соответственно, когда они обращаются к журналистике, их понятийно-терминологические ряды выглядят бедными, одноплановыми.

Столь же ненадежными оказываются и дефиниции, которые относятся к явлениям из области функционирования прессы. Так, социологическая однозначность трактовок дает в результате весьма бледные интерпретации жур налистики или связанных с ней феноменов и отношений. Подобным образом и в политологии все реальное богатство журналистики умещается в понятии политической коммуникации.

Всякое возвеличивание какой-либо смежной науки при трактовке явлений журналистики неизбежно ведет к упрощению представлений о ней. В таких случаях новые термины не облегчают познание, а делают его плоды незрелыми и безвкусными. Из этого заключения в свою очередь следует выводы о том, во-первых, что необходима специализированная область научного знания, обладающая собственным аппаратом и широким проблемнотематическим полем деятельности, и, во-вторых, интенсивное развитие теории журналистики нельзя откладывать «на потом» – место, предназначенное для адекватного практике знания, очень быстро будет занято другими претендентами. Как, впрочем, и место самой журналистики не останется вакантным, если она начнет отступать от присущих ей форм существования и принципиальных профессиональных установок.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 57 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.