WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 14 | 15 ||

Долгое время историки полагали, что Боспорское царство прекратило свое существование в 70-е гг. IV в. под ударами гуннов, но изыскания археологов показали, что это не так. В эпиграфических документах упомянуты несколько должностных лиц царской администрации, известна иерархия этих должностей. Однако не все вопросы, связанные с датировкой, прочтением и интерпретацией памятников были решены однозначно. В настоящем сообщении предпринимается попытка представить систему государственного управления на Боспоре в V в.

XIII Сюзюмовские чтения (Екатеринбург, 18-20 ноября 2010 г.) Известно, что царь именовался династическим именем Тиберий Юлий и титулом «друга цезаря и римлян», унаследованных от боспорских правителей первых веков н.э. Вполне вероятно, что его имя должно было свидетельствовать не столько о связях с империей, сколько о преемственности от прежних боспорских владык. Титул «благочестивого» в сочетании с крестами, вероятно, говорит об официальном характере новой религии. Царь заявлял о себе как о независимом боспорском монархе, пусть и союзнике Византии. О том же свидетельствует и отсутствие Боспора в официальных списках имперских провинций.

Установить границы территории царства вряд ли возможно; ясно только, что часть надписей найдена на европейском, часть – на азиатском берегу Боспора. Цари уже не имели права или возможности чеканить монету.

Эпарх – должность, очевидно, заимствованная из империи. Это не был византийский чиновник, поскольку титул его не указан. В Византии были разные эпархи, как военные, так и гражданские. На Боспоре могла быть заимствована любая из этих должностей. Известно, что Боспорский эпарх имел отношение к крепостному строительству, но не был непосредственным распорядителем работ, а стоял на более высокой ступени в администрации.

Должность комита также встречается на Боспоре, она также была заимствована из Византии. В империи существовало множество должностей комитов, принадлежавших к военной, гражданской или фискальной администрации. Вполне возможно, что на Боспоре было несколько комитов с разными полномочиями, в надписях зафиксированы не менее двух таких чиновников. Один из комитов, как и эпарх, участвовал в организации строительства, но не был непосредственным распорядителем работ.

В отличие от эпарха и комита, должность эпи тес пинакидес известна на Боспоре по надписям I–III вв. Исследователи считают его личным секретарем царя или таможенным чиновником. Функции этого должностного лица можно интерпретировать и как судебные. Это был достаточно высокий пост – не случайно его занимало лицо, бывшее также комитом, и в надписи оно стоит выше двух других чиновников (протокомита и эпимелета).

Должность протокомита (глава сельской общины) восстанавливается в «надписи Дуптуна». Неизвестно, возникла ли эта должность независимо или была заимствована из малоазийских или, что менее вероятно, ближневосточных провинций Византии. Вероятно, протокомиты возглавляли разные сельские поселения.

XIII Сюзюмовские чтения (Екатеринбург, 18-20 ноября 2010 г.) Должность эпимелета известна из той же надписи. Ранее эпимелеты известны на Боспоре во II – первой половины III в. Еще ряд надписей упоминают об эпимелетах в боспорских городах. Данная магистратура могла быть коллективной. Эпимелеты выполняли поручения царя и государственных чиновников. Известно также, что они могли действовать по поручениям частных лиц, выполняя, как правило, функции непосредственных распорядителей строительных работ. Вопрос о регулярности данной должности и принципах назначения эпимелетов остается дискуссионным.

Итак, в V в. на Боспоре сохраняются некоторые должности, существовавшие в первые века н.э. Новые должности возникают, по крайне мере частично, под византийским влиянием. Допускалось совмещение постов. Преемственность отражается не только должностями, но и сохранением принципов организации строительства и датировок официальных документов.

Дата завершения существования Боспорского царства остается дискуссионной. Отметим лишь, что к началу правления Юстиниана I Боспор уже подчинялся гуннам. После того, как Юстиниан сумел присоединить Боспор к Византии, о прежней правящей династии уже не вспоминали. На Боспоре была создана военная и гражданская администрация по византийскому образцу.

Д.А. Черноглазов (Санкт-Петербург) ЖАЛОБЫ НА БОЛЕЗНИ В ВИЗАНТИЙСКИХ ПИСЬМАХ IX–XIII ВВ.:

К ПРОБЛЕМЕ ЭВОЛЮЦИИ ЭПИСТОЛЯРНОГО ЭТИКЕТА В византийской эпистолографии существовала сложная система этикетных правил. Определенные мотивы и клише были предусмотрены для каждой распространенной эпистолярной ситуации. Некоторые традиционные формулы восходили еще к поздней античности, но, в то же время, эпистолярный этикет на протяжении столетий заметно менялся, отвечая метаморфозам литературного вкуса. Важная задача для византинистики – изучить нормы эпистолярного этикета, выяснить их происхождение и проследить эволюцию.

