WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 30 | 31 || 33 | 34 |   ...   | 57 |

О. Слисаренко-журналист является также автором ряда проблемных статей: «Письмо к критику» [Слісаренко 1930], «Неотложное дело» [Слісаренко 1926-3], «Не «пророк», а деловой человек» [Слісаренко 1929] и т.д. В них он поднимает как общехудожественные проблемы: роли литературы в жизни общества, качества литературы, соотношения в произведении содержания и формы, актуальные в то время вопросы идеологической наполненности произведений, так и более «приземленные» вопросы отношений разных литературных организаций и даже материального обеспечения писателей. Наибольший резонанс вызвала статья «В борьбе за пролетарскую эстетику». В ней О. Слисаренко рассмотрел борьбу, которая в то время происходила в литературе, не как идеологическую, а как «борьбу разных эстетик» [Слісаренко 1926-1:21], и выдвинул тезис о том, что для образования новой, советской, литературы необходимо не только заботиться об идеологическом наполнении произведений, но и создавать новые художественные формы, новые «элементы стиля нашей эпохи» [Слісаренко 1926-1:23]. Это положение вызвало острую критику: С. Пилипенко [Пилипенко 1926], С. Щупак [Щупак 1928], Б. Якубский [Якубський 1927] и другие критики наибольшее преступление Слисаренко увидели в том, что он «отделяет эстетику от идеологии» [Якубський 1927:167]. Подобная критика звучала и в адрес других его статей, в частности статьи «Не «пророк», а деловой человек», которую И. Микитенко назвал оппортунистской [Микитенко 1929:73]. Именно так многие критики того времени воспринимали попытки О. Слисаренко, Н. Хвылевого и других членов «ВАПЛИТЕ» бороться за художественное качество литературы.

Итак, заметной чертой произведений Слисаренко-журналиста является сконцентрированность на вопросах, связанных с литературной сферой, стремление определить основные проблемы литературного процесса в Украине и очертить новые перспективные пути развития. Журналистскому наследию О. Слисаренко присуще жанровое богатство, причем выбор жанра всегда обуславливается конкретными заданиями, которые ставит перед собой автор, и способствует мастерскому раскрытию поднятых им проблем. Эти произведения заслуживают дальнейшего внимания ученых. Каждый из упомянутых жанров в журналистском наследии Слисаренко является потенциальным объектом будущих исследований историков журналистики.

1. Ким М.Н. Жанры современной журналистики. – СПб., 2004. – 335 с.

2. Микитенко І. Пролетарська література за доби реконструкції // Гарт. – 1929 – № 9. – С. 111–173.

3. Михайлин І.Л. Основи журналістики. – Х., 2004. – 350 с.

4. Обсерватор. Володимир Гадзінський. Фрагменти стихій // Вапліте. – 1927. – № 4. – С. 226–229.

5. Обсерватор. Микола Терещенко. Мета й межа // Вапліте. – 1927. – № 5. – С. 210–214.

6. Пилипенко С. Вапліте. Зошит // Плужанин. – 1926. – № 6–7. – С. 31–32.

7. Слисаренко О. Не «пророк» – а деловой человек // Вечернее радио. – 1929. – 9 мая.

8. Слісаренко О. В боротьбі за пролетарську естетику // ВАПЛІТЕ: Зошит перший. – Х., 1926. – С. 18–24.

9. Слісаренко О. Григорій Косинка «В житах» // Червоний шлях. – 1926. – № 9. – С. 269–271.

10. Слісаренко О. Джек Лондон «Твори» // Вапліте. – 1927. – № 3. – С. 198.

11. Слісаренко О. Лист до критика // Критика. – 1930. – № 1. – С. 81–85.

V. МЕЖДУНАРОДНЫЕ МАССОВЫЕ КОММУНИКАЦИИ В ЭПОХУ ГЛОБАЛИЗАЦИИ ГЛОБАЛЬНАЯ МЕДИЙНАЯ ПОЛИТИКА:

РЕАЛЬНОСТЬ ИЛИ ФАНТОМ Короченский Александр Петрович Белгородский госуниверситет Ключевые слова: глобальная медийная политика, ЮНЕСКО, международные массовые коммуникации Key words: Global Media Policy,UNESCO, international mass communications В повестку дня юбилейной конференции Международной Ассоциации исследователей массовых коммуникаций – IAMCR (Париж, июль 2007 г.), посвящённой 50-летию организации, была включена дискуссия по проблемам определения контуров современной глобальной медийной политики (Global Media Policy – GMP). Рабочая группа организаторов дискуссии отметила, что участие массмедиа в современных глобальных коммуникациях требует более глубокого теоретического осмысления. Также нуждаются в совершенствовании анализ и научная интерпретация основных глобальных информационных процессов. На сегодняшний день остаются недостаточно изученными как общие тенденции развития глобальных массовоинформационных процессов, так и состав их участников, многообразие связей и интеракций между ними, интересы различных сторон, включившихся в конкуренцию на глобальном информационном поле.

