WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 70 | 71 || 73 | 74 |   ...   | 104 |

И это переживание развивается и обретает форму, но всегда кажется, что это как "живой фильм" тем или иным образом: Вещи приходят, я останавливаю фильм и затем работаю над ними, чтобы прояснить идеи, расставить вещи по подобающим им местам, увидеть все связи... [можно было бы подумать о режиссере, организующем различные сцены -- за исключением того, что это не фильм, а организуемый кусок материальной жизни] а когда работа окончена, фильм исчезает. Странно, все эти обстоятельства собираются произойти, и все же Мать "помнит их"... Это недостаток настоящей объективизации. Вот как я объясняю это: возможно, иначе фильм бы не остановился, он попросту бы продолжался. Это было бы совершенно естественно и явилось бы частью миллионов вещей, которые происходят или случаются без того, чтобы мы обратили на них внимание -- так что иногда она "останавливала фильм", чтобы войти в него и работать над ним, то есть, сознательно принять участие в той или иной сцене, чтобы изменить ее или расширить, и тогда она помнит: это обретает форму живой памяти. "Памяти наперед". Все время происходят забавные вещи. Я отвечаю на письма, которые не получала! Затем я получаю эти письма -- мой ответ уже написан! Но самое интересное -- гораздо интереснее, чем знать или переживать заранее циклон, революцию или некоторое человеческое событие -- это то, что не только нет деления времени -- до, после -- а нет разделения и в самой Материи: нет "материи там" и "материи здесь", отделенных телами, милями и "непохожестью". Континуум живой Материи. Все становится ЖИВЫМ сознанием, каждая вещь испускает свое сознание и живет из-за этого...

Вот где уравнение "Материя=Сознание" становится очень конкретным. Например, точно зная за секунду или минуту раньше, что ударят часы, кто-то войдет... И все эти вещи не ментальные, они принадлежат механическому царству [часы - механические, движение тела - механическое], и все же они обретаются как явления сознания: это ЖИВЫЕ вещи (я говорю "живые", но это не так), которые ГОВОРЯТ ТЕБЕ, ГДЕ ОНИ, где они расположены. Другие вещи внезапно ВЫХОДЯТ ИЗ сознания и исчезают. Целый мир... мир микроскопических явлений, которые являются другим способом жизни и кажутся творением сознания без того, что мы называем "знанием". Это нечто, не имеющее ничего общего со знанием или мышлением. Мир со снятой с него ментальной коркой, чистый. Тело, которое знает часы или человека, поднимающегося по лестнице, чтобы увидеть Мать, или что-либо, удаленное на десять тысяч миль, в совершенной материальной причастности. Например, время от времени, я слышу, как люди возле меня разговаривают о той или другой вещи и говорят: это будет так или вот так; сразу же это включает некое "осязательное видение" (как объяснить это Это подобно касанию и видению, и все же это ни касания, ни видение, ни то и другое вместе):

это вещь, как она ЕСТЬ. Кто-то говорит Матери: мы собираемся построить дом здесь. И Мать отвечает: нет, стройте лучше там, вы наткнетесь на воду. Они копают и натыкаются на источник. Или же кто-то говорит: для этой работы мне нужно два грузовика цемента, а Мать видит восемь мешков цемента, проходящий перед ней, и вместе с этим - лживость ученика. Или, возможно, я могу привести свой пример, потому что это сознание Материи откровенно очень юмористическое на собственный лад -- оно беспощадно видит то, что истинно: мне сказали, что один человек (молодая женщина) хочет покончить с жизнью, и я увидел ее как бы в окне огромного учреждения, приставляющую револьвер к своей голове... Меня охватил ужас, только чтобы осознать, что она смотрела на свое отражение в окне и... пудрила свое лицо с револьвером! Кто-нибудь слышал о таком юморе Комедия земли, неприкрытая. За исключением того, что это не всегда комично. Или же кто-то говорит Матери: это эвкалиптовое дерево умирает; Мать говорит:

посадите другой эвкалипт рядом с ним, ему нужен компаньон. И дерево начинает оживать. И они могут говорить все, что угодно. ЭТО ТАК, и это неопровержимо. До сих пор не было ни одного противоречия. Это сознание, свободное от каких бы там ни было ментальных элементов. Это приходит "как есть" и такое ясное! Как прямой контакт с вещью, какой она и является на самом деле. Это другой способ жизни.

Для нас, ментальных существ знать означает понимать. Для следующего вида знать означает жить, быть -- везде, везде и все время. Как если бы я купалась в этом, так что это не нечто, что я "вижу", нечто чуждое мне, что я вижу, это... я внезапно являюсь всем этим. Поэтому нет больше "личности", нет больше... Нет слов, чтобы описать эти переживания.

И все это происходит на клеточном уровне. Это не исключительные силы, а нормальное, обычное восприятие, как мы сейчас дышим или чувствуем.

