WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 15 |

Главный недостаток "социальной адаптации" состоит в том, что такая направленность уводит людей от каких бы то ни было перемен.

Ведь при таком подходе вы не станете задавать себе вопрос: "Чего мне не хватает, чтобы чувствовать себя хорошо и радоваться жизни" Не станете выяснять, что же мешает вашему счастью. Вместо этого вы будете вынуждены ставить вопрос иначе: "Чего мне не хватает, чтобы быть как все". Поиск ответа на него вряд ли приведет к пониманию своего внутреннего состояния или подскажет пути перемен, скорее всего он переключит ваше внимание на внешнюю сторону поведения и на его "ненормальность".

Вдумайтесь, к примеру, в весьма распространенные замечания: "ты слишком много пьешь", "ты злишься из-за любого пустяка", "ты ни с кем не бываешь откровенен". В каждом - отражено наблюдение, что у человека нарушено внутреннее равновесие; каждое указывает на отклонение в поведении ("С тобой что-то не в порядке"),- но все эти замечания уводят от вопроса: чему служат данные отклонения, какой внутренней потребностью они вызваны Процесс исцеления, кроме всего прочего, конечно, предполагает изменение поведения. С другой стороны, если истинная причина отклонений связана с прошлыми переживаниями и в основе нездоровых поступков лежит подсознательная потребность заглушить душевную боль, тогда само по себе изменение поведения не принесет желаемого результата. Согласно же установкам "социальной адаптации", путь к здоровью лежит только лишь в отказе от неправильных поступков, а следовательно, и главная цель лечения - помочь человеку вести себя иначе.

Трудность состоит в том, что нездоровые привычки (например, злоупотребление алкоголем) человек приобретает, когда стремится скрыть что-то другое, сильно беспокоящее его. Я называю это "рефлексом подавления", его часто можно наблюдать в поведении людей, переживших травму. Рефлекс подавления загоняет неприятные чувства вглубь - туда, где их эмоциональное воздействие ощущается с меньшей интенсивностью. Это, как правило, сопровождается постоянным напряжением мышц тела. И по мере того, как человек привыкает подавлять в себе отрицательные чувства (гнев, ненависть, ревность, ярость, подозрительность), он одновременно теряет способность испытывать положительные эмоции (любовь, доброту, дружелюбие, доверие). А ведь именно положительные чувства - к себе, к окружающим, к жизни - дают человеку желание и силы изменить что-то в себе и в обстоятельствах своей жизни.

Когда поставленная цель - это социальная адаптация, внимание не сосредоточено на планировании того, как достичь пункта назначения; вы почти не задумываетесь, где вам довелось побывать. Вот почему все двадцать с чем-то лет, в государственных медицинских центрах для ветеранов методы первичного лечения не предусматривают обсуждения военных событий и связанных с ними сновидений. Вместо этого лечение построено на принципе "будь здесь и сейчас" (выражение одного из ветеранов), а основная установка состоит в том, забыть прошлое (поскольку, дескать, изменить его мы не в силах).

Бесплодность идеи "социальной адаптации" - почему я и называю ее мифом - объясняется тем, что она полностью игнорирует важный факт: для многих ветеранов прошедшая война до сих пор присутствует в их жизни. Связанные с войной переживания и воспоминания для них реальны здесь и сейчас. А значит, чтобы выполнить рекомендацию "будь здесь и сейчас", им необходимо вспомнить то, что было раньше.

Нужно сделать оговорку: без конца размышлять о прошлых страданиях и невзгодах не особенно полезно, а может быть, даже и вредно. Но с другой стороны, никто не станет отрицать, что жизненный опыт - богатейший источник знаний о наших собственных сильных и слабых сторонах. Чтобы вспомнить свои прошлые достижения или извлечь урок из прошлых неудач, мы должны иметь доступ к тому, что произошло с нами раньше, и за счет этого более полно строить свою жизнь сейчас.

Если незажившие душевные раны преграждают доступ к прошлому, сокращается диапазон теперешних возможностей (как если бы у вас был телевизор с двадцатью каналами, но из них работали только три, а настройка на остальные была бы невозможна из-за большого количества помех).

Чтобы, быть целостной личностью, необходимо воспринимать информацию о себе беспрепятственно по всем каналам.

Продолжая сравнение с телевизором, - у человека помехи создает, главным образом, собственный страх. Настраиваясь на все новые и новые каналы приема информации о себе, мы обнаруживаем новые способы решения встающих перед нами проблем. Это дает большую свободу действий и укрепляет внутреннее спокойствие, хотя "социальная адаптация" здесь совершенно ни при чем.

