WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 25 | 26 || 28 | 29 |   ...   | 45 |

Во всех рассмотренных ситуациях получается замкнутый круг воспроизводства семейного конфликта, который периодически разгорается и затухает, создавая трудноразрешимую ситуацию конфликтного псевдоравновесия в семье, когда издержки конфликта между родителями покрываются за счет увеличения крайностей в отношениях с детьми и наоборот. При наличии конфликта между родителями они не могут стабилизировать конфликт друг друга с ребенком. Так, если мать конфликтует с детьми, то отец не может повлиять на мать, поскольку это приводит к нарастанию супружеского конфликта. Особенно неблагоприятна ситуация для отца, когда доминирующая в семье мать с холерическим темпераментом конфликтует с дочерью, напоминающей своим флегматическим темпераментом отца. Здесь большая вероятность разрыва семейных отношений по инициативе отца, когда он сближается с женщиной моложе себя, в отношениях с которой он может занимать главенствующую позицию. Девочки в большей степени, чем мальчики, реагируют на уход отца субдепрессивным оттенком настроения и, как правило, еще долгое время негативно относятся к мужчинам. Типична и ситуация, когда нарастающие разногласия в семье оказывают невротизирующее воздействие на детей и сам факт появления у них болезненного состояния препятствует разрыву семейных отношений.

Отец 10-летней девочки после 20 лет семейного стажа полюбил молодую женщину и собирался уйти из семьи, считая, что он "отдал свой долг верности жене", тем более, что старшая, похожая на нее дочь, уже работала, а младшая училась в школе. Жена очень болезненно реагировала на намечающийся разрыв отношений, и ее напряжение передалось дочери, которая заболела неврозом, стала плохо есть, значительно похудела. Отец остался в семье. Мы помогли девочке и начали параллельное лечение матери. Постепенно ситуация в семье нормализовалась. Мать стала более тактично вести себя по отношению к мужу, уделяя ему больше внимания и приветствуя его улучшающийся контакт с дочерью.

Отец может находиться в неблагоприятной или уязвимой для себя позиции и тогда, когда в семье сын первых лет жизни, любящий и признающий только мать, и старшая дочь, отождествляющая себя с матерью. Мать здесь легче может решиться на развод, и в семье чаще возникают напряженные отношения. Это менее характерно в ситуации, когда младшая дочь любит отца, а старший сын подражает ему. В первом варианте возрастает угроза эмоциональной и половой изоляции отца в семье, во втором варианте она минимальна.

Как мы уже видели, определенную роль в происхождении семейного конфликта имеет опыт отношений в прародительской семье. При отсутствии эмоционально приемлемого опыта взаимоотношений с отцом в детстве как представителем мужского пола мать оказывается несостоятельной в роли прежде всего брачного партнера. Супруг же при отсутствии опыта общения и идентификации с отцом в детстве оказывается несостоятельным прежде всего в роли отца ребенка. Оба родителя неосознанно пытаются восполнить эти отношения в браке, как и освободиться от чрезмерного психологического давления матери в детстве. Если у жены это проявляется главным образом стремлением играть доминирующую роль в семье, то у мужа это выглядит как непроизвольное отражение в отношениях с женой прежних конфликтных отношений с матерью в подростковом возрасте. Во всех случаях необходимо известное время, чтобы стабилизировались и стали более зрелыми отношения в браке. Брак, таким образом, выполняет своего рода терапевтическую функцию для супругов, что далеко не всегда проявляется позитивными переменами в семейных отношениях, поскольку каждый из них ориентирован прежде всего на решение своих личных проблем. Многое здесь зависит и от степени соответствия у супругов реальных и идеальных концепций друг друга (и ребенка), умения быть более терпимыми и перестраивать свои отношения в связи с меняющейся динамикой жизненных обстоятельств. Следует учесть, что мужчины с возрастом обычно становятся более, а женщины - менее терпимыми в браке, что особенно заметно в возрастном интервале 35-45 лет, сопровождаясь критическим накоплением взаимных обид и недовольств, выявляемых в полной мере в отношениях с детьми. Каковы бы ни были источники семейного конфликта, он оказывает прежде всего невротизирующее влияние на мать, неблагоприятно отражаясь на отношениях с детьми, начиная с первых лет их жизни.

Семейный, в большинстве случаев хронически протекающий, конфликт - такой же частый источник психической травматизации для детей, как и неправильное воспитание. Если дети могут как-то воздействовать на отношение к себе несогласием, упрямством, перевозбуждением или тормозимостью, то при конфликте между родителями они часто лишены возможности прямо влиять на его исход, обычно до тех пор, пока их состояние не станет настолько тяжелым, что заставит обратить на него внимание по крайней мере одного из взрослых в семье и искать помощи у врача.

Реакция детей на конфликт в семье различается в зависимости от их эмоциональной чувствительности, особенностей темперамента и характера. Общим будет появление эмоциональных расстройств в виде возбудимости, беспокойства, сниженного фона настроения, нарушений сна и аппетита.