XIII Сюзюмовские чтения (Екатеринбург, 18-20 ноября 2010 г.) Данное сообщение посвящено одной эпистолярной ситуации – жалобе на болезнь. В своих письмах византийцы нередко сетовали на телесную немощь, недуг зачастую служил этикетным оправданием затянувшегося молчания эпистолографа. В связи с этим, считаем необходимым, охарактеризовать нормы, предписанные этикетом для этого случая, проследить их эволюцию на протяжении средневизантийской эпохи (IX – начало XIII в.) и проанализировать, каковы были причины этой эволюции.

Эпистолографы IX–X вв. часто пишут о своих болезнях, но почти всегда ограничиваются краткими упоминаниями о них. Как правило, употребляются традиционные мотивы и лаконично-абстрактные формулы, воспринятые из ранневизантийской эпистолографии – из писем Василия Великого и Иоанна Златоуста. Какие-либо конкретные сведения о болезнях сообщаются крайне редко, можно указать лишь единичные примеры.

Ситуация заметно меняется к середине XI в. Начиная с Михаила Пселла, авторы писем не только сообщают о своих недугах, но и детально их описывают. Наиболее подробные рассказы обнаруживаются в посланиях Феодора Продрома и Иоанна Апокавка. Для стиля этих описаний характерно сочетание нарочито натуралистических деталей и медицинской «учености». Нередко присутствуют и элементы гротеска, придающие «жалобе» отчетливый юмористический оттенок. Подобные пассажи совершенно нетипичны и для писем эпохи Македонского ренессанса, и для ранневизантийской эпистолографии.

Чем обусловлено столь явное изменение эпистолярного этикета Эволюция этикетных норм письма отражает общую тенденцию в развитии византийской литературы. Известно, что византийские интеллектуалы XI–XII вв. питали немалый интерес к медицине и физиологии.

Этот интерес накладывал заметный отпечаток на литературное творчество византийцев: с одной стороны, собственно медицинские трактаты облекались в изящную литературную форму, а с другой – в «высокую» литературу решительно входила медицинская лексика и тематика. Научные рассуждения о болезнях, детальные описания их симптомов и внешних проявлений можно найти во многих текстах комниновской эпохи. Такие описания появляются даже в тех жанрах, для которых они прежде были отнюдь не характерны – например, в агиографии и эпидейктическом красноречии. Показательные примеры: житие Мелетия Нового и речи Феодора Продрома, эпитафии Григория Антиоха, Hodoiporikon Константина Манасси. Под воздействием этой тенденции, наряду с риторикой и другими жанрами, оказалась и эпистолография.

XIII Сюзюмовские чтения (Екатеринбург, 18-20 ноября 2010 г.) А.В. Шаманаев (Екатеринбург) ВКЛАД В.Н. ЮРГЕВИЧА В ИЗУЧЕНИЕ И СОХРАНЕНИЕ ПАМЯТНИКОВ КРЫМА В XIX – начале XX в. античные и средневековые древности Крыма входили в круг интересов Одесского общества истории и древностей (ООИД), первого археологического общества в России (создано в 1839 г.). В последние годы отмечается рост интереса к изучению деятельности отдельных членов общества (Н.Н. Мурзакевич, А.Л. БертьеДелагард, Э.Р. фон Штерн и др.). На этом фоне меньше внимания оказалось уделено В. Н. Юргевичу (1818–1898), одному из руководителей ООИД и исследователю античных и средневековых памятников Крымского полуострова (см. В.А. Яковлева, Э.Р. фон Штерна, А.А. Непомнящего).

