WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 15 |

Теперь о России. Россия в начале XX века не приняла либерально- западный путь развития. Именно неприятие русским народом мотива успеха, правил индивидуалистической конкурентной игры как НОРМЫ ЖИЗНИ, наряду с неспособностью тогдашнего православно-самодержавного государства предложить какую-либо альтернативу и породило русскую революцию. За кровью и разрушением, за всеми перипетиями сомнительной и нечистой политической тактики в глубине революционного движения видно светлое начало, виден интуитивно прозреваемый проект иного пути, проект действительно светлого, творчески продуктивного общества, который может быть предложен всему человечеству. Идеал коммунизма, по крайней мере так, как он был понят в России, есть идеал общества, в котором нет отношений отчуждения и конкуренции, нет вообще никакого насилия, в том числе и в форме отношений купли-продажи, а значит, невозможна и эксплуатация. Это есть идеал где "свободное развитие каждого" есть "условие свободного развития всех" (К.Маркс) -- и общественный идеал этот, каким бы термином его ни обозначать остается актуальным для всей современной цивилизации.

Почему же тогда в России попытка строительства нового общества, иных общественных отношений столь очевидно не удалась Ответ, по-видимому, заключается в ряде грубых ошибок, присущих тогдашнему коммунизму, по крайней мере, его воспринятому марксистскому варианту.

Одна из самых главных ошибок коммунизма видится в его РЕВОЛЮЦИОНАРИЗМЕ, т.е. в РАЗРЕШЕННОСТИ НАСИЛИЯ. Для высоких целей было позволено применять низкие средства. Фактически, это привело к подмене цели, когда вопрос о выработке новых общественных (т.е. МЕЖЧЕЛОВЕЧЕСКИХ) отношений был подменен вопросом о власти класса; а борьба с конкурентными отношениями собственности и за освобождение от них людей была подменена борьбой с самими собственниками.

Другой существенной ошибкой коммунистического движения, взаимосвязанной с революционаризмом, видится его ГЛОБАЛИЗМ (СРАЗУ переделаем ВСЕ общество) и (по крайней мере в воспринятом Россией варианте) его ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ДЕТЕРМИНИЗМ или, более общо, его СОЦИАЛЬНЫЙ СХЕМАТИЗМ. Здесь коммунизм так и не смог преодолеть свою буржуазность, т.е. прежде всего - идейное наследие того же Просвещения с его (отчасти наивным, отчасти умышленно-наивным) рационализмом, с представлением, что достаточно задать удачную схему общественного устройства, и все дальнейшее развитие будет детерминировано - "хорошим". (В этом обесчеловеченном детерминизме и видится главный порок мышления просвещенческой эпохи; революционаризм из него естественно вытекает: ибо если достаточно задать правильную схему (начальные условия), то тогда уж естественно задавать ее сразу на всем обществе (глобализм), а над неразумными и сопротивляющимися тогда уже позволено (один же раз!) совершить насилие.) Нельзя не признать, что в российском коммунизме были люди, которые сознавали его человеческую "недоразвитость", и пытались восполнить эту его человеческую, личностную компоненту. (До революции это прежде всего богоискательское течение в российском коммунизме (С.

Булгаков, Н. Бердяев...), в советский период - например, такая сильная фигура, как Э. Ильенков). Однако в целом мера обезличенного схематизма, а следовательно - произвола и насилия оказалась слишком велика. Тем самым, столь родственное российскому общинному мышлению и принятое им в коммунизме понятие ОБЩЕГО БЛАГА (именно не корпоративнокланового, а открытого, общего, когда ИНТЕРЕС КАЖДОГО ПРИВХОДЯЩЕГО ЧЕЛОВЕКА ВКЛЮЧАЕТСЯ И ПРИВОДИТ К ПЕРЕОСОЗНАНИЮ ИНТЕРЕСА ВСЕХ), понятие это сначала было подменено понятием БЛАГА КЛАССА, а затем, по мере советского государственного строительства - понятием БЛАГА ГОСУДАРСТВА. Тем самым общее благо в значительной степени было отчуждено от понимания, воления и владения большинства людей России и присвоено классом (группой, корпорацией) государственных чиновников.

