WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 21 | 22 || 24 | 25 |   ...   | 27 |

любовью к себе он открывает простор проявлению своих талантов, а если они скромны, то побуждает себя к упорному труду, который разовьет даже незначительные задатки. Любовь к себе делает личность углубленной, душевно богатой, интересной для других. Умеющий любить себя не только сам интересен, он -- и только он -- способен по-настоящему любить другого: ближнего, дальнего, друга, встречного, свой народ, человечество. Однако любовь -непростое, своенравное чувство, как никакое другое проясняющее все черты человеческой натуры, и я не хочу мимолетным упоминанием упрощать его. Потому прерву свое описание и продолжу его молчанием, которое каждый сможет заполнить по своему усмотрению.

Занудливый вечно в кругу одних и тех же чувств и занятий, тем и привычек. Этим непрестанным, неутомимым, невыносимым для окружающих круговращением, зануда напоминает древнего ослика, в старину служившего двигателем для перекачки воды. Ослик, привязанный к палке, другой конец которой прикреплялся к водозаборному устройству, ходил по кругу и вращал ворот. Чтобы животное ничем не отвлекалось и смотрело только под ноги, на глаза его одевали шоры -- плотные кусочки кожи. А иногда даже ослепляли. Так на протяжении долгих часов, изо дня в день, бродило безропотное существо по одному и тому же кругу, толкая одну и ту же палку под неумолчное журчание бегущей воды. Мне трудно решить, чего больше в этом примере: тупости или мужества, покорности судьбе или верного исполнения долга Занудливость проистекает из неспособности соблюдать меру. Подобно мухе, попавшей в мед и захлебнувшейся сладкой патокой, зануда не в силах вырваться из липкого плена увлекшего его занятия. Все остальное перестает для него существовать; точнее, все на свете начинает видеться ему сквозь призму того, чем он увлечен. С наивностью новообращенного он всех желает втянуть в тот же круг переживаний, мыслей и реакций. Не замечая нарастающего раздражения окружающих, зануда воодушевленно дарит всех тем, что заключено в нем. Что из того, если дары его обременительны Ведь никто не решится отрицать его щедрости и искреннего желания сделать личное всеобщим достоянием.

Увы! в своих побуждениях зануда чрезмерен. Ему на роду написано вызывать утомление, усталость и скуку. Он продолжает дело и тогда, когда оно начинает вредить самому себе. Он так многословно и часто повторяет одну и ту же интересную мысль, что ее начинают презирать. В чувствах он так назойливо настойчив и обременителен, что вызывает отвращение. Бедняга, рок сулил ему поступать невпопад, и он с редкой последовательностью выполняет предначертание рока.

Однако с точки зрения зануды, как раз остальные люди, а отнюдь не он, поступают невпопад. Именно они -- другие -- легкомысленны, непоследовательны, хватаются то за одно, то за другое. Я склонен согласиться с этим мнением занудливого человека; во всяком случае, он имеет на него полное право. Ведь зануда -- это образец личности, доводящей дело до полной завершенности. Никакое начинание он не оставит на полдороге. Какие бы препятствия не возникли, как бы утомителен ни был путь, зануда пройдет его от начала до конца. Он достигнет всех, самых отдаленных следствий, он узнает все варианты и возможности, он обретет все, что можно обрести. Этот неприметный и осмеиваемый гений добросовестности не оставляет после себя недоделанного и незавершенного. Там, где приложил руку зануда, можно ставить табличку: "Исчерпано". Это слово да послужит скромной эпитафией непритязательному душевному качеству, и да будет оно укором всем, кто, презирая зануду, не вправе сказать о себе: "Я прошел свой путь до конца". А ведь какие великие слова! Сутягой называют человека, которым владеет непомерная страсть к отстаиванию своих прав и того, что кажется ему правильным и справедливым.

Сутяга производен от тяжбы, которую ведет по всякому поводу и, кажется иногда, со всем миром. Главное его побуждение -- настоять на своем, не отдавая себе отчета ни в правомерности претензий, ни в значимости дела, к решению которого привлекаются средства и усилия. Так, во всяком случае, кажется окружающим, раздраженным тягучей неотступностью сутяги. И мало кто догадывается о тайном мотиве сутяжничества. К нему склонны люди, которым попросту...недостает общения, человеческого общества, естественного внимания к их личности. Видимо, в них действительно отсутствует особое обаяние, привлекающее окружающих. Но ведь внимание нужно не только баловням судьбы, умницам и красавцам, щедрым и великодушным, культурным и жизнерадостным. А если природа и вывихи жизни отняли у вас все, чем можно понравиться людям, а потребность в их обществе осталась Тогда только и остается, что навязывать им свое присутствие и, если они сами не замечают вашей значительности и не отдают ей положенного, то должным образом, используя силу закона, социальных институтов и общественного мнения ее всем и вся внушить.