Конфликт детей с родителями. Он значительно менее выражен, чем конфликт родителей с детьми. Можно даже сказать, что больные неврозом дети не питают устойчивых отрицательных, тем более негативных или враждебных, чувств к родителям. Сам факт невротического заболевания показывает, что оно в немалой степени является следствием невозможности или неспособности психики ребенка противостоять действию психогенных, стрессовых по своей природе, факторов в семье. Протестные и конфликтные формы поведения предотвращают в известной мере накопление отрицательных эмоций (прежде всего, чувств беспокойства и обиды) посредством их отреагирования. Невозможность этого в силу разных причин, в том числе из-за развитых нравственно-этических чувств (совестливости, чувства вины, сострадания и переживания в целом), способствует повышению внутреннего психического напряжения, вплоть до появления болезненных расстройств.

Непросто диагностировать конфликт детей с родителями, и делать это нужно крайне осторожно, соблюдая известный такт при беседе. Главное - не обострить отношения в семье, не настроить детей и родителей друг против друга, а по возможности смягчить некоторые из сторон их отрицательных взаимоотношений.

Необходимую информацию о конфликте детей с родителями можно получить посредством анализа ответов детей на ряд задаваемых при интервью вопросов. Причем все ответы нужно оценивать в их единстве, помня о том, что некоторые из них отражают, скорее, возрастную и психологическую значимость для детей, чем непосредственный конфликт с родителями.

Вопрос: "С кем ты живешь дома" Обычно ребенок на первое место ставит наиболее авторитетное (значимое) для него лицо, к которому он, к тому же, испытывает чувство привязанности. Перечисление одного из взрослых на последнем месте указывает как на его меньшую значимость для детей, так и на возможную диспозицию в отношении с ним. Последнее особенно характерно, если ребенок может забыть перечислить одного из членов семьи.

Вопрос: "Коли бы ты играл в воображаемую игру "Семья", кого бы в ней изображал - маму, папу или себя; папу, маму или себя; себя, маму, папу" Как уже отмечалось, старшие дошкольники обычно выбирают роль родителя того же пола, обнаруживая возрастную потребность в ролевой идентификации с ним. Если же ребенок в данном возрасте выбирает роль родителя другого пола, то это подчеркивает диспозицию в отношениях с родителем того же пола или обоими родителями, если он отказывается от их роли и выбирает себя.

Вопрос: "Если бы дома никого не было, кого бы ты ждал в первую очередь - маму, папу; папу, маму" Преобладающим ответом будет выбор мамы, что указывает на привязанность к ней. Если же в ответе мать не стоит на первом месте, это свидетельствует о выраженных эмоциональных проблемах в отношениях с ней.

Вопрос: "Если бы с тобой случилось горе, беда, несчастье, обидел тебя кто-нибудь, ты всегда бы рассказал об этом маме, поделился, или не всегда" Затем вопрос повторяется в отношении отца. Опять же не во всех случаях отрицательный ответ свидетельствует о разногласиях с родителями. Так, один мальчик 6 лет не поделился бы с мамой и папой, "потому что мне стыдно им говорить, что со мной произошло что-то такое". У другого мальчика 8 лет мотивом отрицательного ответа был страх, что его неправильно поймут, осудят или накажут. Да и сам он видел взаимную неоткровенность родителей. Приведем ряд других ответов: "Ябедничать нехорошо", "Я дам сдачи", "Не поделился бы, потому что знаю, что мама огорчится, а если бы знал, что мама не огорчится, то рассказал бы". Тем не менее нельзя сбрасывать со счета и известную конфликтную направленность в отношениях с родителями при отрицательном ответе. Из 134 детей с неврозами не поделились бы переживаниями с матерью 31% и отцом - 45%, без существенных различий по полу. Обращает внимание меньшая откровенность с отцом, что указывает не столько на конфликт с ним, сколько на его недостаточную роль в семье и отсутствие доверительных отношений с детьми.

Вопрос. "Скажи, ты боишься или нет, что тебя накажет мама (папа)" Наказания со стороны матери боятся 35% детей, со стороны отца - 56% (достоверно чаще), без особых различий по полу. Можно одновременно уточнить, как наказывают в семье (часто практикуются: становление в угол, физические наказания или запрет выходить из дому), строгие ли родители, отношение к этому детей.

