WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 53 | 54 || 56 | 57 |   ...   | 65 |

Существуют и другие способы, которые пациенты могут использовать в качестве функции Эго в переносе, что может проясниться во время отделения. Аналитик может использоваться пациентом для того, чтобы смягчить критические требования Суперэго. Тогда во время уик-энда такие пациенты могут вернуться к своему гиперкритичному анти-инстинктивному состоянию. Такие пациенты не могут попусту тратить время во время уик-эндов или праздников, они должны заниматься какой-нибудь [397] стоящей задачей или культурными занятиями или укреплением здоровья. У некоторых таких пациентов искушения во время уик-эндов могут вызвать огромную вину и реакции стыда. Для них сеанс в пятницу является началом опасного путешествия, а сеанс в понедельник - возвращением к безопасности.

3.10.24. Другие клинические данные Существуют пациенты, которые будут прекращать работать в пятницу, руководствуясь правилом: "Я покину вас прежде, чем вы меня". Этот вопрос о том, кто кого покидает, может быть очень важным техническим моментом при работе с очень слабыми пациентами. Для того, чтобы избавить таких пациентов от жестокого чувства заброшенности, я часто считаю, что им можно разрешить уехать ненадолго, на день или несколько дней раньше, чем уезжаю я сам. Такие пациенты нередко сводят на нет последний перед отпуском сеанс. У меня были такие пациенты, которые молчали или были непродуктивными по пятницам для того, чтобы продемонстрировать отношение: "Кто в вас нуждается" Они тратят последний сеанс на то, чтобы показать свое презрение к аналитической работе.

Когда аналитик ощущается, главным образом, как фигура ненавидимая, сеанс в пятницу может означать путь к свободе из страдания, и аналитик может вызвать определенную эйфорию у пациента. Однако при таких условиях, пациент может впасть в депрессию во время уик-энда, из-за того, что эта враждебность будет направлена внутрь, или может возникнуть тревога из-за бессознательного ожидания какого-нибудь несчастья с аналитиком.

Реакции на сеанс в понедельник будут зависеть от того, что происходит во время уик-энда и, помимо всего прочего, от того, какое значение переноса имеет аналитик в данное время, является ли аналитик критическим Суперэго, утраченным объектом любви, отвергающим объектом любви, нуждающимся Эго или соблазняющим Ид. Является фигура аналитика любящей или ненавидящей, благожелательной или суровой, поддерживающей или критикующей Вне зависимости от того, что кроме этого происходит [398] в анализе, сеанс в пятницу предвещает уик-энд и приближающееся отделение от аналитика, и это следует принимать в расчет. Чтобы ни происходило во время уик-энда, тот факт, что событие случилось во время отделения от аналитика, будет влиять на все другие данные. Нередко пациенты реагируют на сеанс в понедельник с чувством: "Я плохой, и это ваша вина, потому что вы бросили меня на уик-энд".

Реакция пациентов на сеансы в пятницу и в понедельник будут изменяться во время курса анализа.

Мой пациент, мистер З., который ненавидел сеансы в понедельник, потому что не мог позволить себе скучать по мне, поскольку это бы имело оттенок гомосексуальности, бывал ужасно непродуктивен по понедельникам. Когда же, в конце концов, он смог выразить свое горе при приближении сеанса в пятницу, он стал упорно работать и по понедельникам.

Депрессивная пациентка миссис К. чувствовала, что она перестает жить, когда наступает пятница, и становится "зомби" во время уик-эндов, потому что она чувствует, что более не имеет отношения ко мне. Когда она смогла влюбиться вне анализа, она нетерпеливо ждала сеанса в пятницу и своих собственных каникул во время уик-энда.

Не следует забывать, что уик-энд представляет собой миниатюрную копию того, что аналитик может ожидать от конца анализа.

3.10.25. Технические проблемы Одной из технических проблем является восстановление рабочего альянса, такого, чтобы аналитик мог анализировать реакцию пациента на отделение. Я полагаю, что, когда Фрейд говорил об осадке понедельника, он имел в виду дневной остаток, переживаемые события отделения плюс сопротивления, вызванные отделением, которые мешают возобновлению рабочего альянса. Когда эти остатки и сопротивления выражены и прояснены, аналитик может приступить к аналитической работе снова.

Другая техническая проблема состоит в выборе подходящего времени и дозирования интерпретации. Аналитик должен также принимать во внимание то, что интерпретация, [399] даваемая в пятницу или перед отпуском, будет обдумываться самим пациентом какой-то период времени. Следовательно, дозировка новых и болезненных инсайтов должна быть меньше, чем если бы та же самая интерпретация давалась при регулярной работе. Аналитик должен оценить: сможет ли пациент вынести данные инсайты в одиночку в течение такого периода времени. Я вспоминаю свою ошибку в отношении этого, которую я допустил, будучи еще совсем молодым аналитиком.

