WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |

Любовь героев романа — Филиппа и Одилии — поначалу была светла и радостна. Но вскоре после свадьбы Филипп, унаследовавший жесткие принципы и чопорность семейства Марсена, обнаружил, что он не может допустить самостоятельности жены, независимости ее взглядов и суждений. Он мягко и деликатно, но в то же время настойчиво и методично стремится оторвать Одилию от всех ее друзей и знакомых. Им руководит одно только желание — проводить время наедине с Одилией. Вот его слова: «Я чувствовал себя спокойно лишь тогда, когда знал, что эта несравненная красота надежно укрыта в узком домашнем кругу». Между тем Одилия, воспитанная в совершенно ином духе, гордая и независимая по натуре, не могла и не хотела ни на йоту поступиться своей самостоятельностью. Ей было нужно общество, новые впечатления, а порой — уединение. Филиппу же поведение Одилии казалось преисполненным тайных помыслов. Во всем он находил пищу для охвативших его подозрений. Но Одилия с его муками считаться не желала. Они все больше отходили друг от друга. В конце концов, у Одилии действительно возник роман, и она разошлась с Филиппом.

Новый брак Одилии не был счастливым. Жизнь ее сложилась неудачно, и она совершила самоубийство. Оправившись от потрясений, связанных с утратой Одилии и ее гибелью, Филипп сблизился с женщиной, которая оказалась полной противоположностью Одилии. Скромная, застенчивая, воспитанная в строгом аскетическом духе, Изабелла с детства была уверена в том, что не имеет шансов на успех у мужчин. Поэтому она приняла любовь Филиппа беззаветно, с готовностью на любое самопожертвование. Она с радостью уступала ему во всем, заимствовала его принципы, даже когда они были ей чужды. Изабелле, как некогда Филиппу, было необходимо все время находиться рядом с любимым, жить его вниманием и заботой. Но теперь уже Филипп не мог удовлетвориться затворничеством у домашнего очага. Он рвался в общество, в новые места. И тогда ревность возникла у Изабеллы. Однако ее ревность относится уже к следующему типу.

Ревность от ущемленности является уделом людей с тревожно-мнительным характером, неуверенных в себе, легко впадающих в тоску и отчаяние, склонных преувеличивать неприятности и опасности.

У многих из них все эти свойства сопровождаются очень низкой самооценкой. Считая себя людьми слабыми, неинтересными, они полагают, что не вправе рассчитывать на хорошее отношение окружающих. Они готовы к плохому, но в то же время переживают свою участь, тяготятся ею. Они не лишены скрытых надежд на лучшее будущее и потому имеют обостренную потребность в любви и внимании. Вместе с тем такие люди настороженно, напряженно ожидают подтверждения своих опасений. Малейшие изменения чужого отношения к ним моментально улавливаются ими, сплошь и рядом порождают далеко идущие и часто необоснованные выводы. Прозвучит ли в словах партнера чуть меньше любви и заботы, покажется ли его взгляд недостаточно ласковым или еще как-то «недополучит» такой человек необходимого ему внимания, — и тут же возникают сомнения, подозрения. К тому же неуверенность в себе, чувство собственной неполноценности заставляют его видеть соперника в каждом встречном.

Есть и такие представители этого типа, которые не смиряются с собственным низким представлением о себе. Они стараются его опровергнуть, выработать у себя новые свойства, которые исправили бы или компенсировали их недостатки. Часто они добиваются того, что начинают производить впечатление людей самоуверенных, решительных, энергичных и даже жизнерадостных. Но результат этот в значительной степени внешний. Подспудно ощущая фальшь в своем поведении, лица с подобной искусственно взвинченной самооценкой испытывают потребность постоянно убеждаться в том, что окружающие воспринимают их такими, какими им хочется казаться, чтобы самим поверить в свои достоинства. Все это делает их чрезвычайно внимательными и болезненно чуткими к реакциям других людей. Таким образом, их положение в конечном счете мало отличается от положения людей с устойчиво низкой самооценкой. Тех и других объединяет чрезмерная ранимость, повышенная чувствительность к незначительным конфликтам, ничтожным осложнениям внутрисемейных отношений.

Ревность от ущемленности — это чаще всего удел «маленького человека». Но тут могут быть и исключения, так как самооценка нередко расходится с оценкой, которую дают человеку другие люди. Для возникновения же ревности от ущемленности существенна только субъективная оценка, то есть то, что человек сам о себе думает. Он может быть неотразимо привлекательным, умным, интересным собеседником, безупречным сексуальным партнером и т. д., но если он при всех этих качествах не уверен в себе, этого может оказаться достаточно, чтобы ревность пустила ростки в его душе. И напротив — человек, неполноценный в том или ином отношении, но имеющий жизнерадостный нрав, самоуверенный (внутренне, а не наигранно) или не сознающий своего недостатка, обычно бывает далек от ревности даже тогда, когда есть существенные основания для ее возникновения.