Основные причины тому – как сложность и масштабность самих явлений и процессов, требующих изучения, так и неразвитость методологии их исследования и недостаточность превалирующих ныне исследовательских подходов. В большинстве научных работ (по преимуществу западных) рассматриваются преимущественно отдельные массово-коммуникационные феномены и аспекты функционирования массмедиа в глобальном контексте.

Явно недостаёт системного видения масштабных перемен, происходящих сегодня в медийной сфере на глобальном уровне.

Современная наука отстаёт в изучении стремительно изменяющейся общемировой картины масштабных информационных процессов в современном мире, переживающем интенсивные глобализационные перемены. «Глобальная деревня» оказалась гораздо более сложным и замысловатым коммуникационным явлением, чем это виделось в эпоху маклюэновских пророчеств. С распространением новейших средств массовой коммуникации мировой медийный ландшафт претерпел существенные изменения. В связи с раз- витием трансграничного спутникового ТВ и всемирной сети Интернет характеристики международной информационной среды претерпели существенную трансформацию. Сетевые средства массовой коммуникации, включая региональные и местные, становится де факто глобальными по масштабам распространения информации (даже если задача трансграничного информирования не осознаётся и не артикулируется). Потребители сетевых СМК могут находиться на значительном географическом удалении – и нередко рассредоточены по всему миру, о чём свидетельствует статистика зарубежных посещений не только крупнейших столичных сетевых изданий, но и частотность обращений нерезидентов на сайты региональных и местных СМК.

С распространением непосредственного спутникового телевещания и Интернета географические государственные границы, являвшиеся ранее труднопреодолимыми барьерами для трансграничных информационных потоков, стали прозрачными для массовой информации из-за рубежа. Сформировалась качественно новая ситуация открытости национального информационного пространства, хотя языковые, культурные и экономические барьеры по-прежнему ограничивают возможности использования внешней информации. Бурно развивается глобальный информационный рынок, важнейшую роль в существовании которого играют трансграничные СМК.

В этом контексте постановка вопроса об изучении глобальной медийной политики выглядит как попытка систематизировать научное знание о многообразных глобальных процессах в сфере массмедиа, выявить в них элементы всеобщей организации во всемирном масштабе. Но насколько корректно сформулирована научная проблема, на которую должны быть нацелены усилия исследователей Существует ли в действительности сам объект изучения – глобальная информационная политика (ГМП) Применение понятия «политика» предполагает наличие некоей консолидированной, более или менее выстроенной, имеющей определённый концептуальный стержень системы действий в медийной сфере на глобальном уровне, согласованно осуществляемой определёнными субъектами – творцами этой политики. Какие же субъекты способны сегодня определять и осуществлять глобальную информационную политику, задавать целевые ориентиры и форматно-содержательные параметры массовых коммуникаций через СМК в мировом масштабе Известны примеры выработки и реализации на международном уровне региональной медийной политики, когда она вырабатывалась межгосударственными объединениями определенного географического региона во взаимодействии с медиабизнесом. Наиболее наглядным и масштабным процессом такого рода стало развитие медийной политики в рамках ЕС в 1980-е – 2000-е гг. В настоящее время концептуально выстроенные и согласованные действия Европейского Союза в медийной сфере осуществляются по таким направлениям, как правовое регулирование трансграничного телевещания, обеспечение охраны интеллектуальной собственности, ограничение концентрации на общем пространстве ЕС, выработка общих технических стандартов и пр. [См. бюллетень центра NORDICOM «European Media Policy»]. Так, например, перед лицом предстоящего развития телевещания через мобильные телефоны важным аспектом медийной политики ЕС призвано стать принятие стандарта DVB-Н в качественного единственного стандарта европейского мобильного телевидения.

Характерно, что библиография зарубежных научных публикаций о проблемах медийной политики, реализуемой в международных масштабах, содержит работы, посвященные преимущественно участию ЕС в выработке общих подходов к развитию медийной сферы и международному согласованию деятельности массмедиа на европейском пространстве [См.: Doyle Gillian, 2002 и др.].