Другой проблемой техники является осложняющее обстоятельство, заключающееся в том, что означает уик-энд для аналитика. Хотя это, главным образом, проблема контрпереноса и будет обсуждаться во втором томе, она заслуживает упоминания и сейчас. Некоторые аналитики будут реагировать на сеанс в пятницу так, будто они покидают своих детей, с тяжелым сердцем, чувством беспокойства, сожаления, а для других это будет переживание облегчения и радости. Для некоторых аналитиков сеанс в понедельник является возвращением с чувством облегчения к тем, о которых они беспокоились. Другие аналитики встречают понедельник с усталой покорностью как ежедневную работу. Существуют аналитики, которые не могут дождаться сеансов в пятницу и такие, которые не могут дождаться сеансов в понедельник. Они готовы работать и по воскресеньям, а другие уже ко вторнику кажутся изнуренными и исчерпанными. Я должен сказать, что, хотя анализ - это работа, он должен быть работой, приносящей радость, а не мучительной или изнуряющей. Поразительно, как [400] часто аналитики жалуются на свое утомление. Однако я уверен, что иногда эти жалобы не совсем точны; бывает, это становится манерой речи; стало принятым говорить об изнурении аналитиков. Все это выглядит так, будто некоторые аналитики стесняются позволить себе получать удовольствие от своей работы, так, будто удовольствие может подразумевать отсутствие серьезности (Сцасц, 1957).

Суммируя сказанное: существуют специальные клинические и технические проблемы, связанные с сеансом в понедельник. Пациент реагирует бесчисленным количеством способов на отделение от своего аналитика: это зависит от того, какую фигуру из детства аналитик представляет. Пациент реагирует, и эта реакция: должна быть определена и интерпретирована. Необходимо восстановить рабочий альянс, который был нарушен отделением и накопленными внешними переживаниями. Все это осложняется контрпереносом из-за отделения на время уик-энда.

3.10.3. Реакция переноса, вызывающая затруднения.

Я уже говорил о том, что наиболее частой причиной неудачного анализа являются "неподатливые" реакции переноса. Под этим названием я подразумеваю особую разновидность сопротивления переноса, которое характеризуется тем, что остается фиксированным, упорным, не поддается влиянию, несмотря на то, что с ним, вроде [401] бы, правильно работают. Достаточно странно, что пациенты с такой проблемой, как кажется, охотно и даже страстно стремятся продолжать свой непродуктивный анализ годами. Как кажется, они находят неявную комбинацию удовлетворения и безопасности в аналитической ситуации, что заставляет их цепляться за лечение и не искать других способов решения своих проблем. Хотя трудные реакции переноса могут иметь место в сильно различающихся диагностических группах пациентов, в целях большей концентрации внимания на технических проблемах я подразделяю их на две категории. Можно выделить большую группу пациентов, клинические данные которых и поведение, при первом взгляде, делают их вполне подходящими для классического анализа, и то, что они не подходят, может выясниться только после некоторого этапа работы. Другая группа трудных случаев является таковой потому, что в технике были допущены неявные, но серьезные ошибки. Большинство случаев и неудач являются смесью того и другого.

3.10.31. Ошибки в оценке способности к переносу Обычно мы ожидаем, что пациенты, которые страдают от психоневротических симптомов и не имеют очевидных признаков психоза или любого заметного обеднения объектных отношений и, как кажется, имеют хорошо функционирующее разумное Эго, будут способны эффективно работать в аналитической ситуации. Тем не менее, опыт показывает, что существует значительное число пациентов, которые при предварительном интервью, кажется, удовлетворяют всем этим требованиям, а позже оказывается, что они не подходят для психоанализа, даже когда количество этих интервью было достаточным, и выполнены они были тщательно. Эта особая патология, которая ускользает от преаналитического исследования, четко проявляется только в процессе анализа, главным образом, при развитии переноса. Только тогда аналитик может понять, что патология пациента, в отношении его способности устанавливать объектные отношения, дефектна и мешает проведению классического психоанализа. Природа этого дефекта обнаруживается при неспособности пациента [402] сформировать рабочий альянс, так же как и невроз переноса. Этот недостаток перечеркивает все достигнутое, включая и диагностическую категорию. Я наблюдал шизофренических пациентов, которые поддавались анализу, и психоневротиков, которые ему не поддавались. Пациент, для того, чтобы поддаваться анализу, должен обладать способностью формировать оба эти типа отношений с аналитиком одновременно (см. секцию 3.5).

