WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 17 | 18 || 20 | 21 |   ...   | 49 |

СТРАТЕГИЯ РАЗВИТИЯ РОССИЙСКОГО АПК основном в форме аграрного бюджета, лишь в малой степени ослабляет это тяжелое бремя. Расчеты показывают, что соотношение между суммой «перекачки», определенной по товарной продукции сельского хозяйства и его бюджетной поддержкой, составляет 9:1 (в денежном выражении примерно 1,3 трлн и 140 млрд руб.)12.

Доля аграрного бюджета составляет 1,2%, тогда как даже в годы НЭПа она достигала 7,7%, а до нынешних реформ на господдержку села выделялось свыше 15% общего бюджета страны. Причем и эти мизерные бюджетные назначения для села на 3/4 не доходят непосредственно до производителя и затем почти целиком забираются государством через налоги на СХО и физических лиц деревни. На порядок большие суммы из вновь созданной крестьянским трудом стоимости, как показывает структура розничных цен на продовольствие, идут в карман заготовителей, переработчиков, перекупщиков, торговцев, топливных монополистов и т.д.

Всем этим объясняются все нынешние беды и недуги российского села и крестьянства. Основные из них: 1) провал в уровне сельскохозяйственного производства страны, его низкая экономическая эффективность и конкурентоспособность; 2) деградация производственного, особенно трудового, потенциала села, низкая трудовая активность занятых в сельскохозяйственном производстве, отток из отрасли трудоспособного населения, молодежи; 3) запредельный за всю российскую историю импорт продовольствия, являющийся своего рода поддержкой зарубежных фермеров. В совокупности эти беды и недуги создают угрозу не только продовольственной, но и национальной безопасности страны в целом.

Сейчас Россия на финише 17-летнего пути вступления в ВТО, условием которого является дальнейшее сокращение господдержки сельского хозяйства. Если бы власти вовремя и всерьез занялись действительным возрождением и модернизацией сельского хозяйства и для этого сократили масшта12. Вопросы экономики. 2009. № 10. С. 126–127.

бы «перекачки» хотя бы наполовину, увеличив за счет этого аграрный бюджет до 600 млрд руб.13 (а для этого в стране, получавшей в последний период «баснословную» прибыль в форме нефтедолларов, имелись необходимые финансовоэкономические условия), то сельское хозяйство по меньшей мере можно было бы вывести из состояния его нынешнего острейшего кризиса. Сейчас отрасль при сопоставимой оценке оплаты труда селян фактически убыточна, обременена колоссальной кредиторской задолженностью в сумме около 1,5 трлн руб. (что в 1,6 раза больше объема стоимости валовой продукции сельского хозяйства в закупочных ценах) и, по сути, в целом находится на грани банкротства.

Тогда можно было бы идти на принятие правил ВТО, сокращать господдержку. А теперь есть два пути: или, не считаясь с этими правилами (как это делают многие члены этой организации, осуществляя господдержку отрасли в расчете на гектар пашни в 10 и более раз большую, чем в России), активно возрождать свое сельское хозяйство, устраняя тем самым вопиющий воспроизводственный дисбаланс в экономике, или, вступив в ВТО, следовать этим правилам, обрекая огромные сельские территории на дальнейшую деградацию. Выход, очевидно, в первом направлении.

Однако, судя по всему, власти предпочитают второй путь, считая признаком прогресса в агропродовольственном секторе страны начавшийся в последние годы экспорт российского зерна, объемы которого наши представители на Петербургском зерновом конгрессе в июне 2009 г. слишком самоуверенно обещали довести до 50 млн т. Но при этом они умалчивают, что сокращение стада крупного рогатого скота и свиней за годы реформ более чем в 2 раза искусственно создает излишки для экспорта зерна (в 2008 г. 13,6 млн т) и заставляет в огромных количествах импортировать замороженное и часто залежалое мясо, другие продукты животноводства.

13. Пошкус Б.И. Факторы укрепления экономики сельского хозяйства. Екатеринбург, 2010.

С.158–160.

СТРАТЕГИЯ РАЗВИТИЯ РОССИЙСКОГО АПК Ничего также не говорится о том, что от сельскохозяйственного экспорта достается сельским товаропроизводителям, а что – перекупщикам и прочим любителям наживы.

Из советской истории 30-х годов известно, что массированный экспорт зерна происходил за счет официально узаконенного ограбления деревни, приводил не только к подрыву кормовой базы животноводства, но и к недоеданию и голоду самого сельского населения. Ущемление интересов села повторяется и теперь, а из экспортной прибыли непосредственно производители получают в лучшем случае гроши.

