WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 64 | 65 || 67 | 68 |   ...   | 71 |

- Вот вы вчера тут были, - говорила она, обращаясь к тетушке У Старшей и Мэн Юйлоу /4/. - Скажите, что я о ней такого говорила Слуга принес фонарь, я только и спросила: почему, мол, батюшка не пришел А он мне: к матушке Шестой /5/ говорит, пошел. Нет, говорю, у челозека никакого понятия и приличия. Сестрица Вторая /6/ рождение справляет, а он даже прийти не хочет. Ну чем, скажите, я ее задела, а С чего она взяла, будто я хозяйку из себя строю, зазнаюсь, я такая, я сякая! А я еще порядочной женщиной ее считала. Правда, говорят, внешний вид обманчив. В душу не залезешь. Как есть шип в цветах, колючка в теле. Представляю себе, что она наедине с мужем наговаривает! Так вот почему она так всполошилась, к себе побежала. Глупая! Неужели думаешь, дрогнет мое сердце, если ты захватишь мужа, а Да берите его себе совсем! Пожалуйста! Вам ведь в одиночестве жить не под силу! А как же я терпела, когда в дом пришла! Он, насильник, тогда мне на глаза совсем не показывался.

- Полно, сударыня! - успокаивала ее тетушка У. - Не забывайте, у нее наследник! Так исстари повелось: у кого власть, тому все дозволено. А вы - хозяйка дома, что лохань помойная. Все надобно терпеть.

- А я с ней все-таки как-нибудь поговорю, - не унималась Юэнян. - Хозяйку, видите ли, строю, зазнаюсь. Узнаю, откуда она это взяла.

- Уж простите ее, сестрица! - твердила перехватившая в своих наветах через край Цзиньлянь. - Говорят, благородный ничтожного за промахи не осуждает. Кто не без греха! Она там мужу наговаривает, а мы страдай! Я вот через стенку от нее живу. А будь такой же, как она, мне б и с места не сойти. Это она из-за сына храбрится. Вот погодите, говорит, сын подрастет, всем воздаст по заслугам. Такого не слыхали Всем нам с голоду помирать! - Не может быть, чтобы она такое говорила, - не поверила тетушка У.

Юэнян ничего не сказала.

Когда начинает сгущаться мгла, ищут свечу или лучину. Дочь Симэня жила в большой дружбе с Ли Пинъэр. Бывало, не окажется у нее ниток или шелку на туфельки, Пинъэр дает ей и лучшего шелку, и атласу, то подарит два или три платка, а то и серебра сунет незаметно, чтобы никто не видал. И вот, услыхав такой разговор, она решила довести его до сведения Пинъэр.

Приближался праздник Дракона /7/, и Пинъэр была занята работой. Она шила ребенку бархатные амулеты, мастерила из шелка миниатюрные кулечки, напоминавшие формой праздничные пирожки, и плела из полыни тигрят для отпугивания злых духов, когда к ней в комнату вошла падчерица. Пинъэр усадила ее рядом и велела Инчунь /8/ подать чай.

- Вас давеча на чай приглашала, что ж вы не пришли - спросила падчерица.

- Я батюшку проводила, - говорила Пинъэр, - и пока прохладно села вот сыну кое-что к празднику смастерить.

- Мне с вами поговорить надо бы, - начала падчерица. - Не подумайте, что я сплетни пришла сводить. Скажите, вы говорили, что матушка Старшая, дескать, хозяйку из себя строит, а Может, вы с матушкой Пятой ссорились А то она у матушки Старшей на все лады вас судила да рядила. Матушка Старшая собирается с вами объясниться. Только не говорите, что я сказала, а то и мне достанется. А вы, матушка, с мыслями соберитесь, подумайте, как ей ответить.

Не услышь такого Пинъэр, все бы шло своим чередом, а тут у нее даже иголка выпала, руки опустились. Долго она была не в силах слова вымолвить.

- Дочка! - наконец со слезами на глазах заговорила Пинъэр. - Ни слова лишнего я не говорила. Вчера только я услыхала от слуги, что батюшка ко мне направился, я к себе поспешила и стала уговаривать его пойти к матушке Старшей, только и всего. Матушка Старшая так обо мне заботится! Да как я буду отзываться дурно о человеке, когда он делает мне столько добра! Но кому же, хотела бы я знать, я такое говорила! Зачем зря клеветать! - А матушка Пятая как услыхала, что Старшая собирается с вами потолковать, так вся и вспыхнула, - объяснила падчерица. - По-моему, этого так оставлять нельзя. Надо ей очную ставку устроить, вот что.