Вопрос: "Если бы ты вырос и сам стал мамой (папой - соответственно полу), у тебя была бы девочка (мальчик), то ты бы так же относился, воспитывал ее (его), как к тебе относятся, воспитывают родители, или по-другому" По-другому относились бы 36% детей (в роли матери - 22% девочек и в роли отца - 49% мальчиков, т. е. достоверно чаще). Мальчики, таким образом, более радикальны в изменении отношения отца. Когда мы интересовались причинами другого поведения в родительской роли, то получали разные, но достаточно характерные, ответы у мальчиков: "Не кричал бы, играл бы больше"; "Я бы не ставил его в угол, не бил"; "Не орал бы, спокойнее сказал" (6 лет); "Не ругался бы с ними" (7 лет); "Не бил бы ремнем" (8 лет); "Не сердился бы на них, не ругал, общался бы с ними, любил бы их" (9 лет); "Обращался поласковее" (10 лет); "Относился бы к ним хорошо" (12 лет); "Вел себя без самодурства", "Я бы находил для занятий с сыном время" (14 лет). Не менее красноречивы и ответы девочек: "Била бы рукой, а не ремнем" (5 лет); "Ласково говорила бы, не ругала бы"; "Не била бы их и не так бы ругала, а больше бы их воспитывала" (8 лет); "У меня было бы несколько детей" (14 лет). Наиболее ярко причину изменения себя в соответствующей роли родителя выразил мальчик 8 лет: "Я бы относился по-человечески!". Но в большинстве случаев дети не меняют родительскую роль, явно предпочитая сохранить хорошие отношения. Ведущий мотив при этом - страх утраты любви, угроза которой и так существует у чрезмерно занятых и принципиальных родителей.

Вопрос: "Когда ты вырастешь, ты будешь как папа (мама) работать..." Предпочтение той же профессии, как правило, - признак высокого авторитета родителей в представлении детей.

Характер отношений с родителями помогают понять рисунок "Семья", ответы на ТАТ, совместные с родителями игровые занятия и игра с врачом в куклы, воспроизводящие различные аспекты семейных отношений. Можно использовать и ряд рисунков из детских книг и журналов, где изображены ситуации взаимодействия взрослых и детей.

При интервью со 130 детьми с неврозами применялся также разработанный нами вопросник с перечислением проблемных ситуаций во взаимоотношениях с детьми. Всего использовано 57 диагностических утверждений, вроде: "много заботится о тебе", "часто беспокоится, что что-нибудь может с тобой случиться", "много говорит, как нужно себя вести", "требует, чтобы ты все делал вовремя", "часто заставляет тебя делать то, чего ты не хочешь" и т. д. Ответы последовательно отражают отношения матери, отца и других взрослых. Большинство детей выделяют такой аспект отношения матери, как "много заботится о тебе" (91% детей), а также другие стороны ее отношения: "требует, чтобы ты все делал вовремя", "все время напоминает, чтобы ты хорошо себя вел", "часто беспокоится, что что-нибудь может с тобой случиться"; "часто заставляет тебя делать то, чего ты не хочешь"; "требует беспрекословного послушания"; "много говорит, как нужно себя вести".

Сравним переживания, обусловленные отношениями с родителями при неврозах (27 детей) и в норме (25 детей) у 4-летних детей. Дети с неврозами реже, чем в норме, делятся с родителями, чаще определяют отношения родителей между собой как плохие; их чаще ругают и наказывают дома; мальчики чаще боятся кого-либо из взрослых в семье; как мальчики, так и девочки реже хотят походить на кого-либо из родителей и чаще хотят сразу стать взрослыми.

Формами эмоционального неприятия отношения родителей у детей с неврозами являются крик и плач в первые годы жизни, обида - в последующие. Наиболее болезненно дети с неврозами реагируют, когда их не ценят, к ним относятся пренебрежительно, равнодушно, когда их чувства остаются неразделенными, а потребность быть самим - блокированной. Конфликтное неприятие распространяется не только на некоторые стороны отношения с родителями в настоящем, но и на отношение к семье в будущем. В этой связи вспоминается мальчик 13 лет, который на вопрос о том, как бы он себя вел, будучи отцом, сказал: "Я не хочу иметь семью, я не люблю маленьких детей, девочек и женщин, потому что хочется самому распоряжаться своей судьбой; хочу быть сам себе главой, чтобы мне никто не мешал; никакой жены, потому что между мужем и женой бывают скандалы". В семье у него безраздельно доминирует мать, которая, замещая роль отца, систематически физически наказывает сына, проверяет каждый его шаг, во всем опекает, строга и принципиальна. Мягкий по характеру и занятый отец блокирован матерью и не пользуется авторитетом сына, поскольку всегда проигрывает в конфликте с женой. В свою очередь, чем больше конфликтно-требовательна мать к сыну, тем больше возражает (ссорится с ней) отец. Хронический стресс у мальчика привел к тому, что он стал часто болеть и, в итоге, почти не ходил в школу, так как, будучи неуверенным в себе, не мог постоять за себя, и его постоянно обижали сверстники. Так одностороннее влияние матери при недостатке мужского влияния, авторитета отца сформировали проблемы общения в школе и страх перед ее посещением. Вместе с тем болезненное состояние сына несколько смягчило отношение матери, выполняя таким образом роль своеобразного регулятора внутрисемейных отношений. Как только он начинал снова ходить в школу, так еще больше обострялись семейные трения, ухудшающие его нервное и соматическое состояние, и он опять оставался дома.

Pages:     | 1 |   ...   | 25 | 26 || 28 | 29 |   ...   | 45 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.