WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 20 | 21 || 23 |

Далее Пейджелс сообщает: "Исследователи ранней истории христианства (области "патристики", изучающей труды "отцов церкви") должны быть готовы к пассажам, подобным тому, что заключает Евангелие от Фомы: "Симон Петр сказал им [ученикам]:

"Пусть Мария покинет нас, ибо женщины недостойны Жизни". Иисус сказал:

"Я сам буду вести ее, чтобы сделать ее мужчиной, чтобы она тоже смогла стать духом живущим, подобно вам, мужчинам. Ибо каждая женщина, сделавшая себя мужчиной, войдет в Царство Небесное".

Такое откровенное исключение половины человечества из числа достойных жизни - да еще именно той половины, в чьем чреве жизнь зарождается - имеет смысл лишь в контексте андрократического регресса. Подтверждается то, что в глубине души подозревали многие из нас: с христианским евангелием любви что-то случилось. Иначе как объяснить, что им оправдывали все истязания, завоевания и кровопролития, совершаемые преданными христианами против других и друг против друга, из которых, собственно, и состоит почти целиком вся западная история Ибо в конце концов здесь произошло непредсказуемое глубокое преобразование системы. Из руин классического Рима сложилось новое здание.

То, что начиналось как тайный культ, выросло в новую "мировую" религию. Но вместо того чтобы осуществить свою задачу, преобразовав общество, этот "периферийный захватчик" преобразился сам. Христианство стало андрократической религией. На смену Римской империи пришла Священная Римская империя.

Уже к 200 году - вот она, духовность вверх ногами - христианство полным ходом становилось той самой иерархической, основанной на силе системой, против которой восставал Христос. А после обращения в христианство императора Константина оно превратилось в официальное орудие, а вернее, слугу государства. Как пишет Пейджелс, когда "христианство получало официальное признание, христианские епископы, ранее преследовавшиеся властями, теперь сами оказались в верхушке государственного аппарата".

Христианские историки сообщают, что в 312 году накануне битвы, в которой потерпел поражение и был убит соперник Константина Максенций, а Константин был провозглашен императором, ему привиделся в лучах заходящего солнца крест с надписью "сим победишь". Правда, они обычно забывают упомянуть, что Фауста, жена первого христианского императора, была сварена заживо, а сын Крипс убит по его же приказу. Однако кровавое насилие, которым сопровождалось насаждение христианства в Европе, не ограничивается частными распоряжениями Константина. Ни даже его и его преемников публичными рескриптами, такими, например, как указы, объявлявшие ереси актом предательства, караемым пытками и смертью.

Теперь высшее священство само имело право наказывать тех, кто не хотел принять "новый порядок". Методично запрещалась вся "еретическая" информация, которая могла бы угрожать новой системе андрократической иерархии.

Бог - чистый дух, Бог - мать и отец в одном лице превратился в бога просто мужчину. Как вынужден был признать почти две тысячи лет спустя, уже в 1977 году, Папа Павел VI, женщинам не позволялось вступать в духовный сан, "потому что наш Господь был мужчина". Одновременно гностические Евангелия и прочие подобные тексты, до сих пор имевшие свободное хождение в раннехристианских общинах, объявлялись ересью и уничтожались теми, кто объявил себя "православной", а, стало быть, единственно законной церковью.

Все эти источники, - пишет Пейджелс, - "тайные Евангелия, откровения, мистические учения - не были включены в тот избранный список, который составил Новый Завет... К тому времени когда закончился отбор, видимо, не раньше 200 года, практически вся женская божественная образность исчезла из ортодоксальной традиции".

Одни христиане клеймили как еретиков других христиан, веривших в равенство, - и это после того, как в раннехристианских общинах мужчины и женщины жили и работали по Христовой заповеди, люби друг друга как братья и сестры. А многие из них приняли смерть христианских мучеников. Но мужчинам, которые теперь использовали христианство, чтобы установить свое господство, нужно было втиснуть христианскую жизнь и христианскую идеологию в рамки андрократии.

С годами христианизация европейских окраин стала очередным оправданием постулата господства о том, что сильный всегда прав. Это предполагало не только насильственное обращение в веру тех, кто не придерживался официального христианства, но и разрушение "языческих" храмов, святилищ и идолов, закрытие древнегреческих академий, рассадников "ереси". Церковь столь успешно доказывала "нравственность" права сильного, что вплоть до эпохи Возрождения в Европе практически не.существовало ни одного художественного произведения, ни одного научного изыскания, не "освященного" Церковью. Существующие знания уничтожались так тщательно (включая массовое сожжение книг), что этот процесс распространился и за пределы Европы, куда только достигали влияние и власть христианства.