Владислав Норбертович Юргевич родился в семье секретаря совета Виленского университета в 1818 г. Среднее образование он получил в Виленском, а затем в Ковенском училищах. После окончания историко-филологического факультета Главного педагогического института (Санкт-Петербург) в 1841 г. ему была предоставлена двухгодичная стажировка в Германии. В Лейпцигском университете его куратором был один из виднейших представителей немецкой школы классической филологии И. Г. Герман (1772–1848). Под руководством этого ученого В.Н. Юргевич достиг совершенного знания классических языков, что впоследствии позволило ему осуществлять научные переводы источников по истории Крыма. После возвращения в Россию молодой ученый был назначен в Харьковский университет (1844), где защитил магистерскую диссертацию (1847) и получил должность адъюнкта профессора греческой и римской словесности. В 1858 г. В.Н. Юргевич покинул Харьков, став профессором римской словесности Ришельевского лицея в Одессе. После реорганизации лицея в Новороссийский университет (1865) и защиты докторской диссертации (1867) он занимал должность профессора до отставки в 1877 г. В 1883 г. он вернулся к чтению лекций, не занимая штатной должности в университете, но в 1887 г. окончательно отказался от преподавания.

Переехав в Одессу, В.Н. Юргевич подключился к деятельности ООИД, постепенно став одним из его активных сотрудников, а со временем фактическим руководителем. В 1859 г. он был избран действиXIII Сюзюмовские чтения (Екатеринбург, 18-20 ноября 2010 г.) тельным членом общества, в 1865–1866 г. исполнял обязанности помощника секретаря, с 1869 г. неизменно входил в состав издательского комитета, в 1875 г. его избрали секретарем ООИД, а в 1883 г. он сменил скончавшегося Н.Н. Мурзакевича на посту вице-президента, одновременно заняв пост хранителя музея общества (до 1895 г.). Тридцатилетие трудов В.Н. Юргевича в ООИД коллеги отметили избранием его в почетные члены (1889).

В своих исследованиях В.Н. Юргевич обращался к различным периодам истории Крыма (античность, средневековье, XVIII–XIX вв.).

В сфере его научных интересов были вопросы эпиграфики, нумизматики, сфрагистики, истории, археологии. Кроме того, он принял участие в решении проблем сохранения памятников старины и разработке методики археологических раскопок.

Антиковедческие разработки В.Н. Юргевича, преимущественно, были связаны с изучением эпиграфических памятников Ольвии, Херсонеса, городов Боспорского царства. Особое значение приобрели его исследования клейм на ручках амфор из античных центров Северного Причерноморья. Разработки ученого способствовали введению в научный оборот этого нового, для Северного Причерноморья, вида источников.

Другим направлением научной деятельности В.Н. Юргевича стало изучение средневековой истории, особенно вопросов связанных с существованием итальянских колоний в Крыму. Так, ученый выявил и опубликовал более 40 эпиграфических памятников из Феодосии, Судака и Балаклавы. Стоит отметить новизну подхода в представлении материала. В.Н. Юргевич не ограничивался функциями переводчика, а стремился дать максимально полное описание объекта, обстоятельства его обнаружения, степень сохранности, восстановить исторический контекст его возникновения. Такой же стиль работы характерен и для его работ по нумизматике Кафы, а также перевода «Устава» генуэзских колоний 1449 г. В 1880-х гг. В.Н. Юргевич обратился к изучению печатей средневекового Херсона. Всего он издал 15 памятников, в том числе, впервые были опубликованы находки, полученные в результате научных раскопок ООИД на городище.

Заслуживает внимание деятельность В.Н. Юргевича как организатора научных исследований и охраны памятников Крыма. Так, на VI Археологическом съезде в Одессе (1884) он выступил с программой археологических исследований в Новороссийском крае. В 1884– 1885 гг. ученый осуществлял научное руководство раскопками в Херсонесе, в связи с чем, он разработал инструкцию для непосредственXIII Сюзюмовские чтения (Екатеринбург, 18-20 ноября 2010 г.) ного руководителя работ. Документ содержит указания по методике раскопок и организации мер по сохранению памятника. Исполняя обязанности вице-президента ООИД, В.Н. Юргевич принял участие в организации реставрации и обеспечении сохранения МелекЧесменского кургана в Керчи, башни Константина в Феодосии, построек Судакской крепости.

XIII Сюзюмовские чтения (Екатеринбург, 18-20 ноября 2010 г.) СОДЕРЖАНИЕ Вступительное слово Алексеенко Н.А. Моливдовулы из византийского Херсона:

находки прежних лет из частных собраний Байер Х.-Ф. Корпус писем Григория Кипрского Барабанов Н.Д. Византийский приход: между христианством и язычеством Баранов Н.Н. Имперская мифология в государственной пропа- ганде вильгельминской Германии Бармина Н.И. Базилика: пространство совершения христиан- ских обрядов Болгов Н.Н., Красникова Е.А. Ранневизантийский Боспор:

Pages:     | 1 |   ...   | 14 | 15 ||



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.