WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 20 |

Он берется писать две новые оперы, но бросает работу. И последние 10 лет находится в большой депрессии - пишет лишь мемуары о своей жизни и церковные произведения.

Буало прожил до 75 лет, но с 40 уже не работал. Знаменитый химик Дэви, открывший ряд новых элементов (калий, натрий, барий и магнезий), открывший газ ацетилен, изобретатель предохранительной лампочки, названной его именем, гениальный физик и химик Дэви в 30 лет уже близится к закату. И в 33 года его научная деятельность обрывается. Однако после этого он живет еще 20 лет. Причем интересно отметить силу разрушения или, скажем, изменения работы его мозга. За эти 20 лет он пишет две незначительные и даже странные книжки. Одна из них- "Руководство к ужению рыб". Вторая - "О культуре". Последняя книга признавалась любопытной и даже замечательной, но человечество, несомненно, обошлось бы и без нее.

Вот еще картина гибели и разложения великого человека. Знаменитый немецкий химик Либих (1803- 1873) к 30 годам, крайне переутомленный напряженной мозговой работой, уже чувствовал полнейший упадок сил. Он писал друзьям:

"...Я почти устал от своей жизни и могу представить себе, что в иных случаях выстрел или веревка являются прохладительными средствами".

Вот другое письмо, которое писалось в 35-летнем возрасте:

"...Не будь я женат и не имей я троих детей -порция синильной кислоты была бы мне приятнее, чем жизнь..." Тем не менее человек прожил до 70 лет. К 40 годам прекращается его карьера как экспериментатора в области науки.

Главные его открытия и исследования были сделаны до 37-летнего возраста.

Во второй половине жизни он кое-как работал над практическим применением своих открытий. Эти работы, однако, практического применения не имели и не получили никакого распространения.

Суп для грудных детей, порошок для печения хлеба, кофейный экстракт вот чем 30 лет занят был великий человек. Тут произошла (как и у Дэви), по-видимому, какая- то физиологическая затрата тех частей мозга, которые особенно напрягались при творческой работе.

Шуман. Гофман, Леонид Андреев закончили свою деятельность примерно к годам. В 36 лет Л. Андреев писал в письме: "Началась бессонница. Все не сплю - в голове клейстер. Я нездоров. Вдруг сразу начинает отказываться вся машина. Видимых причин как будто нет. Невидимые - где-то глубоко, в душе.

Все болит, работать не могу, бросаю начатое".

И в 38 лет:

"Теперь совсем расхворался. Что-то с нервами, что-то с сердцем, что-то с головой. Все болит, и в особенности распроклятая голова..." С этих лет Андреев перестал существовать как замечательный писатель.

Произведения последних лет были посредственны и даже как бы вымучены.

Причины были, говоря идеалистическим языком Андреева, "где-то глубоко, в душе".

Блестящий сатирический английский поэт Ворд-сворт (1770-1851) прожил год. Англия считала его одним из величайших поэтов и называла его именем целую эпоху английской литературы, ту эпоху, в которой блистали имена Байрона, Шелли, В. Скотта. Ворд-сворт пользовался в Англии большей популярностью, чем даже Байрон. Однако все ценное сделано было Вордсвордом до 40 лет. После чего, как отмечала история литературы, "он исписался и в течение 40 лет повторял самого себя...".

Другой замечательный поэт Англии, Кольридж, жил до 62 лет, но в 30 лет оставил поэзию, как сказано у биографа - по болезни, и выступал в дальнейшем только в качестве критика, а еще позже - в качестве философа и богослова.

Чрезвычайно любопытна жизнь и гибель нашего писателя Фонвизина.

Литературная его карьера закончилась в 37 лет. В 40 лет его разбил паралич.

Причины этой болезни врачи установить не могли. Однако сам Фонвизин приписывал это исключительно усиленной литературной деятельности.

Разбитого параличом Фонвизина возили в колясочке. причем он не раз приказывал лакею остановить свою коляску на набережной, около Академии наук (там был тогда университет), и, когда студенты выходили из университета, Фонвизин махал рукой и кричал им: "Не пишите, молодые люди, не пишите. Вот что сделала со мной литература". Он умер на 48-м году жизни.

Напряженная мозговая работа подорвала даже такие великолепные, даже сказочные силы, как у Наполеона.

На 36-м году жизни Наполеон делает первую грубейшую ошибку. Он впервые выказывает страх (то есть, попросту, слабость нервов) перед Бурбонами арестовывает на нейтральной зоне герцога Энгиенского и расстреливает его.

Про эту ошибку наполеоновский министр полиции, Фуше остроумно сказал:

"Это было больше, чем преступление,-это была ошибка".

В 1808 году Наполеон начинает самую бесполезную и даже бессмысленную войну против Испании. Один из биографов, говоря об этой войне, отмечает:

"Разум Наполеона утратил сознание меры".

После первых неудач нервы Наполеона уже заметно стали сдавать. Вернее нервы Наполеона стали сдавать, и тогда начались первые неудачи. После года Наполеон стал не только раздражительным, но он буквально приходил в бешенство при малейшем возражении.

