WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 ||

И.В. Попов, автор самого обширного труда об Августине на русском языке, находит несколько характеристик, присущих внутреннему слову. Он указывает на большой диапазон значений этого понятия у Августина. Внутреннее слово – это и просто «мысль о предмете, которая находит для себя выражение в том или другом звуке», то есть любое означаемое, и «мысль, созерцаемая в данный момент в неизменяемой Премудрости», «внутренний разговор души с самой собой»18. Независимо от содержания и ценности, внутренним словом можно назвать всё, что мы намерены выразить в словах или других знаках. Например, проповедник перед беседой со своей паствой обдумывает предмет разговора. – Независимо от языка, на котором предполагается беседа, тема разговора, «вся совокупность понятий, которые он предполагает выяснить»19, относится к внутреннему слову. Важно, что внутреннее слово – это конкретный образ вещи, хотя менее важно, была эта вещь воспринята посредством органов чувств или является плодом воображения.

Так, к внутреннему слову Августин относит как образ знакомого ему Карфагена, так и образ Александрии, которую он знал только по описаниям других.

Что же понимается под конкретностью образа вещи Ведь не всякое знание, например в ситуации обдумывания темы проповеди, является в образах. Как отмечалось выше, внутренняя образность у Авгутина понимается в особенном смысле. Но в данном случае, в тематике внутреннего слова, к этому добавляется ещё одно свойство, которое является определяющим и подводит все значения внутреннего слова под единый критерий. Конкретным образ будет тогда, когда он актуален, то есть мыслится в данный момент.

«Внутренним словом называется мысль в её актуальном состоянии потому, что только такую мысль мы можем выразить во внешнем слове»20.

10 Т. Литвин · Актуальность как свойство прошлого...

Или, как отмечает И.В. Попов, это есть представление, или понятие, «которое находится в центре сознания и, в данный момент занимая мышление, может быть высказано в произносимом слове»21. Таким образом, основным критерием является актуальность, темпоральное измерение, а не содержание сознания.

Независимо от того, идёт ли речь о предмете внешнего восприятия или о духовном переживании, любая отчётливо представляемая мысль является внутренним словом. Актуальное Теперь как концентрация сознания в данный момент определяет любой акт мышления. Внутреннее слово определяет отношение «между движением души и знаком, служащим его выражением»22. Однако внутреннее слово не есть подготовительный этап для слова внешнего.

Наоборот, акт выражения является лишь частным случаем мыслительного действия. Внутреннее суть и причина внешнего, оно относится к внешнему как форма к материи, как душа к телу, как Божественное к человеческому.

Оба эти явления, память и внутреннее слово, являются не только содержательными категориями внутреннего опыта, внутренней историчности. Они демонстрируют роль темпоральности в формировании принципов мышления и действия. Память как активная «сила» сознания, как основа актуального действия сознания является естественным, имманентно присущим сознанию механизмом связи прошлого и настоящего. Вопреки убедительному мнению о том, что прошлое – это пассивная часть сознания, а акту сознания в настоящем свойственна активность, идеи Августина наталкивают на совершенно противоположные выводы. Активностью сознание обязано именно прошлому, которое в акте воспоминания реализует практическую энергию сознания на фоне пассивного настоящего. Пассивность настоящего, своего рода автоматизм внимания, без материи прошлого не обретает своей актуальной формы.

Философия Августина не даёт достаточных оснований для построения принципов феноменологии действующего сознания, однако выявляет те механизмы феноменологического метода, которые остаются скрытыми в последующем анализе, в частности, в концепции Гуссерля. Темпоральность остаётся смыслообразующим элементом субъективности, и классическая для философии времени теория Августина позволяет не только снять напряжение в оппозиции традиции и современности, но и придать актуальность феноменологии.

Примечания Enn. III, 7,11.

Conf. XI.11; De Civ. Dei. XI,6; De Civ. Dei. XII,16.

Conf. XI.16. В русском издании: Августин Аврелий. Исповедь. Пер.

М.Е. Сергеенко. М., 1992. С.169.

Conf. XI.15. Там же, с. 168.

Conf. XI.28. Там же, с.177.

ОПОС # 1 (21), 2009 Ibid.

Ibid.

Conf. X.17.

Conf. X.12. «Vidi lineas fabrorum vel etiam tenuissimas, sicut filum araneae; sed illae aliae sunt, non sunt imagines earum, quas mihi nuntiavit carnis oculus: novit eas quisquis sine ulla cogitatione qualiscumque corporis intus agnovit eas. Sensi etiam numeros omnibus corporis sensibus, quos numeramus; sed illi alii sunt, quibus numeramus, nec imagines istorum sunt et ideo valde sunt». [«Я видел линии, проведённые рукой мастеров, иногда настолько тонкие, что они походили на паутину, но линии в моей памяти это нечто иное, это не образы тех, о которых мне сообщило телесное зрение; их знаешь, не связывая в мыслях ни с каким телом, и узнаёшь, уйдя в себя. Я узнал с помощью всех телесных чувств числа, которые мы называем, считая предметы; но числа, которыми исчисляем, это совсем другое; они не суть образы первых и потому существуют действительно».] В русском издании: с. 137.

О параллелях между учением Августина и философией Канта см.: Delahaye K. Die «memoria interior» – Lehre des heiligen Augustinus und der Begriff der «transzendentalen Apperzeption» Kants». Wrzburg, 1936.

Теэтет, 190а.

Теэтет, 206d.

Там же.

См.: Duchrow U. Sprachverstndnis und biblisches Hren bei Augustin.

Tbingen, 1965. S. 122–123.

De Trinit. XV.18. В русском издании: Августин Аврелий. О троице.

Пер. А.А. Тащиана. Краснодар, 2004. С. 361.

Там же.

De Trinit. XV.19: «quisquis... hoc intellegere potest iam potest uidere per hoc speculum atque in hoc aenigmate aliquam uerbi illius similitudinem de quo dictum est: In principio erat uerbum, et uerbum erat apud deum, et deus erat uerbum. Necesse est enim cum uerum loquimur, id est quod scimus loquimur, ex ipsa scientia quam memoria tenemus nascatur uerbum quod eiusmodi sit omnino cuiusmodi est illa scientia de qua nascitur» [«...

кто может понять его, теперь может видеть как бы тем зеркалом, как в той загадке некоторое подобие Того Слова, о котором сказано: “В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог” (Ин., I, 1).

Ибо когда мы говорим истинное, т. е. когда мы говорим то, что знаем, тогда с необходимостью из самого знания, хранимого нашей памятью, рождается слово, каковое того же самого рода, что и то знание, из которого оно рождается».] Русское издание: с. 362. В той же книге Августин приводит особенности в латинском переложении Святого Писания слов «зеркало» (speculum) и «загадка» (aenigma); см.: De Trinit.

XV.14,15.

Попов И.В. Личность и учение Блаженного Августина. Сергиев Посад, 1916. С. 280–281. К тематике внутреннего слова также см.: Бычков В.В. 2000 лет христианской культуры sub specie aesthetica. М., 1999. С. 221–222.

Попов, указ. соч., с. 280–281.

Там же.

Там же.

Там же.

12 Т. Литвин · Актуальность как свойство прошлого...

Pages:     | 1 ||



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.