И последнее, что хочется сказать о разнице между "социальной адаптацией" и исцелением. Практически все вьетнамские ветераны, с которыми мне довелось беседовать, сходятся в одном на войне случались не только тяжелые, травмирующие события, но и такие, в которых укреплялись силы, мужество, уверенность в себе. Встреча со смертельной опасностью, победа над страхом, взаимная поддержка в тяжелых условиях - во всех этих испытаниях закалялся характер. Большинство "нормальных" американцев не прошли этой суровой школы и не познали на собственном опыте такую проверку перед лицом опасности.

Американская земля вот уже много лет не знает войн, и эта (кажущаяся) безопасность позволяет нам судить о том, что "нормально", а что "ненормально", вовсе не так, как судят об этом в странах, раздираемых войнами и конфликтами.

У большинства вьетнамских ветеранов, пытающихся адаптироваться, приучить себя к "нормальному" поведению, главные трудности возникают из-за того, что им в качестве лечения предлагают попросту забыть прошлое. А это часто означает, что из памяти будут выброшены не только уродливые образы войны, но также уроки благородства, дисциплины, чести и мужества. Такой путь не ведет к целостности.

Истинное исцеление приходит тогда, когда мы отдаем должное всему, что узнали на своем жизненном пути и пользуемся этими знаниями.

Поэтому, я предлагаю отказаться от идеи "адаптации" и отправиться на поиски того, что привело бы вас к более гармоничной жизни, достойной самоуважения.

3. Как распознать страх.

Когда мы были маленькими детьми, страх составлял неотъемлемую часть нашей жизни: он появлялся всякий раз при встрече с неизвестным или когда мы испытывали дискомфорт и не знали способа вновь вернуть состояние комфорта и защищенности. Подрастая и постепенно узнавая все больше и больше об окружающем мы ближе знакомились с пугавшими нас когда-то предметами и явлениями и переставали испытывать страх при столкновении с ними. Мы учились справляться с различными неприятными моментами нашей жизни выбирая такой способ поведения, который устранял бы дискомфорт или хотя бы уменьшал его. Жизнь учила многих из нас, что свой страх нельзя не только показывать окружающим, но даже признаваться в нем самому себе.

Во многих психологических исследованиях описан так называемый "феномен Джона Узина". Этот киноактер, исполнявший роли суперменов в фильмах-боевиках, стал примером для подражания и кумиром мальчишек 50-60 гг. киногерой Джона Узина не склонен обсуждать свои чувства и переживания. При встрече с опасностью он тверд и бесстрашен. Он умеет сохранять хладнокровие в ситуации; борьба за справедливость для него важнее собственной жизни. Из одной киноленты в другую повторяются кадры: герой храбро шагает навстречу опасности, выступая в одиночку против целой засады злодеев. У зрителя создается впечатление, что Узин либо вообще ничего не боится, либо его делают неуязвимым для чувства страха непоколебимая твердость и жажда справедливости. Разумеется, он был кумиром нашего детства: мы мечтали во всем походить на него и на других подобных ему суперменов. Ради этого сходства мы должны были так же хорошо, как и он, преодолевать страх или хотя бы делать вид, что нам это удается.

Таким образом мы, взрослея, учились лгать и притворяться перед самими собой, чтобы замаскировать чувство страха. Мы делали вид, что переживаем не страх, а что-то другое: "Страшно Мне Да нисколько!". Мужчине бояться не пристало; боятся одни трусы - твердили нам не раз.

Когда мужчине страшно, он вынужден каким-то образом видоизменять этот страх, чтобы спрятать его - причем, не только от других, но от себя самого, поскольку показать свой страх означало уронить себя в мнении окружающих. Таким образом, у огромного большинства американцев выработался поведенческий механизм отрицания собственных глубинных страхов. Впрочем, конкретные причины, вызывающие страх, для разных людей совершенно различны. Попросту говоря, когда мы всерьез чего-либо боимся, мы не желаем признаваться в этом даже самим себе. Мы отказываемся называть это чувство страхом и вынуждены подыскивать для него какое-нибудь другое благовидное название. Но все это чистейший самообман, поскольку испытывать страх присуще каждому человеку без исключения.

Говоря о травмирующих событиях, мы обычно имеем в виду события, которые не просто выходят за рамки обыденного опыта, но также рождают сильный страх и душевную боль. Угроза была настолько сильной, что у пережившего ее человека могло быть вовсе утрачено ощущение безопасности, способность чувствовать себя комфортно в этом мире.

Если вы все еще находитесь под властью травмирующего события, случившегося в вашей жизни, то на пути к исцелению вам придется прежде всего без самообмана разобраться во всем, что так сильно напугало вас, что непосредственно угрожало вашей безопасности. Только после этого вы сможете внести конструктивные изменения в свою жизнь, чтобы она стала более плодотворной и осмысленной.

