WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 78 |

2011. № 14 (109). Выпуск ричное по отношению к той реальности, которую оно словесно удостоверяло. Однако по мере осознания этих рисков и возникла, собственно, ностальгия по другой истории, состоявшейся как некоторая речевая реальность и оставившей подзабытый теперь опыт изживания этих рисков2. Памятники той, другой истории, разумеется, инвентаризованы;

между тем, в них теперь открывается нечто большее, чем до сих пор отмечалось в историографических описях. Исторические исследования Э. Брка, Б.Г. Нибура, Л. фон Ранке, И.-Г. Дройзена, Я. Буркхардта, А. Токвиля, Ж. Мишле, Фюстеля де Куланжа, Ш. Пеги, Т.Б. Маколея, Т. Карлейля, К. Маркса, Н.М. Карамзина, Т.Н. Грановского, М.П. Погодина, Л.Н. Толстого и др., вне зависимости от позднейших историографических квалификаций, несводимы к некоей абстрактной фактичности их результатов. Их познавательная действенность, их собственная историческая уместность именно речевая, с некими присущими им диалогическими минимумами смысла.

О том, насколько эпистемологически затруднительно отозваться на прежнюю речевую полноту историографии, хорошо показывают исследования исторических высказываний К. Маркса, его «лучших страниц»3. Интерес к ним развился ещ в 70-х годах прошлого столетия: Х. Уайт, следуя аналитическим установкам Л.О. Минка, предпринял масштабную попытку «концептуализировать скорее поэтику историографии, нежели философию истории»4 Маркса, предположив тропологически-дискурсивную модель анализа исторических высказываний – своего рода инверсию номологическидедуктивной модели: таким образом был написан логико-эпистемологический сценарий неэпистемологического по замыслу историографического опыта К. Маркса («достигаемая в дискурсе Маркса последовательность первоначальных характеристик и дальнейших объяснений – это последовательность модальная, а не логическая»5), что позволило П. Рикру заметить о поучительной «ошибке» Уайта6. Примерно в эти же годы развернулись отечественные исследования речевой реальности исторических трудов Маркса, которая понималась как художественно-инструментальная, по преимуществу. Происходила не Такова эпистемологически парадигмальная эволюция Фр.Р. Анкерсмита: от анализа оснований и структур исторической репрезентации – повествования, как будто вторичного по отношению к реальности подлинного знания, хотя и нерасторжимого с этой реальностью, к исследованию «травмы раскола», происходившем в исторических науках по отношению к своему целостному опыту. Сосуществование различных практик доверия к целостной познавательной реальности, расколотой усилиями просветителей – инициаторов современной исторической науки in statu nascendi, привело к тому, что и познаваемый мир раскололся на две части: «на ту часть, которую мы видим и воспринимаем, принуждаемые языком, и на ту непостижимую реальность как таковую, которая опережает и превосходит мир, данный нам в языке и через язык». Собственно, ностальгия по тому утраченному опыту драматичной гармонии предпосылок исторического знания и беспокоит Анкерсмита: «как ни забавно, но получается, что реальность как таковая и, следовательно, прошлое как таковое всегда должны внушать нам ужас», поскольку не представимо в порядке преобразования «обычного языка» в язык исторической науки, исторической репрезентации per se – «прошлое в его, так сказать непредставимой девственности». Подавив доверием к «реальности как таковой» доверие к «реальности языка» и затем, скомпрометировав «реальность как таковую» е недоступностью из «тюрьмы языка», «мы стоим нагие посреди холодного и враждебного мира безо всякой поддержки. Мы беспомощны… по ту сторону языковой тюрьмы находится ужасный мир, постоянно угрожающий нам встречей со смертью… Есть глубокая истина в том, что мы прекращаем говорить, только тогда, когда мы умираем; когда нечего больше сказать, мы мертвы». Эквивалентом психологического понятия травмы Анкерсмит, собственно, и полагает понятие «возвышенного опыта». – Анкерсмит Ф.Р. Возвышенный исторический опыт. М.: Изд-во «Европа», 2007. – С. 5-6.