С этих лет он уже подряд проигрывает почти все сражения. Он затевает плохо продуманный поход в Россию. Он становится чувствительным и даже малодушным. В период Ста дней он проявляет признаки крайнего безволия - он плачет над портретом сына и в ответственнейший момент не едет сам к войскам, а посылает своего генерала.

Можно смело сказать, что после 39 лет жизни Наполеон как бы не существует. О Наполеоне 1815 года биограф пишет: "Не физическая, а душевная усталость свинцовой тяжестью приковывает его даже днем на целые часы к кровати".

Истощенный, перераздраженный мозг разрушил этого великого и необычайно умного человека, быть может - одного из умнейших людей.

Вот небольшая сценка, которая показывает, насколько Наполеон был умен и насколько понимал физическую сущность вещей.

В 1810 году он посетил лагерь зачумленных. Он хотел показать пример мужества и бесстрашия. Обойдя лагерь, он сказал своим приближенным: "Кто способен побороть страх, тот может побороть и чуму".

И в самом деле. Страх - это такое нервное состояние (слабость, бездеятельность многих нервных центров), при котором организм особенно восприимчив к болезням.

Закат Наполеона был не случаен. Он был, кроме того, неизбежен.

Положение обязывало затрачивать колоссальную энергию.

IV (к стр. 120) Это устаревшее слово "вдохновение", вероятно, ничего не объясняет современному читателю. И поскольку весь наш материал касается людей, связанных с творчеством, нелишне об этом кое-что сказать и расшифровать это понятие, это состояние, которому приписывались какие-то чуть ли не божественные свойства.

Старое понятие "вдохновение" не заменено еще другим словом. Это такое, что ли, счастливое сочетание физического здоровья, бодрости, нервной свежести и уверенности в себе, которое позволяет всю силу своей личности бросить в одно место - в данном случае, скажем, в искусство. Это есть мощь, потенция. Это есть особая, но не совсем правильная работа всего организма.

Вернее, даже совсем неправильная работа. Вдохновение - не совсем нормальное состояние. Это скорее перегрузка, это высокая работа организма за счет других, более низких, функций. Это так называемая "сублимация".

Каким образом и откуда возникает это творческое состояние, названное вдохновением Замечено, что человек, который живет распутно, не может иметь вдохновения. Он может иметь вдохновение, но он имеет его тем меньше, чем больше он распутничает. Причем не только распутство, то есть излишняя трата энергии, но и счастливая, равномерная жизнь, благополучие, любовь к женщине - все это весьма плохие обстоятельства для вдохновения.

Правда, классический пример - влюбленные пишут стихи. Но они всякий раз перестают писать, если их любовь увенчана. То есть влюбленные пишут стихи именно до того момента, покуда они не затратили своей энергии на более "низменные" потребности.

Если же. предположим, человека оставила женщина и этим он несчастен есть все шансы, что он напишет какую-нибудь вдохновенную поэму или роман.

Таких примеров мы знаем множество '.' Боккаччио в своем предисловии к "Декамерону" пишет, что несчастная любовь создала ему эту книгу. Он написал эту книгу "благодаря Амуру, который освободил его от своих уз". Бетховен однажды, отказавшись от любви, которую предложила ему одна из его поклонниц, сказал своему другу: "Если бы я таким образом захотел пожертвовать свои силы, что же бы осталось для лучшего, для благородного"" Чрезвычайно трагична и показательна в этом смысле жизнь Бальзака. Этот величайший писатель, написавший столько, сколько никому не удавалось, подряд терпел в любви поражения.

Человек любил женщину в течение почти 30 лет. И за эти годы он лишь три раза с ней встречался. Первый раз две недели, второй раз месяц, и наконец, уже будучи развалиной, за полгода до смерти, он женился на ней. Вот пример необычайной сублимации, переключения низменных процессов на творчество.

Ж. Ж. Руссо пишет роман "Новая Элоиза" в тот год, когда он, как сообщают его биографы, был безумно влюблен в одну женщину - и она не принадлежала ему.

Вот еще один классический пример сублимации. Пушкин делает предложение Н. Гончаровой. Свадьба назначена на октябрь 1830 года. Пушкин получает от отца имение Болдино и в последних числах августа спешно выезжает туда для устройства дел. В первых числах сентября Пушкин собирается вернуться назад.

Однако возвращение невозможно. Всюду по случаю холеры расставлены карантины, и путь к Москве и Петербургу отрезан. Влюбленный поэт невольно задерживается в Болдине больше чем на три месяца.

Все негодование, страсть, тоска, злоба и бешенство на задержку, вся нерастраченная нежность и любовь к своей невесте - все это в течение трех месяцев "перемалывается", переключается на творчество. Так называемая "болдинская осень" была исключительна по обилию творческой продукции.

Никому, пожалуй, и никогда не удалось в течение трех месяцев создать столько, сколько создал Пушкин.