Львиная доля достается посредникам, кому угодно, только не производителям. Но главное, из баланса экспорта и импорта продовольствия (2008 г. соответственно 5 и 35 млрд долл.) никак не следует желаемого продвижения России в разряд мировых продовольственных держав. Признаком такого продвижения может стать экспорт животноводческой продукции, как наша страна демонстрировала это более лет назад, не увлекаясь иллюзией «особого» российского пути.

Пока продовольственное положение России, если исходить из его системной оценки, характеризуется острейшим кризисом. Об этом свидетельствует подрывающий престиж страны в глазах мирового сообщества и на арене мирового агропродовольственного рынка удручающий факт: импорт продовольствия по рублевому курсу превышает объем всей товарной продукции сельского хозяйства в закупочных ценах (в том же 2008 г. соответственно 1,05 трлн и 888 млрд руб., а 2010 г. по импорту вообще побил все рекорды). Понятно, какой трагедией для народа может оказаться перекрытие, по тем или иным причинам, импортных каналов поставок продуктов питания, чего нельзя исключать, учитывая происходящие угрожающие тенденции обострения мировой продовольственной проблемы.

Конечно, махнув рукой на собственное сельское хозяйство, как на «черную дыру», беспрецедентное падение отечественного сельскохозяйственного производства, сопоставимое с результатами насильственной коллективизации, пока можно восполнять такими же беспрецедентными за всю российскую историю закупками за рубежом. Но продовольственный импорт, запредельные объемы которого в сравнении с 1991 г. возросли почти в 5 раз, а за 2005–2007 гг., приходящиеся на реализацию «приоритетного» национального проекта «Развитие АПК», в 2 раза, превысив объем реализации всей продукции сельского хозяйства в закупочных ценах, является одним из существенных изъянов проводимой агропродовольственной политики. С одной стороны, масштабный продовольственный импорт (вместе с экспортом 4/5 производимых в стране минеральных удобрений) служит прямой поддержкой бразильских, израильских, американских и других зарубежных фермеров, а с другой - душит отечественного производителя. Социально-экономическое положение российского крестьянства в этих условиях таково, что по некоторым оценкам, «пора бить в набат»14.

Но если, не считаясь с возрастанием угрозы продовольственной безопасности в рамках проводимой агропродовольственной политики, компенсацию провала в отечественном производстве продукции сельского хозяйства можно перекладывать на зарубежных фермеров, предоставляя для них обширный рынок сбыта этой продукции, то исправлять удручающее положение в социальной сфере села придется самим, иначе сельское хозяйство (за исключением новых «маяков» – около 3% всех СХО) будет продолжать этот свой бесперспективный «особый путь». На фермерском форуме в Тамбове (март 2011 г.) В. Путин говорил об ответственности за неиспользуемые сельскохозяйственные земли (за годы нынешних реформ заброшено почти 40 млн га посевных площадей, т.е. на 6 млн га больше, чем вся площадь сельхозземель во Франции – экспортере продовольствия, в том числе продукции животноводства). В Доктрине продовольственной безопасности РФ освоение заброшенных земель декларируется 14. Милосердов В.В. Многострадальная судьба российского крестьянства. М.: Колос, 2010. С. 78.

СТРАТЕГИЯ РАЗВИТИЯ РОССИЙСКОГО АПК как важнейший источник наполнения продовольственного рынка отечественной продукцией.

Но одни декларации и наставления проблемы не решат.

Нужны, как это было с освоением целины, огромные ресурсы, так как речь идет о той же целине (да еще зарастающей кустарником), на которой уже нет признаков жизни (если не считать диких животных). На обширной сельскохозяйственной территории Северо-Запада, Северо-Востока, Урала, Поволжья, Сибири, даже Центра России, где о существовании прежних благополучных сел и деревень скорбно напоминают заросшие бурьяном и чертополохом их жалкие останки, уже вообще почти некому работать, а тем более вовлекать в оборот неиспользуемые миллионы гектаров земли, поскольку социально-трудовая сфера (не говоря уже о производственной) здесь разрушена. И все это происходит в условиях, когда властями провозглашен приоритет сельского развития, разработаны и реализуются соответствующие проекты и программы и когда для его обеспечения можно изыскать необходимые ресурсы, если в стране, наконец, будут правильно расставлены приоритеты. К сожалению, такой расстановки не наблюдается: расходы на Олимпиаду–2014 и ЧМ по футболу – 2018, которые при нынешнем экономическом положении страны вообще нельзя отнести к приоритетам, оценивается суммой, в 13 раз превышающей годовой аграрный бюджет государства.

Стратегия, направления и макроэкономические условия обеспечения этого приоритета, ориентированные на системную модернизацию сельского хозяйства, изложены в моей статье, опубликованной журналом в 2008 г.15 Однако в проводимой аграрной политике по этому ее основополагающему в сложившихся условиях направлению продолжают преобладать полумеры или общие замыслы и пожелания, противоречивые декларации. В известной статье Президента РФ 15. Буздалов И.Н. Приоритеты сельского развития: необходимость и реальность// Вестник Института экономики РАН, 2009. № 3. С. 7–25.