С другой стороны, Г.-Г. Гадамер, которому, собственно, принадлежит инициатива герменевтического обновления понятия возвышенный опыт, обращает внимание на его логико-эпистемологическую несводимость: опыт второй половины XVIII и почти всего XIX века не столько облегчает постановку диагноза современной эпистемологии исторического знания, сколько является опытом, в котором дат себя знать такое «притязание на истину, которое современное сознание не в силах ни отклонить, ни превзойти». – Гадамер Х.-Г. Истина и метод. – С. 39.

Рикр П. Память, история, забвение. М.: Издательство гуманитарной литературы, 2004. – С. 123.

Уайт Х. Метаистория. – С. 11.

Уайт Х. Метаистория. – С. 9, 326-379 и др.

Ср., напр.: «Х.Уайт загнал себя в тупик, рассуждая об операциях построения сюжета как о способах объяснения, рассматриваемых в лучшем случае как индифферентные по отношению к научным процедурам исторического знания, в худшем случае – как способные заменить эти последние. Здесь налицо настоящая категориальная ошибка…» – Рикр П. Память, история, забвение. – С. 123.

НАУЧНЫЕ ВЕДОМОСТИ Серия Философия. Социология. Право.

2011. № 14 (109). Выпуск кая продуктивная индоктринация «произнеснного слова»7 Маркса: переустанавливалось стилевое соответствие между разнообразными художественными формами Марксовых высказываний и их содержательным единством; дело шло о диалектике готового слова, беспредпосылочных речевых форм – диалектике без диалога, без внимания к историчной событийности речевого опыта мыслителя8. Исследования никогда не доходили даже до анализа «словесной ткани», самого материала исторических высказываний Маркса.

В новинку до сих пор оказывается исследование синтаксических структур:

С.С. Аверинцев, предлагая к анализу два характерных примера из немецкого подлинника «Экономическо-философских рукописей 1844 года» и «Предисловия к критике политической экономии», редчайшим образом указывает на структурную симметрию в языке и мышлении К.Маркса.

Worin besteht nun die Entusserung «В чм же заключается отчуждение der Arbeit труда Во-первых, в том, что труд является Erstens, dass die Arbeit dem Arbeiter для рабочего чем-то внешним, не принадusserlich ist, d.h. nicht zu seiner Wesen лежащим к его сущности; в том, что он в gehrt, dass er such daher in seiner Arbeit свом труде не утверждает себя, а отрицает, nicht bejaht, sondern verneint, nicht wohl, чувствует себя не счастливым, а несчастsondern unglcklich flt, keine freie physische ным, не развивает свободно свою физичеund geistige Energie entwickelt, sondern seine скую и духовную энергию, а изнуряет свою Physis abkasteit und seinen Geist ruiniert. Der физическую природу и разрушает свои дуArbeiter fhlt sich daher erst ausser der Arbeit ховные силы. Поэтому рабочий только вне bei sich und in der Arbeit ausser sich. Zu труда чувствует себя самим собой, а в проHause ist er, wenn er nicht arbeitet, und wenn цессе труда он чувствует себя оторванным er Arbeitet, ist er nicht zu Haus. Seine Arbeit от себя самого. У себя он тогда, когда не раist daher nicht freiwillig, sondern gezwungen, ботает; а когда он работает, он уже не у сеZwangsarbeit. Sie ist daher nicht die Befrie- бя. В силу этого труд его не добровольный, digung eines Bedrfnisses, sondern sie ist nur а вынужденный; это – принудительный ein Mittel, um die Bedrfnisse ausser ihr zu труд. Это не удовлетворение потребности в befriedigen9 труде, а только средство для удовлетворения всяких других потребностей, но не потребность в труде»10.

