WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 46 | 47 || 49 | 50 |   ...   | 62 |

17. история ссср: учебник для студентов ист. фак. пед. ин-тов. ч. 2. 1861– 1917 / под ред. П.и. кабанова и н.д. кузнецова. М., 1978.

18. крыжановский с.е. воспоминания. Петрополис [б.г.].

19. курс лекций по истории кПсс. вып. 1. М.: воениздат, 1971.

20. Мунчаев Ш.М., устинов в.М. история россии. М., 2002.

21. новейшая история отечества. ХХ век. ч. I. / под ред. а.Ф. киселева и Э.М. Щагина. М., 2002.

22. островский в.П., уткин а.и. история россии. XX век. 11 кл. М., 2002.

23. отечественная история / под ред. р.в. дегтяревой и с.н. Полторака. М., 2004.

24. отечественная история: методические материалы и планы семинарских занятий. саратов: саратовский государственный социальноэкономический университет, 2007.

25. отечественная история: рабочая программа курса. екатеринбург: уральский государственный университет, 2007.

26. П.а. столыпин. библиографический указатель. М., россПЭн, 2002.

27. Программа курса «отечественная история». воронеж: воронежский государственный технический университет, 2002.

28. Программа курса «отечественная история». таганрог: таганрогский радиотехнический университет, 2000.

29. Программа по курсу «история россии». М.: государственный университет – высшая школа экономики, 2005.

30. рабочая программа по дисциплине «отечественная история». иваново:

ивановский государственный химико-технологический университет, 2006.

31. рабочая программа по дисциплине «отечественная история». М: МЭМи, 2003.

32. рабочая программа «россия в мировой цивилизации». волгоград:

волгМу, 2003.

33. семенникова л.и. россия в мировом сообществе цивилизаций: учебное пособие для вузов. брянск, 2000.

34. отечественная история: конспект лекций / семенникова л.и. [и др.]. М., 2004.

35. столыпин П.а. нам нужна великая россия // столыпин П.а. Полное собрание речей в государственной думе и государственном совете: 1906– 1911. М., 1991.

36. Федоров в.а., Моряков в.и., Щетинов Ю.а. история россии с древнейших времен до наших дней: учебник. М., 2005.

Е.А. Калеменева Поморский государственный университет им. М.В. Ломоносова, г. Архангельск скандал В «благородноМ сеМейстВе»:

дискуссия Вокруг сборника «Вехи» В 1909 году 1909 год стал знаковым для отечественной общественной жизни начала ХХ века. в этот год разразилась дискуссия, охватившая практически все течения русской политической мысли. она стала одним из самых известных интеллигентских споров начала столетия, отразив все разноцветие общественной и политической мысли предреволюционной россии.

Поводом для полемики стал извечный вопрос о русской интеллигенции. началось все с выхода в свет 16 марта 1909 года в Москве небольшого сборника «вехи. сборник о русской интеллигенции», в котором семь авторов, предварительно не сговариваясь относительно содержания работ друг друга, изложили все «грехи» современной им интеллигенции. анализу содержания сборника посвящен достаточно обширный пласт исследовательской литературы, потому не стоит в очередной раз подробно останавливаться на пересказе его статей.

Этот сборник произвел настоящий эффект разорвавшейся бомбы в общественной жизни образованного слоя. Первый тираж сборника составил 3000 экземпляров, из которых за первые два дня было продано 2853. Затем, до начала 1910 года, он выдержал еще четыре переиздания. общий тираж его достиг 16 000 экземпляров. однако общественность не просто читала этот сборник, но и активнейшим образом обсуждала. достаточно сказать, что сборнику было посвящено более трехсот статей в повременной прессе [18, с. 249], среди которых были даже стихи, пять книг различной политической направленности, полемизирующих с высказанными в нем идеями, несколько широких обсуждений в Москве и Петербурге, а также специальное турне по россии П. Милюкова с публичными лекциями, направленными против «вех».

говоря о мировоззрении дореволюционной интеллигенции, современные исследователи зачастую сосредотачивают свое внимание только на сборнике «вехи», во многом абсолютизируя его содержание и значение при попытке реконструкции умонастроений интеллигенции. однако дискуссия, развернувшаяся после его выхода в свет, заслуживает не меньшего внимания, поскольку именно она обнажила всю разнородность общественного мнения начала века по ключевым вопросам, пестроту политической ориентации1. Потому представляется необходимым проследить реакцию общественности на этот сборник, попытаться разобраться с вопросом, что явилось причиной столь бурного его порицания, что именно так возмутило в нем общественность. в процессе работы выяснилось, что на это был целый комплекс причин, к тому же сам ход дискуссии обеспечивал ее возобновление и еще большее усиление.

