WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 35 |

Боль может усиливаться или ослабевать в ситуациях, которые обусловливают соответственно сосредоточение внимания на боли или отвлечение от нее. Доктор Г. К. Бичер, известный авторитет в области исследования боли, показал, что как минимум одна треть больных, страдающих от болей после хирургических операций, в равной степени испытывает облегчение, как после принятия плацебо (например, пилюль с сахаром), так и после введения им морфия. Думаю, что принятие плацебо приводит к снижению уровня напряжения. В одной из статей, опубликованных в “Журнале Американской медицинской ассоциации”, Бичер писал:

“Ни один маленький мальчик во время потасовки не чувствует ни малейшей боли, когда его бьют. Боль появляется позже, когда из носа начинает капать кровь или когда мать, придя, начинает его утешать. Тяжелораненый солдат, не будучи в шоке и полностью сознавая, что происходит, нуждается в наркотике в поразительно малой степени. В первые часы после ранения его требует меньшая часть солдат, тогда как штатский, приходя в себя после операций по поводу значительно менее тяжелого ранения, нуждается в двойной или даже тройной дозе наркотика по сравнению с солдатом, чье ранение тяжелее”.

В специальных экспериментах показано, что первичное влияние морфия на боль заключается в ослаблении напряжения и что слабый транквилизатор, или успокоительное средство, действует почти столь же благотворно, как и сильный наркотик. Гипнотический транс, действуя на уровень напряжения и тревоги, может оказывать наиболее существенное и даже поразительное влияние на боль.

Обезболивающее свойство гипнотического транса известно на протяжении многих веков, вследствие чего создаваемые трансом возможности используются для достижения различных хирургических целей.

Регрессия возраста К наиболее впечатляющим феноменам из области гипнотического транса относится способность человека “давать времени обратный ход” и повторно, как бы с помощью видеомагнитофонной записи, проигрывать события и происшествия из периода раннего детства. Если попросить находящегося в гипнотическом трансе субъекта, чтобы он вернулся в тот период времени, когда впервые пошел в школу, весьма вероятно, что он вспомнит имена своих школьных друзей и учителей, учивших его в подготовительном и первом классе. Кроме того, он может с невероятной точностью описать впечатления, которые были для него приятными, неприятными или значимыми каким-либо иным образом. Такого рода воспоминания в состоянии бодрствования восстановить не удается.

Некоторые сообщения о феноменах, имеющих место благодаря регрессии, кажутся невероятными. Одного эпилептика посредством регрессии возвратили в период времени до первого его припадка. Электроэнцефалограмма, снятая в этот момент, оказалась совершенно нормальной. Когда больному внушили, что он находится в возрасте, когда эпилепсия у него уже проявилась припадками, и продолжает взрослеть, на ЭЭГ вновь обнаружились признаки патологии.

Интересен случай, описанный в 1970 году Э. Фроммом. 26-летний японец, американский гражданин в третьем поколении, родившийся в Калифорнии, утверждал, что никогда не говорил по-японски. Возвращенный посредством регрессии в 4-летний возраст, он спонтанно стал говорить по-японски, но утратил эту способность, когда регрессия ограничивалась возрастом 5 и более лет.

В настоящее время исследователи единодушны во мнении, что регрессия на самом деле обеспечивает воспроизведение форм поведения, свойственных раннему периоду жизни, причем таким образом, который исключает любую возможность симуляции.

Профессор В. С. Ротенберг в статье “Гипноз и образное мышление” пишет: “В качестве эксперта-невропатолога я был свидетелем впечатляющих экспериментов В. Л. Райкова, когда он внушал своим взрослым здоровым испытуемым, что они находятся в состоянии неонатального периода и им два дня от роду. Это было совершенно необычное зрелище для невролога. У испытуемых в состоянии неизменного сознания (как до, так и после гипнотического внушения), не выявлявших никаких признаков патологии со стороны центральной или периферической нервной системы, при внушении неонатального периода в случаях из 10 наблюдались более или менее выраженные сходящееся и расходящееся косоглазие, эпизоды “плавания” глазных яблок, их периодические дискоординационные движения в вертикальном и горизонтальном направлении. При этом отмечалась неспособность фиксировать взор на поднесенном к лицу ярком предмете. Одновременно регистрировался спонтанный или вызванный сосательный рефлекс, эпизодически возникал (у половины испытуемых) детский “плач” без слез, но с характерной вокализацией и мимикой. Во время такого плача при сопутствующих тактильных разнообразиях иногда возникали выраженные хаотические некоординированные движения верхних и нижних конечностей, наблюдалось сгибание рук в кистевых и локтевых уставах с приведением их к туловищу, что несколько напоминало позу эмбриона. Картина дополнялась веерообразным расхождением 2—5 пальцев стопы, разгибанием большого пальца стоп, т. е. характерными для младенцев разгибательными стопными рефлексами. После завершения эксперимента наступала спонтанная амнезия на весь период гипноза. Некоторые сходные феномены при внушении новорожденности получены также Г. Лозановым”.