Он закончил "Евгения Онегина", он написал пять "Повестей Белкина", он написал "Каменный гость", "Пир во время чумы", "Домик в Коломне", "Скупой рыцарь", "Моцарт и Сальери", "Историю села Горюхи-на" и, кроме того, несколько мелких стихотворений. Это была знаменитая "болдинская осень", которая всегда поражала историков литературы.

Величайшее творчество никогда почти не шло об руку со спокойным, размеренным благополучием и тем более - с удачной любовью к женщинам.

Правда, многие, если так можно сказать, "надували" природу. Гете, например, был женат на неграмотной служанке, жилс ней, казалось бы, безоблачно долгие годы, однако он постоянно влюблялся в "прекрасных женщин", которых он встречал при дворе. И эту влюбленность он как бы превращал в поэзию.

И нам не приходилось видеть по-настоящему счастливых людей, которые были бы велики в своей работе. Все они были неудачники в личной судьбе.

Трагична жизнь Нищие, Гоголя, Канта, которые вовсе не знали женщин.

V (к стр. 120) Кажутся чрезвычайно наивными и неуклюжими те критики, которые "уговаривают" писателя вернуться на путь художественного творчества. Одно время, например, уговаривали Л. Н. Толстого вернуться к художественной прозе, в то время как писатель был занят религиозными вопросами. Уговаривали Гоголя.

Конечно, тут никакие уговоры не помогают. Тут дело не в нежелании писателя. Тут дело в физическом состоянии, которое изменить не так-то просто.

В этом смысле даже Белинский допустил ошибку, наставляя Гоголя на путь истины и упрашивая его вернуться к прежней художественной работе.

Как будто это зависит от писателя. Хорошо, дескать, сейчас вернусь.

Такое возвращение могло быть после капитального ремонта всего организма писателя, что, например, не удалось Гоголю. А если бы удалось, то он вернулся бы и без всякого увещевания. И, вернувшись, создал бы не искусственным образом "положительный тип", о котором он так мечтал и за которого все же взялся во втором томе "Мертвых душ", не имея на то физических данных.

Это, повторяю, могло бы случиться, если б Гоголь вернул свое здоровье и свою "утраченную молодость". И, может быть, за порогом сознания такое стремление - найти положительного героя - и было стремлением пересоздать себя и свою больную психику. Но тут надо было начать именно с себя.

VI (к стр. 122) Вот список великих людей, здоровье и долголетняя жизнь которых были, по мнению автора, организованы собственными руками:

Кант - 81, Толстой - 82, Галилей - 79, Гоббс - 92, Шеллинг - 80, Пифагор - 76, Сенека - 70, Гете - 82, Ньютон - 84, Фарадей - 77, Пастер 74, Гарвей - 80, Дарвин - 73, Спенсер - 83, Смайльс - 90, Платон - 81, Сен-Симон - 80, Эдисон - 82 '.

Здесь наиболее всего характерны следующие примеры.

Кант (1724-1805) нередко говорил (и писал), что он сам, собственными руками сделал себе здоровье и удлинил свою жизнь.

К этому относились как к некоторому чудачеству великого философа.

Между тем Кант, как мы увидим, на самом деле "сделал себя", и даже сделал, если можно так сказать, из материала не совсем "доброкачественного".

В молодые годы Кант отличался весьма плохим здоровьем. Многочисленные болезни, нервные припадки и наклонность к меланхолии предсказывали непродолжительную жизнь.

"Это был слабенький мальчик,- писал его биограф,- с нежным, бессильным телосложением, с плоской, вдавленной грудью".

Другой биограф (Куно Фишер) говорил о Канте: "Человек со слабым здоровьем, причинявшим ему всякого рода беспокойства и затруднения при умственной работе". И, наконец, сам Кант писал:

"У меня имелась наклонность к ипохондрии, граничащая с пресыщением жизнью", Бессильный, даже болезненный от природы, он между тем достиг глубокой старости. К 40 годам здоровье его укрепляется все больше и больше, и до последних двух лет его жизни он не знает никаких болезней. "Его хорошее телесное состояние (сообщает биог ' Сюда, несомненно, следует отнести также и нашего гениального соотечественника И. II. Павлова, которому в настоящее время 85 лет, однако он не потерял ни бодрости, ни способности к творческой работе. раф) было следствием осторожности. Он никогда не болел (кроме молодых лет) и никогда не нуждался в медицинской помощи".

Продолжительную свою жизнь он считал делом своих рук. Он вел специальную запись рано умерших людей и ежегодно читал и внимательно изучал таблицы смертности, которые по его просьбе всегда присылались ему кенигсбергской полицией.

Вся его жизнь была размерена, высчитана и уподоблена точнейшему хронометру. Ровно в десять часов он ложился в постель, ровно в пять он вставал. И в продолжение 30 лет он ни разу не встал не вовремя. Ровно в семь часов он выходил на прогулку. Жители Кенигсберга проверяли по нем свои часы.

Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 20 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.