Отдельного рассмотрения заслуживает вопрос о субъектности и роли ТНК в определении глобальной медийной политики (если таковая существует). Сегодня самыми крупными акторами в сфере международных медийных коммуникаций являются немногочисленные гигантские транснациональные корпорации, в большинстве своём со штаб-квартирами в США (прежде всего Time Warner, Viacom, News Corp., Disney). После распада социалистической системы и включения бывших стран «реального социализма» в мировую капиталистическую систему хозяйства они осуществляют масштабные операции по всему миру. «Доминирующие медийные предприятия всё более и более выглядят как глобальные», – отмечает Р. МакЧесни [Robert W. McChesney, 2005: 173]. В глобальном контексте отношения медиагигантов характеризуются, с одной стороны, как остроконкурентные, отмеченные постоянной борьбой. С другой стороны, принципиальное распределение рынков и захват ими тех или иных ключевых медийных секторов – уже свершившийся факт.

В этом отношении крупнейшие медиакорпорации напоминают ведущие автомобилестроительные и нефтедобывающие компании, которые уже пришли к глобальной олигополии. В сфере трансграничной информационной деятельности олигополия не является принципиально новым явлением. Достаточно вспомнить «картель трёх» (1870 г.) – соглашение телеграфных агентств Reuters, Havas и Wolff, тогдашних мировых крупнейших поставщиков оперативной международной информации, о разделе сфер влияния, предусматривавшем распределение географических зон сбора информации и рынков её продажи в мировом масштабе [Fenby, 1986: 35-38].

Ряд зарубежных и отечественных исследователей отмечают наличие принципиального негласного консенсуса между гигантскими медиакорпорациями в утверждении базовых идеологических и ценностных установок неолиберализма, а также в освещении некоторых ключевых проблем современного миропорядка («глобальной войны против терроризма», положения и роли России в современном мире и пр.) [См., напр.: Chomsky, Herman (2002), Ramonet (2005), Сапунов (2007) и др.] Таким образом, существуют элементы согласованности крупнейших транснациональных медийных игроков не только в экономическом поведении на глобальном рынке, но и в содержательных аспектах их массово-коммуникационной деятельности. Однако происходит это «по умолчанию» и нередко выглядит как результат воздействия пресловутой «невидимой руки» – мощных рыночных сил глобального масштаба. Но едва ли можно игнорировать подчинённость большинства медиагигантов ключевым управляющим центрам, базирующимся по преимуществу в США, а также других ведущих государствах Запада.

Хотя олигополия способствует выработке определённых форм согласования и взаимодействия корпораций и в определённых ситуациях провоцирует дальнейшее укрупнение и концентрацию через слияния и поглощения, принципиальная возможность выработки единой развитой глобальной медийной политики в условиях сохраняющейся глобальной же конкуренции медиагигантов представляется проблематичной – несмотря на существующие отношения ограниченного консенсуса между ними.

Наличие глобальной медийной политики должно подтверждаться принятием согласованных в широком международном масштабе концептуальных документов, отражающих основные цели и другие параметры этой политики. Однако же на сей день такие документы не существуют. В документах, принятых на Всемирной встрече на высшем уровне по вопросам информационного общества, есть положения, касающиеся массмедийного сектора. Но изложенные в них основные цели развития сконцентрированы преимущественно на расширении доступа жителей планеты к электронным коммуникациям. При этом «…и Декларация, и План действий не дают социетального определения информационного общества: практически ставится знак равенства между информационным обществом и доступом к новым информационно-коммуникационным технологиям…» [Человеческое измерение.., 315] Остальные же целевые положения (о необходимости соблюдения этических аспектов при применении новейших коммуникационных технологий и особенно о развитии контента) изложены слишком общо, им явно недостает конкретики.

Таким образом, документы Всемирной встречи едва ли можно признать полноценной концептуальной основой глобальной медийной политики.

Тем более, что в них не очерчен круг субъектов – агентов такой политики, их обязанности по ее реализации.

Под влиянием неолиберальной мифологии широкое распространиение получил тезис о вытеснении государства из сферы международных коммуникаций. Для ряда западных исследователей аксиоматичным стало утверждение об ослаблении роли государств в организации медийных международных коммуникаций ввиду превалирования в них частных транснациональных корпораций. Так, например, М.Э. Прайс в подтверждение этого тезиса приводит данные о сокращении в 1990-е годы, после провозглашённого окончания холодной войны, бюджетов и масштабов деятельности ведущих западных государственных организаций, осуществляющих радиовещание на зарубежную аудиторию [Прайс, 232-244]. Вместе с тем он же приводит высказывания организаторов иновещания, которые свидетельствуют о том, что в действительности речь идёт лишь о перегруппировке сил. В условиях, когда государственное коротковолновое эфирное иновещание постепенно превращается в анахронизм, требуется развитие интернетных и спутниковых форм информирования, которые являются более перспективными в воздействии на зарубежные аудитории [Там же, 245].

Pages:     | 1 |   ...   | 30 | 31 || 33 | 34 |   ...   | 57 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.