Рисунки, выполненные субъектом, подвергшимся регрессии, и его ответы на вопросы психологических тестов также напоминают то, что мы наблюдаем у ребенка. Рисунки были выполнены в гипнотическом трансе. Когда их автора, находившегося уже в состоянии бодрствования, попросили, чтобы он представил, будто он ребенок определенного возраста, повторно нарисовать то же самое он не смог.

Творческие возможности Умственные процессы в гипнотическом трансе не прекращаются. Более того, они могут протекать весьма живо, причем субъект может спонтанно формировать некоторые идеи. Гипнотическая индукция может привести к высвобождению мыслей, воспоминаний и чувств, которые в состоянии бодрствования сохраняются в скрытом состоянии.

Одним из немногих авторов, который рассматривает гипнотический транс как состояние, способное стимулировать творческие процессы, был С. Криппнер (1968). По его мнению, активизирующий творческий фактор носит “предсловесный”, подсознательный характер, а гипноз так интенсивно фокусирует сознание, что оно начинает воспринимать подпороговые стимулы и тем самым становится более продуктивным.

Влияние гипнотического транса на творческие возможности испытуемых исследовалось Бауэр-сом (1967). Цель его работы состояла в проверке теории творческой деятельности, согласно которой развитие творческих возможностей индивида объясняется отсутствием у него защитных механизмов, включающих в себя тщательное избегание неприемлемых мыслей и чувств. Проявление же функций защиты у нетворческой личности выражается в привязанности к общепринятым, установленным нормам, категориям, положениям, ценностям.

Бауэре считал, что если освободить испытуемых от действия “функций защиты”, то это должно повысить уровень их творческих возможностей. Результаты его экспериментов показали, что уровень творческих возможностей у испытуемых в гипнотическом трансе значительно возрос. Таким образом, экспериментально было доказано, что гипнотический транс может способствовать повышению уровня творческих возможностей человека. Бауэре сформулировал гипотезу, в основу которой был положен принцип, что каждый человек может проявить более высокий уровень творческих способностей. Препятствиями на этом пути оказываются, как правило, неуверенность в своих силах, боязнь критики, отсутствие должной решительности. В результате человек сплошь и рядом не берется за решение многих проблем, которые потенциально являются для него вполне посильными и доступными.

Советские авторы, В. Л. Райков совместно с О. К. Тихомировым, проводили эксперименты по активации творческих способностей испытуемых в гипнотическом трансе. Было показано, что активация творчества в гипнозе зависит от внушенных условий и того образа личности, который испытуемому внушается. При внушении образа талантливой личности повышался уровень притязаний испытуемого, улучшалась возможность внутренней мобилизации на процессе выполнения поставленных перед ним задач. Наоборот, внушение образа малограмотного человека приводило к снижению активности внимания, памяти, ассоциативных функций и ухудшало результаты выполнения творческих задач.

Следует подчеркнуть, что требования, предъявляемые в гипнотическом трансе — играть на инструменте или рисовать как можно лучше, — оказываются значительно менее результативными, чем внушение образа великого музыканта или художника. При чувственном отождествлении себя с этим образом как бы автоматически, без дополнительных уточняющих инструкций, реализуется потенциальное множество заложенных в личности возможностей.

Гипнотический транс “извлекает” из субъекта значительно больше, чем сам субъект в состоянии осознать.

Постгипнотические феномены Человеку, находящемуся в состоянии гипнотического транса, можно внушить, чтобы в определенный момент после пробуждения или же в ответ на определенный сигнал, он выполнил ряд действий. Соответствующая реакция обычно носит автоматический характер, причем даже, если она ничему не служит, субъект как бы защищает и рационализирует ее не осознавая того, что импульс к реализации этой реакции был “заложен” в него гипнотизером.

Я приведу пример постгипнотической отрицательной галлюцинации, внушенной одному испытуемому в присутствии психолога К. Я внушил испытуемому, что когда он выйдет из транса, то не будет ни видеть, ни слышать К. После пробуждения испытуемый начал рассказывать мне о том, что он чувствовал в состоянии транса. Мой знакомый К. стоял у окна, и я попросил испытуемого посмотреть через окно на улицу, не идет ли дождь. Он встал, подошел к окну, посмотрел прямо на К. и сказал: “Нет, дождя нет!”. Я спросил, что он видел, он заявил, что видел, как обычно, здания, людей и машины. В этот момент К.