(Возникло как бы своеобразное коллективистски-клановое благо - нечто родственное сознанию Востока, - не зря же советский социализм оказался наиболее устойчивым в Китае).

Одновременно (по-видимому, больше всего из-за неразвитости человеческой компоненты, из-за экономического схематизма коммунизма) происходило редуцирование понятия человеческого блага только к его товарно-потребительской форме. А раз так, и раз идеал потребительского изобилия (подменивший идеал коммунистических общественных отношений) пока (а может и вообще) недостижим, значит, опять возникают отношения конкуренции. (Сначала - на макрогосударственном уровне:

лозунг типа "Догнать и перегнать Америку" и т.п. как раз и может значить, что государственно- монополистическая чиновническая корпорация России вступила в конкуренцию с капиталистами Запада. Такой лозунг вряд ли приемлем для общества, которое ищет новый и открытый для всех путь развития.) Итак - сначала вступление в отношения конкуренции с Западом, потом - (по западным же правилам игры и критериям оценки) все более очевидная неприспособленность этого общественно-государственного устройства к таким отношениям, затем -- идея ПСЕВДОВЕРЫ (по-видимому, рожденная нашими диссидентами не без участия и всяческой поддержки рекламно-конкурентной пропаганды Запада), что раз советское общество в конкурентной борьбе капитализму проигрывает, (по крайней мере, по внешним, рекламно-рыночным меркам), значит, капитализм и ЕСТЬ общество общего блага и значит его надо воспроизвести его у себя. (Решение куда более простое, нежели пытаться нам найти свои собственные ошибки и продолжать искать НАИЛУЧШИЙ путь.) Как результат - крушение советской общественной системы.

Тем не менее в произошедшем в России и в странах социализма видны следующие положительные моменты: во-первых, в значительной степени в мире (а если говорить о России, то, быть может, окончательно) ПРЕОДОЛЕНА ПРАКТИКА РЕВОЛЮЦИОНАРИЗМА, т.е. представление о глобально-насильственном способе действий как о разумном, желательном, и даже как о ВОЗМОЖНОМ пути общества к лучшему.

Во-вторых, в значительной степени ОСЛАБЛЕНЫ (хотя, как показывает, например, пример практика методологии, отнюдь не преодолены) в целом позиции РАЦИОНАЛИЗИРУЮЩЕГО СХЕМАТИЗМА.

Во всяком случае, есть надежда, что если какие-то рациональные схемы в общественном устроении в будущем будут применяться, то с гораздо большим осознанием их неуниверсальности и с оговариванием области и меры их применимости и НЕОБХОДИМОСТИ ИХ ПРЕОДОЛЕНИИ В БУДУЩЕМ.

Соответственно, в-третьих, в России ПРЕОДОЛЕНА (или почти преодолена) ХИМЕРА ГОСУДАРСТВЕННО-КОРПОРАТИВНОГО БЛАГА как синонима блага общего. Во всяком случае, государственные способы владения и принятия решений в будущем если будут существовать (а, по- видимому, и весьма успешно - будут), то именно как УДОБНАЯ ФОРМА практического осуществления, имеющая ОГРАНИЧЕННУЮ ОБЛАСТЬ ПРИМЕНЕНИЯ. В-четвертых, в России теперь значительно ОСЛАБЛЕН, а возможно, и ПРЕОДОЛЕН диссидентский МИФ О ЗАПАДНО-ЛИБЕРАЛЬНОМ ОБЩЕСТВЕ как о наилучшей форме общественных межчеловеческих отношений.

Наконец, в-пятых, одновременно с крушением мифа о Западе, стало, наконец, четко просматриваться и осознаваться РАЗЛИЧИЕ между БЛАГОМ ЧЕЛОВЕКА и БЛАГОМ ПОТРЕБИТЕЛЯ.