3.10.311. Эротизированный перенос Под таким заголовком я хотел бы описать ту разновидность пациентов, которые, на первый взгляд, кажутся типичными психоневротиками, но развивают на ранних стадиях анализа трудно поддающийся обработке эротический перенос. Таких пациентов отличает не просто высокая интенсивность данного осложняющего фактора, но и некоторые качественные особенности. Фрейд (1915а) описал тип невротической пациентки, развившей сильный эротический перенос, который не поддавался аналитической технике. Он приписал это вспыльчивости, неспособности выносить суррогаты и [403] труднообрабатываемым потребностям в любви. Затем Блитцштейн (в личном сообщении) и Раппопорт (1956) описали сходные проблемы переноса, основной чертой которых являются упорные эротические требования.

У меня было два таких случая, оба с женщинами. (Все случаи эротизированных переносов, о которых я знаю, имели место у женщин-пациенток в анализе с мужчинами.) В обоих случаях у меня было такое впечатление от предварительных интервью, будто я имею дело со смесью истерических и невротически-депрессивных элементов. Обе пациентки во время предварительных интервью, казалось, относились ко мне вполне соответствующим образом. Я не мог обнаружить никаких заметных дефектов в функционировании их Эго: у них, казалось, была склонность к психологии, хорошее воображение, хорошие собственные достижения, адекватная социальная жизнь и т. д. В обоих случаях были жалобы, включающие сексуальные затруднения и жалобы на неудовлетворяющую их любовную жизнь в замужестве, тенденция к навязчивым фантазиями ревности, неразборчивым связям, проблемам сна.

Обе пациентки развили сильный сексуальный перенос ко мне уже в первые часы пребывания на кушетке. Их чувства становились все интенсивнее и примитивнее. В обоих случаях я испытал сильные затруднения, пытаясь их направить на работу с этим материалом. Они осознавали свои чувства и могли описать свои импульсы и желания, которые были сильно отягощены орально. Они хотели и даже требовали физической близости, телесного контакта, который означал объединение, обладание и слияние с ними. Они были готовы к действиям и едва сдерживали себя от осуществления своих импульсов; они были фрустрированы и приходили в ярость от необходимости вербализации и размышления. Хотя они, казалось, и слушают мои вмешательства и интерпретации; это их не затрагивало, на них не оказывали влияния обычные аналитические меры. Если они соглашались с интерпретацией, это было просто движением губ и означало просьбу прекратить разговаривать. Они приходили на сеанс, полные страстного желания, но не по поводу инсайтов, а только в поисках физической близости. Мои вмешательства казались им не относящимися к делу. [404] Сначала у меня было такое впечатление, что эти пациентки развивали острый, интенсивный и очень регрессивный эротический невроз переноса. Но мне никак не удавалось установить с ними рабочий альянс. Их реакции переноса были совершенно Эго-синтоничны и не имели отношения к самонаблюдению. Я стал осознавать безумство их проявления любви ко мне. То, что, казалось, было разновидностью чувственной страсти, было более похоже на упорный, подтачивающий голод. Их чувства ко мне были не просто невротическим расстройством, а, скорее, напоминали манию. Такие реакции были определены как психоз переноса (Литтле, 1958; Рейдер, 1957). (В секции 3.4 я обсуждал различия между невротическим и психотическими явлениями переноса.) Причиной большой интенсивности реакций и препятствий при излечении является очень сильная тревога. В обоих случаях я установил, что пациентка была на грани падения в пучину гомосексуальной любви к матери. Их эротические реакции на меня представляли собой последнюю отчаянную попытку захватить свою собственную сексуальную идентичность. У одной из них был дополнительный элемент, на который, в конце концов, был пролит свет. Ее экстравагантные реакции были также отрицанием растущего осознания того, что она утрачивает контакт с людьми вообще. Это была утрата внутренних объектных образов.

За весьма короткое время я осознал, что первоначальная клиническая оценка этих пациентов была ошибочна. Утрата визуального контакта, сенсорная депривация, которая была вызвана лежанием на кушетке, мобилизовали интенсивный либидозный голод и защиту переноса. Эти пациентки не подходили для анализа, потому что не могли вынести тех деприваций, которые требуются при классическом психоанализе (М. Векслер, 1960). Их способность к формированию и поддержанию объектных отношений была слишком недостаточна для того, чтобы они оставались толерантными ко всем тем превратностям явлений переноса, которые имеют место в анализе. В случае обычного психоневроза, наряду с неврозом переноса, существует более реалистичное объектное отношение к аналитику, которое позволяет сформировать рабочий альянс [405] (А. Фрейд, 1954а). Это то относительно реалистичное объектное отношение, которое позволяет пациентке рисковать, развивая интенсивный невроз переноса. Пациентки, которых я описываю, утратили способность формировать и поддерживать такое отношение в комплексе с интимностью, интенсивностью и дистанцией аналитической ситуации. В диагностическом отношении я понял, что они, скорее всего, скрыто импульсивные, аддиктивные характеры с психотическими тенденциями.

Pages:     | 1 |   ...   | 53 | 54 || 56 | 57 |   ...   | 65 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.