стал громко говорить и обращаться к испытуемому, но он не обращал на него ни малейшего внимания: он вел себя так, как будто К. не было в комнате. Я взял книгу, поднял ее вверх и спросил его, видит ли он ее. Испытуемый ответил, что, естественно, видит и удивляется, почему я задаю ему такой вопрос. Вслед за этим я передал книгу К. и вновь спросил его, видит ли он книгу.

Испытуемый округлил глава и вскричал: “Боже мой! Книга висит в воздухе! Левитация!”. Он был убежден, что в комнате нет никого, кроме нас двоих, и сохранял эту уверенность до тех пор, пока я не загипнотизировал его повторно для устранения действия внушения.

Сущность постгипнотических форм поведения анализировали многочисленные специалисты, единодушно пришедшие к выводу, что внушаемое гипнотизером выполняется испытуемым не в нормальном состоянии, а в состоянии, напоминающем гипнотическое. Согласно этой гипотезе, при выполнении того, что было внушено в гипнозе, происходит спонтанное, самопроизвольное развитие локального постгипнотического транса.

Нужно заметить, что некоторые испытуемые при выполнении того, что содержится в постгипнотическом внушении, действуют как бы будучи ошеломленными, выполняют соответствующие акты как бы автоматически. Так бывает прежде всего в тех случаях, когда индивида что-то заставляет прервать выполнение одного действия и перейти к выполнению другого действия, значительно отличающегося от того, что выполнялось данным индивидом ранее.

Забывание того, что выполнялось в соответствии с постгипнотическим внушением, особенно часто встречается в тех случаях, когда соответствующее действие необычно, странно или противоречит навыкам поведения данного индивида.

В других случаях, когда данное действие по своему содержанию соответствует личности пациента и особенностям его окружения, при его выполнении он может казаться полностью осознающим то, что сделал, а свое поведение нередко рационализирует, выдавая его за продукт собственных намерений. Особенно часто так бывает в тех случаях, когда внушение формируется таким образом, что испытуемый получает возможность выполнения навязываемого ему действия в соответствии с собственной мерой времени. Он неосознанно ожидает момента, благоприятствующего выполнению этого действия, как можно более незаметным образом с тем, чтобы избежать конфликта с собственными нормами поведения и не мешать другим заниматься их делами в данном временном промежутке.

Отсюда не следует, что пациент, действующий в соответствии с постгипнотическим внушением, не находится в особом виде транса. Обычно его поведение неотличимо от того, что он совершает в обычном состоянии бодрствования. В соответствии с реальной сферой влияния и продолжительности действия постгипнотического внушения возникает интересный вопрос:

проходит ли действие внушения само по себе или же можно добиться того, чтобы оно стало устойчивым Многие гипнологи приводят доказательства того, что, когда постгипнотическое внушение должно быть реализовано по истечении более или менее длительного временного промежутка, проходящее время не ослабляет силу постгипнотического внушения. Интересный пример приводит известный психолог Д. Г. Истебрукс, описав случай с человеком, на которого постгипнотическое внушение повлияло по истечении 20 лет. Этот исследователь убежден, что при периодическом подкреплении постгипнотическое внушение может сохранять свою силу в течение неограниченного времени.

Другой психолог, У. Р. Уэллс, побудил трех своих испытуемых, находящихся в гипнотическом трансе, запомнить ряд бессмысленных слогов. Далее им была внушена постгипнотическая амнезия (забывание) на протяжении одного года, причем было подчеркнуто, что эти слоги всплывут в памяти испытуемых в определенный час. Каждый из испытуемых выполнил то, что ему было внушено, в точности. Результаты других экспериментов Уэллса свидетельствуют, что внушение, осуществленное в гипнотическом трансе пациента, с течением времени исчезает или стирается не всегда, что может иметь большое терапевтическое значение.

Необходимо рассмотреть проблему постгипнотического забывания (амнезия), происходившего в трансе, имеющего место у немногочисленных индивидов, способных к вхождению в глубокий гипнотический транс. Такой субъект после пробуждения может помнить все детали того, что происходило в трансе, а затем забыть все или некоторые впечатления об этом. Он может не помнить ничего, а в последующем припомнить все или некоторые из этих событий.

Постгипнотическая амнезия зависит от прямого или косвенного внушения, содержание которого сводится к забыванию того, что происходило. Поскольку многие индивиды автоматически отождествляют гипноз со сном, они предполагают, что происходящее в трансе запомнить невозможно. Полная постгипнотическая амнезия отличается лишь в случае достижения наиболее глубоких гипнотических состояний.

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 35 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.