WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 29 | 30 || 32 | 33 |   ...   | 62 |

в отличие от кадетов, лидеры «союза 17 октября», как и другие консервативно настроенные и умеренно-прогрессивные либеральные партии, осознавали дестабилизирующую силу ежедневных покушений, подрывающих сам принцип законности и порядка, и считали, что необходимо осудить любой террор для восстановления стабильности в обществе [2, с. 286–287]. именно неизменная приверженность принципу ненасилия в политической деятельности способствовала консолидации умеренных сил, прежде всего в государственной думе.

е.н. трубецкой в своей публичной лекции, прочитанной на «политическом турнире», организованном партией мирного обновления в Петербурге 21 декабря 1906 г., осветил позицию либеральных партий в I государственной думе по вопросам осуждения политических убийств и амнистии. так, по его мнению, «союз 17 октября осуждает политические убийства, но допускает свободу мнений по вопросу о смертной казни. Многие из них с нею мирятся и даже одобряют военно-полевые суды». также в указанной лекции была объективно вскрыта тактика кадетов: «конституционно-демократическая партия никогда не выражала одобрения политическим убийствам, но она никогда не выражала им осуждения. слово осуждения раздавалось иногда со стороны отдельных ее представителей, но партия безмолвствовала. и оттого-то прекрасные слова против смертной казни в ее устах теряли силу и аргументы в пользу амнистии недостаточно убеждали» [8, с. 115–116].

руководство партии кадетов в лице П.н. Милюкова полагало, что террористическая деятельность была «логична» при сложившихся обстоятельствах, когда террористы являлись лишь невинными жертвами тирании и беззакония, идущего сверху [10, с. 353]. в. Маклаков не без оснований утверждал, что кадетское руководство считало революционеров «не врагами конституционного строя, а “союзниками слева”… уже в 1-ой государственной думе, которой кадетская партия руководила тогда, она отказалась вынести даже на будущее время моральное осуждение террору, как средству борьбы, и это в момент, когда за прошлое она для всех просила амнистии» [3, с. 351].

готовясь к заседаниям II думы, Цк партии кадетов 10 февраля 1907 г.

постановил, что необходимо выработать обязательное для фракции партийное решение по вопросу отношения к террору, с учетом того, что «при предложении осуждения террора таковое должно быть отвергнуто» [6, с. 177]. составление проекта резолюции с подробной мотивировкой было поручено М.М. винаверу и в. гессену. 16 февраля 1907 г. в своем докладе на пленарном заседании Цк Милюков предполагал, «что правые, вероятно, потребуют от думы осуждения революционного террора», но «такое провокационное предложение следует категорически отклонить» [11, с. 257]. уже 17 февраля 1907 г. на заседании Цк М. винавер сделал сообщение по вопросу о политических убийствах, смысл которого заключался в том, что предлагалось их не осуждать, поскольку зло, неизбежное при конкретных условиях политического строя [6, с. 505–506]. кадеты пытались внушить публике, что все убийства с политической целью совершались в ответ на зверства правительственных функционеров.

во II думе дебаты о терроре велись постоянно. стоит отметить, что правительство П.а. столыпина не внесло во II думу законопроект о военно-полевых судах, поэтому, согласно основным законам, их действие должно было автоматически прекратиться 20 апреля 1907 г. иными словами, вопрос об отмене военно-полевых судов был предрешен. кадеты, пытаясь поднять свой авторитет за счет демонстрации своей оппозиционности, решили внести в думу законопроект о немедленной отмене военно-полевых судов, не дожидаясь формального срока их отмены.

Позицию кадетов по этому вопросу предельно четко сформулировал докладчик от фракции кадетов в.а. Маклаков, заявив: «я думаю, что это ошибочный путь – ударять по революции для ее прекращения.

я не менее, чем власть, хочу конца революции… я скажу, что, ударяя по революции военно-полевыми судами, вы ударяете по нам, мирным гражданам, по всем тем, которые хотят суда и законности» [12, стб. 389– 390].

в ходе прений 12–13 марта по данному вопросу выявилось, что октябристы и близкие к ним депутаты требовали осуждения как революционного, так и правительственного террора. кадеты, осуждали смертные приговоры, выносимые военно-полевыми судами, но отказывались порицать террористов [12, стб. 354–525]. в ответ 13 марта 42 правых и умеренных депутата выступили с заявлением «о выражении государственной думой порицания политическим убийствам и террору», но запрос был отклонен [12, стб. 526–528].

во II государственной думе кадетам весной 1907 г. в течение длительного времени удавалось противодействовать дебатам о революционном терроре и стремлениям вынести резолюцию с его осуждением [13, с. 75]. раз за разом они голосовали за то, чтобы отложить дебаты о революционных убийствах [12, стб. 1714–1715]. наконец, 15 мая 1907 г.