Die Produktion liefert dem Bedrfnis «Производство доставляет не только nicht nur ein Material, sondern sie liefert dem потребности материала, но и материалу поАверинцев С.С. Классическая греческая философия как явление историко-литературного ряда // Аверинцев С.С., Франк-Каменецкий И.Г., Фрейденберг О.М. От слова к смыслу: Проблемы тропогенеза. М.: Эдиториал УРСС, 2001. – С. 85.

О совершенном стиле работ Маркса писали уже первые его ученики: «Если когда-либо можно было применить к кому-нибудь слова Бюффона «стиль — это человек», то именно к Марксу. Стиль Маркса — это Маркс. Такой до мозга костей правдивый человек, который не знал другого культа, кроме культа истины, который в одну минуту мог отбросить с трудом добытые, ставшие ему дорогими теоретические выводы, лишь только он убеждался в их неправильности, должен был и в своих книгах показать себя таким, каким он был. Неспособный к лицемерию, неспособный к притворству и к позе, он всегда был самим собой как в своих произведениях, так и в своей жизни. Правда, при такой многосторонней, всеобъемлющей, многогранной натуре и стиль не может быть таким однородным, однообразным или даже монотонным, как у менее сложных, менее широких натур. Маркс — творец «Капитала», Маркс — автор «Восемнадцатого брюмера» и Маркс — создатель «Господина Фогта» — три различных Маркса, и все-таки при всем различии это один Маркс, в этой тройственности все-таки есть единство — единство большой личности, которая разно проявляет себя в разных областях и все же всегда остается одной и той же». – Либкнехт В. Маркс – учитель и воспитатель революционеров. Из воспоминаний о Карле Марксе. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://prometej.info/new/history/565-marks.html. Ср., напр.: Meринг Ф. Карл Маркс и сравнение // Избр. труды по эстетике. М., 1985. Т. II. – С. 312. См. также:

Нечкина М.В. Функция художественного образа в историческом процессе. М., 1982. – С. 205-251. Волков Г.Н. «Капитал» как художественное целое // Знамя. 1983. № 3. – С. 213-224 и др.

Marx K. konomisch-philosophische Manuskripte (1844) // Marx K., Engels F. ber Kunst und Literatur: Eine Sammlung aus ihren Schriften / Hrsg. M. Lifschitz. 6. Aufl. Berlin, 1953. – S. 33.

Маркс К. Экономическо-философские рукописи 1844 года // Маркс К., Энгельс Ф. Собр. соч. Т.

42. – С. 90.

НАУЧНЫЕ ВЕДОМОСТИ Серия Философия. Социология. Право.

2011. № 14 (109). Выпуск Material auch ein Bedrfnis. <…> Die Produk- требность. <…> Производство создат поtoin produziert daher nicht nur einen Gegens- этому не только предмет для субъекта, но tand fr das Subjekt, sondern auch ein Subjekt также и субъект для предмета!»12.

fr den Gegenstand11.

С.С. Аверинцев, перечитывая немецкий оригинал, замечает, что в нм «словесная ткань строится как последовательность строго симметричных антитез, иногда подчркиваемых «исологией» (bejaht – verneint). Одни и те же пары слов меняются местами внутри идентичной синтаксической и логической конструкции («материал потребностей» – «потребность материалу», «предмет для субъекта» – «субъект для предмета»)».

«Так, – заключает С.С. Аверинцев, – он писал, или, лучше сказать, так он думал (ведь обе цитаты взяты, собственно, из черновых набросков – это почти стенограмма мысли!)».

Ритм фигур речи, «Горгиевых фигур», «ведт за собой мысль, как ритм маршировки ведт солдата на долгом переходе»13.