- Да разве ее перекричишь - махнула рукой Пинъэр. - Уж буду на Небо уповать. Она ведь и днем, и ночью под меня подкапывается и не успокоится, пока не покончит либо со мной, либо с сыном.

Пинъэр заплакала, падчерица успокаивала ее. Появилась Сяоюй /9/ и пригласила их к обеду. Пинъэр отложила работу и направилась с падчерицей в покои хозяйки дома, но, даже не коснувшись еды, вернулась к себе, легла в постель и тотчас же уснула.

Вернулся из управы Симэнь и, найдя Пинъэр спящей, стал расспрашивать Инчунь.

- Матушка целый день крошки в рот не брала, - сказала служанка.

Симэнь бросился к постели Пинъэр.

- Что с тобой, скажи! - спрашивал он. - Почему ты не ешь - Когда он обратил внимание на ее заплаканные глаза, он не раз повторил один и тот же вопрос: - Как ты себя чувствуешь Пинъэр поспешно поднялась и стала тереть глаза.

- Ничего страшного, - говорила она. - Так, с глазами что-то и аппетиту нет.

Она ни словом не обмолвилась о происшедшем.

Да, Терзает грудь обида, Да не поделишься ни с кем.

Тому свидетельством и стихи:

Кто говорит, красавица всегда глупа Что проку умной быть и сметливой во всем Все горести на свете придется испытать, И будет грусть всегда на сердце давить.

Дочь Симэня вернулась в задние покои.

- Я ее спросила, - обратилась она к Юэнян. - Она со слезами на глазах клялась мне, что никогда ничего подобного не говорила. Матушка, говорит, так обо мне заботится. Как же я, говорит, могу о ней такое говорить.

- Да я с самого начала не поверила, - вставила тетушка У. - Сестрица Ли - прекрасная женщина. Не могла она сказать такой вздор.

- Небось, между собой поругались, - заключила Юэнян. - Мужа не поделили. Вот Цзиньлянь и пришла на соперницу наговаривать. Я одна-одинешенька, с собственной тенью время коротаю, а мне все косточки перемоют.

- А ты, дорогая, понапрасну человека не вини, - увещевала хозяйку тетушка У. - Я прямо скажу: сотня таких, как Пань Цзиньлянь, не стоит и одной сестрицы Ли Пинъэр. Прекрасной она души человек! Вот уж года три, как в дом вошла, а что плохого о ней скажешь! Во время этого разговора в комнату вошел Циньтун /10/ с большим синим узлом за спиной.

- Что это у тебя - спросила Юэнян.

- Лицензии на продажу тридцати тысяч иней /11/ соли, - отвечал слуга.

- Приказчик Хань с Цуй Бэнем их только что в акцизе зарегистрировали.

Батюшка просил накормить обоих и выдать серебра. Они послезавтра, двадцатого, в счастливый день, отправляются в Янчжоу.

- Хозяин, наверно, сейчас придет, - проговорила тетушка У. - Мы уж с наставницами к матушке Второй пройдем.

Не успела она сказать, как отдернулась дверная занавеска, и явился сам Симэнь. Тетушка У и монахини заторопились к Ли Цзяоэр, но их заметил хозяин.

- А эту жирную потаскуху Сюэ /12/ зачем сюда занесло - спросил он Юэнян.

- Что ты язык-то свой распускаешь - одернула его хозяйка. Мать-наставница в гости пришла, а ты набрасываешься. Что она тебе дорогу, что ли, перешла И откуда ты ее знаешь - Ты еще не знаешь, что вытворяет эта плешивая разбойница /13/ продолжал Симэнь. - Она пятнадцатого в седьмой луне завлекла в монастырь Дицзана дочь советника Чэня и одного малого по имени Жуань Третий, подбила их на прелюбодеяние да еще и три ляна серебра выманила. А Жуань Третий в объятиях девицы дух испустил. Дело получило огласку, и сводню ко мне доставили. Я ее велел раздеть и двадцать палок всыпать. А по какому, собственно, праву она до сих пор в монахинях ходит, а Ей же было предписано бросить монастырь и найти мужа. Может, захотела еще раз управу навестить, тисков отведать - Ну, разошелся! - укоряла его Юэнян. - Давай, громи святых, поноси Будду! С чего ж это ей в мир возвращаться, когда она посвятила себя служению Будде и, стало быть, являет добродетель Ты не представляешь себе, каким подвижничеством отмечены дни ее жизни! - Да, подвижничеством! - усмехнулся Симэнь. - Спроси лучше, по скольку мужиков она принимает за ночь.

