WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 30 | 31 || 33 | 34 |   ...   | 49 |

Но главное – в другом. Если цивилизационный подход, который составляет концептуальную основу рассматриваемого учения, при его применении к сфере экономики имеет столь узкое и к тому же постоянно уменьшающееся (наподобие «шагреневой кожи») значение, то это есть явный признак устаревания и неконструктивности самой теории. Во всяком случае никакой «бесподобный анализ» тенденций мирового развития в XX в., основанный исключительно на параллельном развитии цивилизаций, на чем настаивали правоверные евразийцы, в принципе невозможен.

Указанная тенденция к универсализации не означает полного забвения цивилизационного, самобытного подхода, а лишь более точно определяет его место. Самобытность проявляется в значительной степени как специфическая форма реализации универсальных тенденций. Именно благодаря этой самобытности мир не только универсализуется, но и одновременно становится все более многообразным, многовариантным. В этом одно из проявлений реальности национальных традиций.

Из сказанного вытекает, что задача совмещения российских традиций и общецивилизованных механизмов, прежде всего рыночных, является важнейшей для хозяйственной политики. Минувший век продемонстрировал, что наибольших успехов добились те страны, которые развивались, в том числе и в рыночном плане, не вопреки традициям, а опираясь на них. Это такие экзотические страны, как Япония, Корея, Тайвань, Гонконг, а в последнее время – Китай 9.

Надо сказать, что и евразийцы двигались, сами того не осознавая, в этом направлении, когда разрабатывали свою версию смешанной экономики – систему государственночастного хозяйства. Движение современной России в сторону общества смешанного типа было бы, безусловно, благом, 9. Ольсевич Ю.Я. Хозяйственная система и этнос // Вопросы экономики. 1993. № 8. С. 7–16.

ИСТОРИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ МЫСЛИ поскольку, как и стремились доказать евразийцы, наша страна по самой евразийской сущности предрасположена к такому типу хозяйств.

Тем самым сохраняет положительное значение и цивилизационный подход, разрабатываемый евразийцами в 20 – 30 годах ХХ в. Только не следует этому подходу придавать абсолютное значение, забывая, что в обществе действуют и некие универсальные принципы построения рационального хозяйственного механизма. В этой связи следует согласиться со следующей мыслью академика Л.И. Абалкина: «Путь России лежит не через противопоставление, а через высший синтез глобальных общемировых тенденций общественного прогресса и отличий, вытекающих из ее истории и геополитического положения, принадлежности к особому типу цивилизации» 10.

Закончить статью хочется словами одного из основоположников евразийства Г. Флоровского. Они были написаны в то время, когда Флоровский уже отошел от евразийства и в какой-то мере мог дать беспристрастные суждения о нем.

В евразийстве, пишет он, была «правда вопросов, неправда ответов, – правда проблем, а не решений» 11. Очень точные слова, вполне применимые и к работам современных евразийцев.

10. Абалкин Л.И. Россия: поиск самоопределения. М.: Наука, 2005. С. 57.

11. Флоровский Г.В. Евразийский соблазн // Мир России – Евразия. Антология. М.: 1993.

С. 354–355.

Н. СЫЧЕВ, доктор экономических наук, профессор, ведущий научный сотрудник Института экономики РАН ДВОЙСТВЕННАЯ ПРИРОДА ТОВАРА:

К ИСТОРИИ ВОПРОСА Исследуется проблема двойственной природы товара, поставленная античными мыслителями. Раскрываются теоретические подходы к решению этой проблемы, послужившие отправным пунктом возникновения трудовой теории стоимости.

Ключевые слова: товар, ценность, потребительная ценность, меновая ценность, редкость, полезность, стоимость.

Как известно, в условиях товарного производства создаются полезные вещи – товары, т.е. продукты труда, которые удовлетворяют общественные потребности путем обмена, т.е.

купли-продажи на рынке 1. Именно здесь обнаруживается единство двух противоположных факторов каждого товара:

потребительной стоимости и стоимости.

Следовательно, посредством товарной формы осуществляется движение общественного продукта, а стало быть, устанавливаются экономические связи, присущие тому или иному способу производства. На первый взгляд, эти связи не представляют какой-либо трудности для понимания, поскольку на поверхности явлений они «прозрачны» и доступны для непосредственного наблюдения. Но это только видимость, ибо процесс обмена товаров содержит в себе такие тайны, над разгадкой которых экономическая мысль мучительно 1. Заметим, товарами являются не только продукты труда, но и любые объекты, вступающие в рыночный обмен: естественные блага, деньги, рабочая сила человека, капитал, информация и т.п.

ИСТОРИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ МЫСЛИ бьется уже в течение более двух тысяч лет, по меньшей мере, с момента возникновения товарно-денежных отношений в древних цивилизациях.

В этой связи необходимо отметить, что весьма важный вклад в теоретическое осмысление специфики товарноденежных отношений внесли античные мыслители. В частности, именно они впервые в истории экономической мысли поставили проблему двойственной природы товара, проведя различие между его потребительной ценностью и меновой ценностью (напомним, в рамках классической политической политэкономии они называются потребительной стоимостью и меновой стоимостью). Тем самым античные мыслители заложили основы теории ценности, которая вырабатывалась ими в рамках социально-философского мировоззрения.

К числу наиболее отличительных черт этого мировоззрения следует отнести:

во-первых, целостное восприятие окружающего мира, стремление определить наиболее рациональные пути реформирования существующего социума на разумноэтических началах 2;

2. «В методе исследования общественных явлений у древнегреческих философов была одна характерная черта, выгодно отличающая их от исследователей позднейших времен, действовавших в условиях чрезвычайно дифференцированной, раздробленной до мельчайших деталей, научной работы: они старались прежде всего охватить предмет в его целом. Заинтересованные в коренной реформе существующего общественного строя, они подходили и к теоретическому изучению его с широким общим взглядом, и только набросав возможно отчетливее основные контуры своих теоретических построений, обращались к углублению в частности изучаемого комплекса явлений. Отсюда – мы находим у них ряд глубоко продуманных социологических обобщений, образующих солидную основу для теоретических систем по различным отраслям общественной жизни, отчасти подробно разработанных уже ими самими, отчасти незатронутых или очерченных только некоторыми намеками. Слитность рассуждений древнегреческих философов, легко переходивших от экономических и социальных вопросов к моральным и эстетическим, – так неприятно действующая на некоторых современных ученых, привыкших к более спокойной и упорядоченной работе за прочными перегородками мысли, – имела и свою хорошую сторону. Теоретическое мышление древних последовательно и цельно. Их экономические и политические рассуждения образуют живой, объединенный единой мыслью комплекс идей, логически тесно связанный их общим с философским и моральным мировоззрением. Впрочем, для них трудно говорить отдельно даже об их моральном мировоззрении; их мышление едино во всех его составных частях, и в нем созвучно укладываются все отдельные элементы их миропонимания, их отдельных чаяний и стремлений». (История экономической мысли / Под. ред.

В. Я. Железнова и А. А. Мануилова. М., 1916. Т. 1. С. 4 – 5.

во-вторых, понимание феномена человека и как высшего существа окружающего мира, и как свободной личности, деятельность которой направлена на удовлетворение ее разнообразных потребностей 3;

в-третьих, трактовку ценности как общефилософской и моральной категории, выражающей субъектобъектное отношение в хозяйственно-практическом плане, т.е. отношение между возрастающими потребностями человека и ограниченностью благ с точки зрения достижения определенной пользы, а также оценкой этих благ и нормами его поведения в общественной жизни 4.

Пальма первенства в постановке вышеуказанной проблемы принадлежит Ксенофонту. Исходя из понимания хозяйства как имущества, а последнего как совокупности вещей, которыми человек может пользоваться, Ксенофонт утверждал, что ценность этих вещей определяется их полезностью.

3. «Отправной точкой и объектом греческой цивилизации является человек. Она исходит из его потребностей, она имеет в виду его пользу и прогресс. Чтобы их достичь, она вспахивает одновременно и мир, и человека, один посредством другого. Человек и мир в представлении греческой цивилизации являются отражением один другого – это зеркала, поставленные друг против друга и взаимно читающие одно в другом» / Боннар А. Греческая цивилизация. М., 1958. С. 42.

4. «Они (античные философы. – Н.С.) совершенно ясно сознавали, более того, они ясно чувствовали всем своим существом аксиоматическую истину, составляющую и до сих пор фундамент всего экономического знания, – об известной зависимости людей от окружающего их мира природы, иначе говоря, об ограниченности запаса материальных благ, по сравнению с удовлетворяемыми ими человеческими потребностями. Это убеждение давало им определенный ответ на основной вопрос экономической теории – о ценности хозяйственных благ. Ответ этот вполне гармонизировал с их общим взглядом на общественные отношения и тесно связывался с их философскими и моральными идеями. В вопросе о ценности хозяйственных благ греческие мыслители решительно выдвигали наиболее близкую общему духу их мировоззрения точку зрения полезности. Им и не было надобности считаться с возможностью иных точек зрения, потому что теория полезности давала для них вполне закругленное, законченное решение проблемы. Греческого гражданина хозяйственные блага интересовали преимущественно по их назначению, а не по происхождению; он вполне осязательно чувствовал зависимость в своем существовании и в излюбленных формах своей деятельности от известного запаса материальных благ и в этом видел основание для их оценки. Обеспечить государственный организм достаточными средствами существования, которые позволили бы ему беспрепятственно выполнять свое высокое назначение, при условиях, устраняющих раздоры и несогласия между отдельными гражданами и группами граждан, – такова была, по убеждению передовых людей того времени, задача хозяйственной организации» / История экономической мысли / Под. ред. В. Я. Железнова и А. А. Мануилова. М., 1916. Т. 1. С. 5 – 6.

ИСТОРИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ МЫСЛИ При этом, по его мнению, сама ценность проявляется в двоякой форме: 1) потребительной ценности, т. е. способности вещи непосредственно удовлетворять какие-либо потребности ее владельца; 2) меновой ценности, т. е. способности вещи удовлетворять эти потребности посредством обмена 5. Имея в виду это обстоятельство, Ксенофонт отмечал, что «ценность (потребительная. – Н.С.) есть то, от чего можно получить пользу», что ценность той или иной вещи (например, флейты) предопределяется одновременно и ее меновой природой, ибо «для того, кто не умеет пользоваться флейтой, если он продает ее, она – ценность, а если не продает, а владеет ею, – не ценность… потому что она совершенно бесполезна» 6.

Таким образом, ценность любой вещи, по Ксенофонту, зависит от способа удовлетворения потребностей ее владельца, от его умения извлечь из нее пользу. Если он может непосредственно извлечь из потребления вещи определенную пользу, то эта вещь обладает ценностью, если же он не может извлечь ту или иную пользу из непосредственного потребления вещи, то она утрачивает какую-либо ценность.

Однако владелец вещи может извлечь из нее пользу и другим способом, а именно путем обмена, т. е. продажи ее на рынке. Необходимость менового акта возникает в том случае, когда он не умеет пользоваться принадлежащей ему вещью.

Поэтому владелец может продать ее другому лицу, которое в 5. «В особенности интересны его (Ксенофонта. – Н. С.) рассуждения о ценности, которые имеют вид некоторой целостности, включая и анализ некоторых эмпирических соотношений, которым подчиняется меновой акт. Ему принадлежит заслуга ясной формулировки понятия «полезность» с подразделением его на два вида: полезность вследствие непосредственного употребления, что можно назвать потребительной стоимостью, и полезность вследствие возможности обмена, что можно назвать меновой стоимостью. Именно Ксенофонту принадлежит положение о том, что «благо есть все то, что полезно», т. е. удовлетворяет человеческим потребностям.

При этом он не замыкается в рамки плоского гедонизма: «полезность» он не замыкает рамками «утилитарной» экономики, а рассматривает широко – оно совмещает у него не только хозяйственный момент, но и момент нравственный, выводящий за рамки натурального хозяйствования. Полезным с хозяйственной точки зрения он считал все то, что удовлетворяет известную потребность, что служит полезному назначению; полезным же, с нравственной стороны является то, что не заключает в себе нравственного вреда» (Шухов Н.С. Ценность и стоимость (опыт системного анализа). Ч. 1. М., 1994. С. 115.

6. Ксенофонт Афинский. Сократические сочинения. М. – Л., 1935. С. 253.

состоянии ею пользоваться и для которого она, следовательно, представляет определенную ценность. Но, продав ему вещь, ее владелец вместе с тем косвенно (опосредованно) извлекает для себя тоже определенную пользу, получив, например, ценную для него вещь или деньги, которые он может использовать в своей хозяйственно-практической деятельности.

Но если ценность хозяйственных благ определяется в конечном счете их полезностью, то возникает вопрос, какова мера этой полезности. Ксенофонт не дал конкретного ответа на этот вопрос. Прежде всего это объясняется тем, что господствующей формой организации античной экономики являлось натуральное производство. Что же касается рыночных (товарно-денежных) отношений, то они находились в начальной стадии своего становления. В таких условиях не представлялось возможным выявить их более глубинную, фундаментальную основу. Поэтому Ксенофонт ограничился преимущественно описанием внешних форм обмена одних хозяйственных благ на другие. Однако с точки зрения полезности как таковой эти блага качественно несравнимы и количественно несоизмеримы. Именно по этой причине Ксенофонт, как и другие античные философы, вынужден был обращать внимание на деньги, посредством которых устанавливаются известные меновые пропорции.

Pages:     | 1 |   ...   | 30 | 31 || 33 | 34 |   ...   | 49 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.