Типичным носителем ревности от ущемленности является Позднышев — герой повести Льва Толстого «Крейцерова соната» — произведения уникального по глубине психологического анализа поведения ревнивца. Богатство, завидное положение в обществе, благопристойная женитьба, дети не делают Позднышева ни счастливым, ни довольным собой. Разочаровавшись в супружеских отношениях, он без колебаний перекладывает ответственность за это на жену, окружающих, общество в целом, а себя представляет жертвой обмана и предрассудков. Позднышев постоянно занят собой. Он полон заботы о впечатлении, которое производят его поступки. Эта забота не покидает его даже в гневе и «безрассудстве».

Вопреки своему желанию Позднышев устраивает дома музыкальный вечер, чтобы кто-нибудь не подумал, будто он боится соперничества. В дальнейшем он настаивает на занятиях жены со скрипачом Трухачевским и тем самым способствует их сближению. Позднышева больше всего волнует личность предполагаемого любовника жены. Он с ужасом думает, что жена прижила детей с лакеями. Дополнительной травмой для него является и то, что Трухачевский уступает ему по занимаемому положению в обществе. Забота о производимом впечатлении не оставляет его и в сценах ревности, во время которых он постоянно старается взвинтить, разжечь, распалить себя, и вместе с тем он ни на минуту не теряет контроля над собой. Застигнув жену вдвоем с Трухачевским, он наслаждается их растерянностью и замешательством, оценивая это как ужас перед ним. Даже нанося удар ножом, он не перестает думать о внешнем эффекте своего поступка. Так, он не погнался за Трухачевским только потому, что был в одних носках и мог бы выглядеть смешным. Смертельно ранив жену и «показав» себя, он уже не нашел в себе сил разыграть задуманную трагедию до конца и застрелиться. Характерна и последующая реакция Позднышева на случившееся. Муки раскаяния носят у него в значительной мере формальный характер. Преобладающим же отношением является озлобленность на всех и на все, стремление переложить свою личную вину на несправедливость и несовершенство общества и нравов.

Тираническая ревность и ревность от ущемленности не исчерпывают всех разновидностей этой страсти. Поэтому в дополнение к двум рассмотренным выделяют еще два других типа ревности: обращенную и привитую. Но базируются эти типы уже не на свойствах личности ревнующего, а на способе возникновения ревности. Иначе говоря, если с помощью первых двух типов можно видеть, почему, на какой основе появляется ревность, то два добавочных типа больше показывают, как именно образуется ревность.

Обращенная ревность представляет результат собственных тенденций к неверности. Удается ли человеку осуществить свои намерения в этом направлении или он их сдерживает и скрывает от всех и даже от себя самого — принципиальной роли не играет. Достаточно таким поползновениям возникнуть, чтобы у человека могло сложиться представление, что подобные помыслы присущи и другим людям, в том числе и его партнеру. Человек как бы обращает на партнера собственный образ мыслей и соответственно расшифровывает смысл его поступков.

Обычно обращенная ревность возникает на месте угасшей любви или там, где ее и вовсе не было, так как сохраняющаяся любовь (даже собственническая) редко сочетается с потребностью разнообразия и мечтами о других партнерах. Этот тип ревности довольно широко распространен в повседневной жизни. Можно привести немало случаев, когда обращенная ревность становилась расплатой за «лихо» проведенное время в командировке, в туристском путешествии, на курорте. Данный тип ревности наиболее прозаический, наиболее бытовой, вероятно, поэтому он не привлекает к себе особого внимания писателей, и потому столь трудно найти яркие убедительные примеры обращенной ревности в художественной литературе.

Привитая ревность зарождается под влиянием жизненного опыта. Если человек воспитывается в духе недоверия к другим людям и ему исподволь внушают, что «все женщины (все мужчины) одинаковые», то нет ничего удивительного в том, что он начинает ждать подтверждения этой мысли и от своего партнера и соответствующим образом к нему относится. Еще больше располагают к ревности собственные впечатления, когда человек становится свидетелем неверности родителей, друзей, сослуживцев. Ну, а если уж самому пришлось однажды изведать горький вкус измены — это может наложить отпечаток на последующие отношения и с другим партнером: обжегшись на молоке, дуют на воду. Настороженность, перерастающая в ревность, легко возникает и на основе нелестной прошлой репутации партнера.