- Ну, довольно пошлости! Я бы тебе тоже сказала! - оборвала его Юэнян и перевела разговор на другую тему: - Так когда ты отправляешь людей в Янчжоу - Лайбао только что послан к свату Цяо, - говорил Симэнь. - Он даст пятьсот лянов и я пятьсот. Двадцатого, в счастливый день, и отправлю.

- А шелковую лавку кому передашь - Пусть Бэнь Дичуань пока поторгует.

Юэнян открыла сундук и достала серебро. Его перевешали и передали отъезжающим /14/. Вьюки паковали в крытой аллее. Каждый получил по пять лянов и пошел домой собираться в путь, но не о том пойдет речь.

В крытой аллее появился Ин Боцэюэ.

- Далеко собираешься, брат - спросил он.

Симэнь рассказал ему о предстоящей поездке Лайбао и Хань Даого в Янчжоу за солью.

- Желаю тебе, брат, всяческой удачи! - подняв руки, воскликнул Боцзюэ. - Барыши будут немалые, а! Это уж наверняка! Симэнь предложил ему присаживаться и велел подать чай.

- Ну, а как насчет Ли Чжи с Хуан Нином - спросил Симэнь. - Скоро у них деньги появятся - Да, думаю, не позднее этого месяца, - отвечал Боцзюэ. - Они мне вчера вот что сказали: Дунпинское управление заключает контракт на поставку двадцати тысяч коробок благовоний. Просят еще ссудить их пятьюстами лянами, пособить в срочном деле. А как только они выручат деньги, сразу же все, до медяка, вернут.

- Но ты же видишь, - отвечал Симэнь, - я людей в Янчжоу собираю. У меня у самого денег нет. У свата Цяо пятьсот лянов в долг брать пришлось.

- Они меня очень просили с тобой потолковать, - продолжал Боцзюэ. Ведь с кем дело начал, с тем и до конца доводить надо. Ты отказываешься, к кому же они пойдут - К востоку за городскими воротами лавочника Сюя Четвертого знаешь спросил Симэнь. - Вот он мне должен. Пусть пятьсот лянов у него и возьмут.

- Ну вот и прекрасно! - обрадовался Ин.

Пока они говорили, слуга Пинъань подал визитную карточку.

- Ся Шоу от господина Ся передал, - объяснил Пинъань. - Вас, батюшка, завтра к себе приглашают.

Симэнь развернул карточку и стал читать.

- Я ведь пришел еще кое-что тебе сказать, - заговорил опять Ин Боцзюэ. - Про Гуйцзе ничего не слыхал Она у тебя давно не была - Понятия не имею! - сказал Симэнь. - Она у меня с первой луны не появлялась.

- Так вот, ты знаешь Ван Цая, третьего сына полководца Вана - начал свой рассказ Ин Боцзюэ. - Дело в том, что женат он на племяннице главнокомандующего Лу Хуана из Восточной столицы. Когда молодые поехали поздравить дядюшку с Новым годом, он отвалил им в подарок целую тысячу лянов серебра. А эта самая племянница Лу Хуана, представь себе, красавица-картинка. Передай художник хоть частицу ее красоты, от портрета глаз бы не оторвать. Пока ты дома сидишь, старик Сунь, Рябой Чжу и Чжан Сянь Младший целыми днями с Ван Цаем у певиц околачиваются. Ван Цай соблазнил одну молоденькую, зовут Ци Сян, из дома Ци во Втором переулке. Навещал он и Ли Гуйцзе, а когда заложил головные украшения жены, она, обнаружив пропажу, чуть руки на себя не наложила. А тут вскоре наступил день рождения ее столичного дядюшки. Она отправилась в столицу и все ему рассказала.