Вот и начинает сутяга "обращаться в инстанции", "ходить по учреждениям", "привлекать внимание к вопросу" и всячески обременять сознание максимального количества ответственных и служебных лиц своей безнадежной правдой. Только столкнувшись с сутяжничеством, открываешь, что и правота может быть постылой. Даже истина и польза, если их отстаивают непомерными средствами и с излишним усердием, теряют всякую ценность и обращаются в свою противоположность.

Всякий, кого обременяет сутяга, пусть вспомнит, что им движет жажда общения и человеческого участия. Она реализуется в отталкивающей форме, но стремление-то не может не вызвать сочувствия! Быть может, правда о сутяге поспособствует смягчению нашего восприятия его -- инвалида людских взаимоотношений.

Кто учтив, тому больше нечего желать. Вежливость открывает любые двери и сердца, ею успешно торятся жизненные пути.

Любое общество, и всякий порок жизни, и все возвышенные нравы -- не более чем ритуалы. Можно исполнять ритуал слишком искренне, принимая его за саму действительность. Однако подобное усердие скорее приносит вред, чем пользу. Учтивый человек хорошо понял двусмысленность ритуала. Он уважает притязания ритуала на то, чтобы быть действительностью, и одновременно не настолько простодушен, чтобы верить этому. Неучтив всякий, не удовлетворяющийся всеми признанным обычаем и во всем ищущий смысл. Неучтив тот, кто избегает привычек и стремится к новому. Кто не удовлетворяется общепринятым и желает иметь нечто свое -- тоже неучтив.

Учтив же тот, кто старается соответствовать требованиям, не задаваясь вопросом об оправданности их. Неучтивость, напротив, состоит в выяснении права требований быть предъявленными. Всякий порядок должен обосновать себя перед лицом неучтивости и доказать свое право на существование. Мы опасаемся неучтивости, ибо действия ее непредсказуемы, проявления -- неприятны, а в итоге -- хаос. Да, манеры неучтивого дурны. Но не открывается ли подчас, благодаря их бесцеремонному действию, что мы сами слишком манерны Совлеки кое с кого манеры -- и вообще ничего не останется. Совсем ничего, пустота.

Обескураживающий результат, но разве в нем виновна неучтивость Назойливый приучает нас к терпимости. Не считаясь с действительными потребностями ближнего, он обременяет его своими услугами, радушием и заботой. Нет ничего утомительнее инициативы, начинания, внимательности назойливого человека. Во всяком проявлении своей чуткости он чрезмерен;

каждым действием он угнетает, желая поспособствовать.

Постоянная неуместность порывов назойливого характера вызвана тем, что он более всего воодушевлен собственными благими побуждениями, перед которыми как-то теряются истинные заботы предмета его страсти. Назойливость -- хищное внимание, покушающееся на независимость человеческого "я". Назойливый не может успокоиться и смириться с тем, что у каждого своя жизнь и судьба. Все он стремится повернуть к наилучшему или правильному ходу вещей, не особенно задумываясь, нуждаются ли окружающие в его утомительной участливости.

В назойливом человеке мы встречаем редкое упорство. Трудно представить жизненную бурю, которая внесла бы перелом в его натуру. Тихо, неприметно, или шумно и требовательно, но в равной степени неколебимо будет настаивать назойливый на своем. Кто поймет, что кроется в его действиях -- искреннее желание помочь или тайная издевка Назойливая натура неумолима, как тихо журчащая вода, которая и камень точит.

Больше всего назойливый человек ненавидит одиночество. Нет для него сильнее ужаса, и оттого он не терпит оставлять ближнего в уединении. Во всякое событие чужой жизни встревает он с детской непосредственностью. Не удивительно, что в каждом нормальном человеке назойливость вызывает раздражение. Однако далеко не всегда жизнь складывается нормально. Когда душой овладевает тревога, горечь или печаль, когда наступает тоскливое одиночество, когда, одним словом, жизнь становится тягостна и не знаешь куда деться, тогда на выручку приходит назойливый человек. Он удивительно неприхотлив. Он внимателен, даже если мы угрюмы; он приветлив, даже если мы раздражены; он безостановочно говорит, даже если мы упорно молчим. Своим бестактным вмешательством он отвлекает от угнетающих мыслей и помогает забыться. Большое облегчение в час невзгоды способен принести назойливый, и мы невольно ощутим благодарность к тому, кто нас раньше раздражал. Моральное вскрытие показало, что в назойливости скрыта неумелая активность души. Силы бурлят в ней, она одержима сама собой, она не может оставаться спокойной и беспристрастной, и потому оказывается назойливой. Стоит потерпеть, и растущий жизненный опыт огранит эту не знающую удержу натуру. Активность станет созидательной, к страстности прибавится чуткость, а возросшая уверенность в себе укротит пустые притязания. Стоит подождать... Ведь даже если назойливый человек не переменится, мы, благодаря ему, научимся может быть важнейшему умению -- терпимости.