Д. Медведева «Россия, вперед!» говорится, что село, его социальная сфера является и «всегда будет оставаться нашим приоритетом», иначе говоря, предпочтением, первейшей обязанностью государства. Наоборот, министр финансов А. Кудрин, видимо, исходя из того же «особого российского пути» и в принципе придерживаясь догмы о сельском хозяйстве как «черной дыре», при подготовке и обсуждении бюджета страны на 2010 г. сказал, что социальные проблемы села для нас вообще «менее важные». В полном соответствии с этим мнением и без того эта символическая составляющая в целом мизерного по своим параметрам аграрного бюджета была основательно сокращена.

Тем самым ставится барьер на пути модернизации сельского хозяйства как определяющей предпосылки, как своего рода мандата для признания России настоящим деятельным участником глобальных мирохозяйственных процессов, в том числе на мировом агропродовольственном рынке. Вместе с тем дамокловым мечом над страной будет висеть серьезная угроза продовольственной, и поэтому общей, национальной безопасности. Полагаться на то, что ситуацию автоматически изменит принятая в 2010 г. Доктрина продовольственной безопасности, в которой, к сожалению, необходимые приоритетные материализованные в реальных ресурсах государственные меры совершенно не просматриваются, а преобладают замыслы, те же декларации, «официальные взгляды» и общие места, – значит тешить себя иллюзиями и не представлять реальности этой угрозы для будущего государства.

А это значит, что российское сельское хозяйство и впредь будет оставаться если не на задворках, то в хвосте глобальных мирохозяйственных процессов социально-экономического развития, независимо от того, вступит или не вступит страна в ВТО.

Например, Киргизия и Грузия уже члены ВТО, но, судя по положению дел в социальной сфере и сельском хозяйстве этих стран в целом, говорить о том, что они, как многие другие малые страны, вписались в эти процессы, в мировую агропродовольственную систему в качестве ее активных и цивиСТРАТЕГИЯ РАЗВИТИЯ РОССИЙСКОГО АПК лизованных участников, пока не приходится. На роль такого участника не может рассчитывать и Россия, если государство, власти, используя перераспределительные механизмы, мировой опыт в этой области, радикально не скорректируют проводимую ныне аграрную политику в указанном выше направлении обеспечения действительного приоритета сельского развития, активной протекционистской поддержки и резкого сокращения запредельных масштабов разорительной для села «перекачки».

Пока Россия может выступать в качестве более активного, чем на арене всемирных процессов глобализации, участника региональных объединений и союзов типа ЕврАзЭС, Таможенного союза, включающих страны с близкими характеристиками процессов их социально-экономического развития, и создаваемым в связи с этим удобством территориального расположения, транспортных связей и т.д. Еще рано говорить об эффективности функционирования этих союзов, в том числе по причине сильной инерции приоритета суверенных национальных текущих интересов над перспективными общими выгодами интеграции, формирования единого экономического пространства, унификации законодательства, формирования наднациональных органов управления, общих бюджетов и т.д. Это видно, когда габлюдаешь противоречия и даже противостояния в рамках уже созданного Союзного государства России и Белоруссии, которое обходится России с её геополитическими устремлениями суммой до 3 млрд долл.

в год и позволяет выделять на развитие села 12% бюджета страны (против российской подачки в 1,2%). Отсюда, в отличие от России, Белоруссия сохранила свое сельское хозяйство и сельские территории, импортируя нам высококачественные молочные и другие продукты.

Конечно, пословицу «своя рубашка – ближе к телу» пока никто не отменял. Но если не поддаваться соблазну получения «братских» преференций за счет России, межстрановые региональные союзы и объединения типа Таможенного союза, ЕврАзЭС (эти своего рода «мини- ВТО») и в целом идти по пути полноценного включения в глобальные процессы интеграции и унификации, то они дадут партнерам определенные взаимные национальные и общие выгоды. Однако для такого включения и получения наибольших выгод необходимо создавать соответствующие, отвечающие фундаментальным принципам человеческой цивилизации, морально-нравственные (в смысле подлинной демократичности общественно-политического устройства, гражданских свобод и т.д.) и предопределяемые ими экономические (устойчивость, эффективность, конкурентоспособность и т.д.) предпосылки. А это позволит без оглядки («как бы чего не вышло») создавать наднациональные органы управления и правового регулирования, иметь общий бюджет, единую валюту, свободу передвижения и т.д.), что демонстрирует ЕЭС – этот локомотив современного глобального мирохозяйственного процесса.

Pages:     | 1 |   ...   | 17 | 18 || 20 | 21 |   ...   | 49 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.