Это не сверхсознание, взирающее на материю со своих озаренных высот; это здесь, в телесном сознании. Может показаться, что без сети тело живет в другом мире, который, тем не менее, является физическим и материальным, потому что, в конце концов, тело живет по часам, ложиться спать каждый день и видит две сотни людей на день -- и его восприятие физическое:

Нью-Йорк физичен, китайские войска - физические, а также канавы Фив. Так что, какое физическое В чем истина нашего материального мира И в том же самом физическом, за "вуалью нереальности" смерть не существует, болезнь не существует, гравитация не существует, реки можно пересекать без усилий... как если бы Материя, в которой мы сейчас живем, была бы паталогическим изобретением разума от самого начала до конца. Преходящее изобретение, чтобы сотворить индивидуальную тюрьму. Но это не истина материи, это ложная материя.

Вот материальное, экспериментальное заключение, к которому пришла Мать: Эти представления о пространстве и времени, об "объективности" и "субъективности" (являются ли вещи "конкретными" или нет) оборачиваются практической целесообразностью, приспособлениями для подготовки сознания к новому способу бытия... Это как смерть, пища и деньги -- эти три вещи столь "значимы" в человеческой жизни; человеческая жизнь вращается вокруг этой троицы: еда, смерть и деньги! -- и все же, для Сознания, это...

преходящие приспособления, результат состояния совершенно переходного и не соответствующего ничему очень глубокому или постоянному. Такова позиция того Сознания. И поэтому оно учит тело быть иначе.

Пространство, время и смерть переплетены.

И все три являются преходящими приспособлениями, ведущими к... чему Точно так же, как Материя тяжела, заморожена и поделена в нашей тюрьме, так и время застыло, уплотнено и медленно течет на расстояниях нашей фрагментированной Материи -- нашего фрагментированного сознания.

Время является лишь ложным восприятием разделения в среде, где все непрерывно, ненарушено и непосредственно -- и светло. Время является ритмом сознания, - сказала Мать. Наша Материя находится в ложном ритме, точно так же, как она ложно толста -- если ритм изменится, Материя тоже изменится или, скорее, станет тем, чем на самом деле является. Время = Сознание = Ритм = Материя.

Другой ритм Материи.

Какой настоящий ритм Материи Как выглядит эта истинная Материя, этот физический мир, как он есть, в котором тело Матери, клеточное сознание Матери "путешествует" мгновенно и повсюду XXIII. НАСТОЯЩАЯ ЗЕМЛЯ Физический мир просто как он есть Сейчас мы входим в достаточно загадочную часть Леса Матери. Все загадочно для нас. Вы стараемся воссоздать связный мир через прутья нашей тюрьмы, мы тычемся нашими пробами, антеннами и микроскопами, чтобы схватить это грандиозное целое, но на самом деле мы не схватываем ничего, мы схватываем лишь то, что пришло в нашу тюрьму: это не мир, это мир нашей тюрьмы. А когда мы умираем, то уходим на другую сторону тюрьмы -- в никуда, в ничего, рай. Мы можем говорить все, что угодно, поскольку никто не возвращался оттуда, по крайней мере, не в том же теле. Когда мы засыпаем, то тоже уходим на другую сторону тюрьмы -- сны, темные или сияющие джунгли, знаки вопроса и неожиданные встречи, и все это по возвращению облекается в язык тюрьмы: это перевод пасторальной жизни извечным узником, который никогда не видел настоящего поля. Мы можем говорить что угодно, но мы никогда не видим этими глазами, возможно этим глазам нужно обратится в прах, чтобы видеть по-другому. Когда мы медитируем, то кажется, что выходим из тюрьмы -- боги, дьяволы, ослепительные или мрачные космосы, поразительные откровения и множество знаков вопроса, которые растворяются в воздухе, свободном от проблем -- мы можем говорить что угодно, но когда мы возвращаемся, то все проблемы остаются здесь же, нерешенными. И все не согласны друг с другом, каждый видел нечто другое, каждый создает собственное евангелие. Но, в конечном итоге, что приобретено вне тюремной клетки Менее опутанная часть Разума, который после возвращения через прутья передает то, что он думал, что видел без прутьев -- это Разум, вводящий себя в заблуждение собственной историей мира, только на более широкий манер, с небольшими добавками, чтобы сделать историю миленькой. И все же все то сверкающее или темное ничто, странное и причудливое, есть то, что составляет лучшую часть нашей клетки, ее наиболее комфортабельную часть для тех, кто не полностью механизирован. Но мир, великий мир плывет впереди, никто никогда не схватит его, никто не видел его своими голубыми или коричневыми глазами, тем способом, каким мы видим маленький листок, который так мягко трепещет на ветру, прямо перед нами.