не сказать, что общество раскололось в этой полемике на тех, кто «за», и тех, кто «против»: всем известно, что сборник большинством критиков был принят «в штыки». Причем судьями сборника высту большинство материалов околовеховской полемики опубликовано в антологии «вехи: pro et contra», на анализе которых основана данная работа.

Поскольку при анализе критических статей важно учитывать личность авторов, ссылки приведены на каждую использованную в исследовании статью, страницы указаны по антологии вехи: pro et contra. сПб.: ргХи, 1998.

пали не только представители радикального крыла, но и кадеты и реакционеры. на фоне столь резкого неприятия крайне редко звучали голоса одобрения, солидарности и поддержки, не считая статей самих «веховцев». авторы критических статей буквально соревновались в остроте своих высказываний, колкости фраз и меткости замечаний.

Поэтому анализ спектра мнений по поводу сборника стоит начать с причин неприятия сборника общественностью.

Первый вывод, к которому можно прийти при анализе публикаций дискуссии, состоит в том, что сборник в них далеко не всегда разбирали по существу. По меткому выражению андрея белого, печать ответила авторам не разбором, а «военно-полевым расстрелом сборника» [4, с. 256]. одной из главных причин неприятия «вех» стала печать ретроградности, которую тут же поставили на нем представители либеральной и радикальной общественности: сборник моментально записали в разряд реакционнейшей из книг [9, с. 342; 24, с. 187], «энциклопедии либерального ренегатства» [15, с. 489], «реакционной проповеди» [10, с. 54]. Причем критики могли даже мимоходом подтверждать «совершенную справедливость некоторых пунктов обвинения» [26, с. 44] в адрес духовного состояния интеллигенции.

но штамп реакционности, против которой всегда столь яростно выступала интеллигенция, для многих и был самым резким основанием для коренного неприятия сборника, потому не все уходили дальше констатации этого пункта. все чаще звучали упреки авторов в том, что «от них несет нестерпимы зловонием реакции» [2, с. 161] в стремлении побрататься с розановым и столыпиным [17, с. 273], в том, что дубровин уже ждет их в свой «союз русского народа» [23, с. 187].

авторов обвиняли в предательстве революционной идеи, идеи свободы и освобождения, поскольку лейтмотивом в «вехах» шла рефлексия по поводу поражения революции 1905 г. и призыв к внутренней работе личности вместо активного «внешнего делания».

Это послужило поводом для крайне резких нападок со всех сторон.

и. бикерман вообще отвергает тезис всего сборника, что «революция провалилась», утверждая, что, напротив, «произошли бесконечно важные изменения, <…> сделаны неотъемлимые завоевания и несомненные приобретения» [5, с. 229]. некоторые авторы в своей критике реакционности сборника зашли дальше остальных, утверждая, что авторы «вех» выступают не просто против русской интеллигенции, но и против всей русской демократии, против «демократического миросозерцания» [15, с. 490; 17, с. 266]. Масла в огонь подливал и тот факт, что сборник встретил одобрение среди некоторых представителей консервативно-реакционного лагеря (а. столыпин, архиепископ антоний (Храповицкий) и др.). их похвала стала даже поводом для насмешек со стороны либерального лагеря.

Помимо этого, часто ругали не столько содержание сборника, сколько самих авторов, потому в некоторых статьях содержания сборника даже не касались. в данном разделе главной претензией к авторам был вопрос «а судьи кто», ведь они посмели обрушиться с критикой на все идеологические стремления современной им интеллигенции, которая к тому времени была главным законодателем либерального общественного мнения посредством прессы, обладая фактически монополией в данной отрасли, и отличалась известной степенью самовосхваления в печати. критики заявляли, что авторы не смели упрекать это миросозерцание, поскольку сами являются типичными интеллигентами, поэтому судьи сами повинны в грехах обвиняемых, поэтому «вехи» – «типичный образец того самопоедания интеллигенции интеллигенцией же» [10, с. 55]. П. боборыкин заявлял, что они не имели никакого морального права издавать этот сборник, поскольку одно дело – говорить «о своих грехах и повинностях, и другое дело – обличать своих собратий, принадлежащих, вдобавок, к тем же поколениям» [6, с. 70].

некоторые критики, не оспаривая веховский тезис о глубочайшем кризисе интеллигенции после неудачи революции, осуждали авторов за то, что они своим творением буквально добивают лежачего [10, с. 54]. д. Мережковский в данном случае приводит яркое сравнение с мужиками, добивающими лошаденку, из сна раскольникова, где в образе мужиков выступают авторы сборника, лошади – русская интеллигенция, которая из последних сил, несмотря на удары хлыстов, тянет за собой повозку – россии [23, с. 88]. стоит отметить, что в этом также выражается типичная позиция самоописания представителей дореволюционной интеллигенции – защита «своего лагеря» от любых нападок на него и позиционирование себя в качестве главной движущей силы россии. Эта реакция в очередной раз доказывает определенную «кружковость» и замкнутость интеллигенции как идеологической группы, нетерпимость другой точки зрения, в чем ее и обвиняли авторы «вех».