Возможно (наряду с более ранним отказом от иллюзий глобализма и экономического детерминизма) это есть самое сильное приобретение общественного сознания за последние годы.

ГУМАНИСТИЧЕСКИЙ СИНТЕЗ: ВЫБОР ЧЕЛОВЕКА, ОБЩЕЕ БЛАГО И ОТСУТСТВИЕ МЕХАНИЗМОВ.

В этом разделе мы попытаемся сформулировать некоторый конструктивный идеал человеческих действий, то есть такую возможную мотивировку для человека, такую норму для общества, которая включила бы то позитивное, что есть в существующих в мире частных идеалах человеческой деятельности и могла бы стать приемлемой для развития действительно гуманистических отношений. Норма эта должна включать в себя, с одной стороны, идеал личной свободы, который существенно входил как положительная цель в либеральной мировоззрение, хотя на практике (в частности, из-за своей недоосознанности, когда личная свобода слишком часто понималась как, после наложения ряда формальноюридических ограничений, право на личный произвол) на практике идеал этот и был задушен отчуждающим корыстным механизмом рынка и подменен в массовом сознании правом подчиняться соответствующей экономической схеме и исходить в любых действиях из своих эгоистически-потребительских интересов.

С другой стороны, норма эта должна включать в себя идеал общего блага, как идеал гармоничного сочетания в целостном синтезе, посредством постоянного творческого переосмысления целей, интересов каждого человека. Идеал этот, с одной стороны, крайне актуален для Запада, ибо рынок, в конце-концов, и выставляется как некий мифический универсальный механизм, служащий его воплощению. (Хотя подчеркнем, идеал этот отнюдь не является главенствующим в общественном устройстве Запада; поскольку как только возникает противоречие между общим благом и индивидуальной корыстью, считается нормальным, когда вопрос решается в пользу корысти. Да рынок, постольку, поскольку это именно рынок, и не способен решить иначе.) С другой стороны, идеал общего блага был главным позитивным идеалом при совершении революции и попытке построить коммунистическое (не купле-продажное) общество в России -- хотя недостаточное осознание этого идеала, и, в частности, недостаточное уважение к личной свободе и привело к очевидному неуспеху и, как уже говорилось, к подмене понятия общего блага, на благо государственно-корпоративное.

Нам кажется, что нормой, включающей в себя позитивное этих обоих недоосознанных идеалов и обеспечивающей дальнейшее развитие общества к действительному гуманизму может быть принята норма ЛИЧНОГО СВОБОДНОГО ВЫБОРА В ПОЛЬЗУ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ НА ОБЩЕЕ БЛАГО.

Норма эта, с одной стороны, апеллирует к свободному ВЫБОРУ человека, то есть предполагает его ПОНИМАНИЕ и добровольное возможное сотрудничество и соучастие в любом общем деле или проекте, или, по- другому, ЗАПРЕЩАЕТ НАСИЛИЕ КАК НЕНОРМАЛЬНОЕ (а значит, антигуманное) явление; к тому же, в конечном счете, ведущее к неуспеху любого общего дела и к ущемлению интересов общего блага. С другой стороны, норма эта называет ОБЩЕЕ БЛАГО КАК ГЛАВНЫЙ КРИТЕРИЙ НОРМАЛЬНОСТИ (а значит, приемлемости) любой человеческой деятельности.