Живые и мертвые Мы могли бы сказать, что Мать -- это та, которая возвращалась из того мира, но даже и это не так. Она не ходила на другую сторону тюремной клетки, чтобы вернуться с историей на ментальном языке. Она работала, чтобы другая сторона пришла сюда, а не для того, чтобы втиснуть ее в эту тюрьму (как если бы мы могли когда-нибудь засунуть ее в норку сурка), но чтобы поместить в теле обе стороны одновременно: то, что другие искали высоко вверху и в грезах, она находила здесь внизу, конкретно, в клетках своего тела. И поскольку это путешествие совершает не маленький кусок Разума (я был готов сказать "экскурсию", но это скорее "инкурсия" - просачивание), то трудно изложить на картезианском языке то, что происходит. На самом деле картезианской является только клеточная тюрьма, все остальное гораздо менее жестко. Видят именно глаза клеток, очень молодые глаза, у которых еще не так много ума (к счастью); надеемся, представители нового вида будут более одарены настоящими глазами. Мы всегда забываем, что супраментальное тело, которое будет жить и обращаться со всем этим совершенно естественно, еще не создано в ходе эволюции -- в настоящий момент есть старое, переходное тело, которое находится одновременно на обоих сторонах и которое начинает завладевать органами "следующего пути", не зная средств передвижения и выражения этого пути. Это тело будет создано, будьте уверены -- как, мы вовсе не знаем, или, возможно, Мать даст нам некий намек -- а, тем временем, мы находимся на стадии бабочки внутри гусеницы. Как раз это я сказал Матери как-то после одного из ее радикальных переживаний: "Если бы гусеницы внезапно дали глаза бабочки, она бы запаниковала!" Но Мать никогда ничего не страшилась, она экспериментировала, отмечала результаты и шла дальше.

Мать никогда не останавливалась на пути ради какого бы там ни было переживания, даже самого тонкого -- в тот момент, когда оно увидено, с ним покончено. Узнать вещь означает ее умертвить. Нужно идти дальше. И так она и делала.

Поэтому мы оставлены с самим переживанием, без логики: в такой-то день, при таких-то обстоятельствах, при 95 градусах по Фаренгейту (хотя в Пондишери всегда жарко) вот что я видел; другие могут навешивать любую логику, какая им нравится, я имею лишь глаза Обывателя Нового Мира или, скорее, маленькие озорные глаза тела Матери. Как странно, что даже клетки Матери были юмористичны. Но поскольку я был Обывателем, то она пыталась как можно лучше разъяснять мне все: Хорошо, предположим на мгновение, что ты -- Божественное! Ты содержишь в себе все и просто находишь восторг в том, чтобы привносить все в определенном порядке; но для тебя, в твоем сознании, все там одновременно: нет ощущения времени, нет ни прошлого, ни будущего, ни настоящего -- все вместе. И в любой возможной комбинации. Он находит восторг в том, что привносит одну вещь за другой, просто так [что означает, пропускать их одну за другой сквозь прутья тюремной клетки]. Так что эти бедные друзья внизу, которые видят только маленький кусочек (они видят его большим), говорят: "О, это ошибка!" Как это ошибка Просто потому что они видят лишь маленький кусочек в одно время... Это ясно, не так ли, это легко понять. Представление об ошибке принадлежит времени и пространству. То же самое касается представления, что вещь не может одновременно БЫТЬ и НЕ БЫТЬ. И все же это верно: она есть и ее нет. Именно ощущение времени -- времени и пространства -- вносит ошибку. Все равно, это было немножечко чересчур для моего ортодоксального картезианства: "Что ты имеешь ввиду, что вещь может быть и не быть одновременно, как такое может быть" Вещь есть, и одновременно есть ее противоположность. Тогда как для нас не может быть "да" и "нет" в одно и то же время. Для Господа ВСЕ ВРЕМЯ есть "да" и "нет" одновременно!... То же самое относится к нашему представлению о пространстве; мы говорим: "Я здесь, поэтому тебя здесь нет." Но я здесь, и ты здесь и все здесь! И Мать рассмеялась мне в лицо. Но внезапно тон разговора стал серьезнее: То же самое с бедными "умершими". Сколь часто, как очень часто бедные человеческие существа разрушались теми людьми, которые больше всего их любили... в предположении, что они мертвы! Для них наступало очень плохое время. "Разрушались" -- я был несколько поражен. Да, они сжигались [то есть, их кремировали]. Или же запирали в ящике, без света или воздуха -- АБСОЛЮТНО СОЗНАТЕЛЬНЫХ. А поскольку они не могли никак выразить себя, то их считали умершими. Ничто не стоит сказать "Они мертвы"! Все же они очень сознательны. Они сознательны. Предположим, что кто-либо больше не может ни говорить, ни шевелиться -- он "мертв", согласно человеческим представлениям. Он мертв, но он сознателен. Он сознателен и видит людей вокруг себя: кто-то причитает, кто-то... (если он немного ясновидящий, то видит и тех, кто радуется), но он также видит, как его кладут в гроб, который затем плотно закрывается: а, теперь все кончено, они собираются похоронить его. Или же его приносят в крематорий, а затем огонь - в рот -- АБСОЛЮТНО сознательного. Я переживала это последние несколько дней. Я видела это в последние несколько дней, потому что пребывала по два часа, по крайне мере, в мире, который называется "тонким физическим", где живые и мертвые находятся вместе без ощутимой разницы. Нет разницы. Например, когда X была в теле, я обычно видела ее раз в год, ночью (возможно, даже реже).

Pages:     | 1 |   ...   | 70 | 71 || 73 | 74 |   ...   | 104 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.