иногда критики цеплялись за противоречивость статей сборника, тем самым пытаясь доказать его несерьезность и абсурдность, при этом также избегая анализа его содержания. уже упоминалось, что авторы писали свои статьи без предварительного обсуждения их содержания, что и явилось вероятной причиной их разногласий.

к примеру, д. а. левин в своей статье сравнивает авторов с мольеровскими врачами, которые, склонившись над больным, предлагают ему лекарства, противоречащие друг другу [21, с. 26]. разногласие авторов между собой разочаровало и льва толстого [25, с. 210].

естественно, в большинстве статей критики старались защитить и оправдать интеллигенцию в противовес содержанию «вех». Многие авторы взамен веховского рисовали совсем иной – идеализированный образ интеллигенции, однако на этот раз и здесь не обошлось без противоречий, что зависело от политической и идейной ориентации авторов. к примеру, тезис о безрелигиозности интеллигенции встретил противоположные суждения: с одной стороны, д. Мережковский утверждал, что, напротив, «стремлением к новой земле, к новому небу, к «граду божьему» проникнута наша интеллигенция» [23, с. 88].

еще больший резонанс вызвал тезис сборника, касающийся осуждения отношения интеллигенции к народу – ее чрезмерного народолюбия. одни критики соглашались с тезисом, что интеллигенция действительно безмерно далека от народа, поскольку существует «зияющая щель между их духовной жизнью» [9, с. 344], но предлагали иной выход из этого положения: ей самой стоит многому поучиться у народа, а не отходить от него2. другие, напротив, выступали в защиту народнического устремления интеллигенции, заявляя, что оно исходило «из великодушного чувства, из благородной идеи служения народу…» [7, с. 206] третьи же вообще отрицали деление в россии на народ и интеллигенцию – «народ стал интеллигенцией, интеллигенция влилась в народ» [8, с. 175]. наибольший скандал и возмущение критики вызвала фраза из статьи гершензона, которую критики «вех» цитировали в усеченном виде, опуская первые слова: «каковы мы [интеллигенция] есть, нам не только нельзя мечтать о слиянии с народом, – бояться его мы должны пуще всех казней власти и благословлять эту власть, которая одна своими штыками и тюрьмами еще дело в том, что не все народники отождествляли себя с интеллигенцией, а некоторые – открыто противопоставляли себя ей, как, к примеру, и.и. каблиц в книге «интеллигенция и народ» разводит по разным сторонам понятия «народничество» и «народолюбие», присущее интеллигентам [18] ограждает нас от ярости народной» [11, с. 101]. для многих критиков сборника весь он чуть ли не сводился к этой единственной фразе.

Приводя ее, критики тем самым старались показать ярую реакционность сборника, оправдание антинародных тюрем.

безусловно, споры критиков вызвало употребление авторами понятия интеллигенция, что в очередной раз вскрыло неоднозначность восприятия данного феномена. известно, что авторы «вех» в сборнике под этим понятием подразумевали лишь радикальных представителей (социалистов и большевиков), потому во время полемики некоторые высказывались, что термин в сборнике употреблялся некорректно [7, с. 206; 13, с. 451; 14, с. 438], слишком узко, тем самым веховцы совершали необоснованные обобщения. исходя из этого, критиковали также за то, что, помимо грехов интеллигенции, авторы намеренно умалчивают о ее заслугах и достоинствах: они «камня на камне не оставляют из всего того огромного построения нашей образованности и культуры, которое российская интеллигенция воздвигла с таким трудом и жертвами в течение многих десятков лет» [10, с. 55]; несправедливо относятся «к прошлым и нынешним заслугам лучших элементов русской общественности, самоотверженно и неустанно стремящихся к высоким социально-политическим идеалам» [2, с. 162]. н.в. устрялов, уже находясь в эмиграции в 1921 году, верно подметил: «вехи изобразили всех русских интеллигентов как большевиков, и русская интеллигенция обиделась на них за это» [16, с. 22].

еще один пункт обвинения в адрес авторов состоял в том, что они, констатируя глубокий кризис интеллигенции, не дают ответа на «самый жизненно-практический лозунг: “что делать”» [23, с. 86]. к примеру, иорданский в статье «творцы нового шума» писал: «авторы “вех” создали много шума, но и только. никаких новых ценностей они не создали» [17, с. 271], ему вторил князь Шаховский: «они не делают никаких реальных указаний на выход из ее тяжелого положения или же дают указания слишком туманные, субъективные, а подчас и противоречивые…» [29, с. 48].

Pages:     | 1 |   ...   | 46 | 47 || 49 | 50 |   ...   | 62 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.