Так, в 391 году по указу Феодосия I теперь уже полностью андрократизированные христиане сожгли знаменитую александрийскую библиотеку, одно из последних вместилищ древней мудрости и знаний. При содействии позднее канонизированного Кирилла (патриарха Александрии) христианские монахи растерзали Гипатию - замечательного математика, астронома и философа александрийской школы неоплатоников. Ибо эта женщина, признанная теперь одним из величайших ученых, была для Кирилла лишь недостойной, которая осмелилась преподавать мужчинам.

В официальные священные писания включены догмы павлинизма или, как сейчас выясняется, псевдопавлинизма, трактующие женщин и все, что связано с ними, как нечто низшее, но столь опасное, что требует постоянного надзора.

Были, однако, и немногие исключения: Климент Александрийский все еще характеризует Бога как соединение мужского и женского начал и пишет, что имя "человечество" - общее для мужчин и женщин. Однако в основном предложенная Иисусом модель человеческих отношений, в которой мужчина и женщина, богатый и бедный, иноверец и иудей суть одно и то же, была искоренена из идеологии и практики ортодоксальной христианской Церкви.

Мужчины, стоявшие у власти новой ортодоксальной Церкви, могли во время обрядов поднимать древнюю Чашу, ставшую теперь чашей Святого Причастия с символической кровью Христа. Однако фактически снова господствовал Клинок.

От огня и меча Церкви в союзе с правящим классом пали не только "язычники" митраисты, иудеи или посвященные в древние таинства Элевсина и Дельф, но и все христиане, не желавшие принимать их правила. Они все еще заявляли, что их цель - распространение учения Иисуса о любви. Однако их крестовые походы, их охота за ведьмами, инквизиция, костры для книг и костры для людей несли не любовь, но старые андрократические репрессии, разрушения и смерть.

Итак, по иронии истории, революция ненасилия, начатая Иисусом, за которую Он умер на кресте, закончилась установлением порядка, опирающегося на силу и страх. Как отмечали историки Уилл и Ариэль Дюраны, исказив и извратив учение Христа, средневековое христианство оказалось моральным регрессом. Перестав быть угрозой андрократической системе, христианство стало тем, чем становились почти все религии, создававшиеся во имя просвещения и свободы, - могущественным орудием укрепления этой системы.

Несмотря на это, борьба гилании против андрократии отнюдь не закончилась. В определенные периоды на протяжении мрачных столетий андрократического христианства вновь и вновь возникала потребность повернуть наше культурное развитие в сторону гилании. Как мы увидим далее, эта борьба была главной невидимой силой, формировавшей западную историю, и ныне она опять обретает ведущую роль.

********************************..............................................

******************************** Глава ЭВОЛЮЦИОННЫЙ ПРОРЫВ К БУДУЩЕМУ ПАРТНЕРСТВУ..............................................

Трансформация Движение к новому миру психологического и социального возрождения повлечет за собой изменения, которые мы пока не можем ни предвидеть, ни предсказать. В самом деле, после стольких несбывшихся надежд любые позитивные прогнозы на будущее вызывают скептицизм. Однако мы знаем, что изменения в структуре вызывают изменения в функциях, и по мере перехода от господства к партнерству постепенно будут преобразовываться наше старое мышление, чувства и поведение.

На протяжении тысячелетий письменной истории человеческий дух был скован цепями андрократии. Однако нельзя было остановить стремление к истине, красоте и справедливости. Сбросив цепи, освободив свои сердца, разум и руки, мы освободим и свое творческое воображение.

Для меня трансформация андрократии в гиланию воплощена в образе превращения гусеницы в бабочку. Это превращение кажется мне наиболее подходящим символом устремления человечества к желанным высотам, ибо бабочка - это древний символ возрождения, воскрешения преобразующих сил Богини.

В двух моих следующих книгах - "Освобождение" и "Рождение" - эта трансформация глубоко исследуется. Они представляют собой проект социальных преобразований - не утопию (буквально: "место, которого нет"), а прагматопию, осуществимый сценарий будущего. Хотя на нескольких страницах трудно вместить содержимое двух книг, мне хотелось бы закончить эту главу, кратко описав изменения, которые, на мой взгляд, произойдут, когда возобновится прерванная культурная эволюция.