Разгневанный Лу Хуан передал имена дружков главнокомандующему императорской гвардией Чжу Мяню, а тот дал распоряжение в Дунпин арестовать всю компанию. Так что вчера у Ли Гуйцзе забрали старика Суня, Рябого Чжу и Чжан Сяня. Сама Гуйцзе спряталась в соседнем доме, у Чжу Волосатого, а нынче говорила, что к тебе пойдет, будет просить заступиться.

- Да они и в первой луне там дневали и ночевали, - говорил Симэнь. Деньгами, вижу, так и сорят. Спросил, откуда, а Чжу Рябой только смешками отделывается.

- Ну я пошел, - сказал Боцзюэ. - А то Гуйцзе пожалует. Сам с ней говори. А то скажет, я в чужие дела нос сую.

- Да погоди! - не пускал его Симэнь. - Я тебе вот что скажу: Ли Чжи ничего не обещай, слышишь Я сам долг получу, тогда мы с тобой потолкуем.

- Понятно! - отозвался Боцзюэ и раскланялся.

Только он вышел за ворота, у дома Симэня остановился паланкин. Из него вышла Гуйцзе.

Симэнь велел Чэнь Цзинцзи взять осла и отправиться за серебром к Сюю Четвертому.

В крытой аллее появился Циньтун и передал хозяину приглашение от Юэнян.

- Вас матушка просит, - сказал Циньтун - Барышня Гуйцзе пожаловала.

Симэнь направился к Юэнян. Гуйцзе была в коричневом платье, без белил и румян. Повязанная белым платком, из-под которого торчали волосы, побледневшая певица отвесила хозяину земной поклон и зарыдала.

- Что же теперь делать, батюшка - шептала она. - В беду попали! Верно говорят, запрешь ворота, так беда с неба грянет. Появился тут молодой барич Ван. Мы его и знать-то не знали. Рябой Чжу и Сунь Молчун его зачем-то к моей сестрице привели, а ее дома как раз не было. Не привечайте вы его, говорю, к чему это, а мамаша у нас чем старее, тем глупее. А случилось это в тот самый день, когда у тетушки рождение справляли. Сяду, думаю себе, в паланкин и к вам отправлюсь. А Рябой Чжу, знай свое, крутится, на колени опустился, упрашивает: не уходи, мол, сестрица, прошу тебя, угости, говорит, его чаем, а потом к батюшке пойдешь. Даже дверь запереть не дали. Вдруг врываются в комнату люди, хватают всех троих и, ни слова не говоря, уводят. Ван Цай сумел вырваться и убежал, а я у соседей скрылась. Потом уж меня слуга проводил. Прихожу домой, гляжу: у мамаши от страха чуть душа с телом не рассталась. Того и гляди отойдет. А сегодня полицейские с ордером приходили, целое утро допрос учиняли. И меня записали. В Восточную столицу, грозятся, отправим для разбирательства. Сжальтесь надо мною, батюшка, умоляю, спасите меня. Что мне делать, а Матушка! Прошу вас, замолвите и вы за меня словцо! - Встань! - Симэнь засмеялся. - А кто да кто обвиняется - Еще Ци Сян упоминается, - отвечала Гуйцзе, - но ей и поделом. Ее Ван Цай лишил невинности, у нее деньгами швырял. Но пусть у меня глаза вырвут, если я грош от него имела. Пусть все мое тело покроется гнойничками, если я хоть раз к нему приблизилась! - Хватит! Зачем все эти клятвы! - обращаясь к Симэню, сказала Юэнян.

- Заступись за нее.

- А Ци Сян уже взяли - спросил Симэнь.

- Она у императорских родственников Ванов пока скрывается, - отвечала певица.

- Ну, а ты побудь пока в моем доме, - предложил Симэнь. - А начнутся розыски, я в управу посыльного пошлю, чтобы поговорил с кем надо.

Он крикнул слугу Шутуна.

- Напиши письмо в управу господину Ли, - наказал он, - Гуйцзе, мол, часто у меня бывает, потому прошу вычеркнуть ее имя из списка обвиняемых.

- Есть! - ответил слуга и, одевшись в темное платье, без задержки понес письмо уездному правителю Ли.

Pages:     | 1 |   ...   | 64 | 65 || 67 | 68 |   ...   | 71 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.