Примечательно, что комментарий С.С. Аверинцева обращн преимущественно ко второму высказыванию Маркса и оставляет без внимания смысловые особенности первого. При сличении немецкого оригинала и перевода этих фрагментов дают себя знать почти незаметные в структурно-лингвистической плоскости эпистемологии языка ценностно-эпистемологические иерархии высказываний Маркса, или, иначе, историчность того, как высказывался Маркс, и то, каким образом отвечал ему русский переводчик.

В подлинных репликах Маркса сразу заметна особая взаимность наглядного, естественного немецкого речевого опыта и культурно-речевой традиции, разом сохраняющей и оспаривающей всякую наглядность. Уже ключевое слово Entusserung отличается характерной непереводимостью: это, буквально, не «от-чуждение», а «отъ-явление», своего рода отказ от очевидности, указание на то, что труд превращается в некую жизненную неочевидность. В качестве некоей речевой меры, Entusserung уточняется через однокоренное usserung («заявление», «проявление», «высказывание») – слово, которое в немецком языке проявляет эмоциональный настрой и исправно служит при выражении чувств и мнений «высказывающегося»14; в течение фразы совершается, между прочим, звукосимволический переход usserung в повторяемое ausser («вне», «из», «кроме», помимо» и т.п.), закрытого [о] в открытое, «изобличающее» [а]. Симметричны, повторяются с ритмической частотой и взаимно уточняют друг друга родственные Arbeit («труд», «работа») и Arbeiter («трудящийся», «рабочий»), что становится незаметным в русском переводе, в котором используются асимметричные «труд» и «рабочий». Игровой, античный акцент слышится и в соположении physische и Physis, что переводчик предпочитает не заметить вовсе и переводит последнее как «физическую природу». Ruiniert передатся через русское «изнурение», что представляет собою довольно сильную интерпретацию:

пространственный остаток смысла в ruiniert ликвидируется и остатся исключительно этический смысл. Аналогичное отвлечение происходит в отказе переводчика от zu Hause, заменяемого «собою».

Мало-помалу в русском переводе девальвируется стремление Маркса рассуждать исторично, в традиции «делосского ныряльщика», погружаясь в речь и генерируя изнутри вовне некие наглядно-познавательные речевые смыслы. Как будто усматривая за словами некую отдельную познавательную реальность «как таковую», переводчик предлагает каждый раз некое метафизическое преобразование, своего рода отрешение слов от их словесной материи и придание им новых метафизических коннотаций. Неочевидность становится чуждостью, домашность – свойскостью и т.д. Живая историчность речи Мар Marx K. Einleitung zur Kritik der politischen konomie // Marx K., Engels F. ber Kunst und Literatur: Eine Sammlung aus ihren Schriften / Hrsg. M. Lifschitz. 6. Aufl. Berlin, 1953. – S. 27.

Маркс К., Энгельс Ф. Предисловие к критике политической экономии / Соч.Т. 46. – С. 28.

Аверинцев С.С. Классическая греческая философия как явление историко-литературного ряда. – С. 100-101.

Альтернативно ему в немецкой речи der Ausspruch – «высказывание» краткое, значительное, «изречение» – ein Auspruch Bismarks, напр.: Brockhaus Wahrig deutsches Wrterbuch. Bd. I. Wiesbaden et al., 1981. S. 459. Dostal K.A. Das richtige Wort-Synonymisches Wrterbuch. Wien, 1957. S. («aussprechen»).Ср.: Brockhaus Wahrig deutsches Wrterbuch. Bd. I. Wiesbaden et al., 1981. S. 457. Etymologisches Wrterbuch des Deutschen. Bd. I. Berlin, 1989. – S. 101 (ussern).

НАУЧНЫЕ ВЕДОМОСТИ Серия Философия. Социология. Право.

2011. № 14 (109). Выпуск кса теряет таким образом свою глубину, свою стилистико-диалогическую материальную упругость; на первый план выходит индоктринированная модальность абстрактного монолога.

Ещ более заметно речевое своеобразие, глубинная стилистика К. Маркса в его известном рассуждении о природе исторического источника.

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 78 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.