они официально объявили о своем решительном и безоговорочном отказе голосовать за резолюцию «о порицании убийств, террора и насилий» [14, стб. 608–610].

ситуация для кадетов усугублялась переговорами с П.а. столыпиным о легализации кадетской партии и условием сохранения II думы взамен за осуждение революционного террора. Милюков должен был опубликовать в партийной газете «речь» статью с осуждением политических убийств, но после разговора с Петрункевичом, который был категорически против подобной уступки, мотивировав это тем, что «вы губите собственную репутацию, а за собой потянете и всю партию», отказался печатать подобную статью [15, с. 430–432].

следовательно, радикализация политической жизни россии была удобна кадетам, так как угроза усиления революции могла заставить власть идти на уступки. таким образом, становится ясно, что, несмотря на все уверения кадетов, что будто бы они действуют в соответствии с законом, эта партия не могла заставить себя публично отречься от политических убийств.

По результатам работы II государственной думы князь е.н. трубецкой изменил свое отношение к «союзу 17 октября», поскольку «в думе второго созыва нельзя было отметить уклонений этой партии от строгоконституционной линии», так как парламентская фракция октябристов высказывалась «против военно-полевых судов» [8, с. 164].

таким образом, умеренные и консервативные либералы во II думе не отказывались от жесткой критики правительственного террора, потому что насилие со стороны государства препятствовало установлению уважения к праву и добровольному подчинению закону. но, с другой стороны, осуждались и всякие террористические акты революционеров:

экспроприации, убийства, вооруженные восстания и т. д., поскольку такая революционная деятельность – вредное и преступное проявление насилия, торжество которого может привести лишь к поклонению грубой силе и создать почву для новых насилий. только путь конституционной борьбы представлялся им перспективным в борьбе за установление в стране законности и порядка.

Примечательно, что правый («черносотенный») террор практически все либералы осуждали, особенно кадеты. Поэтому не случайно черносотенцы избрали объектами индивидуального террора представителей либерального течения. известно, что нападению черносотенцев подвергся лидер кадетов П.н. Милюков. но наиболее нашумевшими террористическими актами черносотенцев были убийства двух членов Цк кадетской партии – М.я. герценштейна и г.б. иоллоса. обе жертвы олицетворяли для черносотенцев ненавистного врага: они были либералами, бывшими депутатами «мятежной» I государственной думы, подписавшими выборгское воззвание, и евреями. не удивительно, что кадеты уже изначально в своем законопроекте по вопросу амнистии оговаривались, что «в основе проекта об амнистии лежит мысль, что от наказания должны быть освобождены те, кто стремится к цели, признаваемой нами ныне справедливой. сюда подходят как деяния, направленные к изменению политического, так и деяния, направленные к изменению экономического строя. ничего общего не имеют с оправдываемыми, с нашей точки зрения, целями избиения и грабежи, производимые из побуждений религиозной и национальной вражды… распространение амнистии на лиц, учинивших погромы, явилось бы ничем не оправдываемым помилованием грабителей и насильников и – что главное – освобождением от кары их подстрекателей. а поскольку погромы являлись одним из средств борьбы правительства с освободительным движением, такая амнистия покрывала бы собой… противозаконные действия правительственных агентов» [6, с. 488]. стоит сказать, что и другие более консервативные либералы ограничивали требование политической амнистии в отношении убийц и грабителей, например, лозунгом: «нет амнистии преступникам, пролившим человеческую кровь и собирающимся ее проливать! их место в тюрьме и каторге, как и всех уголовных преступников, а не среди мирного населения! Этого требует общественная безопасность и здравая логика! Это необходимо!» [16, с. 129], но они старались, в отличие от кадетов, не делать различий в направлениях террора и исключений для кого-либо.

3 июня 1907 г. николай II распустил II думу и изменил избирательный закон. Пророчески прозвучали слова октябриста М.а. стаховича:

«Помните, господа, что если государственная дума не осудит политических убийств, то она совершит его – над собою» [14, стб. 756]. со второй половины 1907 г. обнаруживается охлаждение всего либерального лагеря к революционерам вообще и к террору в особенности. Постепенно путь террора становится непривлекательным и для общества, поскольку вакханалия убийств и ограблений способствовала «дегероизации» террористов. в итоге общество осознало бесперспективность и крайнюю неэффективность пути террора в борьбе с государством за выполнение своих требований. власть пошла на некоторые уступки и предоставила политические права и свободы населению. даже в условиях окончания революции николай II не стал полностью ликвидировать государственную думу, ограничившись лишь изменением механизма ее избрания.