Очень частым источником привитой ревности оказываются шутки и подтрунивания окружающих или сексуального партнера. Дело в том, что тема половых отношений и особенно супружеской неверности представляет постоянную пищу для каждого желающего сострить. Но подобные шутки совсем не так безобидны, как кажется на первый взгляд. В большинстве случаев намеки и замечания такого рода как будто не вызывают у человека нежелательной реакции. Он смеется вместе со всеми, отшучивается. Но сказанное может запасть глубоко в душу, и когда по какому-то другому поводу верность партнера окажется под сомнением, оно может всплыть в памяти. И тогда былая шутка, получив под влиянием момента одностороннее истолкование, способна склонить чашу весов в сторону вывода о неверности. А бывает и так, что намеки, шутки и анекдоты непосредственно наводят человека на мрачные размышления, исход которых трудно предугадать. Подобная ситуация очень живо изображена в рассказе Мопассана «Испытание».

Самой яркой иллюстрацией привитой ревности может служить Отелло. Ни тираном, ни тем более слабым человеком его не назовешь. Не свойственны ему и помыслы о других женщинах, так что и для обращенной ревности у него нет оснований. И вообще он не ревнив по натуре. (Вспомним слова Пушкина: «Отелло не ревнив, он доверчив».) И вот, играя на его доверчивости, искусно подстраивая обстоятельства, Яго внушает ему мысль о неверности Дездемоны, прививает ревность. Есть, правда, как отмечает режиссер А. В. Эфрос, в душе у Отелло и основания для неуверенности в себе: черная кожа сначала не сулила ему больших надежд на брак с Дездемоной, а позже с цветом кожи он связывает зародившиеся сомнения: «Не потому ли, что черен я». Но это уже потом, когда мысль об измене Дездемоны укрепилась и он ищет объяснение «фактов».

Не к этому ли типу относится и ревность Ленского, так неожиданно вспыхнувшая и приведшая его к бессмысленной гибели (А. С. Пушкин «Евгений Онегин»).

Четыре типа ревности, которые мы рассмотрели, — это, разумеется, всего лишь научная абстракция. В жизни трудно встретить их в чистом виде. Обычно каждый реальный случай ревности в той или иной степени включает в себя элементы разных типов, соединившиеся в своеобразную неповторимую комбинацию. Но знание типов, умение увидеть их признаки позволяют глубже проникнуть в существо каждого отдельного случая, разобраться в человеческих отношениях.

Беспочвенная ревность — вещь достаточно распространенная. В то же время не каждый случай очевидной измены вызывает ревность. Это еще раз подтверждает, что главный ее источник следует искать в первую очередь в самом ревнующем. И если поведение ревнуемого и вся ситуация все же играют не последнюю роль в возникновении ревности, то форма, которую она принимает, почти целиком зависит от личности самого ревнивца.

Снова прибегнув к упрощенной схеме, можно наметить два крайних варианта проявления ревности: активная, воинствующая и пассивная, страдальческая.

Люди, испытывающие активную, воинствующую ревность, вспыльчивы, грубы, склонны к постоянной подозрительности и слежке, несправедливы и мстительны. Без устали ведут они свою борьбу. Драматические сцены с мольбами о признании и обещаниями «все простить и забыть», призывы «одуматься», начать новую жизнь сменяются у них унизительными допросами с требованиями доказательств верности, попытками получить признание с применением угроз и насилия. Все это происходит на фоне крайней неуравновешенности, подавленного или злобного настроения, неспособности логично рассуждать, недоступности каким бы то ни было разубеждениям.

Естественно, что претензии ревнующего («езависимо от их обоснованности) вызывают у «обвиняемого» ответную реакцию, чаще всего совсем не ту, на которую рассчитывает ревнивец. И конфликт усугубляется. Приписывая объекту ревности повышенные и изощренные сексуальные запросы, он всячески стремится «разгадать» и удовлетворить их сам. Отсюда столь частая сексуальная назойливость, которая нередко приобретает извращенные и циничные формы. Но особенно отталкивающее впечатление производят сцены ревности после употребления спиртного, когда человек теряет над собой всякий моральный контроль. Движимый разнузданными страстями, он не останавливается ни перед какой пошлостью, грубостью, жестокостью. На следующий день он может горько раскаиваться в своих словах и поступках, идти на любые унижения, чтобы добиться прощения, давать клятвы (которые, разумеется, останутся невыполненными), что подобное не повторится. Но в аффекте этот человек страшен и может представлять реальную опасность.

Те, чья ревность относится ко второму варианту, ведут себя пассивно. Они мучаются при мысли о возможной измене, не борются и даже могут не испытывать зла к соперникам. Эти люди страдают. Лишь изредка, в полном изнеможении совершают они неожиданные отчаянные поступки и даже преступления (Позднышев).

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.