Некоторые слова, случается, говорят сами за себя. Например, "паровоз" -- везти силой пара. Или "ошеломить" -- ударить дубиной по шлему с легко представимым результатом. Так же и слово "склока" сразу вызывает картину потасовки, в которой от противников "шерсть летит клочьями". Почему шерсть Мы ведь как будто не собаки. Но, видимо, всякий раздор превращает нас в животных; отсюда и шерсть.

Склочный человек -- любитель скандалов и раздоров. Он просто не может жить там, где спокойно. Всякую безмятежность ему надо возмутить, любое согласие -- расстроить. В нем живет неукротимый дух беспокойства и разлада, который, в зависимости от типа личности, принимает вид то злого вихря, то тихого шипения змеи. Но результат всегда один: в людях возбуждаются претензии друг к другу; мирно жившие бок о бок вдруг начинают испытывать взаимные подозрения и раздражаться по пустякам; спокойные дотоле лица передергиваются, будто в лихорадке, а ровный тон общения сменяется напряженным и глухо враждебным. Если вы замечаете подобные изменения в атмосфере. Будьте уверены, склочная натура затесалась среди вас и проделывает свою работу.

Но вот что мне всегда казалось любопытным: склоку обычно затевает один, а втягиваются-то в нее все! И делают это с таким азартом, воодушевлением, что, кажется, только и ждали подходящего момента. Впечатление такое, что наши современники -- взведенные курки. Достаточно легкого движения, чтобы их спустить -- и... бах! бах! Покатились обвинения, ссоры, крики, обиды, месть и конца-края им не видно. Должно быть, склочник часто недоумевает от произведенного им эффекта. Даже он, мне кажется, находит его непомерно шумным и не отвечающем поводу. Из этого приходится делать печальный вывод, что большинство людей предрасположены к склочности и бросать в склочника камень следует с опаской: глядь, угодишь в себя! Бесцеремонное обращение с личностью и ее волей составляет сущность хамства.

Хамство предписывает всему и каждому, каким ему быть. Хам почитает себя вправе заместить собою жизнь другого человека, его мысли, чувства и соображения. С легкостью необычайной он "становится на место другого", совершенно игнорируя, что другой может чем-то от него отличаться. Он, ни с чем вне себя не сообразуясь, убежден в нормальности единственно своего поведения, и потому безмятежно предопределяет другим людям меру их поступков и желаний. Могучая способность не считаться с суверенностью и своеобразием другой личности живет в хаме.

Именно поэтому хамство -- просто-таки спасение для слабовольных или нерешительных натур. Не в силах самостоятельно отважиться на тот или иной шаг, они охотно подчиняются чужой воле, избавляющей их от мучительных колебаний выбора. Хамство, следовательно, не только не унижает достоинство многих, но и оказывает целительное, благодетельное воздействие, избавляя от мук собственного выбора.

Хамством пытается сохранить свое достоинство тот, кто не в силах его утвердить какими-либо иными средствами. Униженный и пренебрегаемый человек, утративший надежду снискать уважение окружающих своими достоинствами, прибегает к хамству как последнему отчаянному средству спасения. Оторопь или негодование, которые чаще всего вызывает хамское поведение, заменяют для него столь желанное, но недостижимое почтение. Хама можно ненавидеть, презирать, избегать, но к нему почти невозможно остаться безучастным. Даже если выдержки хватает для того, чтобы никак не выказать своей обиды или раздражения, все-таки в душе остается ощутимый след от хамства. Хам это отлично знает и этим доволен. Ведь цель его как раз в том и состоит, чтобы преодолеть отстраненность от себя других людей, сделать их неравнодушными к себе и связать их с собственной персоной. Признаем, что обычно хаму удается достичь желаемого.

Хамство привыкли распознавать по внешним эффектным признакам: громкому голосу, бесцеремонной указке, грубому навязыванию своего мнения, беспардонным поучениям. Однако все эти звучные, яркие, зримые проявления хамства составляют лишь малую видимую часть айсберга. Центр хамской жизни расположен много глубже. Он скрывается в равнодушном игнорировании интересов другого человека; в героическом стремлении заставить всех "жить лучшей жизнью"; в самоотверженности и жертвенности, требующих от окружающих того же; в нескромности того, кто кичится своими действительными заслугами; в злорадном торжестве ученика перед менее удачливым товарищем; в деланном удивлении мужчины перед... а, впрочем, стоит ли продолжать Ведь проявления хамства неисчислимы, и нам должно быть ясно одно: большая часть хамских поступков не бросается в глаза и совершается молча.

Pages:     | 1 |   ...   | 21 | 22 || 24 | 25 |   ...   | 27 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.