Постепенно террор практически полностью уходит из жизни и политической борьбы, так как проведенные властью реформы позволили общественному недовольству найти легальные пути для своего выражения и возможности самореализации.

Значение террора в истории россии трудно переоценить. терроризм своеобразно и идейно «воспитывал» русское общество [17, с. 354]. Проблема отношения к различным видам террора и оценки этого явления, по сути, расколола либералов. если для «демократического» либерализма (например, кадетов) это во многом было тактическим вопросом, то для умеренных и консервативных либералов любой террор никогда и ни при каких условиях не мог быть оправдан с нравственно-этической точки зрения, хотя это и приводило к косвенной критике правительства, которое вело борьбу с экстремистами, поскольку многие из них считали, что именно нежелание государства в проведении реформ и демократизации власти было источником, порождающим подобные методы борьбы, а путь выхода из сложившегося положения виделся в созидательной деятельности государственной думы, ориентации на поиски консенсуса, на согласование интересов различных слоев общества, создание широкого блока реформистских сил, проведение необходимых, с их точки зрения, преобразований, установление твердого и стабильного конституционного строя и т. д.

Библиографический список 1. секиринский с.с., Шелохаев в.в. либерализм в россии: очерки истории (середина XIX – начало XX в.) М., 1995.

2. гейфман а. революционный террор в россии. 1894–1917. М., 1997.

3. Маклаков в.а. из воспоминаний. нью-йорк, 1954.

4. леонов М.и. террор и смута в российской империи начала XX в. // вестник самарского государственного университета. гуманитарная серия.

2007. № 5 / 3 (55).

5. Политические партии россии: история и современность. М., 2000.

6. Протоколы Центрального комитета и заграничных групп конституционно-демократической партии: в 6 т. т. 1. М., 1994.

7. государственная дума: созыв первый. сессия первая. стенографические отчеты. т. 1. сПб., 1906.

8. Партии демократических реформ, мирного обновления, прогрессистов.

1906–1916 гг. документы и материалы. М., 2002.

9. государственная дума: созыв первый. сессия первая. стенографические отчеты. т. 2. сПб., 1906.

10. Милюков П.н. год борьбы. сПб., 1907.

11. Шелохаев в.в. кадеты – главная партия либеральной буржуазии в борьбе с революцией 1905–1907 гг. М., 1983.

12. государственная дума. второй созыв. стенографические отчеты.

1907 год. сессия вторая. т. 1. сПб., 1907.

13. леонов М.и. «Заговор против императора» и II государственная дума // вестник самарского государственного университета. гуманитарная серия. 2009. № 7 (73).

14. государственная дума. второй созыв. стенографические отчеты.

1907 год. сессия вторая. т. 2. сПб., 1907.

15. Милюков П.н. воспоминания: в 2 т. т. 1. нью-йорк, 1955.

16. Партии российских промышленников и предпринимателей: документы и материалы. 1905–1906 гг. М., 2004.

17. будницкий о.в. терроризм в российском освободительном движении: идеология, этика, психология (вторая половина XIX – начало XX в.). М., 2000.

В.С. Миняшев Самарский государственный университет обсуждение законопроекта о рефорМе Местного суда В III государстВенной дуМе Законопроект о реформе местного суда, бывший частью столыпинской программы реформ, направленных на оформление конституционной монархии [5, с. 24], 1 ноября 1907 г. был представлен в III государственную думу и 27 января 1908 г. оглашен в общем собрании думы, по постановлению которой передан в комиссию по судебным реформам. доклад комиссии был внесен в общее собрание 20 сентября 1909 г. обсуждение законопроекта проходило с 30 октября 1909 г. по 31 марта 1910 г. одной из основных проблем, по словам в.и. герье, был дуализм, существовавший в судебной системе россии: наряду с судьями, судящими по писаным законам, существовал собственно крестьянский волостной суд, руководствующийся обычным правом [1, с. 42].

докладчиком комиссии по судебным реформам был ее председатель, член фракции «союза 17 октября» [3, с. 16, 36] депутат н.П. Шубинской.

По его словам, несмотря на объемность законопроекта, его главная суть в том, что предстоит восстановить институт мировых судей в том объеме, в котором он был введен в годы великих реформ 1860-х гг. [2, с. 1024 и 1026].

волостные же суды председатель комиссии по судебным реформам критикует, упрекая их членов в недобросовестности и малограмотности. волостной суд для Шубинского – это и не суд вовсе [2, с. 1029], он предлагает упразднить его. Земских начальников он вообще назвал гувернерами при волостных судах [2, с. 1026 и 1034].

Pages:     | 1 |   ...   | 29 | 30 || 32 | 33 |   ...   | 62 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.