Она требует от каждого человека (по крайней мере постольку, поскольку он хочет общественного сочувствия, признания, уважения и поддержки своим делам), постоянной внутренней работы по осознанию этого общего блага и по добровольному безоговорочному соотнесению с этим благом всей своей деятельности. (Безоговорочному -- в смысле без выторговывания себе поблажек и дивидендов. Ибо стало едва ли не общепринятым при побуждении человека даже к какой-либо действительно полезной и необходимой обществу работе апеллировать не к его пониманию этой полезности, но к возможности получить ему в этом деле личную выгоду -- грубо говоря, нагреть руки на общественной (значит -- общей) нужде". Тем самым понятие общего блага затмевается и подменяется в сознании индивида понятием личной выгоды, а общество "закрывает глаза" на мотивационную непроясненность ситуации и делает вид, что эти понятие почти что "одно и то же". В итоге происходит строительство "по лжи" и уже обсуждавшееся использование плохих мотивов ради "хороших" целей.) Таким образом, личная свобода из утверждения права на индивидуальное корыстное потребительство и эгоизм, как это часто происходило в истории, оборачивается в названной норме добровольным осознанным отказом от эгоизма; при этом не любые действия и усилия оказываются общественно-признанными лишь по критерию их внешней успешности, как это имеет место быть в плюрализме, но существеннейшим критерием становится их открытость интересам каждого человека. То есть фактически ключевым становится НРАВСТВЕННЫЙ КРИТЕРИЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ.

Предложенная норма есть норма свободно избираемой деятельности, открытой к возможному добровольному сотрудничеству с любым человеком и совершаемой в интересах всех. (Подчеркнем, что именно ВСЕХ - то есть в интересах каждого могущего быть помысленным человека (конечно, не абстрактно "вообще помысленного", а воздействуемого или могущего быть воздействуемым рассматриваемым конкретным делом); не должно быть ограничения только интересами "всех людей, участвующих в деле". Поэтому существенной работой при осмыслении каждой конкретной ситуации должна стать каждоразовое преодоление корпоративно-группового замыкания.

(Понимание общего блага как отличающегося от кланового или группового.)) Скажем еще несколько слов об общем благе. Нам не кажется полезным, да и возможным, давать полное умозрительное определение этого понятия. Повторим лишь: понимание блага должно вырабатываться каждый раз конкретно; при этом должна осуществляться максимально возможная гармонизация интересов всех людей; и, наконец, при этом должно совершаться постоянное переосознание реальности и переформулирование целей. При этом не может существовать НИКАКИХ МЕХАНИЗМОВ и процедур такой работы, и не могут быть названы НИКАКИЕ КАНАЛЫ, в которых можно было бы ограничить требуемые человеческие усилия; понимание общего блага есть каждый раз новая ТВОРЧЕСКАЯ ЗАДАЧА, и каждый раз она требует от человека именно того, что делает его больше всего человеком -- то есть ОПИРАЮЩЕГОСЯ НА НРАВСТВЕННЫЙ НОРМЫ МЫШЛЕНИЯ.

(Маленькое теоретическое замечание: конечно, например, философия и методология могут выделить и назвать определенные механизмы и более менее универсальные признаки и процедуры, присущие самому мышлению. Но называние это имеет, вероятно, лишь умозрительно-описательно-познавательный, но не деятельностный интерес. Ибо как только и в той степени, в какой человек начинает действовать по заранее положенным процедурам и схемам, в такой же степени он перестает творить и перестает думать.) На наш взгляд, это ОТСУТСТВИЕ МЕХАНИЗМОВ ПРИ ОСУЩЕСТВЛЕНИИ БЛАГА есть исключительно важное свойство мира и человека, которое должно быть ясно осознанно все человеческим сообществом.

Любые фиксирующие схемы, любые детерминации поведения противоречат свободному самоопределению человека, его творчеству и, факту его способности мыслить. Разумеется, это не означает вообще отказ от схем и алгоритмов действий, но они должны каждый раз вновь КОНКРЕТНО РОЖДАТЬСЯ (мышлением) по мере их необходимости. Должна постоянно отслеживаться и не превышаться мера применимости конкретно используемого механизма, ибо постольку, поскольку происходит превышение применимости, поскольку схема "сама" (то есть НЕ истина, НЕ благо) начинает "диктовать условия", постольку же происходит отключение мышления и отчуждение человека от реальной творчески познающей и преобразующей мир деятельности, происходит как бы ОКОСТЕНЕНИЕ РЕАЛЬНОСТИ ВО ЗЛО.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 15 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.