Самое главное - мы, наши дети и внуки снова научимся жить свободно, не боясь войны. В мире, где "быть мужчиной" перестанет означать "быть господином", где вырастет статус женщины, постепенно исчезнет угроза ядерного уничтожения. В то же время, по мере улучшения социальных и экономических возможностей женщин, - так, что уровень рождаемости будет соответствовать нашим ресурсам, - уменьшится мальтузианская "необходимость" голода, болезней, войны.

Также связанные с перенаселением, "покорением природы человеком", загрязнением окружающей среды экологические проблемы сходным образом начнут разрешаться в период трансформации. Равно как и проблемы недостатка энергии и других ресурсов.

Поскольку женщины не будут больше исключаться из системы финансовой помощи, кредитов на землю и повышения квалификации, программы экономического развития стран третьего мира по повышению уровня образования и улучшению уровня жизни также станут более эффективными. Ибо от того, что женщины получат доступ к здравоохранению, образованию и политической жизни и не будут считаться лишь домашними животными, выиграет все человечество.

Наряду с более рациональными мерами, направленными на снижение нищеты и голода среди наиболее бедной части населения - женщин и детей, растущее осознание нашей связи со всем человечеством постепенно поможет преодолеть пропасть между богатыми и бедными нациями. В самом деле, если миллиарды долларов и часов рабочего времени будут направлены не на разрушение, а на поддержание и улучшение жизни, нищета и голод постепенно останутся лишь в воспоминаниях о варварском андрократическом прошлом.

Растущая открытость в отношениях между мужчинами и женщинами отразится на семьях и человеческих сообществах. Позитивные изменения произойдут в национальной и международной политике. Постепенно спадет волна проблем, которые терзают нас сегодня: от самоубийств и разводов до вандализма и международного терроризма - ибо эти проблемы во многом происходят от напряженности между людьми, неизбежной при теперешней социальной организации.

В мире, где женщины и мужчины будут жить в партнерстве, конечно, останутся семьи, школы, правительства и другие социальные институты. Но, подобно уже возникающим институтам равноправной семьи и сети общественных организаций, эти социальные структуры будут основаны не на субординации, а на слиянии. Соответственно, роли женщин и мужчин не будут столь жестко разграничиваться, что обусловит разностороннее развитие человечества.

Многие наши институты также приобретут международный характер. По мере того как нами будет овладевать чувство слияния друг с другом и окружающей средой, исчезнет старый статус государства как самодостаточной политической единицы. Однако вместо единообразия и усредненности, которые логически отражают точку зрения общества господства, будут процветать самобытность и пестрота. Малые объединения различного профиля будут вступать в многообразные разветвленные связи друг с другом. Будут предприниматься и другие, пока еще трудно предсказуемые, глобальные мероприятия по развитию равноправных и эффективных путей использования природных и человеческих ресурсов, внедряться материальные и социальные изобретения.

Это будет время больших технических достижений, а существующие технологии приспособят к новым социальным потребностям. Многие из них, как предполагает Шумахер, станут использоваться в ремесленных промыслах и других прикладных искусствах. Но в то же время это не будет возвращением к трудоемкой деятельности. Наоборот: при том, что высвобождается время и энергия для реализации нашего творческого потенциала, можно ожидать, что механизация и автоматизация будут играть еще более жизненно важную роль. И все виды производства (и крупные, и малые) будут использоваться при активном участии рабочих, роль которых, в отличие от общества господства, не будет сведена к роли машин или автоматов.

Приобретет большое значение развитие более безопасных и надежных методов контроля над рождаемостью. Больше исследований будет посвящено и замедлению процессов старения, начиная с уже появляющихся методов замены изношенных органов и заканчивая технологией возрождения клеток тела.

Проводятся опыты по искусственному зарождению жизни. Однако новые технологии репродуцирования отнюдь не призваны заменить женщину или превратить ее в инкубатор, они будут тщательно оцениваться и женщинами, и мужчинами, с тем чтобы человеческий потенциал обоих полов был полностью реализован.

Коль скоро технологии разрушения не будут больше поглощать и разрушать наши природные и человеческие ресурсы, неосуществимые пока проекты станут экономически возможными. В результате мы получим процветающую экономику, предвосхищенную доисторической гиланической эпохой.

Этот процесс пройдет в несколько экономических этапов. Первый этап, уже начинающийся, это так называемая смешанная экономика, соединяющая в себе лучшие элементы капитализма и коммунизма - а в смысле разнообразия децентрализованных форм кооперации производства и распределения, также и анархизма. Социалистическая идея о том, что человек обладает не только политическими, но и экономическими правами, станет основным принципом гиланической экономики. Однако появятся, возможно, и новые экономические изобретения.

Pages:     | 1 |   ...   | 20 | 21 || 23 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.