Бытующий в нашем обществе "моральный кодекс Джона Узина" не дает честно признаться в своем страхе - вот почему многие мужчины, страдающие от многолетнего посттравматического страха, не могут объективно взглянуть на то, что мешает им спокойно жить. Мы не позволяем себе хныкать - ведь это "немужественно".

Я расскажу, как можно научиться распознавать в себе страх. Но прежде задумайтесь: неужели в поступках надуманных киногероев заключено все, что следует знать о чувстве страха и о том, как с ним бороться Для живых - не вымышленных - людей страх это реальность. Страх естественная и неотъемлемая часть нашей жизни. У людей, прошедших через серию травмирующих событий, страхом насыщен значительный кусок всего жизненного опыта. Если мы хотим, чтобы чувство страха хотя бы частично ушло из нашей повседневной жизни, мы должны научиться это чувство распознавать.

На первый взгляд кажется, чему тут учиться - все и так ясно. К сожалению, из-за отрицательного отношения общества ко всем проявлениям страха, многие из нас усвоили манеру обманывать себя. Поэтому давайте познакомимся с несколькими объективными признаками, которые помогут распознавать страх. Но сначала рассмотрим, каким образом чувство страха воздействует на наш организм. Это поможет понять, почему скрытые страхи пагубно сказываются на состоянии здоровья человека.

Нервная система, к которой относятся головной мозг и разветвленная сеть нервов во всем теле, является для нашего организма вроде центральной ЭВМ, собирающей и обрабатывающей информацию обо всем, что происходит внутри и снаружи. Этот компьютер посылает всем органам приказы о том, как они должны действовать в соответствии с ситуацией на данный момент. Не вдаваясь в подробности, опишу только один вид таких приказов, отдаваемых организму через нервную систему. Этот приказ занесен в базовую память нашего живого компьютера и автоматически срабатывает всякий раз, когда ситуация кажется нам угрожающей.

Механизм, о котором идет речь, получил название рефлекс "бей или беги". Мы, не задумываясь, пользуемся им всякий раз, когда чувствуем приближение угрозы, когда чего-то боимся. Стоит организму принять сигнал опасности, как происходит целая цепочка физиологических и биохимических изменений: учащаются сердцебиение и дыхание, повышается уровень напряжения мышц, меняется состав крови и других жидких сред нашего тела и т.д. Весь этот комплекс реакций и называется рефлексом "бей или беги".

Главный результат всех этих стремительно происходящих процессов - скачкообразное повышение имеющейся у нас энергии, чтобы можно было воспользоваться ею при встрече с опасностью. Чем больше угроза, тем резче скачок, тем больший объем энергии нам предоставляется. Мы можем вступить в борьбу с тем, что нам угрожает, мы можем убежать от опасности. Безразлично, какую линию поведения мы выберем; рефлекс "бей или беги", заложенный в нашу нервную систему, сделает свое дело, моментально приведет организм в боевую готовность и тем самым поможет нам выжить. Этот рефлекс сформировался у человека за долгие годы эволюции и не раз сослужил ему хорошую службу.

Одним из недостатков рефлекса "бей или беги" является то, что он не отличает реальной угрозы от вымышленной, кажущейся. Всякий раз, когда нам чудится опасность (пусть даже ситуация воспринята нами неверно), мозг посылает организму соответствующий приказ и все происходит точно так же, как и в случае реальной угрозы. А значит, чем чаще окружающая обстановка кажется нам враждебной, тем больше времени наш организм пребывает в боевой готовности под влиянием рефлекса "бей или беги".

Как всякая человеческая функция, этот рефлекс обостряется по мере тренировки и притупляется, когда им пользуются редко. Люди, которым свойственно ощущение относительной защищенности, попадая в критическую ситуацию, испытывают реакцию средней интенсивности, в то время как другие, которым часто доводилось чувствовать себя под угрозой, в аналогичном случае ощутят реакцию более мощную и стремительную. Зная механику рефлекса "бей или беги", вы поймете связь между некоторыми симптомами ПТС у вьетнамских ветеранов и событиями, пережитыми этими людьми во время войны.

Судя по рассказам моих пациентов, во Вьетнаме опасность преследовала их всегда и везде. Подолгу не было возможности минуту расслабиться, отдохнуть, почувствовать себя в безопасности. В ситуации такого рода рефлекс "бей или беги" срабатывает гораздо чаще, чем дома, в "нормальных" условиях. У людей, находившихся в районе боевых действий, порой по целым дням не выключался внутренний сигнал тревоги.

Таким образом, рефлекс, который в норме, дает о себе знать редко и лишь в особых случаях, стал для большинства (если не для всех)ветеранов чем-то привычным, испытываемым часто и подолгу. Крайняя настороженность, бдительное ожидание опасности, а значит, сопутствующее этому возбужденное состояние нервной системы и высокий уровень адреналина в крови, были, по словам многих ветеранов, делом скорее обыденным, чем исключительным.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 15 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.